Вот она любовь моя!

      После приезда монстров с отдыха на круизном лайнере, Трансильванские вечера в отеле будто заиграли по новому, особенно для его владельца. Объятия, поцелуи и романтика, то самое чувство, которое Граф Дракула не испытывал больше ста лет, и вот наконец после столь долгих лет в одиночестве, он вновь приобрёл свой дзинь. Он не мог налюбоваться своей белокурой красавицей, которая счастливо смеялась и улыбалась когда они проводили время вместе. Ещё никогда в своей жизни Эрика не чувствовала себя так непревзойдённо. Капитанша сама много лет находилась в одиночестве, и даже не имела понятия, что такое любить и быть любимой. Объятия в которые укутывал её Драк, были для неё самыми тёплыми и приятными на свете. А ведь не прошло и месяца, с тех пор как она отчаянно пыталась его убить. Но как говорится, от ненависти до любви всего один шаг, ей теперь просто немыслимо причинять вред тому, кого она очень любит. Всего за месяц, жизнь капитанши кардинально изменилась. Как только у них с Драком произошёл финальный дзинь, она напрочь забыла о своём предназначении, всё осталось в прошлом. Женщина быстро привыкла к тому, что теперь её по всюду окружают монстры и что теперь она бодрствует ночью, а днём спит. Сегодня наши влюблённые сидели на балконе, и наслаждались тёплой летней погодой. — Прекрасная ночь, не правда ли? — Не была бы она такой прекрасной, если бы ты не находилась рядом со мной, прекрасная миледи, — сказал Драк поцеловав её кисть. — Ох, мой князь тьмы, вы не представляете как я бесподобно себя чувствую сидя рядом с вами. — Обещаю вам, моя госпожа, когда вы выйдите за меня замуж, я сделаю вашу жизнь ещё более непревзойдённой. Эрика улыбнулась и погладила Драка по щеке. — Жду не дождусь нашей с тобой свадьбы. — А я то как не могу дождаться, — сказал Драк. Вампир обняв её за талию, прижал к себе и стал шептать что-то на ухо. Та начала посмеиваться.       В их паре царила восхитительная гармония, которой восторгались все. Все, кроме одного единственного человека, который совсем не радовался их союзу. Ван Хельсинг наблюдал за ними с сердитым лицом. — Мерзость, — он выплюнул слюну и поехал прочь. — Позор, какой же это позор, — приговаривал он едя по коридору в свой номер, — Уж, не думал я, что когда-нибудь увижу как моя праправнучка нежится с Дракулой. Глупая наивная девчонка позорящая нашу семью, будь же ты несчастна в этом браке. Старик заехал к себе в номер и яростно хлопнул дверью.