История одного гиппогрифа

      Понивилль спал.       Лишь ветер пролетал над заснеженной дорогой с протяжным свистом, заставляя незакрытые ставни окон постукивать по стенам. На улицах городка не было ни души. Казалось, сама жизнь здесь замерла, и даже дома решили вздремнуть со своими хозяевами, укрывшись снежным одеялом. Одинокий сторож-пегас поежился от холода, поплотнее укутавшись в тулуп, и продолжил обход. С его работой ему не было дела, канун Дня Согревающего Очага сейчас или нет, хотя он и надеялся, что начальство смилуется и выпишет ему выходной. В конце концов, этот праздник каждый год с нетерпением ждали все.       На фоне небольших жилых домов Школа Дружбы выглядела великаном, впавшим в вечный сон. Гостиная пустовала, а в ее сердце — большом камине, покоились лишь давно потухшие и остывшие угли. Пройдет еще какое-то время, прежде чем столовая наполнится звоном посуды и дружескими беседами, а спортзал — топотом копыт и подбадривающими возгласами болельщиков. То же самое касалось и жилого корпуса: почти все комнаты были закрыты, ожидая возвращения учеников с каникул. В дверь одной из них постучали.       Лео перевернулся на другой бок, борясь с желанием лечь спать дальше. Лишь еще один стук заставил его не без труда разлепить глаза, встать с кровати и открыть дверь. На пороге стояла Сильверстрим.       — Который час? — спросил гиппогриф, щурясь от яркого света ламп в коридоре.       — Шесть тридцать. Ты попросил меня разбудить тебя, чтобы не возиться с будильником, помнишь? — сестра улыбнулась.       — Мм, точно, спасибо, — Лео обернулся к кровати, — Галл, подъем!       Как назло все поезда за пределы Эквестрии в канун зимних праздников имели крайне ограниченный, если не дурацкий, график движения, поэтому друзьям пришлось встать пораньше чтобы успеть собрать вещи и подарить друг другу подарки. Очевидно, потому, что вчера об этом никто не думал.       — Я здесь, вообще-то, — раздался голос из-за спины Сильверстрим, и в свет вышел синий грифон собственной персоной. Он с головы до ног был увешан разными дорожными сумками и выглядел так, словно не спал девять лет.       Лео с сомнением посмотрел на кровать своего соседа, потом снова на него.       — Ты что, ночью ограбил кого-то?       — Ага, и решил вернуться со всем в школу, — саркастично ответил тот.       — Ну, мало ли, похвастаться захотел. Или тяга к знаниям не отпускает, — Лео с ухмылкой пожал плечами.       Галлус фыркнул.       — По твоей самодовольной физиономии соскучился.       — Прости, что не сказала сразу, — Сильвер виновато опустила ушки, — ночью Галлус съездил в Грифонстоун за вещами. Теперь он будет жить с нами.       Лео несколько раз моргнул, его мозг отказывался воспринимать сказанное. Может, он все еще спит? Или это какой-то розыгрыш?       — Серьезно, что ли?       Сестра кивнула без тени сарказма, заставив голубого гиппогрифа вскинуть брови в удивлении. Он коротко посмеялся, прислонившись лапой к стене.       — Так это же здорово! Мы же теперь почти как братья!       — Только не подумай, что я рад, — Галлус сложил лапы на груди.       — Где-то я это уже слышал, — ухмыльнулся Лео, и вся троица дружно рассмеялась.       Пернатый не был уверен, знал ли Галл о том, что он побывал у него дома, но решил сейчас не заострять на этом внимание, дабы не портить момент.       — Тогда мы будем ждать тебя в холле вместе с остальными, — с этими словами Сильверстрим в сопровождении грифона ушла к лестнице.       Лео принялся приводить комнату в порядок к отъезду и собирать все необходимое: достал дорожный рюкзак, который уже несколько месяцев пылился без дела, наскоро запихнул в него несколько книг, одежду, небольшой плед и полотенце. Полил свою ядошутку на светильнике, не забыв при этом сказать: «только попробуй разрастись на всю школу». Ничего, этот сорняк вполне в состоянии прожить парочку недель без воды. Проверив, закрыто ли окно, и задернув шторы, гиппогриф подошел ко входной двери и обернулся, чтобы напоследок попрощаться со своей комнатой. Но без всякого сожаления, ведь его ждало светлое будущее, и Лео не собирался скучать по школе. Кивнув самому себе, он вышел в коридор и запер дверь на ключ.       Друзья сгрудились в холле, освещаемом единственной лампой, и тихо переговаривались друг с другом. Вокруг них стояло больше дюжины сумок и рюкзаков. Создавалось впечатление, будто они собирались в путешествие на другой конец света. Хотя для кого-то так оно и было.       — Теперь мы можем подарить друг другу подарки? Можем, да? — нетерпеливо спросила Сильверстрим.       — Думаю, да. Тогда давайте я буду первой, — предложила Смолдер и достала из сумки нечто массивное, похожее на полено, — Йона, я слышала и даже видела, что тебе порой приятно что-нибудь разгромить. Не в обиду, я сама такая же. Так вот, я решила подарить тебе такое небольшое бревно. Оно принадлежит самому настоящему древесному волку и восстанавливается само по себе, если его сло…       — Йя-а-а! — Йона выхватила у драконихи бревно и с воинственным кличем обрушила на него копыто, растоптав его в труху, словно оно было сделано из песочного теста. Щепки задрожали и в считанные секунды срослись вместе.       — …мать, — закончила Смолдер с крайне изумленным лицом.       — Йона одобряет. Йоне нравится подарок! — кивнула як.       Сильверстрим подняла лапу.       — Теперь я! Теперь я! — она взяла объемный бумажный сверток и сунула его Галлусу в лапы, — это тебе!       Синий грифон разорвал обертку и извлек нечто, похожее на халат темно-малинового цвета, расшитый золотистыми нитками. Лео отметил, что на лице друга промелькнуло смущение, но он тут же прогнал его, нахмурившись.       — Я сделала его сама! Может, примеришь его, ну пожалуйста! — взмолилась Сильверстрим с самым жалостным взглядом, на какой была способна.       — Ага, давай. Посмотрим, пойдет ли он тебе лучше, чем наша пижама для посиделок, — Смолдер рассмеялась.       — Пожалуй, лучше подожду до дома, — процедил Галлус, — спасибо, Сильвер.       — Моя очередь, — Сэндбар сделал шаг вперед и вручил розовому гиппогрифу плед с узором из хаотично переплетающихся ступенек, — я… честно хотел сделать его сам. Но с шитьем у меня не задалось, поэтому пришлось заказать. Идею такого рисунка мне дала картина у вас в комнате. Надеюсь, тебе понравится.       — Ты еще спрашиваешь! — воскликнула Сильверстрим и от всей души обняла земного пони, — та картина, которую я принесла из Замка Двух Сестер, была супер потрясной! А теперь я смогу носить ее с собой повсюду! Я же могу буквально завернуться в ступеньки! Спасибо тебе большущее, Сэнди!       Жеребец смущенно усмехнулся, высвободившись из объятий.       — Йона приготовила подарок для пони! — як поставила перед Сэндбаром с десяток разных коробочек, бутылочек и пузырьков, — Йона заметила, как пони долго ухаживает за гривой. Поэтому Йона решила подарить другу несколько шампуней и масел из Якякистана. С ними грива пони станет лучше, почти как у яков!       — Да уж, долго. Полшколы стоит в очереди в ванную, — фыркнула Смолдер.       — Укладывать гриву не так-то просто, между прочим. Спасибо, Йона, это как раз то, что мне нужно, — Сэндбар улыбнулся.       — Ладно, получается, теперь я, — Галлус достал нечто длинное, похожее на трость, завернутое в упаковочную бумагу, и протянул Смолдер.       Дракониха с предвкушением развернула свой подарок да так и застыла с раскрытым ртом. Повод для удивления действительно был — у нее в лапах лежал сам Посох Лорда Драконов. О нем Лео услышал на уроке Магии про артефакты.       — Это… но как?       — Не парься, я не сражался ни с кем за него, — Галл хмыкнул, — просто копия. Нашел в Замке Двух Сестер, немного почистил и доработал. Если там и была магия, сейчас это просто болванка, зато светится красиво. Можешь использовать его как вешалку для шляп или что-то в этом роде.       Но лицо Смолдер уже озарила коварная ухмылка. Наверняка размышляла, как с помощью посоха захватить власть во всем драконьем королевстве. «Ну уж нет, еще один конец света я разгребать не собираюсь», — подумал Лео.       — Спасибо, Галлус. Пожалуй, в качестве подданного ты на что-то сгодишься, — она усмехнулась, завидев выражение лица грифона, — да ладно, шучу.       Компания дружно посмотрела на Лео и Оселлус. Те неловко переглянулись.       — Мы… немного нарушили правила, — начала чейнджлинг.       — Эм, да. Я случайно увидел подарок Селл, ну и решил показать ей свой раньше времени, — добавил гиппогриф.       Он ощутил жар на щеках и увидел, что Оселлус тоже немного покраснела. И все же взгляд ее глаз выражал благодарность. А вот Сильверстрим расплылась в хитрой улыбке, ведь ей-то все было прекрасно известно. Вчера эта улыбка не сползала с лица сестры до самого сна, и Лео страшно смущался, хоть и знал, что она никому не расскажет.       — А подарили-то что? — с любопытством спросил Сэндбар.       Голубой гиппогриф показал себе на шею.       — Оселлус вернула мне мое ожерелье превращения. Теперь оно как новенькое.       — А Лео подарил мне распустившийся луноцвет. Помните, я рассказывала вам о них, — Оселлус достала стеклянный колпак из высокой сумки и приподняла ткань, чтобы друзья смогли увидеть.       Ребята разразились дружным «Ого!». Кроме Галлуса и Смолдер — для них это скорее всего были самые обычные цветы.       — Теперь я хочу отвезти его домой. Моя мама любит комнатные растения, у нас их полно, так что, думаю, Она согласится поухаживать за ним, пока я буду в школе, — с этими словами чейнджлинг убрала луноцвет обратно в сумку — сейчас плотный бутон не защищал его лепестки от холода.       — Это, конечно, все здорово, но пора бы нам закругляться, — Смолдер постучала пальцем по запястью, как если бы на нем висели часы, — мой поезд первый, бежать за ним вдогонку не хочется.       Ребята закивали в согласии, похватали свои вещи и покинули школу. Перед этим они, конечно же, не забыли попрощаться с Твайлайт, которая пожелала им хорошо провести каникулы. Теперь семерка один за другим шагала по занесенной снегом дороге. Сэндбар согласился провести друзей до станции, так как в такую рань ему некуда было торопиться. К тому же, он шел налегке. Галлус немного занервничал от такого заявления, ведь ему не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел, как он заходит в один поезд с гиппогрифами. Хотя бы потому, что по дороге к горе Айрис Грифонстоун они проезжать не будут.       Дойдя до платформы, ребята стали прощаться друг с другом. Сильверстрим, разумеется, крепко обняла всех и каждого без исключения, заявив, что уже по ним скучает. Остальные обошлись более скромным прощанием и обещанием встретиться как можно скорее. С крайней тоской Лео взирал на то, как Оселлус заходила в вагон своего состава, а через несколько минут тот тронулся и отбыл с вокзала. Гиппогриф чувствовал, будто от его души оторвали кусочек, будто она никогда не станет целой вновь. Ведь они только-только стали ближе, а теперь вынуждены расстаться…       — Посадка на поезд до горы Айрис начинается! — объявил кондуктор, вышедший на платформу из открытой двери вагона. Его громкий голос заставил Лео встрепенуться.       — Ну что, идем? — взволнованно спросила Сильверстрим.       Галлус протяжно зевнул, прикрыв клюв лапой.       — Ага. Надеюсь, смогу хоть немного вздремнуть. Кстати, сколько нам ехать?       — Около шести часов, — ответил Лео, — дома будем только в обед.       Собственные слова заставили пернатого призадуматься. Драконьи Земли, гора Айрис, Грифонстоун — все эти места находятся на другом конце света, так почему дорога до них занимает так мало времени? Либо поезда пони могут ехать невероятно быстро, либо как-то искривляют пространство. Как бы то ни было, ребята уже подходили к нужному им вагону. Показав билеты кондуктору, они протолкнулись сквозь толпу других пассажиров по узкому коридору и заняли свои места. Сильверстрим, сидевшая у окна, протерла запотевшее стекло, сквозь которое виднелись очертания домов, едва освещаемых уличными фонарями. Галлус же положил голову на спинку диванчика и закрыл глаза. Спустя пять минут вагон внезапно вздрогнул с громким стуком, и состав, медленно набирая скорость, стал покидать пределы станции, а после и Понивилля.       — Кстати, — подал голос синий грифон, — ваши родители знают о моем внезапном визите? А хотя можете не говорить, я и сам знаю, что нет.       — Провидческие способности помогли? — спросил Лео с наигранным удивлением.       — Общаюсь с вами достаточно долго, чтобы понимать подобное.       — И все же ты прав, — Сильверстрим хихикнула, — но я уверена, что они не будут против, у нас самые замечательные родители!       Свет в вагоне моргнул и погас. Лишь парочка ламп тускло освещала тамбур, чтобы кто-нибудь ненароком не споткнулся в кромешной темноте. Лео посмотрел в окно, но не увидел ничего, кроме проносящихся мимо них мириад снежинок. Казалось, они ехали по звездному небу.       — Ита-ак, раз уж нам все равно нечего делать, Галли, может, все-таки примеришь мой халат? — обратилась к другу Сильверстрим. Голубой гиппогриф тихонько прыснул со смеху. Он знал, что сестра не дотерпит до дома.       — Сильвер, не думаю, что сейчас подходящее время, — ответил грифон, не открывая глаз.       — Ну пожалуйста! А что, если он не подойдет по размеру? — продолжила настаивать розовокрылая.       — Я не буду ничего сейчас мерить.       — Письмо для гиппогрифа Лео! Срочная доставка! — прокричал кто-то с другой стороны коридора. В такой темноте фигуру незнакомца было не разглядеть.       — Пойду посмотрю, в чем дело, — Лео нехотя поднялся со своего места и направился к выходу.       У двери, отделяющей один вагон от другого, обнаружился юный жеребец-пегас пепельно-синего окраса, судя по всему, почтальон. «Ну а кого я здесь ожидал увидеть, мантикору?». Лицо пони было почти полностью скрыто под шарфом. Завидев гиппогрифа, он оживился.       — Вы, должно быть, Лео?       — Эм, да, это я, — ответил пернатый, — в-вы что, летели следом за поездом?       — Это вам, — пегас вручил ему бумажный конверт, проигнорировав вопрос, — всего хорошего!       С этими словами он приподнял оконную раму достаточно, чтобы в нее пролезть, и был таков. Лео оставалось лишь почесать затылок в недоумении. «Ну и странные же эти пони».       — Как у вас тут дела? — гиппогриф посмотрел на Галлуса и прикрыл клюв лапой, едва сдержав смешок.       Грифон все-таки надел халат. А Сильверстрим любовалась своей работой, не скрывая довольной улыбки.       — Ого, да тебе идет!       — Тоже мне, модный эксперт нашелся, — буркнул Галлус.       — Я назвала его «Королевский блеск»! — гордо заявила Сильвер, — эти цвета мне посоветовала профессор Рарити. Они хорошо подчеркивают невозмутимость и уверенность в себе.       В халате грифон действительно был похож на члена королевской семьи. Только голову чуть повыше поднять и взгляд поострее, и можно писать портрет. Лео решил ненадолго оставить друга в покое — уж слишком любопытно ему было узнать, что же в конверте. Надорвав его край, он достал лист бумаги с текстом. В такой темноте написанного было не разобрать, поэтому гиппогриф попросил Сильверстрим включить маленький светильник у стены. Почерк был весьма знакомым. Лео не спутал бы его ни с каким другим, ведь он принадлежал Оселлус. Его сердце забилось чаще от нарастающего волнения. С каждым словом улыбка на его лице становилась все шире.       — О-о-о, — многозначительно протянула Сильвер, заглянув ему за плечо. Но тайна переписки волновала Лео не так сильно, как переполняющее его радостное предвкушение.       Остальная часть поездки прошла быстро и особо не отложилась в голове гиппогрифа. Первое время ребята общались на разные темы, вспоминая, как проходили уроки, какие сюрпризы, помимо тестов, преподносили им учителя, а после решили, что вздремнуть несколько часов — звучит заманчиво, ведь так останется больше сил на празднование. К тому же, они рано встали.       — Станция: гора Айрис, конечная! — провозгласил кондуктор. Лео открыл глаза, обнаружив, что за окном заметно посветлело. Отовсюду послышался шелест и стук сумок и чемоданов о пол. Пора бы и им выдвигаться.       — Ура-а, мы дома! — Сильвер потянулась, разминая шею и крылья: спать сидя — весьма неудобно, — пойдемте скорее!       В считанные секунды она схватила свои вещи и почти выпорхнула из вагона. Лео и Галлус переглянулись и последовали за ней в ослепительный дневной свет. Здесь было гораздо холоднее, чем в их прошлый визит. Ледяной воздух выходил из клюва облачками пара и, казалось, замерзал обратно прямо в полете. Однако Лео вполне разделял энтузиазм сестры — вернуться домой он был очень рад. Дабы не быть сметенными бурным потоком пассажиров и встречающих, грифон и гиппогриф отошли в сторону. Кто-то из толпы помахал лапой, выкрикнув их имена, и ребята стали потихоньку пробираться на звук. Этим кем-то оказалась Сильверстрим, а перед ней стояли Террамар, Небесная Звезда, Виридиан, Тайдл Вэйв и даже Руби с Винд Твистом. Одним словом, вся компания в сборе.       — Групповые обнимашки! — воскликнула Сильвер, и все гиппогрифы собрались в кучу, обхватив друг друга лапами и крыльями.       — Э-эй, у меня же вещи… — Лео не успел договорить, и его тоже затащили в объятия. Он хотел начать отпираться, но быстро сдался и рассмеялся вместе с остальными.       — Итак, команда! — обратилась к братьям и сестрам Сильверстрим, когда те закончили их бурное приветствие, — это Галлус, — она указала когтем на грифона, — вы уже наверняка знакомы с ним с нашего прошлого приезда на Фестиваль Света и Огня. Отныне он — часть нашей семьи, и мы должны заботиться о нем, как друг о друге!       Послышалась череда одобрительных возгласов, грифон чуть ли не сжался под ними.       — Обязательно было превращать это в целое представление? — буркнул он, поднял глаза и сглотнул, завидев хищные взгляды гиппогрифов, — о нет…       Волна объятий настигла Галлуса, полностью погребя под собой. По его меркам он, должно быть, получил их не меньше годовой нормы.       — Родители тоже уже вас заждались, — оживленно произнес Террамар, — они на горе, праздник мы проведем там!       — Угадайте с трех раз, у кого дома? — страдальческим тоном произнес Виридиан, — мама была очень рада узнать.       Компания дружно рассмеялась. Тем временем они сошли с платформы и направились к ступенькам, ведущим на вершину. К счастью, снег и наледь с них регулярно счищали, и Лео не полетел кубарем в самый низ.       — А мы помогали украшать Школу Дружбы, представляете! — воскликнула Сильверстрим.       — Мы тоже только-только закончили приводить свои жилища в праздничный вид, — улыбнулась Руби, — вчера помогали родителям с праздничным столом.       — Но… вы ведь не украшали мою комнату, да? — с надеждой спросила розовый гиппогриф.       — Не-а, специально для тебя, сестренка, оставили чистой и нетронутой, — ответила Тайдл Вэйв.       — Что, правда?!       — Да она дурачится, — Виридиан закатил глаза.       — Знали бы вы, как трудно украшать замок. Нужно было сто-о-олько всего приклеить, развесить и поставить! — Небесная Звезда развела лапами в стороны, демонстрируя масштаб проделанной работы.       — А у вас, ребята, жизнь, наверное, была куда интереснее, чем у нас, — подал голос Винд Твист.       Лео хмыкнул.       — Не то слово! Особенно последние две недели. И честно, лучше бы была не такой интересной.       — Расскажете? — с интересом спросил Террамар.       — Ну, что ж, все началось с самой обыкновенной прогулки…       Ребята сами не заметили, как достигли вершины горы. Город гиппогрифов так и искрился праздничной атмосферой. Гирлянды, фонарики, хлопушки, палатки с разными лакомствами — от всего этого рябило в глазах. И все выглядели такими счастливыми, общаясь друг с другом, смеясь вместе. Лео ощутил теплоту на душе, несмотря на холод снаружи. До самого праздника оставалось несколько часов — как оказалось, они пробыли в пути немного дольше, чем полагали, и приехали в Гиппогрифию почти в четыре. Сперва ребята занесли свои вещи домой, чтобы не шататься повсюду с сумками. Как бы Галлус ни отпирался, Сильверстрим настояла на том, чтобы он обосновался в гостевой спальне, хотя Лео и Террамар любезно заявили, что при желании могут притащить и третью кровать в их комнату. Закончив с заселением, они собрались на улице и решили, что лучшей идеей будет навестить своих родителей в доме Виридиана, вдруг им нужна помощь.       — Думаю, такими темпами в честь Лео в Школе Дружбы скоро введут урок по спасению мира, — с улыбкой произнесла Небесная Звезда.       — Ты бы тоже могла там чему-нибудь научить, вспомни наше приключение в Кантерлоте, — голубой гиппогриф усмехнулся, — а если серьезно, то нет, ни за что! Мне вполне хватает того хаоса, что творится в школе каждый день, отчасти за это спасибо Дискорду.       — Ты много рассказывал о нем в письмах. Он кажется весьма неплохим парнем, — заявил Виридиан.       — Ага, кажется, — пробормотал Галлус, — с тех пор, как он стал чаще наведываться к Лео, мне вообще нет покоя.       — Да ладно тебе. Ты ведь не можешь отрицать, что тебе понравилось, когда Дискорд устроил серфинг на классной доске во время потопа в школе.       — Который возник из-за него же, — грифон приподнял бровь.       Лео лишь отмахнулся.       — Детали. Как-нибудь, ребята, я вас с ним обязательно познакомлю. К слову, мы уже пришли.       Компания остановилась у массивной деревянной двери, на которой висел декоративный венок с надписью «Счастливых праздников!». Даже отсюда Лео мог чувствовать, что внутри готовили что-то вкусное.       — Ну что ж, добро пожаловать, — усмехнулся Виридиан, пропуская вперед гостей.       Изнутри дом значительно преобразился. Праздничные украшения определенно положительно повлияли на него, и от былой сдержанности не осталось и следа. С потолка свисали каскады самодельных снежинок, стены пестрели разноцветными лентами, а теплый свет декоративных ламп задавал нужную атмосферу. В центре гостиной, у камина, стояло праздничное дерево, поскромнее, чем в Школе Дружбы, но вполне способное с ним посоперничать. Здесь также был разложен широкий стол с почти двумя десятками стульев и кресел, чтобы всем гостям хватило. Сам он полнился множеством всевозможных блюд, как супов, так и десертов. Сюда затесался даже торт, который Лео точно видел в Сахарном Уголке. Хотя основу рациона составляли, конечно, морепродукты. Сэндбар говорил, что у пони они считаются деликатесом, так как далеко не каждому приходятся по вкусу. А вот у гиппогрифов морепродукты были самым рядовым ингредиентом.       — Мам, пап, мы дома! — прокричала Тайдл Вэйв.       Со стороны кухни послышались шаги, и из-за распахнутых дверей показались двое гиппогрифов.       — Тетушка Амарант, дядюшка Нефелин, мы приехали! — шутливо отрапортовала Сильверстрим.       — Вижу, вижу, — гиппогриф с хвойно-зеленым оперением улыбнулась. Ее грива цвета морской волны была заплетена в пучок. Вообще, мама Виридиана редко улыбалась, чаще все же прожигая холодным взглядом, отчего создавалось впечатление, что на самом деле именно она была королевой, — очень кстати, как раз поможете нам.       Гиппогриф с серым оперением и гривой мягкого фиолетового оттенка, стоящий рядом, усмехнулся и поправил очки.       — Да, помощь нам бы сейчас не помешала.       — Уже приехали? А нас почему не зовете? — раздался бойкий голос со стороны кухни. В гостиную вошли Скай Бик и Оушен Флоу.       — Мама! Папа! — воскликнула Сильверстрим и ринулась в объятия родителей. Лео последовал ее примеру.       — Что ж, теперь-то у нас будет достаточно времени, чтобы провести его вместе! — заявил Скай Бик.       — И нам будет очень интересно узнать о том, как вы провели время в Эквестрии, — кивнула Оушен Флоу.       — Для начала неплохо бы закончить с готовкой и сервировкой. Молодняк, живо помогать! — распорядилась Амарант, и ребята отправились вслед за ней на кухню, в том числе и Галлус, выглядевший как никогда растерянным.       — Мама, папа, мы бы хотели с вами кое о чем поговорить, — обратилась Сильверстрим к родителям.       — Да, это касается нашего друга, — Лео окликнул Террамара и поманил его к себе когтем. В конце концов, он их брат и тоже заслуживает услышать разговор, — только давайте куда-нибудь отойдем.       Двое взрослых гиппогрифов обеспокоенно переглянулись, но кивнули. Вместе они поднялись на второй этаж и ушли в конец коридора. Здесь их никто не услышит.       — Что-то случилось? — спросил Скай Бик. На лице Террамара читался тот же вопрос.       — Нет… то есть, да, но не с нами, — сбивчиво начал Лео, — речь о Галлусе. Это тот грифон, который приехал с нами.       — А-а, тот самый, что гостил у нас на ваших каникулах. Он показался мне милым. По крайней мере, по меркам тех грифонов, о которых я слышала, — Оушен Флоу улыбнулась.       — Галлус очень хороший! Ему просто не хватает немного заботы, — Сильверстрим слегка смутилась, — и… в этом вся проблема.       Скай Бик нахмурился и склонил голову набок.       — С ним плохо обращаются в семье?       Лео и Сильверстрим переглянулись.       — С его родителями произошел… несчастный случай. Скорее всего, они погибли, когда Галлус был еще совсем маленьким, — голубой гиппогриф заметил, что на лицах родителей промелькнули ужас и жалость, — его приютили другие грифоны, но с ними он не чувствует себя счастливым. Можно сказать, у него вообще нет семьи.       Сильверстрим ничуть не удивилась тому, что Лео обо всем знал. Хотя он точно ей ни о чем не рассказывал.       — Поэтому мне… нам пришла идея позволить ему жить у нас. Думаю, здесь ему будет лучше, чем в Грифонстоуне, — проговорила сестра, — вот мы и хотели спросить вас…       — Конечно, мы не против! — твердо заявила Оушен Флоу, — если это действительно поможет ему чувствовать себя счастливым, как мы можем отказать?       Скай Бик охотно кивнул.       — Жить без семьи — это ужасно. Но прежде спросите его самого, действительно ли он хочет покинуть родные земли и отправиться так далеко.       — Что-то мне подсказывает, что они уже давно это решили, — усмехнулся Террамар.       — Весь момент испортил, — Лео покачал головой.       Вся семья дружно засмеялась. Но, разумеется, счастливее всех выглядела Сильверстрим. Казалось, она сияла ярче всех звезд на небосводе.       — Что ж, в таком случае, гиппогрифы, все вниз! У нас еще полно работы до праздника! — провозгласил Скай Биг, и они направились обратно к лестнице.

***

      — Кстати, Небесная Звезда, а как же твоя мама, она присоединится к нам? — спросил Лео сестру, когда они вместе зажигали свечи на праздничном столе.       К тому моменту все приготовления подходили к концу. Большой камин из черного кирпича был разожжен, пламя внутри него, мерно покачиваясь, разносило по всей комнате тепло и атмосферу уюта. Весь дом застыл в ожидании приближающегося праздника. Гиппогрифы собрались в гостиной и негромко разговаривали о том, что приходило в голову. Вскоре к ним присоединились родители Руби и Винд Твиста. Сильверстрим, Галлус, Террамар и Тайдл Вэйв решили выйти на прогулку.       — Сегодня нет. Снова эти королевские дела, даже в праздник! — огорченно ответила золотистый гиппогриф и добавила бодрым голосом, — но она сказала, что завтра мы обязательно проведем время вместе!       — Рад за тебя, — улыбнулся Лео. Внезапно напольные часы огласили гостиную своим громким боем. Гиппогриф насчитал десять ударов, — ого, быстро же время пролетело… стоп, десять?! Я побежал, скоро вернусь!       С этими словами он рванул к двери, схватил свой шарф и шапку-ушанку Виридиана, которому та не очень нравилась, а также решил ненадолго позаимствовать маленькие санки.       На улице было очень холодно. Мороз пробирал до самых костей. Не будешь двигаться — превратишься в ледышку. Но Лео и не стоял на месте, а со всех ног бежал по улицам города. Достигнув подходящего спуска, он сел на санки и понесся вниз к подножью горы.       — Разойдись! — возопил гиппогриф, просвистев мимо толпы птенцов, вызвав восторженные вскрики. Конечно, можно использовать крылья и не рисковать доехать вниз по частям. Но какой тогда интерес?       Часы у платформы на станции показывали десять двадцать пять. Значит, Лео не опоздал. Он вглядывался в беспросветную тьму горизонта в надежде увидеть заветный огонек. Его улыбка стала шире, когда что-то блеснуло вдалеке. Далекий гудок объявил о прибытии последнего поезда. С громким скрежетом и шипением состав остановился, а из открывшихся дверей посыпали пассажиры. Но Лео высматривал лишь одного из них. Сердце пернатого затрепетало в груди, когда он увидел ее.       — Я не опоздала? — с улыбкой спросила Оселлус, поправив шарф.       — Нет, ты как раз вовремя, — ответил Лео и крепко ее обнял.

***

      — А где же ты отыскала того бедолагу, что доставил мне письмо?       Чейнджлинг и гиппогриф неспешно поднимались на гору по ступенькам. Удивительно, но это оказалось сложнее, чем нестись с нее на санках. Лео хотел предложить Оселлус долететь до вершины самой, ведь он помогал ей донести ее вещи и не мог использовать крылья. Однако подруга любезно решила остаться и составить ему компанию.       — Случайно встретила в вагоне своего поезда. Он согласился помочь, а потом вернулся через некоторое время, как ни в чем ни бывало.       Лео усмехнулся, вспомнив, как проворно жеребец выпрыгнул из окна. Похоже, ему действительно нравилась его работа.       — Да уж, странные эти пони, — пернатый посмотрел на Оселлус, — послушай, я безмерно благодарен тебе, за то, что ты приехала, но теперь мне неловко, ведь ты должна быть у себя дома…       Чейнджлинг положила копыто ему на плечо. Казалось, ее глаза сверкали в свете фонарей. И все еще оставались такими притягательными.       — Не волнуйся, это было целиком и полностью мое решение. К тому же, мы празднуем День Согревающего Очага раньше, около пяти, так что можешь считать, что у меня сегодня целых два праздника, — она мягко улыбнулась.       — Но ведь ты почти целый день в дороге, не устала? — на лице Лео появилась хитрая улыбка, — ах да, энергия любви, точно.       Оба коротко усмехнулись. Миновав две величественные статуи гиппогрифов, держащихся за лапы, ребята засеменили по вычищенной и как следует протоптанной дорожке вдоль центральной улицы.       — У вас очень красиво зимой, — произнесла Оселлус, задержав взгляд на одном из домов.       Лео гордо вздернул клюв.       — А то! Это ты еще почти ничего и не увидела. Ладно, думаю, твои вещи занесем сразу к Виридиану. Наверняка все уже там, не будем терять время.       Подруга кивнула, и они продолжили путь.       — Ухх, ну и холодно же там! — лазурно-голубой гиппогриф закрыл за ними дверь, чтобы не впускать в дом мороз.       Наскоро отряхнувшись от снега, парочка проследовала в гостиную. Как и ожидалось, вся семья была в сборе. Каждый нашел себе какое-нибудь занятие, но в воздухе так и витало волнение и предвкушение скорого праздника. Лео заметил, что Сильверстрим и Галлус сидели на диванчике у камина. В один момент они коснулись кончиками клювов друг друга — знак привязанности у гиппогрифов. И, судя по румянцу на щеках грифона, ему тоже об этом было известно.       — Мы вернулись! — Лео кивнул в сторону чейнджлинга, — это Оселлус, она отпразднует с нами. И это не обсуждается!       Надеясь, что не прозвучал слишком глупо, пернатый вместе с подругой направились наверх. Там они наскоро привели себя в порядок и оставили в комнате вещи Оселлус. Наконец, Лео надел свой праздничный красно-синий свитер с узором из снежинок и предстал перед семьей.       Все присутствующие заняли свои места за столом. Около Лео сидели Небесная Звезда и Террамар. С каждой секундой в нем нарастало волнение, как если бы он ждал чего-то большого, грандиозного, судьбоносного. Он внезапно почувствовал благодарность всему миру. Если все, что он пережил, все, что с ним произошло, было ради этого момента, значит, оно точно было не зря. Отбросить все печали, неприятные мысли, переживания — и жить этим самым счастливым моментом. Лео вдруг осознал, что даже не дышал все это время, и решил опустить взгляд на стол.       — О, мама, ты все-таки их приготовила!       — Конечно, без запеченных креветок никуда, это же твое любимое блюдо, — улыбнулась Оушен Флоу.       Внезапно Скай Бик громко прочистил горло, обратив на себя внимание всех присутствующих.       — Итак, друзья, до начала праздника остались считанные минуты, поэтому я позволю себе короткую речь. Прежде всего, я безмерно счастлив видеть всех вас здесь, вместе, как и подобает настоящей семье. После внезапного «переезда» на поверхность, после поражения Короля Шторма жизнь закрутилась в совершенно другом ритме, и мы не всегда находили время друг на друга. Но сегодня мы собрались здесь, чтобы разделить эти замечательные моменты, которые позже станут теплыми воспоминаниями. И в этом мире ничто не греет мне душу сильнее, чем говорить эти слова, стоя в этой комнате в этот час и видя ваши счастливые лица. Так давайте же сделаем так, чтобы сегодняшний день запомнился нам надолго и мы ни о чем не пожалели. С праздником, друзья!       Гиппогрифы разразились радостными возгласами. В тот же миг часы пробили «двенадцать». День Согревающего Очага официально начался.       — Ну а теперь налетайте на еду поскорее и бегом на улицу! — бойко произнес Скай Бик, — совсем скоро будут запускать фейерверки!

***

      Поздняя ночь. Легкий ветерок подхватил горстку снега и закружил ее в крошечном вихре. Погода не собиралась никого щадить: от холода слипались веки, а ледяной воздух обжигал щеки и нос. Темное небо, затянутое облаками, казалось неприветливым. Но жители горы Айрис не собирались отсиживаться дома, только не сегодня. Напротив, улицы полнились гиппогрифами, как птенцами, так и взрослыми. Для каждого из них это был не просто праздник, а грандиозное событие, предвещающее начало чего-то нового и долгожданного. Всюду царила атмосфера жизнерадостности и безграничного веселья. Какой-нибудь неопытный чейнджлинг буквально утонул бы в таком водовороте эмоций. Нечего и говорить, то была чудесная ночь.       Такой ее считал и лазурно-голубой гиппогриф, сидящий на небольших веревочных качелях под раскидистым дубом, ныне лишенным своего пышного наряда из листьев. Рядом, совсем близко, сидела Оселлус. Бедняжке пришлось укутаться в теплую одежду почти полностью, ведь у нее не было теплой шерстки или оперения. Лео посмотрел на подругу и улыбнулся. Она ответила ему тем же. Сидеть здесь и наслаждаться моментом с ней — все, о чем пернатый мог когда-либо мечтать. Он собирался расправить крыло и придвинуть Оселлус поближе к себе, как вдруг ощутил, как что-то холодное столкнулось с его спиной.       — Почему здесь сидите? Все самое интересное же пропустите! — прозвучал сзади звонкий голос Сильверстрим.       Лео обернулся, попытавшись изобразить негодование.       — Что, уже и на минуту нельзя уедини… Эй!       Сестра с ловкостью пантеры прыгнула на него, повалив на землю, и оба, задорно смеясь, покатились с пригорка в сугроб. Отдышавшись, они легли на спину, устремив взор к небу. Вскоре к ним подошли Оселлус и Галлус.       — Давайте к нам! — предложила Сильвер.       Чейнджлинг устроилась рядом, а вот грифон мешкал. Однако до него быстро дошло, что ответа «нет» розовый гиппогриф не примет, поэтому он решил повиноваться.       — Подумать только, так много произошло за такое короткое время, — задумчиво произнес Лео.       — И у нас еще столько всего интересного впереди! — Сильверстрим обвела лапой пространство перед собой, — еще целые каникулы, а потом школа и супер-пупер интересные уроки…       — Только не напоминай про учебу, — буркнул Галлус, — а то Оселлус начнет по ней тосковать.       — Эй! — чейнджлинг не смогла сдержать смешок, услышав хихиканье друзей, — но вы правы, у нас еще многое впереди. Йона говорила, что хочет пригласить нас всех в Якякистан.       — Здорово! — воскликнула Сильвер, — уже жду, не дождусь!       — Притормози, давай хотя бы до завтра доживем, — усмехнулся Лео.       Раздался громкий хлопок. Ребята повернули головы на звук и увидели яркую вспышку, окрасившую небо в зеленый цвет. За ней последовала еще одна, и еще с дюжину таких же, но другого цвета.       — Смотрите, фейерверк запускают! — Сильверстрим принялась с детским восторгом наблюдать за открывшимся представлением.       Это зрелище поглотило и Лео. Он ушел далеко в свои мысли и совсем потерял счет времени.       Да, впереди их ждет так много приключений. Гиппогриф был уверен в этом, как ни в чем другом.       Но это уже совсем другая история.

КОНЕЦ