Death, killers and love

      Опять утро. Опять нехотя открываю глаза и опять исчезает желание жить. Смотрю на будильник и понимаю, что до приезда Тэхена еще 30 минут, как раз чтобы я успела собраться. Каждый мой день проходит абсолютно примитивно. Просыпаюсь, умываюсь, завтракаю и одеваюсь. Жду Тэхена и с ним еду в университет. Иду в университет, стараюсь не заснуть на парах и снова домой. Никогда бы не подумала, что моя жизнь будет такой скучной и однообразной. Раньше все было по-другому. Раньше я ходила в садик с братом и Тэхеном абсолютно счастливая, зная, что дома меня ждет мама с печеньками, которые она готовила по особому рецепту и которые мы с братом и Тэхеном так любили. Я знала, что придя домой, меня будет ждать мама которая поможет с домашним заданием, которая поцелует перед сном и скажет, как сильно любит. Но в какой момент это все исчезло? В какой момент я проснулась и поняла, что всего этого больше нет? Сейчас я уже взрослая и, казалось бы, что поцелуй перед сном или слова любви перед уходом в университет мне не нужны, но когда ты 15 лет живешь без этого, тебе хочется чувствовать эти вещи хоть в 30. Так и я в свои 20 безумно в этом нуждаюсь. Но мой отец будто не знает таких слов; будто не знает, что так каждый родитель делает со своим ребенком; будто вообще не знает о моем существовании.       Дома его опять нет. В раковине грязная посуда, которую он почему-то за собой не убрал. На кухне пахнет его одеколоном, от которого мне уже противно. Противно, что мне приходиться вдыхать этот чертов одеколон каждое утро; противно от осознания, что он принадлежит отцу, о котором я и думать не хочу. О переезде лучше даже не заикаться, ибо в прошлый раз этот разговор ничем хорошим не закончился.       Звонок в дверь. Уже знаю, кто за ней стоит, поэтому, не задавая лишних вопросов, открываю дверь. Тэхен как всегда улыбается своей квадратной улыбкой и не улыбнуться в ответ невозможно. Все эти 15 лет он пытался быть позитивным и радостным, потому что хочет показать мне, что еще не все потеряно. Это помогало по началу, но потом это перестало работать. Я уже не маленькая девочка и прекрасно понимаю, что улыбкой не скрыть всю боль, но он пытался это сделать. Ради меня. Ради того, чтобы я была счастлива и тоже улыбалась. Я видела его одного. Видела, как он сидел в комнате, зарывал пальцы в свои волосы и не знал, как дальше жить. Я видела, как ему было тяжело, но через 5 минут он спустился ко мне с широкой улыбкой на лице и именно тогда я поняла, что он это делает ради меня. Поэтому ради него я тоже натягиваю улыбку, потому что знаю, что он старается. -Привет, малая, -потрепав по голове, сказал Тэ -Да-да привет, но зачем надо было портить мою прическу?, — немного раздраженным голосом спросила я -Хах, скажи еще, что ты ее долго делала, — на его лице появилась ухмылка, а я, поняв, что прическа у меня и пяти минут не заняла, хмыкнула и пошла к машине.       Ехали мы молча, потому что желания разговаривать у меня не было. На его вопросы я отвечала сухо, либо просто игнорировала. Я любила его всем сердцем и знаю, что своим подобным поведением причиняю ему боль, но я не могу по-другому. Я не могу поменяться, потому что жизнь меня еще с пяти лет научила быть такой. -Послушай, может ты прекратишь так себя вести? Я каждое утро из кожи вон лезу, чтобы на твоем лице наконец появилась искренняя улыбка. Да, мне тоже тяжело, но прошло 15 лет, тебе не кажется, что пора бы отпустить это?, — сжав руль, сказал он. На его руках выступили вены и я поняла, что его терпению пришел конец. Но как? Как он мог сказать мне отпустить все с такой легкостью? Отпустить все, что мне дорого. Отпустить единственных людей, которым я была нужна. -Отпускай! Если ты хочешь, то отпускай! Но я никогда не отпущу, ясно? Никогда не отпущу самых родных мне людей. Да, они не живы, но они всегда рядом со мной. Ты ведь знаешь, как дороги они мне были. Знаешь же, как сильно я их любила и как тяжело мне пришлось. Они были единственными людьми в доме, которые не давали мне усомниться в том, что я там лишняя. Я чувствовала себя ребенком рядом с ними. Счастливым ребенком. Потому что они давали мне все, что нужно было ребенку, начиная от внимания и заканчивая любовью. Но их не стало и в 5 лет мне пришлось повзрослеть. Вместо игр в куклы или догонялок с друзьями, я была на их могилах и плакала там, потому что ждала маминых родных и теплых объятий после очередной ссоры с отцом. В 5 лет мне пришлось пережить все это. Я выходила на улицу и видела, как мои друзья гуляли со своими мамами и папами, как они улыбались и были счастливы, в то время как я закрывалась у себя в комнате из-за очередного запоя отца. И ты с такой легкостью говоришь мне отпустить это? Нет. Я никогда это не отпущу.       Пелена слез начала появляться на моих глазах, а воспоминания того года стали возвращаться. Я не могла поверить, что близкий мне человек так просто это сказал. Сказал с такой легкостью, будто это все шутки. Будто это все плохой сон, про который можно просто забыть.       К моему счастью, мы приехали в университет и поэтому, не желая оставаться в машине с Тэхеном больше ни минуты, я ее покинула. На меня все как всегда смотрели странно, даже с неким отвращением, потому что про смерть мамы и брата ходили жуткие слухи, из-за которых ни у кого не возникала жалость, а лишь отвращение. Хоть я и была одной из лучших учениц университета, я все равно ходила одна, потому что люди не хотели дружить со мной. Я сама не знала настоящую причину смерти мамы и брата, но я всегда была уверенна, что она не является одним из слухов. Как всегда я шла, потупив взгляд и смотря себе под ноги. Как всегда я шла в наушниках и слушала любимую песню мамы. Все обходили меня, поэтому я точно знала, что ни в кого не врежусь. Мне все еще было больно от слов Тэхена. Хотелось плакать и кричать, метать и разбивать. Больно. Очень больно. Только Тэхен этого кажется не заметил.       Не замечаю, как врезаюсь в кого-то и от удивления вытащила наушники одним движением руки. Неужели меня перестали избегать и я смогу почувствовать себя обычным человеком, а не изгоем? Но нет. Это был всего лишь парень, которого я раньше не замечала в университете. Дерзкий тип, у которого на лице была ухмылка, из-за которой у меня сразу появилось отвращение к нему. -Тебя не учили смотреть под ноги, когда идешь?, — возмущенным голосом сказала я. -А тебя видимо только это и учили делать. Ты хоть голову иногда поднимай и смотри по сторонам, вдруг идет кто, — все еще с ухмылкой сказал он -Это мое дело, куда смотреть, -хмыкнула я -Ты за язычком следи, глядишь, лишишься его, не дай Бог конечно, — сказал он хитрым голосом, от которого у меня внутри все закипело -Я не знаю, кто ты и что здесь забыл, ведь на студента не похож, но к твоему сведению, меня здесь обходят стороной и контактировать со мной не пытаются, поэтому будь добр, отвали, -сказала я и, одев наушники, прошла мимо него. «Какой мерзкий тип», — подумала я и направилась к кабинету, в котором начиналась первая лекция.       Во время лекции телефон постоянно вибрировал из-за сообщений и звонков Тэхена, но я всячески пыталась их игнорировать. Я все еще обижалась на него и не могла просто ответить ему, потому что обида брала вверх.       Выхожу из университета опять в наушниках и опять иду, смотря под ноги. Вдруг кто-то срывает с меня наушники и с выпученными глазами смотрю на того, кто это сделал. «Ну конечно же, Тэхен», — сказала я и мысленно проклинала себя, что не вышла с университета раньше. -Нам надо поговорить, — сказал Тэ -Нам не о чем с тобой говорить, кажется мы утром все обсудили, разве нет?, — я выхватила свои наушники у него и собиралась обойти его, но он быстро среагировал и схватив меня за руку, повел к машине. -Черт возьми, отпусти меня!, — он сжал мою руку так, что еще чуть-чуть и на ней бы образовался синяк. -Шшш, больно же!, — но он будто не слышал меня и продолжал вести к машине Открыв дверь переднего пассажирского сиденья и запихнув меня в нее, он закрыл дверь, обошел машине и сел на место водителя. -А сейчас ты слушаешь меня и это не обсуждается, -сказал он, повернувшись ко мне лицом…