Смерть? Это моя заветная мечта.

      Очнулся я так же на земле, только силуэт того яркого человека пропал. И почему у меня ощущение, что его где-то видел…? Ладно, это сейчас не самое важное. Ощупав, понял, что ребра… срослись. Но как? Обычному человеку нужна как минимум пара месяцев или еще больше времени, чтобы они восстановились…только если это, случаем, не тот мужчина постарался. Скорее всего. Его хоть поблагодарить нужно. Но как же мне его найти? Аргх…одни вопросы без ответов. Сделав над собой титанические усилия, принял вертикальное положение и плавно поднялся на ноги. Может ребра и не болели, но все тело еще ощущало фантомную боль от побоев. Осмотрев свой внешний вид, грязно ругнулся. Меня не то, что в дом не пустят, да и крыльцо запретят переступать.       Да еб твою мать. Ну и сколько же жизнь будет подкидывать бед на мою линию жизни? Думаю, много. Ладно, нужно сейчас найти крышу над головой на ночь. Итак, к Хибари я не иду. Во-первых, потому что банально не знаю его адреса, да и странно будет, что человек, которого ты только сегодня принял в Дисциплинарный комитет, так наглеет. Из этого можно сделать вывод, что он изобьет меня или прогонит. Дотронувшись до ребер, до меня наконец дошло, что сегодня не использовал купленный мною же эластичный бинт, а ребра уже зафиксированы… эластичным бинтом. Только не это. Я же отключился в кабинете Хибари и, придя в сознание, на мне уже была повязка. Неужели он все это видел…? Блять, ну конечно он видел! Он же, черт возьми, не слепой! Так, вдох-выдох, Тсунаеши, успокойся. Поддавшись эмоциям, ты можешь себе навредить. Проделав дыхательное упражнение пару раз, мне все-же удалось успокоиться. И я обнаружил одну интересную вещь. У меня пропал тот кашель. Поняв это, чуть не упал обратно в обморок. Как незнакомец сделал это?...       Еще немного поразмыслив над тем, куда мне податься, пришел к немного странному решению. Можно наведаться к Тсуеши-сану. Как только собирался туда направится, резко остановился и обдумал ситуацию еще раз. Придя туда, мне придется объяснять откуда побои, а врать этому хорошему человеку не хочется. Да и втягивать его во все это нет желания. Карамельные глаза, в которых появился небольшой огонек жизни, потухли. Тогда остается только одно. Подождать, пока женщина уснет и тихо пробраться в свою комнату по дереву. Так будет лучше…       Самообман всегда хорошо работает, когда ты хочешь убедить лишь себя в том, во что не хочешь верить…       Подойдя к знакомой калитке, здраво рассудил, что меня могут услышать, пока открываю ее, и, так как ребра у меня пока что в нормальном состоянии, можно и перепрыгнуть забор. Проделав данное действие, мне оставалось лишь тихой серенькой мышкой прошмыгнуть к дереву, забраться на нужную ветку и запрыгнуть в открытое окно. Обычно я его не запираю, так как редко пользуюсь дверьми. Получать побои еще чаще нет никакого желания. И как назло, не могу ее ударить в ответ, потому что она может прикинуться слабой и немощной. А я подросток, молодое поколение полное сил и энергии. Хах. Это смешно звучит… Она в любом случае выйдет сухой из воды. — Паскуда… — с рычащими нотками прошептал, взбираясь по дереву. Когда перепрыгнул и мягко, на носках, приземлился в комнате, прикрыл окно и, подхватив сменную одежду, прислушался. Вроде шагов нет. Подойдя к двери, хотел уже было открыть ее, как услышал тихие шаги в тапочках. Сбледнув, тихо скользнул обратно к кровати, перекатом залез под нее и забился в самый дальний, темный угол. Черт. И почему мне так в последнее время не везет? Эх… Щелчок двери вывел меня из задумчивого состояния, и я услышал голос, который хотел бы никогда не слышать и забыть навеки.       — Ну и где же ты, маленькая дрянь? — пропела елейным голоском женщина. «Единственная дрянь это ты» — думал, находясь под кроватью и пытаясь сдержать свой эмоциональный порыв, который может мне еще аукнуться. Она немного побродила по моей комнате и вышла. Нана прикрыла дверь и направилась вниз. Аккуратно и, по возможности, тихо выкатившись из-под кровати, поднялся на ноги и проскользнул к двери. Выйдя из нее, тихо прошествовал к лестнице и услышал, как она напевала какую-то веселую песенку. Немного выглянув из-за угла, заметил, что она оделась, достала ключи и вышла. Скорее всего за продуктами. Что я говорил ранее насчет неудачи? Беру свои слова назад. Прошествовав к ванне, зашел в душ и скинул грязную одежду, заодно размотал эластичный бинт, аккуратно положив его на раковину. Стоять под теплыми струями воды было чистым наслаждением. Все напряжение снимает и мысли очищает. Ах… только ради этого, наверное, и стоит жить. От своих мыслей засмеялся. Горько и надломлено. Вот именно, жить, а я, черт побери, существую. Нет, не так, я выживаю каждый чертов день. Пытаюсь не сдохнуть, при этом думая о смерти. Я слишком противоречивая личность. Вода, стекающая с волос, попала на глаза, имитируя слезы. Вот бы мне по настоящему заплакать…       Выключив воду и наскоро обтеревшись полотенцем, захваченным из комнаты, оделся в свежую одежду и стал обрабатывать синяки, чтобы на следующий день их не было видно. Проблемы ни ей, ни мне не нужны. Да и, скорее всего, она будет строить из себя невинную овечку. У нее к этому талант. Лицемерка чертова. Закончив с этим, кинул свои грязные вещи куда-то в угол ванной и захватил с собой с раковины эластичный бинт. Эта женщина все равно не посещает ее, поэтому постираю завтра. Выйдя за дверь, прислушался и, не уловив ни одного знакомого звука, прошел в свою комнату, закрыв ее на щеколду. Аккуратно упаковав бинт обратно, кинул его на стол. Он может пригодиться завтра. И, подойдя к портфелю, стал выкладывать тетради, чтобы сделать домашнее задание.       Когда я закончил, на часах уже было больше двенадцати ночи. Хм…а сегодня так ничего и не съел. Завтра пораньше встану и перед школой загляну в магазин, благо отец мне подарил карточку, в тайне от Наны. Тьфу. Даже ее имя мне произносить противно. Как так получилось, что она об этом не узнала, остается тайной для меня до сих пор. Но мне не до этого сейчас. Нужно хоть немного поспать, пока эта фурия не избила меня вновь.       Сон был непродолжительным из-за кошмаров, мучивших меня уже довольно продолжительное время. Как же это достало. Постоянно просыпаться в холодном поту и с картинками перед глазами, от которых кровь стынет в жилах. Аргх. — Как же мне все это осточертело… — прошептал в темноту, смотря пустым взглядом в стену. Этот день только начался, но обещал уже быть худшим из худших. Поняв, что уснуть у меня уже не получится, поднялся на ноги и, включив настольную лампу, взял одну из книг, которую еще не успел дочитать. Именно за чтением провел оставшееся время до моего обычного пробуждения. И уже как по старинке, быстренько собрался и выпрыгнул из окна на ветку дерева. Спустившись вниз, рысцой направился к калитке, перемахнув через нее, теперь уже спокойно направился из ненавистного дома в магазин. Купив все необходимое, по дороге до школы стал кушать. Оставшееся, что не успел съесть, завернул и сложил в сумку. Беготня беготней, но еду нужно беречь, кто знает, когда в следующий раз выпадет шанс более менее нормально поесть. Зайдя в ворота школы, хотелось материться. Вслух. Настолько грязно, насколько это вообще возможно. Передо мной предстал Хибари Кея с явным вопросом в глазах. Не понимаю тех людей, которые говорят, что он постоянно носит маску безэмоциональности и его не понять. Да у него все на его лице написано. — Это тебя не касается. И да, кем я хоть буду? — решил уточнить. — Моим секретарем, — хмыкнуло это чудо, чём-то напоминающее ежа. — Если не ошибаюсь, твой секретарь — Кусакабе Тетсуя, — парировал, ехидно посматривая на его недовольную моську. Бедный Кусакабе. Мне его искренне жаль. Потому что он прислуживает капризному ребенку. — Значит будешь моим вторым секретарем. Все равно нужен человек, который его хоть немного разгрузит, — отчеканил Кея, тем самым выкрутившись. Вот же хитрая задница.       Горестный вздох снова вырвался сам собой и, взлохматив немного волосы, мне пришлось ответить: — Ладно, уговорил.       Думаю, я промолчу насчет его победной ухмылки. Чем бы только дитятко не тешилось. — Получается, перед уроками и после, у тебя в кабинете бумажную волокиту выполнять буду, правильно? — ладно Кусакабе подсоблю тебе немного, помогу с этой маленькой капризулей. Мрачно размышляя о своей участи, старался не обращать лишний раз внимание на обеспокоенные взгляды от ребят из комитета. Да не бойтесь, не съест он меня. Пофыркивал, пока «Демон Намимори» вел меня чуть ли не за ручку до своего кабинета. Хех, боится, что сбегу. Хитрый засранец. Апатия, которая преследовала меня лет с четырех, чуть отступила, и мир немного запестил яркими красками. Было приятно видеть уже давно забытые цвета. Когда зашел в кабинет, мой взор упал на стол ГДКа. Он просто был завален этими бумажками. Хмф, работы нет. Конечно же. Небось, он здесь сам допоздна сидел и разбирал их. Подойдя к подростку, схватил его за ухо, оттянув немного на себя произнес: — Работы значит нет, да?       На меня посмотрели возмущенно и обиженно. О, Ками-сама, он напоминает мне всё больше ежика. Так, Тсунаеши, главное — не ржать! Не ржать, кому я сказал! Пришлось отпустить его ухо и стараясь унять дрожь от смех, однако сотрясающиеся плечи выдали меня с головой. Как бы не старался, смех было не остановить. Меня пробило на хихиканье, и, прикрывая рот рукой, смотрел на этого надутого ежика. Резко остановившись, понял, что уже давно так не смеялся. Обычно вместо привычного смеха у меня был или надломленный, или ироничный. Растерянно похлопав глазами, всмотрелся в глаза напротив, которые отдавали красивым стальным блеском и поначалу кажущейся холодными и неприступными. На меня смотрели крайне обиженно, из-за чего слабо улыбнулся искренней улыбкой. Ох, что же ты со мной делаешь, Хибари Кея…       Посмеявшись, получил подзатыльник от надувшегося ежика. После чего мне всучили две больших стопки бумаги, кинув напоследок уничтожающий взгляд и отправили работать. Если бы Тсунаеши знал, как меняется взгляд, смотрящий ему в спину, когда отворачивается, то обязательно бы подколол Хибари. Но он этого не знает и ладно.       Как только прозвенел звонок, хотел уже было ретироваться на урок. За прогулы по головке не погладят, особенно Нана. При упоминании, даже в мыслях, об этой женщине мои глаза потухли, и плечи немного опустились. Протянув руку, чтобы открыть дверь и уйти, как недалеко от моего лица появилась рука, упирающаяся в стену. Развернувшись на 180 градусов, я обомлел. Кёя стоял настолько близко, что наши носы чуть ли не сталкивались. Та-а-ак. Дело пахнет керосином. — Х-хибари, что ты делаешь? — … — Хибари? — …       Меня что, игнорируют?! Надувшись, ответил ему обиженным взглядом. Благодаря этому прохвосту стал вспоминать эмоции, за что очень сильно благодарен ему, ведь эта женщина постаралась на славу, стараясь отбить всю мою волю к жизни. Ну что ж, могу ее поздравить. Получилось, блять. Пока пребывал в мрачных мыслях, мне не удалось заметить, с каким интересом рассматривал меня Хибари, и зря, очень и очень зря. Потому что в следующее мгновение этот чертенок потерся своим носом об мой. Ч…что прости?! На моем лице печатным шрифтом, через капслок, было написано: «Че за хуйню ты творишь?». Его это нисколько, сука, не смутило. У меня же щеки будто кипятком ошпарило, и более чем уверен, что выгляжу, как вареный рак. — Что ты твори… — мне естественно не дали договорить, поцеловав в щеку, затем в нос и… в мою руку, которую выставил перед губами. Нахер-нахер. Дружище, я еще не готов отдавать свой первый поцелуй тебе. Быстро открыв дверь другой рукой, сделал шаг назад и захлопнул ее перед носом ГДКа. Да, я начинающий суицидник! А теперь драпаем!       Убежал достаточно быстро, чтобы успеть в класс со звонком, когда зашел в помещение на меня посмотрели так, словно моя тушка вообще не должна быть живой. Ну, мои дорогие одноклассники, возможно это случится в ближайшее время. Правда, не знаю, кто доконает меня быстрее, Нана или Кея.       Урок прошел относительно спокойно, если, конечно, игнорировать неверующие взгляды, которые на меня кидали время от времени. Нацепив маску покерфейса, спокойно досидел урок. М-да. На перемене было не лучше. Ко мне подошел один из моих одноклассников. Вроде его зовут Ямамото Такеши. Ладно, хорошо, вроде интуиция говорит, что не ошибся. — Йо! Я рад, что ты жив, Савада, — сказал мне брюнет с ореховыми глазами.       Недоуменно посмотрев на него, понял, что ранее никто не говорил мне такого. Распахнув глаза, непонимающе посмотрел на собеседника, с затаенной надеждой и тоской. — П-правда? — кое-как вымолвил. — Да, — ответил мне подросток, сверкнув улыбкой а-ля «32 не предел». И как-то обеспокоенно посмотрел на меня.       На мое лицо выплыла слабая улыбка, но она была искренней. Наблюдая за моей реакцией подросток пораженно взглянул. Смутившись от такого щедрого внимания, решил уточнил: — Что-то не так? — Просто впервые вижу, чтобы ты улыбался, — ответил мне брюнет. — И если честно, с ней ты выглядишь изумительно.       Мои глаза повторно распахнулись, но на этот раз в шоке и смущении. Да что же за день такой?! Брюнет приблизил свое лицо ко мне, так близко, что наши носы соприкоснулись. Так, это мне что-то напоминает… Но подросток не предпринимал попыток, а просто смотрел в мои смущенные глаза. — Тебе кто-нибудь говорил, что твои глаза прекрасны? — спросил у меня на полном серьезе подросток, все еще смотря в мои очи. — Нет, мне говорили, что они уродские и было бы прекрасно в… — на автомате ответил, пытаясь осмыслить вопрос, как до меня дошло, что цитирую ту женщину, и, не досказав главное, мой рот захлопнулся, а взгляд невольно стал мрачным. На мои перемены Ямамото смотрел с интересом и возмущением: — Кто тебе это сказал? — нахмурившись, возмутился Такеши. — Да так один… кхем… одна знакомая… — пролепетал, быстро отводя взгляд. — Тогда смело можешь плюнуть ей в лицо, потому что она сильно ошибается, — на полном серьезе ответил мне собеседник, кивая в подтверждении своих же слов.       Поперхнувшись воздухом, уставился на него с немым вопрос: «Ты что, сейчас серьезно это сказал?». Я был бы, конечно, рад плюнуть этой женщине в лицо, но последствия после этого меня ждали бы колоссальные. В плохом смысле. Ну уж нет, мне и сейчас ее заскоков хватает. Так сказать, лишние проблемы мне не нужны. Горько усмехнулся и покачал в знак отрицания головой. Меня поняли без слов и, еще сильнее приблизившись, просто обняли. Слава Ками-сама, что в классе никого, кроме нас, не было. Все остальные были на перемене. Хотя в какой момент они успели выйти прошляпил. Это было подозрительно, но на данный момент у меня проблемка посерьезней. Меня обняли, уткнулись носом в шею и просто что-то говорят, что именно — непонятно. Зачем он это сделал? Может… хоть ему смогу рассказать… — Слушай, Ямамото-кун, я… — но договорить не смог. Тот самый знакомый комок в горле появился снова, и мне захотелось плакать… Ну почему я такой слабый и трусливый. Почему я просто не могу все рассказать?! — М? Что-то не так, Савада? — оторвавшись от моё шеи, заинтересованно перевёл взгляд и опустил голову на мое плечо. — Зови меня лучше по имени, — быстро сменил тему. Видимо, слишком боюсь впутать в это дело невинных людей. Эх, тяжело это всё. — Хорошо! Тсунаеши, станешь моим другом? — весело рассмеялся Такеши. А заразительный у него смех, интересно. Стоп.       А? Хаааа?! Д-другом… Так, Тсунаеши, не уходи в астрал! Тебе нужно ответить на вопрос. — М, хорошо, — беззаботно произнес, настолько, насколько это возможно в данный момент. На это мне улыбнулись и зарылись носом обратно в шею. Из-за чего пробежались мурашки по спине. Это было, конечно, мило, но и смущающе. — Эм, Ямамото-кун… Скоро урок начнется, — решил хоть как-то выправить неловкую ситуацию, вернув нейтральное выражение лица, пытаясь сдержать стыдливые нотки в голосе. — Ох, и правда, спасибо! И зови меня тоже по имени! — ответило мне это чудо. — Хорошо.       Когда прозвенел звонок, моя маска безразличия вернулась на свое законное место и где-то в своих мыслях старался подавить матерную тираду здравого смысла, что я натурал! Но голос чего-то еще говорит, что это было по дружески! Так, похоже у меня начальная стадия шизофрении, или просто сказочный долбо… кхм, в общем, идиот.