Смерть? Это моя заветная мечта.

      Сон был про тот момент моей жизни, когда я впервые узнал этого монстра без ее маски невинного агнца. Эта улыбка преследовала меня, как во сне, так и в реальной жизни. У меня, в каком-то смысле, выработался инстинкт смотреть под маски других людей, хоть этого мне не очень хочется. Поэтому чаще всего просто не обращаю на это внимание, а зря, очень зря.       Самое ужасное в этом сне то, что она сидит рядом со мной и улыбается той самой улыбкой монстра. И разговаривает со мной. Это хуже, чем терпеть ее срывы. Это пугает и выводит из равновесия. У меня ужасное положение, я не могу двигаться, а она стоит за моей спиной и шепчет мне на ухо, какое же ее чадо никчемное, ужасное, бесполезное, недостойное жизни и все так по кругу. В такие моменты отчаяние захлестывает меня с головой. Больнее всего люди бьют словами, а не кулаками. Ее слова словно каленым железом отпечатались у меня на подкорке сознания и сердца. Как бы я не говорил о том, что терпеть ее не могу, ненавижу и все в этом духе, но где-то в самом маленьком и темном уголке моего сердца я люблю ее. Дети не могут возненавидеть всей душой своего родителя. Ну, это единичные случаи и к огромному сожалению я не отношусь к этим единицам. От этого хочется плакать, но слез у меня не осталось. Увы. Да и только порадую эту тварь своими слезами. Я люблю и ненавижу ее. Черт. Я слишком противоречивый. Проснуться через силу на этот раз у меня получилось. Фух. Мне повезло, даже слишком. Посмотрев, спят ли Кея и мой дорогой репетитор, тихо и облегченно вздохнул.       Сидя в таком неудобном положении, почему-то задумался о том, в какой момент моя жизнь пошла куда-то не туда. Правда, мои попытки найти тот момент, который я пропустил, были тщетны и лишь заставили разочароваться в себе. Все таки и вправду никчемный. Права была та женщина. И как бы она не ненавидела меня, все же учит меня жизни…        Нет.       Бред. Опять говорю полную чушь. sono un coglione. (с ит. я полный придурок)*.       — Не будь так к себе строг.       — Это не строгость, а лишь самокритика и разочарование в себе.       — Но все же. Не нужно так о себе думать. Ты прекрасный подросток с тяжелой судьбой.       — Правда? Я хочу тебе верить…очень хочу…       На мою голову забрался Хиберд, а хамелеончик лизнул меня в щеку. Его с птичкой поддержка была самой милой из всех вместе взятых. Подняв уголки губ, чуть улыбнувшись, аккуратно погладил канарейку по ее желтому пушку и ящерку по ее немного приплюснутой голове. Смотря пустым взглядом в стену, стал обдумывать как объяснить женщине о новом жителе в доме. Ну, по крайней мере она не при нем станет меня бить и то хлеб. Почему-то у меня такое ощущение, что нанял репетитора именно блудный папаша. Если это так, то она послушает его. Но все же на всякий случай придумать план B. Все таки, от перестраховки никто не умирал. Ну, а если и умру, то буду первым таким человеком. Пребывая в не самых радужных мыслях, как-то не заметил внимательный взгляд своего репетитора. Опомнился я лишь когда на мою голову приземлилась большая, мозолистая, теплая мужская рука. Мозоли скорее всего от частого применения…хм…что-то напоминает…м-м-м…помню такие мозоли у той женщины, она еще сказала: «Откуда они? Ахах. От пистолета, спиногрыз.». Стоп, от пистолета?! Паника начала подниматься по пищеводу к горлу. Застряв там в комок. Тело лишь немного напряглось, а лицо никак не изменилась. Та женщина обожает смотреть на отрицательные эмоции на моем лице, кроме гнева. На зло ей, я научился держать лицо. Это помогло. И её, так сказать, спуск пара теперь не столь долгий, но болезненный. Правда, раньше она растягивала мои страдания и упивалась моим отчаянием.       Переведя взгляд на итальянца стал смотреть на него недоуменно. Как бы спрашивая: «Что-то не так?» — Все хорошо? — спросил брюнет. — Да. — слукавил я. Все же, моя шизофрения говорит мне пока играть роль невинного гражданского и маменькиного сыночка. Тьфу. Противно то как. Все еще смотря спокойно в эти темные глаза, словно мокрый агат, задумался. А почему незнакомец ко мне столь мягок? — Можно задать вам один вопрос? — спросил, продолжая смотреть ему в глаза. На это он ухмыльнулся и сказал: — Спрашивай. — Почему вы мягки со мной? Обычно незнакомые друг с другом люди ведут себя более…осторожно? И стараются прощупать почву. — я задал вопрос таким образом, чтобы не было ненужных подозрений. Они мне совершенно не нужны.       На меня смотрели немного удивленно и с интересом. — Ты меня заинтересовал. — ответил мне мужчина.       На это я лишь приподнял одну бровь, выражая свой скепсис. От этого его ухмылка расширилась и глаза чуть сузились… и какого черта я сейчас так внимателен к мелочам, хотя раньше их игнорировал?! Кхем. Отставить истерику, Тсунаеши! Ты не баба, чтобы истерить по любому поводу. Вдох-выдох и продолжай играть на грани. Присмотревшись, увидел лукавые искорки. Я, черт побери, эту недосказанность печенкой, твою дивизию, чувствовал! — Я не думаю, что тебе это сейчас обязательно знать. — наконец сказал мужчина. Ну, в чем-то он прав. Сейчас от этого знания никакого толку.        — Ну, как сказать, Тсу.       — И чем эта информация мне поможет?       — В будущем ты будешь жалеть, что не выпытал у него ответ.       — Когда этот момент настанет, тогда и буду на голове волосы рвать.        — Как знаешь.       Кивнув, я откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Все же, я не привык к столь пристальному вниманию. Уф. Пока я сетовал на свою внезапную популярность, которой, в общем то, и не было, к моим скулам прикоснулись мозолистые пальцы. Резко раскрыв глаза, перевел шокированный и немного напуганный взгляд на мужчину. Такие движения мне знакомы. Так обычно делала та женщина. Лицо мужчины стало удивленным и немного задумчивым, именно в этот момент мне пришлось взять себя в руки и прикрыв глаза отстранился от руки. Мне не очень нравятся прикосновения других людей, тем более без моего разрешения. Повторно раскрыв глаза, настороженно уставился на все еще задумчивого мужчину. Что-то у меня не очень хорошее предчувствие. И как только я хотел уже было сбежать, мою талию обвили сильные руки и уткнулись носом в живот. Подавив желание вскрикнуть, посмотрел вниз. Кея продолжал спать, но сжал меня во сне. Не-е-ет. Мне ж теперь не выбраться. Блять. Материться хотелось неимоверно.       На то, чтобы мягко отцепить от себя Кею, мне потребовалось пятнадцать минут. И все это время на меня пялился мой репетитор оценивающим взглядом. Да что же это такое?! После того, как я выбрался из захвата и уже было хотел слинять куда подальше, мой «репетитор» схватил меня за плечи, удерживая на одном месте и не давая сбежать. После ощутил на своей шее горячее дыхание, из-за чего у меня пробежали мурашки. — И куда ты так рьяно хочешь сбежать? — спросил хриплым, глубоким баритоном. — Д-домой. — немного помявшись в начале, ответил. — Хм… Ладно. — сказал мне на ухо мужчина и прикусил хрящик. От таких действий мои щеки словно кипятком ошпарили, и я, как только мои плечи опустили, аккуратно обошел Кею и, подхватив сумку, быстро выбежал. Выбежав из школы с горящими щеками, побежал куда глаза глядят. Почему, черт побери, он так себя ведет?!       Когда дыхалка уже была при смерти, я остановился отдышаться. По иронии судьбы стоял напротив суши-бара семьи Ямамото. Успокоив свое сбившееся дыхание, зашел в бар. Только открыл дверь, как меня приветствовал хозяин заведения. Это, видимо, отец Такеши. — Добро пожаловать! — Здравствуйте.       Только сел за столик недалеко от Ямамото-старшего, как мне сразу вручили меню. На это я лишь слабо улыбнулся и стал выбирать суши. Выбор был просто огромен и мне пришлось посидеть минут пять, прежде чем выбрать понравившиеся. Сделав заказ, стал его ожидать и заодно мне выпало немного времени обдумать ситуацию, в которую я попал. Итак, до меня домогается не только мой знакомый, но и, черт побери, репетитор, нанятый моим отцом. Вот только с чего он решил, что мне нужен репетитор? Мне искренне жаль, что люди еще не научились читать мысли других. Это бы облегчило мне работу во много раз. Но понять человека, в принципе, можно. Благодаря длительному наблюдению и анализированию всех действий объекта, мы сможем понять как он мыслит. Ну, а если сможем это понять, то и предугадать о чем он думает будет легче простого.       Итак, получается отец от нас что-то скрывает. Хотя это и дураку понятно. Но вот что именно? Он постоянно в разъездах и в командировках, раньше приезжал по праздникам, сейчас же от случая к случаю. И я уверен, что он не знает о моих оценках, потому что эта женщина старается не упоминать меня, когда звонит Емицу. Значит он или замешан в чем-то, или работает на кого-то влиятельного, скорее всего состоящего в криминале. Хм. Если посмотреть на его частые командировки под другим углом, то может показаться, что он завел себе любовницу или другую семью. Но эта теория полностью опровергается, если он все же замешан в криминале. Как-то на досуге прочел пару правил мафиози. Мне просто нечем было заняться! Если упростить и откинуть все ненужные термины, то там говорилось, что человек, предавший свою семью, не лучше куска мусора. То есть от таких людей избавляются или считают паршивой овцой. Тогда, получается, его причина стольких командировок — это то, что он нужен сейчас боссу. От чего складывается мнение, что он женат не на этой женщине, а на работе, черт возьми. Возможно, сейчас у них не самое мирное время. И почему-то у меня такое ощущение, что он не знает настоящий характер этой женщины. Иначе бы он не оставил меня бы с ней вдвоем. Но как всегда мои мысли упираются в тупик. Потому что я не могу точно сказать насчёт мысли — правда ли он замешан в криминале, но точно знаю, что Емицу там не последний человек. Потому что такие большие суммы, которые он высылает и мне, и этой женщине, из воздуха не берутся. Черт, у меня как всегда недостаточно информации…       Прервав свои мысли, я заметил идущего ко мне Ямамото-старшего с моими заказанными суши. За размышлениями о насущном как-то не заметил, что зверски проголодался. Слава Ками, что я снял достаточно денег с карточки. Оплатил заказ заранее и получил укоризненный взгляд, а так же лекцию о том, что лучше платить после еды, а не перед. На это лишь рассмеялся и сказал, что у него отличные суши и я ему доверяю. Посетителей не было, кроме меня, поэтому у нас завелся разговор. Ямамото-старший рассказывал мне о том, как правильно приготовить суши. Это, кстати, очень интересно, поэтому я, ни секунды не сомневаясь, попросил его научить меня этому. На это он удивленно округлили глаза, а после рассмеялся и согласился. Мы с ним договорились встретиться завтра, в это же время. Закончив свою трапезу, поблагодарил Тсуеши-сана за столь вкусное блюдо. Пока мы разговаривали, я узнал его имя и мы нормально познакомились. Выходя из бара, ко мне обратился Тсуеши-сан. — Тсунаеши-кун, присмотри, пожалуйста, за Такеши, а то в последнее время он в облаках витает. Мне кажется, что он влюбился, но в кого не рассказывает. — Хорошо, Тсуеши-сан, я присмотрю за ним. — сказал напоследок перед тем, как уйти.       Пока размышлял, в кого же мог влюбиться Такеши, не заметил ехидного взгляда в спину. Все же Ямамото-старший немного слукавил, сказав, что не знает возлюбленного своего сына. Ведь подростки редко могут полностью контролировать свою речь…       Придя домой и зайдя в дом через входную дверь, наткнулся на изучающий взгляд темных глаз. Почему-то стало неловко, словно меня поймали на вранье о хороших оценках родители с дневником, полным двоек. Придав своему выражению лица немного пофигистичный вид, приподнял одну бровь, как бы спрашивая «Что тебе от меня надо?». Видимо, мой взгляд верно поняли, ибо после этого мужчина усмехнулся и сказал, что будет жить с нами. В тот момент я был шокирован настолько, что потерял дар речи. Думаю, мое лицо полностью передавало все то, что у меня сейчас на душе. То есть большое и безграничное охуевание. Ну, спасибо, папа, подставил ты меня знатно. Лишь кивнув на его слова, пошел в свою комнату — охреневать дальше и делать уроки. Их, увы, никто не отменял.

***

      Аркобалено Солнца поручили задачу вырастить наследника на место Десятого дона Вонголы. Задача не сложная, но и непростая. Ознакомившись со всеми документами в самолёте, Реборн понял, что все не так просто. В деле Савады Тсунаеши упоминалось, что это жизнерадостный и немного неуклюжий подросток со средним показателем в учебе и совсем плохим в спорте, рос в окружении своей матери, что давало свой отпечаток. Так он, по крайней мере, думал до того, как встретился с новым учеником. В тот момент вся информация, которая у него была на Тсунаеши Саваду, оказалась в корне неверной. Парень учился на отлично, в спорте хоть и был среднячком, но все же. И недавно стал секретарем главы Дисциплинарного комитета. Он не был неуклюжим, а двигался с легкой грацией кошки. Да и не выглядел он жизнерадостный, от слова совсем. Скорее апатичный и невозмутимый (!), с милой реакцией на все (!). Он почти ничего не успел рассказать подростку, как парень дал ему отворот-поворот и ушел. От такой наглости киллер сначала впал в ступор, а после с азартным оскалом направился в кабинет ГДКа, и не прогадал. Застав его немного удивленное лицо, Реборн ликовал, правда недолго. Ученик проигнорировал его и уселся делать свою работу секретаря. Хм. Гаденькая ухмылка вылезла сама собой. Присев поближе, просто положил голову на его плечо и стал наблюдать как он работает. Ему же надо оценить как он разбирается с делами Дисциплинарного комитета, чтобы узнать от чего отталкиваться в его обучении. Да и запечатанное пламя немного просачивается через трещины в печати. У него довольно успокаивающий эффект и пламя, которое за все время пребывания Аркобалено убивало своего хозяина, успокаивалось и тянулось к подростку. Это порядком удивило мужчину. Самое приятно было то, что подросток старался лишний раз не шевелится, видимо решив не будить Реборна. После, к возлежанию на шатене присоединился и Хибари Кея. Потомок первого хранителя облака Вонголы сейчас мирно посапывал на коленях подростка, через сон отвечая на ворчания подушки. В этот раз Аркобалено Солнца достался интересный экземпляр.

***

      Зайдя в комнату, на автомате подставил руки к летящей на меня ящерке. Стоп. Получается, все время она была не со мной? Ох. Ну ладно. Поймав животинку, посадил ее к себе на плечо, почесав его между глазок, из-за чего он заурчал и потерся о мою щеку своей мордочкой. От этого мое сердце растаяло. Это так мило! Выложив все, что нужно для домашнего задания, только хотел сесть за его выполнение, как за моей спиной кто-то прокашлялся. Вздрогнув и резко развернувшись, посмотрел на своего репетитора. Черт. Я так и не удосужился объяснить той женщине о нашем новом сожителе. Эх, надеюсь, проблем с этим не будет. — Да? Что-то случилось… эм… — спросил я, помявшись в конце. Все таки, он так и не назвал своего имени. — Реборн. — ухмыльнувшись, произнес мужчина. — Реборн. Ах, да пока не забыл, я сейчас пойду и приготовлю вам комнату… — произнес и хотел уже было пойти за футоном, как на мое плечо приземлилась горячая мозолистая рука и усадила обратно на стул. Из-за чего ящерке пришлось спрыгнуть на мою вовремя подставленную ладошку. Она крайне недовольно посмотрела на Реборна. — Я буду спать в твоей комнате. — сказал он и заинтересованно посмотрел на меня. А? А-а-а-а?! Что?! Стоп-стоп-стоп! Какого черта?! Он…он извращенец?! О Ками…. Или на моем лице отразилось все, что я думаю, или же он умеет читать мысли, но он просто усмехнулся пакостно и произнес: — Нет, я не извращенец, и да, еще один футон не помешал бы. На что я кивнул и заторможенно подумал, что все-таки моя жизнь пошла по одному интимному месту.       — Ты даже не представляешь насколько прав, Тсунаеши.       — Даже не хочу задумываться об этом.       Уйдя за футоном, я стал размышлять какого черта твориться в моей жизни, а хамелеончик, уловив мое настроение, потерся о мою щеку, печально посмотрев на меня. — Не беспокойся, радость моя, мы справимся со всем пиздецом в моей жизни. — тихо оповестил ящерку я.       На что он согласно заурчал и свернулся калачиком у меня на шее. Ну, хоть что-то хорошее в этом бренном существовании.       — Тсунаеши. — недовольно произнесла моя шизофрения.       — Ладно-ладно, не в существовании, а в жизни.       Придя в комнату с футоном, быстро расстелил его и сел делать домашнее задание. Как бы мне не хотелось его делать, но есть такое противное слово надо. Делая математику, почувствовал, как на мое плечо положили подбородок и стали наблюдать за моей работой. Это, конечно, не очень удобно, но, в принципе, плевать. Делал я уроки недолго, домашнего задания было в разы меньше, чем вчера. Поэтому, покончив с этой ненавистной домашкой, посмотрел на задумчивого мужчину и уткнулся ему носом в волосы и завитые бакенбарды. Устал я ужасно, поэтому хотелось спать неимоверно. Отключился раньше, чем успел услышать удивленный вздох.