Воспитанница злодеев S-ранга.

- Итак… Тонкостенный и заполненный газом цилиндр массой M, высотой H и площадью основания S плавает в воде. В результате потери герметичности в нижней части цилиндра, глубина его погружения увеличилась на величину DH. Атмосферное давление равно P0, температура не меняется. Каково было начальное давление газа в цилиндре? - бормотала Аико, внимательно вглядываясь в условие данной задачи, не обращая внимания, куда шагает. - Что за бредовая задача… Эти экзаменаторы совсем съехали с катушек?! Думают, что Генины настолько умны и без списывания решат эту задачу? Хотя, по идее, нужно списать, но я что, зря вчера всю ночь с Какудзу-семпаем решала все задачи на всякие там расчёты? Так… Пусть P и P1 - давления газа в цилиндре до и сразу после разгермети… - Аико! - отвлёк дочь Пейн. Аико на автомате остановилась, а когда посмотрела где стоит, и что ждёт её впереди, виновато почесала затылок. Пейн вовремя привёл девочку в чувства, иначе бы та свалилась с огромного камня в реку. - Сколько раз говорить, не делай два дела сразу, у тебя плохо это выходит! - Извини, пап, не буду, - извинилась Аико, подходя к маме, перепрыгивая большие и маленькие камушки под ногами. Начатую задачу девочка спрятала в сумку, согнув два раза, чтобы та поместилась. Акацки уже целый час пробирались через лес коротким путём, дабы поскорее прийти к новому логову. Некоторых это откровенно бесило. Например, Дейдару, который стремился подорвать всё к чертям собачьим, и Хидана, желающего принести в жертву каждое дерево, в которое он врезался по пути. Но Пейн не отступал, он вёл по уже знакомой ему с Конан дороге своих подчинённых, не останавливаясь на передых. Аико уже выдохлась и начала скулить о привале. Юная Хаюми привыкла жить ленивой жизнью, меньше делать что-то самой, но получать большее от других. Идти без остановок девочке было просто не под силу! В своей команде, как Лидер, она могла бы сказать: «Так, всё, закругляемся, привал! Здесь остановимся на ночлег и точка!», - но в этой ситуации она, как послушная дочка, слушается папочку. - Пап, а может всё же… - Нет, я сказал! Привыкай! Второй этап Экзамена на Чунина будет проходить в Лесу Смерти, а как ты будешь вести себя там, если ты боишься? - посмотрел на дочь Пейн, что внутри девочки всё сжалось. - Я не боюсь, просто я устала… - Это всего лишь причина! Вот я, например, устал тебе повторять, что… - «Нельзя отступать назад! Никогда!», - повторила вместе с отцом Аико, отводя взгляд в сторону. - Да, именно. А то мы тебя сильно балуем, ты такими темпами никогда сильной куноичи не станешь, - Пейн вынес вердикт, который, как игла, вонзился в сердце юной Хаюми. - Пейн, прекрати! - заступилась за Аико Конан, сверля рыжеволосого парня своим прожигающим взглядом. - Сильно мучить её тоже не стоит, она и так много натерпелась в жизни! Пока родители ссорились, девочка замедлила шаг, отходя от них. - Что встала-то?! Шагай, давай! - подтолкнул Аико вперёд Хидан. «А раньше он мог меня на себе понести… Нет, если бы я сейчас была вообще без ног, он то же самое сказал бы! Блин, они что, и вправду решили меня больше не баловать? Нет, нельзя судить всё только по Хидану…» - покраснев, Аико посмотрела вслед своему семпаю. *** - Какудзу-семпай, у меня нога болит, сильно, - прохныкала Аико, хромая на одну ногу. От колена до лодыжки истекала кровью глубокая царапина, но, к счастью, уже зашитая чёрными нитками Какудзу. Зря два нукенина взяли в этот понедельник с собой свою маленькую трёхгодовалую ученицу. Вражеские шиноби не хотели «договариваться» с Какудзу по поводу денег, поэтому решили немного «поиграть» на чувствах бессмертных. Если бы они знали, что эти двое не испытывают никаких чувств, даже для своей ученицы. Схватив в заложники Аико, главный ниндзя-босс, за которого дают много денег, воткнул острый кунай в ногу девочки, чуть ли не коснувшись им кости, проводя оружием всё ниже и ниже. Если бы девочка и хотела убежать, то у неё всё равно это не получилось. Всё закончилось хорошо, почти. Аико всё же спасли, а вот вражеских ниндзя больше никто спасти не сможет. - Хидан, закругляйся! - смотря на девочку, Какудзу привёл того в нормальное состояние. Мацураши лежал на земле в нарисованном кровью кругу из треугольника внутри, а сердце его было пронзено железным колом. Рядом с Хиданом лежал какой-то парень, тоже с «дырой в сердце». - Какудзу, су*а! Дай мне закончить мой ритуал! - прорычал Хидан, продолжая свою молитву Джашину-саме. - Нам некогда, нужно ещё продать труп на чёрном рынке и забрать награду, - Какудзу оборвал молитву бессмертного. Тому ничего не оставалось, кроме как подняться, обзывая всеми матерными словами про себя своего напарника. Вынув кол из груди и не проскулив от боли, Хидан поправил свой рваный плащ, заляпанный кровью. - Пошли, - поднимая с земли труп, Какудзу направился вперёд. - Да, кстати, помоги Аико. - Какого х$%?! Я тебе что, нянька что ли? - Имей совесть, Хидан! Именно в этот момент Аико «нечаянно» наступила на больную ногу, сразу же начав реветь. Рёв Хаюми порой выводил всё организацию из себя, но каждый мог по-своему успокоить малышку. Лучше всего это получалось у Дейдары, Конан и Сасори, меньше всего у Хидана и Какудзу. - Да прекрати же ты! - Хидан подошёл к Аико, поднял её на руки и усадил на свою шею. - Ну, как? Так меньше болит? - Спасибо… семпай, - шмыгая носом, Аико своими маленькими ручками погладила Хидана по его белоснежным волосам. *** «Да, детство у меня было куда лучше, чем у других детей!» - расплылась в широкой улыбке Аико. Пока Пейн всем раздавал их обязанности, Аико сидела на камне рядом с мамой. - Ммаааам, а эта дура всё время будет тут находиться? - Аико дёрнула Конан за рукав, кивая в сторону огромной статуи Гедо Мазо. - Да, она же не может уйти, - рассмеялась Конан. - Новый дом какой-то жуткий, ммм… В старом куда лучше, - нахмурилась Аико. - Милая, неважно в каком доме мы будем жить, главное то, что всей дружной семьёй, - Конан погладила Аико по волосам, беря девочку за руки. В этот момент юная Хаюми посмотрела на каждого: «А мама права, в каком бы страшном месте я не была, с ними мне ничего не страшно… Они стали для меня семьёй, самой лучшей семьёй, о которой никто даже не догадывается и никогда не догадается! Я привыкла к ним, к каждому из них… Ведь они заменили мне моих родителей, которых я не помню с раннего детства! Я их люблю!» - Я их люблю, - Аико даже не заметила, как последнюю фразу сказала вслух. - Знаешь, я тоже, - поцеловав дочь в носик, улыбнулась Конан.