Поттер, отдай мне крылья.

— Я конечно безмерно рад, что вы соизволили меня спасти и не оставлять на задворках Лондона в панической атаке, но везти меня сейчас в аврорат не стоит. — Драко сказал это как бы между делом. Он сидел на заднем сидении машины Поттера, его голова выглядывала в расстояние между передними креслами, на которых сидела Гермиона и Поттер. В один момент Малфой даже почувствовал себя Уизли, от чего разок передернулся. Не завидев ответной реакции, молодой человек решил повторить. — Ну, это, конечно, так. Ну, я так считаю, да. — снова с саркастичным, натянуто-безмятежным тоном проговорил Драко, реакция не заставила себя долго ждать. — Драко, рот свой помолчи. — ответил ему Поттер отмахиваясь от него как от назойливой мухи. — Все вопросы к Грейнджер, я тут чисто как таксист. Девушка долго молчала, хоть и понимала, что пришло время ей тоже говорить. Она предпочитала смотреть в окно и усердно делать удивленный вид, будто эти улицы она видит первый раз. — Я хочу, чтобы ты помог нам в расследовании… — девушка не успела договорить. — Нет. — коротко и ясно сказал юноша, что сидел на заднем сидение. —…расследование по ментальным свиткам. — Мирона, нет, ты оговорилась. Их уже давно не существует, а те, которые остались, их всего три, они все в местах, о которых даже я не знаю. — логично рассуждал Драко, но в его голосе был слышен какой-то азарт. — Три в аврорате. — как факт сказала Миона. — Объясню потом, но…ты сможешь попросить что-угодно, если поможешь нам. — повисло молчание — абсолютно что-угодно, древнейшие артефакты, специальные палочки, квартиры, дома — ее снова перебили. — Крылья. — Что? — Мне нужны мои крылья. И больше ничего. — уверенно и серьезно сказал Драко. — А он не промах, Герм, его крылья и есть самый могущественный артефакт за всю историю. — Гарри усмехнулся и остановил машину. — это значит нет? — дрожащим голосом спросил Малфой. — Это значит мы приехали. — маг заглушил машину, в его голосе слышалась усталость и отчаяние. Драко, конечно, видел раньше аврорат. Но здесь все так изменилось, не было ничего, чтобы напоминало ему о прошлом. Сейчас эта была какая-то около-магловская высотка. Его снова накрыло. Флэшбек — Панс? — Драко подошёл к девушке и положил руку на плечо. — Не переживай ты так. Мама сказала, что все будет хорошо. — Твоя мать никогда не врет. — девушка горестно ухмыльнулась и начала более энергично трепать кулон, который совсем недавно она привезла от дедушки. — Они хотят нас убить, Малфой. — глаза девушки загорелись неестественно синим. — Я знаю. — Я боюсь. — С нами Поттер, его они послушают.— пытался сам себя убедить, Драко. — У меня плохое предчувствие, ты знаешь, я никогда не ошибаюсь. — тон был серьезным. Девушка оставила свой кулон в спокойствие и смахнув руку Драко вошла в аврорат. Конец флэшбека Малфоя поразил как будто разряд грома, прямо в голову. Он начал кричать. Его дыхание участилось, ему стало непередаваемо больно и страшно. Он вспомнил Панс, снова. — Блять, Герм, что делать? — взволнованный и более чем раздражённый голос Гарри, настиг змеиного принца откуда-то из вне. — Лайюс.* — Сказала Грейнджер плотно сжав голову Драко руками. — Эх, Гарри, если бы ты только посещал в академии медицинские курсы. Малфой обмяк в руках девушки. Из его глаз пошли непрошеные слёзы. Панические атаки для молодого человека были уже чем-то обычным. После смерти Паркинсон он часто их ловил от одного воспоминания. Часто просыпался ночью от крика: Пожалуйста, Драко, спаси меня, ты обещал! Драко! Его накрывала паника. То как Малфой ненавидел себя, то как он себя истязал, то как он добровольно шёл на оживленные улицы, чтобы слышать от прохожих какой он урод, все показывало то, что он презирал себя. Раз за разом из-за него умирают дорогие для него люди, и каждый раз он смотрит на это и ничего не может сделать. Ни с магией, ни без неё. Очнулся юноша в палате, которая больше напоминала гостиничный номер: телевизор, маленький холодильник, огромная кровать. — На тебя отреагировал свиток. — сказал без всяких предупреждений Поттер, смотря в окно. — Да, спасибо за беспокойство, я хорошо себя чувствую. — Малфой его ненавидел, он винил его в смерти Панси, чуть ли не больше чем себя самого. Голос был пронизан болью и сарказмом, наверное, таковой на вкус была вся жизнь Принца. — Почему на такого как ты реагируют такие артефакты? — вопрос был явно риторическим, но Малфой не мог удержаться. — Потому что не все должно принадлежать тебе, Поттер. — последнее слово он выплюнул, как что-то гадкое. Дальше около получаса была тишина. В голове у двоих был ворох мыслей связанных друг с другом, с артефактами, с крыльями. Первым тишину прервал Поттер. — Зачем тебе крылья, Драко? — Гарри посмотрел на бывшего слизеринца твёрдо, как будто хотел прожечь в нем дыру. Он вовсе не ненавидел Малфоя, но на такое отношения нельзя реагировать по-другому. — Ты можешь просить просто магическое ядро, палочку, можешь попросить что угодно, чтобы колдовать без крыльев и развить все это до высших навыков, которые недоступны всем остальным, почему это? — Не твоё собачье дело, Поттер. — рыкнул Малфой и отвернулся от него, делая сонный вид, чтобы от него отстали. — Я тебе не отдам их. — Гарри не посмотрел на него в этот раз, сказал фразу в пустоту. — Отдашь. — дверь открылась и зашла Гермиона. — На него отреагировал свиток, это нельзя игнорировать в нашем деле. Свитки молчат все своё существование пока не встретят человека, который полностью воплощает эмоцию, которую рукопись держит в себе. — Гермиона перевела недовольный взгляд на Гарри — И если бы ты хоть немного думал своей головой, а не прогуливал пары, ты бы это знал, что если этот свиток сейчас возьмёт в руки кто угодно, кроме Драко, без его разрешения, эта эмоция просто проглотит тебя и ты не сможешь испытывать ничего другого. — Какой это свиток? — все что спросил Драко. Свитков всего было шесть, пять основных и один побочный, который появился недавно, но по силе он был сокрушительный, никто не мог устоять перед ним, все меркло. Все остальные эмоции подавлялись. Радость, гнев, грусть, любовь и страх — основные. — Опустошение, моральная боль. — выпалила девушка — мне жаль, Драко. — Почему жаль? — не удержался Поттер, он слышал об этих свитках, но так как считал, что они исчезли, не уделял должного внимания. Все что он помнит это то, что владельцы свитков, могут управлять этой эмоцией в других людях, и проявлять ее. Поэтому побочный свиток и считался самым сильным. Как бы сильно ты не любил или злился, как бы не грустил и не боялся, или не радовался. Если тронет моральная боль, все исчезнет. — Я заложник этой эмоции, я не могу испытать ничего более, чтобы смогло хоть как-то это перекрыть. Даже если я полюблю или обрадуюсь, это все равно не будет и рядом стоять с тем, какую боль я чувствую. Она всегда будет фоном. — Драко ухмыльнулся, он был не удивлен этому. Его руки сжались на простыне, и он острее почувствовал привычный холод, будто теперь он рядом, осязаем. — А он может колдовать от силы свитка? — спросил Гарри. — О, Боже, Гарри, ты лучший аврор в этом заведении, а знаешь не больше первокурсника в Хогвартсе. — девушка подняла руки вверх и дружественно, несерьезно, замахнулась на друга. — Да, может, но для этого нужно соединится со свитком, нужно его прочесть. И если он не сойдёт с ума, и не умрет, то сможет использовать ментальную магию. Драко засмеялся. — Что смешного? — встревожено спросила Грейнджер. — Это разве не иронично, что единственный свиток, который считается темным артефактом, да черт с ним свиток. Единственный темный артефакт, достался мне. Это разве не смешно? Ну типа, пожиратель смерти, виновен во всем и вся, противник Золотого мальчика. Имеет связь с самым мощным темным артефактом, одним заклинанием из которого можно убить всех. Да даже не заклинанием, щелчком пальца. Этот свиток сводит с ума. Поэтому он раньше не выбирал себе никого, ибо всегда когда происходили только предпосылки к этому, люди умирали. — Драко рассмеялся ещё больше. — И вы, двое светлых умов и прекрасных специалистов, дадите мне воссоединится со свитком? Чтобы он был на мне высечен. Ещё один портак, Боже. — У нас нет выбора, и ты это знаешь. — Гарри был не в восторге от этой идеи, но оспаривать ее было бы глупо. — Ещё во время всей миссии, ты будешь жить у меня. — Нет. — у Грейнджер дома Уизли. Миона не собирается вас разнимать все время. — наступила пауза. — Тем более, если ты хочешь забрать крылья, я должен понимать кому их отдаю. — Полноправному владельцу. — Драко. — Бывшему пожирателю смерти, человеку чей свиток наитемнейший и наисильнейший артефакт. — Гарри. — Убедительно, Поттер. Троица вышла из палаты. И направилась в кабинет Гарри, чтобы подробнее рассказать Драко о деле и его роли в плане. Все авроры смотрели на Малфоя как на прокаженного, но это было так типично и банально, что даже немного разочаровывало. Кабинет Поттера был обычный. Небольшой, куча книг, шкафов и большой шкаф с не менее большим креслом. Около стола стояли два стула попроще, на них сели Гермиона и Драко. — И так, рассказываю, но, чувствую, эту часть я больше рассказываю Гарри, который ничего не знает. — Гермиона посмотрела на Героя очень неодобрительно. — Свитки, если их собрать все вместе и получить права на них от владельцев, а обмен возможен только между владельцами, дают невероятную силу и могущество. Никто не сможет победить этого мага, это просто невозможно, любой человек станет пешкой в его руках. — Гермиона рассказывала это очень увлекательно и Малфой не могу перестать слушать то, что давно знал, но он никогда не могу оторвать ни слуха, но взгляда от Гриффиндорской зазнайки. — Любовь, гнев и опустошение у нас. — вклинился Гарри. — У нашего противника, как мы уже поняли по многократным самоубийствам — страх. Он заставляет людей идти и убивать родных и близких, заставляет убивать неповинных людей в поисках артефакта из-за страха, который никто не может объяснить, потом эти люди убивают себя от чувства вины. — Поттер сильно помрачнел. — Мы должны найти как можно раньше его и помешать ему. Иначе мы все можем погибнуть.