Goliath (Голиаф)

       «Стоящий один, может быть атакован и побежден, но двое могут стоять спиной к спине и побеждать, а трое — еще лучше, потому что тройной плетеный шнур не легко порвать». Экклесиаст 4:12       Декабрьский ночной воздух был очень холодным. Калеб заметил намек на мокрый снег, когда вышел из старого дома в сарай. Он не винил Дилл и Бу в том, что они решили остаться у огня, даже когда он надел старое пальто Джима, чтобы выйти на улицу. Дом, как правило, был теплым убежищем для всех, но сегодня вечером компания душила Рыцаря.       Калеб обычно не возражал, когда на ферме было полно людей, особенно тех, кого он считал частью своего внутреннего круга. Близнецы Мэтьюз, Райли, Брэдли и даже Сайлас стали постоянными гостями в усадьбе с тех пор, как Дин официально стал Стражем, но не они стали причиной побега Калеба. Сегодня вечером это был намного более близкий источник — его отец.       Калеб вывалил свое разочарование на упрямую защелку двери сарая, с силой ударив по нижней планке. Внутри было теплее, но ненамного. Фидеист поприветствовал его взмахнув головой и тихо заржав.       — Сегодня у меня нет морковки, мальчик. — Калеб закрыл за собой дверь. — Просто неожиданная компания.       Калеб понимал, что Мак был расстроен его болезнью, но, как и в видении, доктор Эймс столкнулся с беспомощностью, требуя каждой детали, неспособный принять диагноз, который он сам же поставил, хотя и в поездке Кастиэля в будущее. Ситуация ухудшилась, когда Калебу пришлось объяснить про амулет Ноя Сивера. Он не смог уклониться или избежать этого болезненного признания. Это заставило его задуматься, насколько эффективно он собирается изменить то, что имело значение больше всего.       — Держу пари, ты не будешь ожидать большого разговора.       Калеб потер голову лошади. Он устал говорить, он рассказал подробности своего видения всем, кого Дин собрал в «Гробнице», а затем дважды вынужден был отбиваться в частном порядке от отца и Бобби. Калеб понимал желание старших охотников понять все, их инстинкт защитить его, но это подавляло. Несмотря на то, что Калебу нравилось внимание, ему не хотелось быть в центре их пристального взгляда или заботы, когда были другие более насущные вопросы, такие как Троица и угроза, которую они представляли.       Он похлопал Фидеиста по шее.       — Пока ты не спросишь, как я себя чувствую, или не захочешь измерить мне температуру, у нас все будет хорошо.       — Тебе не следует так злиться на своего старика, малыш. Он просто пытается позаботиться о тебе.       Услышав неожиданный голос Калеб повернулся к одному из затемненных углов сарая. Его сердце заколотилось, когда Джон Винчестер вышел из тени, выглядя так же, как в последний раз, когда Калеб видел его: без больничной одежды и травм от автомобильной аварии. Ривз сделал ошеломляющий шаг назад, врезаясь плечом в Фидеиста. Он надеялся, что на этот раз его избавят от странных галлюцинаций, хотя в видении Джон ничего не говорил.       — Джонни?       — Малыш.       — Ты не разговаривал раньше.       Джон засмеялся.       — Ты действительно думаешь, что я пройду сквозь завесу и буду молчать?       — Я никогда не думал, что ты упустишь возможность что-то пережевывать. — Несмотря на то, что он ощущал энергию, которую не помнил из видения, Калеб задался вопросом, не было ли это каким-то новым аспектом его состояния.       — Это все о перспективе, рядовой. — Джон, казалось, читал его мысли. Он улыбнулся, двигаясь дальше из тени на свет. Уши Фидеиста дернулись, и он с легким фырканьем вскинул голову. — Я предпочел смотреть на это как на передачу моей огромной мудрости.       — «Ты не закаляешь сталь теплой водой, малыш», — процитировал Калеб один из проверенных и истинных девизов Джона, сделав шаг ближе.       — Чертовски верно. — Бывший Рыцарь протянул руку и обхватил ладонью затылок Калеба, его пальцы были неожиданно твердыми и теплыми. — Няни нужны для младенцев. Рыцари же должны держать свои лезвия острыми.       — Боже, как же я рад тебя видеть, Джонни. — Калеб вошел в объятия старшего охотника. От нежного хлопка по спине на глаза навернулись слезы, и огромный ком встал в горле, который ему пришлось проглотить, прежде чем снова заговорить. — Я думаю, что мой меч стал немного тупым в твое отсутствие.       — Сомневаюсь. — Джон отступил, но держал руку на плече Калеба. — Я слышал, ты практически сэр Галахад.       Калеб закатил глаза и фыркнул.       — Ты мог бы рассказать мне об этом раньше.       — И слушать, как ты бросаешь это мне в лицо каждый раз, когда я пытался передать тебе свою огромную мудрость? Я так не думаю. — Джон мягко ударил его по затылку. — В то время мне хватало и типичного грубого подросткового чванства.       — Да, наверное, я знал все уже тогда.       — Тогда? — Джон приподнял бровь. — Это было скорее, как смертельное заболевание.       Калеб поморщился от терминологии.       — В настоящее время я страдаю не только от своего огромного эго, но думаю, именно поэтому ты здесь.       — Это одна из причин. — Джон прислонился к пустому стойлу рядом с Фидеистом. — Вот почему ты прячешься от своего папы?       — Мак сводит меня с ума. — Калеб протянул руку и провел рукой по морде лошади. — Бобби продолжает смотреть на меня, как будто я могу исчезнуть.       — Они оба знают, как легко это может произойти, — Джон подождал, когда Калеб снова встретиться с ним взглядом. — Люди умирают.       — Я знаю. — Калеб облизнул губы, резко кивнув. — Поверь мне, я знаю.       — Я это уже понял. — Джон повернулся лицом к Калебу, его плечо почти касалось плеча молодого человека. — Такой страх может свести человека с ума, или он может так же легко свести с ума остальных.       Калеб перевел взгляд на бывшего Рыцаря.       — Ты говоришь из опыта?       — Ты знаешь, что да.       — Сумасшедший или нет, я начинаю думать, что ты был прав насчет некоторых вещей, может быть, многих.       — Черт, могу поспорить, что эти слова застряли у тебя в глотке.       Калеб засмеялся над сходством шуток Джона и Дина.       — Я думаю, что меня немного тошнит.       Джон ухмыльнулся, показав ямочки на щеках.       — Разве я никогда не говорил тебе, что скромность больше ценится, малыш?       Калеб снова обратил свое внимание на лошадь, позволяя тишине обступить их, словно любимое одеяло. Когда он снова поднял взгляд, он увидел, что его наставник наблюдал за ним.       — Итак, оказывается, я ненавижу принимать приказы от Дина.       — В этом нет ничего удивительного. — Джон засмеялся, положив локти на дверь стойла. — Ты вообще ненавидишь принимать приказы.       — Но мы говорим о Дине.       — И? Что, черт возьми, заставило тебя думать, что директивы от твоего лучшего друга будет легче проглотить, чем от меня, Бобби или Мака?       Калеб в отчаянии всплеснул руками.       — Я не знаю, может быть, я действительно не думал об этой части.       Джон покачал головой.       — Где ты был все те годы, когда Джим Мерфи ставил меня на место?       Калеб нахмурился на Джона. Он никогда не видел, чтобы кто-нибудь заставлял Джона Винчестера делать то, чего он не хотел.       — Ты серьезно?       — А ты думаешь, что я работал с этим ублюдком Харлендом Сойером, потому что он носил серебряное кольцо? Плюс тот факт, что я не убил Гриффина Портера, когда он похитил моих сыновей и их невыносимую няню.       Калеб усмехнулся.       — Я не собираюсь оспаривать приказы. И все же мог бы, если бы не думал, что Дин возьмет мое кольцо.       — Я позволил Йену, Фишеру и Джошуа уйти после того, как они избили тебя до полусмерти. Было еще бесчисленное множество других вещей, которые поручил мне Хранитель.       — Принимать приказы отстой, — вставил Калеб.       Джон кивнул.       — И не говори.       Калеб ущипнул себя за переносицу, поморщившись от того, что обещало быть началом адской головной боли.       — Попробуй принять их от парня, который обычно крался в твою комнату в пижаме с бурундуками, таща за собой своего слюнявого младшего брата, когда ему снился кошмар, чтобы ты мог защитить их обоих от монстров под кроватью.       — Я ненавижу говорить тебе об этом, малыш, но Дин уже не тот маленький мальчик. Он давно уже вырос.       — Он постоянно говорит мне это. — Калеб опустил голову, зажмурив глаза от внезапно усилившейся боли.       — Может быть, пришло время послушать его, пока не стало слишком поздно.       — Серьезно, что с вами, Винчестерами? Ты не понимаешь всю концепцию «чья бы корова мычала»? Это ген лицемера или… — Калеб с шипением открыл глаза, намереваясь напомнить Джону, сколько раз он игнорировал просьбы Дина, но его наставник уже исчез. Экстрасенс раздраженно провел обеими руками по волосам. — Черт возьми, Джонни.       — Говорят, что разговор с самим собой — это первый признак того, что ты, твою мать, сходишь с ума, Ривз.       Новый голос позади Калеба опередил жестокий удар по затылку, который заставил Калеба отскочить от пустого стояла рядом с Фидеистом. Он приземлился на задницу в грязь, ошеломленный и едва в сознании. Огни взорвались у него перед глазами, темнота угрожала окутать его, как черная дыра в небе. Грубые руки вцепились ему в волосы, откинул голову назад и держали его в вертикальном положении.       — Или, может быть, в твоем случае это офигительная опухоль мозга?       — Оуэн…       Имя было похоже на порцию адреналина, осознание того, что Рыцарь Троицы каким-то образом пробрался на ферму, послал Калебу достаточно мотивации, чтобы на мгновение удержать бессознательность в страхе. Ривз попытался встать, изо всех сил пытаясь достать пистолет из кобуры на боку, но Оуэн был быстрее. Он отпустил волосы Калеба, отступив назад, и схватил лопату, как бейсбольную биту. Он ударил Ривза по лицу, и тот свалился на пол.       — Ты действительно думал, что я пропущу возможность избить твою задницу? Не в твоей жалкой жизни. — Оуэн снова опустил лопату, поймав Калеба скользящим ударом по ребрам, прежде чем сбитому охотнику удалось наконец, достать оружие. Калеб едва вытащил пистолет из кобуры, когда Оуэн ударил лопатой по его руке. Ривз почувствовал, как хрустнуло его запястье, и пистолет отлетел в сторону. Калеб свернулся в клубок, стараясь защититься. Это действие только разозлило Оуэна, который отбросил лопату, и начал пинать Калеба ногами. — Здесь у меня нет домашнего уюта с красивым стулом, веревками и моим ассортиментом игрушек, но это как-то поэтично, не правда ли?       Калеб знал, что должен встать или он умрет. Дин и Сэм найдут его в кровавом беспорядке. Здоровой рукой он уперся в землю, хватая пригоршню грязи. Прежде чем он успел перевернуться и бросить ее в лицо Оуэну, Рыцарь Троицы наступил на его пальцы, надавив тяжелым ботинком. Калеб вскрикнул, когда кость сломалась.       — Не такой крутой сейчас, не так ли? — Калеб, должно быть, потерял сознание на мгновение, потому что, когда он снова открыл глаза, лицо Оуэна было перед его носом. Дыхание морского котика было горячим на его коже, прогорклое, как прокисшее пиво, и Калеб сопротивлялся желанию блевануть. Почувствовав холодный клинок у своего горла, он замер. — Мне нравится наблюдать, как ты истекаешь кровью.       Разум Калеба мчался к Дину и Сэму, они уже должны знать, что у него неприятности, кольца предупредили их, когда Калеб свалился из постели. Как они могли не знать, что ненормальный морской котик избивал их Рыцаря до смерти в сарае?       Лицо Оуэна изогнулось в усмешке, как будто он точно знал, о чем думает Калеб.       — Тебе интересно, где кавалерия? Почему маленький Сэмми и его старший брат Дин на этот раз не спасли тебя?       Калеб прогнулся под весом другого охотника, его попытка вырваться была смущающе слабой и совершенно неэффективной.       — Пожалуйста, просто убей меня и покончи с этим. — Калеб стиснул зубы, проглотив кровь. — Твоя вонь — слишком сильная пытка.       — Не раньше, чем я скажу, насколько мне понравился твой маленький фермерский дом. Хотя «Гробница» немного разочаровала. Я ожидал чего-то более похожего на Большой Зал Мерлина. — Оуэн сильнее прижал лезвие к горлу Калеба, сталь вонзилась в уязвимую кожу.       Калеб не чувствовал боли от новой травмы, требовательного зова всех других ран в его теле. От рева стремительной крови заложило уши, и он впился взглядом в губы Оуэна, чтобы не пропустить его следующие слова. Сухие потрескавшиеся губы морского котика скривились в злобной усмешке, прежде чем коснуться уха Калеба.       — Никто не придет тебе на помощь, потому что я позаботился о том, чтобы никого не осталось.       — Нет!       Калеб проснулся, резко выпрямившись на пассажирском сиденье Импалы. Его первым инстинктом было вырваться из ремня безопасности, но рука Дина на его груди, обеспокоенный зов «Дэмиен», заставили его упасть на спинку сиденья.       — Святое дерьмо, — прошептал он.       — Ты в порядке?       Калеб посмотрел на Дина, изо всех сил пытаясь понять, что произошло. Ясность вернулась, когда взволнованные зеленые глаза встретились с его. Они целый день были в дороге, чтобы встретиться с Троицей, как и планировалось. Калеб не собирался засыпать на последнем этапе их путешествия, но последние пару дней на ферме были утомительными.       Судя по всему, они уже доехали до озера, где был портал. На улице было темно, пустынно, чего и следовало ожидать в середине декабря, около полуночи. Сэм уже вышел из машины. Калеб почувствовал его как и Итана, Джошуа, Бобби и Адама, которые вышли из машины Итана.       — Страшный сон? — Дин убрал руку, когда Калеб кивнул.       — Чертовы щенки и котята. — Калеб зажмурился, сделав пару глубоких вдохов. Тупая боль пронзила его тело, как отзвук удара, который он получил от Оуэна во сне, но боль в голове была слишком сильной, ощутимой. Очевидно, головная боль была не просто частью кошмара. Он хотел, чтобы его безудержное сердцебиение замедлилось, напомнив себе, что, по крайней мере, Оуэн, убивший его семью прямо у него под носом, был всего лишь кошмаром. — Ты знаешь, каково это.       — По крайней мере, это были не единороги и радуги, — мягко ответил Дин. — Эти суки худшие.       — Не считая мои видения, — Калеб почувствовал, как лучший друг наклонился к нему, услышал, как щелкнула приборная панель.       — Вот, Дэмиен.       Калеб открыл глаза, когда почувствовал, как Дин сует что-то ему в руку. Это была куча салфеток.       — У тебя кровь из носа идет, — объяснил Дин, когда Калеб бросил на него смущенный взгляд.       — Не смотри так испуганно, Двойка, — Калеб взял салфетки и поднес их к носу. Он заставил себя улыбнуться, несмотря на тот факт, что его рука дрожала. — Я обещаю не испачкать кровью твою детку.       — Ты выглядишь чертовски плохо, — хмурый взгляд Дина стал еще более обеспокоенным. — Ты звал папу.       — Джонни? — прохрипел Калеб. Он засмеялся, хотя в смехе не было юмора. Это звучало гораздо больше, как рыдание, и Калеб вздрогнул, когда его сердце сжалось при мысли о наставнике. — Ты знаешь, как твой старик любит приятные разговоры.       — Хочешь поговорить об этом?       На этот раз смех Калеба был настоящим.       — Разве ты не думаешь, что мы намного превышаем нашу квоту на девчачьи разговоры, Дина?       — Чувак, не считая девчачьего разговора в лесу, ты не говорил со мной ни об одной проклятой вещи, которая происходит в твоей голове.       — И чем это отличается от того, как мы обычно решаем эмоционально заряженные проблемы?       — Не каждый день один из нас получает смертный приговор.       — Разве? — Калеб не хотел, чтобы его упрек был таким резким, но у правды была досадная привычка кусать вас за задницу. — Потому что иногда это так.       Дин сделал то, что сделал лучше всего - перевел тему.       — Не то чтобы я не слушал твои жуткие кошмары раньше.       — Кошмар не имеет никакого отношения к моему нынешнему состоянию. — Это было не совсем верно, но Калеб достаточно хорошо понимал свое подсознание, чтобы понять, какие глубочайшие страхи его вдохновили. — Однако это имело отношение к Оуэну и его садистской Троице, на чем мы должны сосредоточиться. Потому что они поджидают нас прямо за линией деревьев. Я чувствую ублюдков.       Когда Дин не отвел взгляд, продолжая смотреть на него с решительным недовольством, Калеб вздохнул. Удовлетворенный, что его нос прекратил кровоточить, он смял салфетку в кулаке.       — Я знаю, что ты не был причастен ко всей драме ошеломляющего кинематографического видения Кастиэля, но поверь мне, что мы шли по этому пути раньше. И я не хочу повторения.       — Ты оставил разговор от сердца к сердцу из версии «Прыгнувший с утеса».       — Я решил преднамеренно пощадить тебя и твою мужественность. — Калебу удалось еще раз слабо улыбнуться. — Мы говорим о том, что ты держал меня за руку, сидел у моей кровати, проливая слезы. Отличительный фильм недели, полное дерьмо. Мы могли бы выиграть «Оскар» за роль лучших друзей.       — Не думаю, что у «Оскара» есть такая категория, чувак.       — Тогда «выбор народа» наверняка наш. — Калеб переместился в кресле, чувствуя себя лучше на пути типичного стеба, даже если он ощущается немного напряженным. — Я серьезно думаю, что истощил свой тестостерон, просто наблюдая, как ты разваливаешься.       Хмурый взгляд Дина превратился в нечто, похожее на его типичную ухмылку, чего и добивался Калеб.       — Ты же понимаешь, что было бы более правдоподобно, если бы тебе приснились красивые пони, резвящиеся в поле полевых цветов.       — Мне больно, что ты подвергаешь сомнению мою мужественность, Двойка. — Калеб поднял руку. — Даже если я дал тебе вескую причину за последние пару месяцев вести себя как девчонка, но надеюсь, что теперь ты лучше понимаешь мое желание просто покончить с этим.       — Прекрасно, — уступил Дин, указывая на ряд деревьев и пятно затемненной воды, которую они могли видеть на расстоянии благодаря яркому лунному свету. — Сэмми собирает войска. Как мы это сделали в первый раз?       — Прямой подход, все как у гражданских, — ответил Калеб. — Никакого конфликта.       — Это что-то новенькое и скучно. — Дин потянулся к дверной ручке, но Калеб схватил его за рукав.       — Двойка, ты должен пообещать мне одну вещь.       — Ладно. — Дин посмотрел на руку Калеба, которая все еще сжимала его рукав, а затем встретился с ним взглядом. — Что угодно.       — Не умирай.       Дин кивнул.       — Хорошо.       — И не смотри на меня так, черт побери, — зарычал Калеб, расстегивая ремень безопасности.       — Как? — Дин открыл свою дверь.       — Как тогда, когда ты дал мне обещание, а потом бросил камень в осиное гнездо, когда тебе было восемь лет, — проворчал Рыцарь, вылезая из машины.       Сэм ждал его у двери и Калеб указал на него пальцем.       — Не думай, что я забыл, как ты путешествовал на ледяной пруд.       — Что? — Сэм посмотрел на брата через крышу Импалы, вероятно, задаваясь вопросом, как ему удалось попасть под ярость Калеба, когда его даже не было в машине. — О чем он говорит?       — Просто дай ему свою торжественную клятву не умирать, Сэмми.       Сэм выглядел неуверенным, но осторожно поднял три пальца в знак приветствия бойскаута.       — Клянусь.       — Ладно, — Калеб хлопнул Ученого по руке, направляясь к багажнику, чтобы взять дополнительное оружие. Ни один из Винчестеров никогда не был в отряде скаутов, не считая одного катастрофического дня, проведенного Дином в отряде «Волчата». — Я возьму это на себя, и постараюсь убедиться, что вы оба вышли из этого живыми.       В отличие от видения Калеба, на этот раз, их прибытие не было спокойным, а с оружием наголо, когда они вырубили двух охранников, которых поставил Рейган. Они притащили их на поляну, истекающих кровью, но живых.       Дин толкнул одного из охранников на землю.       — Ты все еще не усвоил урок, верно?       — Нельзя винить парня за попытку, — ответил Рейган, быстро отмахнувшись от своих людей, чтобы они шли обратно на свои посты.       Крессида и Марта стояли неподалеку, и было очевидно, что между Крессидой и Рейганом была напряженность. Калеб почувствовал раздор, по тому, как она держалась в стороне от группы Уолша. Она преодолеет разбитое сердце, но не умрет. Ведьма вышла вперед.       — Я хотела бы поговорить с вашим Советником, чтобы подготовиться к нашей части ритуала.       Калеб хлопнул Джошуа по спине.       — Не беспокойся, это не больно.       Сойер одарил его слабой улыбкой.       — Позволь мне судить об этом.       Троица и Триада держались на расстоянии, но Калеб вышел вперед.       — Я думаю, у вас есть кое-что, что принадлежит мне. Где щит Галахада?       — Ты и об этом знаешь? — Иона посмотрел на Уолша, который кивнул. Ученый Троицы подошел к сумке, вытащил белый щит, и передал сумку Оуэну. — Должно быть, это было адское видение.       — Я бы сказал, что ты правильно понял роль ада. — Оуэн улыбнулся Калебу. — Демонское отродье получил приз.       — Тебе повезло, что я не стрелял в тебя в Теннисоне, — Дин направил пистолет на Оуэна. — Готов поспорить, что в военно-морском флоте миссии завершались с парой пуль в вашем теле. Не испытывай моего терпения.       — А тебе повезло, что мы готовы поделиться. — Оуэн бросил сумку в центр противостояния. — Наденьте. Мы принесли одежду, чтобы все могли в нее вписаться.       — Ты не упомянул об этом, Дэмиен. — Дин опустил оружие, смотря как Сэм копается в одежде, когда Троица отступила.       — Это потому, что он всегда хотел нарядиться как рыцарь. — Сэм поднял набор кольчуги. — Этот материал словно прямо со съемочной площадки Мерлина.       Калеб не ответил, приняв наряд, который ему вручил Сэм, тот же, который он носил в своем видении.       — Мы должны использовать только примитивное оружие.       Дин посмотрел на него.       — Это объясняет, почему ты не спал всю ночь, полируя любимый меч отца.       Калеб улыбнулся своему лучшему другу, хотя не чувствовал веселья.       — Я должен выглядеть наилучшим образом для моего свидания с судьбой. Мне нужно поддерживать репутацию.       Дин наклонился и схватил пустой мешок у ног Сэма, и бросил в Калеба.       — Тогда я предлагаю тебе надеть это на свое отвратительное лицо, сэр Придурок.       Калеб рассмеялся и на этот раз это был искренний смех.       — Не волнуйся, Двойка, я уверен, что некоторые из танцующих дев в Замке Грааля все еще будут смотреть на тебя.       — Танцующие девы? — заинтересованно спросил Дин. — Расскажи мне больше.       К тому времени, как Калеб закончил свою сложную и совершенно диковинную историю о замке Грааля, они уже оделись. Ведьмы закончили подготовку к заклинанию, поскольку час быстро приближался к полуночи.       Дин приказал Итану и Бобби оставаться на месте до тех пор, пока они не вернутся. Он посмотрел на Сэма, потом на Калеба.       — Давайте сделаем это.       — Все шестеро из вас должны стоять в воде, — приказала Крессида. — Троица с одной стороны и Триада с другой. Быстро.       — Нам понадобится щит сэра Галахада, — сказал Джошуа, принимая щит от Калеба. Он поместил его в воду.       Крессида произнесла ряд слов над чашей, она зажглась. Ведьма без колебаний опустила в пламя руку. Ее серые глаза устремились на Рейгана, и Калеб почувствовал, как ее омыло горе.       — Это мое наказание. Ведьмам и охотникам не разрешается встречаться. Часть моей души для тебя, Рейган Уолш, чтобы ты мог получить свои серебряные монеты, единственное, чем ты дорожишь. — Когда она подула на свои пальцы, зеленые угли затанцевали перед Рейганом. Он вздрогнул, когда они коснулись его, прежде чем закружились, а затем опустились в воду. Крессида передала чашу Джошуа.       — Скажи мне, что Джош не отказывается от части своей души для этого? - спросил Дин Калеба.       — Нет только три дыхания жизни. Он легко отделался.       — Тихо, — сказал Джошуа, прежде чем начал свое заклинание. Пламя Сойера загорелось ярко-синим цветом и упало в воду.       Щит теперь стоял в состоянии боевой готовности, вертикально там, где только что плавал в середине круга.       — Сожмите руки, Троица и Триада.       Калеб перевел взгляд на Дина.       — Тебе это не понравится.       — Что? — Дин улыбнулся, но Калеб мог прочитать трепет в взгляде своего лучшего друга. — Держаться за руки с Троицей не похоже на то, что мне бы очень понравилось?       — Это даже не плохая часть. — Калеб пытался пошутить, но его собственный страх был сдерживающим фактором.       Крессида подошла и вылила лаву на их руки. Калеб почувствовал, как его кольцо растаяло, капля, казалось, растворялась целую вечность, перед тем как встретить поверхность озера. Как только оно упало в воду, в озере появилась воронка с щитом посередине. Дин сжал руку в кулак, и Калеб задумался, не должен ли он был попытаться объяснить, что будет с серебром. Он ничего не сказал раньше, потому что знал, что это была потеря, которую нельзя описать словами, боль, которую нужно было пережить из первых рук, чтобы понять ее масштабы.       — Мне жаль. — Ему было трудно смотреть на Винчестеров, когда вода отступала вокруг них, спиральная лестница выглядела так же, как и в первый раз.       — Это просто серебро, — ответил Дин. Сэм казался слишком ошеломленным трансформацией озера, чтобы комментировать потерю. — Ничего страшного, Дэмиен.       — Это не должно уменьшать ваши способности функционировать как Триада, — заверил Джошуа. Хотя Калеб ценил нетипичную попытку Советника успокоить их, он чувствовал, что они каким-то образом запятнали свою Триаду.       — Нам повезет, если это единственное, что мы потеряем в этой миссии.       Слова Рейгана были навязчиво знакомы, как и быстрый ответ Дина.       — То же самое ты произносишь новобранцам, когда идешь в бой, Уолш? Потому что я должен сказать, что это отстой.       Рейган выкрикнул девиз SEAL, и Оуэн засмеялся.       — Ты думаешь, что это плохо? Тогда ты должен услышать его разбор полетов.       Калеб был благодарен, когда Джошуа указал на лестницу со знакомым недовольством на лице.       — Вы все должны идти. Мы понятия не имеем, как долго продлится заклинание.       — И как нам вернуться, — добавил Калеб себе под нос.       — Что? — Дин нахмурился на Джошуа, как будто тот забыл упомянуть важную деталь. — Ты не знаешь, как нам вернуться?       — Я не читал это заклинание раньше. — Джошуа посмотрел на Сиду, сохраняя тихий голос. — Крессида верит, что вас вернут, как только ваша цель будет достигнута.       — То есть теперь ты доверяешь пчелиной королеве злого темного ковена?       — Нет, но я не верю, что у нас есть какие-либо другие средства защиты на данный момент.       Дин повернулся к Калебу.       — Это соответствует тому, что Кас показал тебе?       — В версии Каса наша цель фактически не была достигнута. — Калеб сжал челюсть. — Отсюда и мое нежелание повторять это гребаное путешествие.       — Хорошо, что я верю в практику, — Дин снова посмотрел на Джошуа. — Ты, Бобби и Итан ждите, пока мы не вернемся.       — Я бы и не мечтал вернуться без Триады. — Джошуа посмотрел на Калеба. — Я оставил тебе кое-что, чтобы убедиться, что у вас есть привязь, чтобы найти дорогу обратно.       Калеб погладил подкладку своего плаща, чувствуя легкую боль и задаваясь вопросом, что именно дал им Джошуа. Их намного более ранний уход означал, что это был не первый снимок УЗИ Макса.       — Я надеюсь, что это не прядь твоих волос.       — Не будь смешным.       — О чем он говорит? — спросил Рейган.       Сида повернула свои кошачьи глаза на бывшего любовника.       — Он говорит о тотеме, который связывает вас с этим временем, так же, как щит Галахада связывает вас с прошлым.       — Ты не собиралась предлагать нам что-нибудь? — спросил Оуэн с похотливой усмешкой. — Или ты уже дала Рейгану кое-что раньше?       — Я дала Рейгану все, что я собираюсь передать. — Сида посмотрела на Марту. — Отдай Оуэну свой атаме.       — Но… — начала другая ведьма. Стальной взгляд Сиды остановил ее протест, и Калеб подумал, что раздор произошел из-за его предупреждения Сиде насчет ее подруги. Другая женщина неуверенно шагнула вперед, протягивая свой клинок Оуэну.       — Это был подарок от Сиды, когда меня впервые приняли в ковен, как символ нашей дружбы, который никогда не будет разорван на части.       — Что он означает? — Оуэн взял лезвие, восхищаясь мастерством.       Сида снова посмотрела на Рейгана, отвечая за Марту.       — То, что любовь между сестрами, как и у братьев — это жестокая связь.       — Главное, что это доставит нас домой. — Оуэн сунул лезвие в ножны рядом с его ножом, подмигивая Марте, не обращая внимания на ее холодный взгляд. Калеб мог чувствовать темную силу позади нее, и задавался вопросом, не убил ли Оуэн ведьму из чувства самосохранения, в не только ради защиты своего Хранителя. — Я обязательно верну его тебе.       — Теперь, когда вопрос о возвращении урегулирован, я, например, почувствовал бы себя лучше, если бы мы начали. — Джошуа склонил голову к Дину. — Я бы сказал, удачи, но мы оба знаем, что это довольно спорный вопрос с вами тремя.       — Спасибо за вотум доверия, — пробормотал Дин, шагнув к лестнице. — Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что тебе не терпится избавиться от нас.       Калеб схватил его за руку.       — Я иду первым.       — Я так не думаю. — Дин стряхнул его хватку.       — Он прав, Дин, — сказал Сэм. — Хранителю нельзя рисковать. Я пойду первым.       — Я следующий. — Оуэн вышел вперед, прежде чем Дин смог возразить. — Стражи за мной.       — Хорошо. Иона и я прикроем тыл. — Калеб кивнул Дину.       Это отличалось от его видения, но это не обязательно было плохо. На этот раз он был здоровее и чувствовал себя нормально, и лучше контролировал ситуацию. Он, по крайней мере, чувствовал, что может предложить некоторую видимость защиты своей Триаде в отношении того, что ждет их впереди.       Это ложное чувство безопасности продолжалось до тех пор, пока он снова не оказался на холодной земле, а обеспокоенное лицо Сэма зависло над ним.       — Не снова… — простонал Калеб, задаваясь вопросом, пойман ли он в своей собственной версии этого извращенного фильма «День сурка». — Пожалуйста, скажите мне, что мы не в Нью-Йорке.       — Дин, он очнулся. — Сэм не подтвердил и не отклонил вопрос Калеба, но наклонился ближе, чтобы проверить реакцию Рыцаря.       — Отвали. — Калеб попытался сесть, но рука Сэма на его груди удержала на месте. — Что, черт возьми, случилось?       — Это будет мой вопрос. — Дин опустился на колени рядом с ним, и по его лицу Калеб решил, что они не в Нью-Йорке. Он оценил ситуацию, отметив, что чувствует себя по-другому, слабее. Он задавался вопросом, не сработали ли на этот раз против него путешествие во времени, сдвиг измерений или что-то еще, но Сэм и Дин выглядели прекрасно. — Пройдя через волшебный портал, ты выглядишь так, словно только что пересек завесу.       Калеб опустил взгляд на свои руки. Туника болталась на нем свободней, чем когда Джошуа и Сида начали заклинание. Головокружение, которое он чувствовал, было слишком знакомым.       — Черт возьми.       — Я предполагаю, в видении ты тоже потерял сорок фунтов мышц и приобрел здоровую бледность? — Дин встретился с ним взглядом, и Калеб зажмурился, сосредоточившись на том, чтобы сделать глубокий вдох, и сдержать панику. — Дэмиен?       — Нет, черт возьми. Благодаря лечению Гриффина я уже был таким, когда начал. — Калеб открыл глаза и присмотрелся к их окружению. Они были не у красивого озера, как раньше, а на берегу рва замка Корбеник, испорченного илом и отходами. Это было как-то уместно.       — Время догнало себя, похитив все преимущества, которые мы имели, когда мы прошли сквозь портал. Очевидно, что мы должны были войти в эту ситуацию в полном отчаянии, — сказал Сэм, обмениваясь взглядом со своим братом. — Это еще раз доказывает, что судьбой нелегко манипулировать просто благоларя человеческой воли.       — Правда, Коротышка? — Калеб заставил себя сесть с помощью Дина. Сэм, вероятно, был прав насчет того, что их держали в невыгодном положении, но он все еще не хотел, чтобы они видели его таким. — А я тебе этого не говорил?       — Нет, — Сэм защищался. — Я просто подчеркиваю, что предупредил вас обоих не полагаться на истолкование времени ангелом, особенно когда оно выражено в видении.       Дин поднял руку вынуждая Сэма замолчать, и Винчестеры помогли Калебу встать на ноги.       — Мне жаль. — Калеб проглотил желчь, которая поднялась к его горлу. Трудно было смотреть Винчестерам в глаза. — Это было не так, как было в моем видении.       — Ты имеешь в виду, что мы не оказались в вонючем потоке дерьма? — зарычал Оуэн позади Дина. — Здесь чертовски хуже, чем в Камбодже.       Дин проигнорировал Оуэна, сосредоточившись на Калебе.       — Ты в порядке?       — Как и замок, я выгляжу плохо только снаружи, — солгал Калеб, в доказательства стараясь выпрямиться. — Несколько месяцев стряпни Миссури, и я буду как новенький.       — Мы здесь для того, чтобы ты сел за круглый стол на «гибельное место» — Рейган подошел ближе к ним.       — И отдал нам Меч Давида, — добавил Оуэн.       — Вы трое, быстро отошли, — зарычал Дин, бросая взгляд на Уолша, который обещал нечто гораздо более мерзкое, чем заплыв в канализации. — Дайте нам минуту.       — Время имеет большое значение, — напомнил Иона. — Мы должны двигаться, пока у нас еще есть дневной свет.       — Нам не нужно далеко идти. — Калеб изучал огромное серое строение позади них. — Мы на месте.       — Серьезно? — Оуэн фыркнул. — Это действительно Замок Грааля, волшебная обитель Короля-Рыбака?       — Да, насколько я могу судить. — Калеб изучал разрушающееся здание. — Оно в худшей форме, чем было в видении, но в основном то же самое.       — Видения не всегда буквальны, они могут искажаться человеческим восприятием.       — Только Ривз не совсем человек.       — Закрой свой рот. — Калеб сделал шаг к Оуэну, но Дин остановил его.       — Он просто пытается вывести тебя из себя, Дэмиен.       Калеб кивнул. Изменения в его состоянии и Корбеник уже подкосили его.       — В легендах замок Грааля является отражением его короля, — начал Сэм. — Может быть, хозяин находится в худшем положении, чем в первый раз.       — Как и ваш Рыцарь, — фыркнул Оуэн. Сэм потянулся и схватил Дина за руку, чтобы удержать его на месте.       — Как вы думаете, почему мы не встретились с королевской гвардией? — спросил Сэм, стараясь обратить их внимание на насущные проблемы.       Калеб покачал головой.       — Кто, черт возьми, знает, Коротышка? В первый раз, когда мы были в озере, мы были в Авалоне. Это было, по крайней мере, в паре часов от замка. Там нас нашли охранники, а Дину и Уолшу пришлось импровизировать. чтобы спасти наши задницы.       — Тогда что-то в этом времени изменилось. — Дин указал на рухнувший замок.       — Я не знаю. — Калеб заставил себя улыбнуться. — Я немного расстроен, что на этот раз не будет дракона.       — Ну, я разочарован этими раскопками, — ответил Дин. — Я предполагаю, что ни одна дева, достойная ее песни, не будет шататься вокруг этого места.       — Я мог бы показать парочку, Двойка, но я обещаю, что внутри лучше. — Калеб надеялся, что многое осталось прежним.       — Разрушенные или нет, эти стены мешают мне читать. — Ученый Троицы посмотрел на Уолша. — Я не могу сказать, что нас ждет внутри.       — Я держу пари, что замок Корбеник психически защищен, — сказал Сэм. — Вероятно, именно здесь легенда об исчезновении и повторном появлении вошла в игру. Мерлин помог скрыть это от других магов и колдунов.       — Как Мордред и Моргана Ле Фей, — пробормотал Дин.       — Тем не менее, мы здесь. — Рейган потер руки. — Пошли внутрь и сможем прославиться.       Калеб не возражал, когда Дин вступил в схватку со Стражем Троицы, дав ему возможность подойти к Сэму.       — Что если он не здесь?       — Я думаю, что если бы он был мёртв, замок тоже исчез бы, –тихо сказал младший Винчестер. — Кроме того, в легендах Король-Рыбак бессмертен.       Калеб не получил возможности ответить, когда они подошли к первой двери, ведущей во двор, и стареющий рыцарь приветствовал их обнаженным мечом. Хотя темные волосы мужчины стали серебристыми, а его лицо словно обгорело на солнце, сэр Боран все еще был узнаваем в кольчуге с серебряным гербом Корбеника, что украшал и его щит.       — Кто идет?       — Ты, должно быть, шутишь. — Оуэн засмеялся, не удосужившись понизить тон. — Это королевский страж Корбеника? Похоже, он выполз из одной из гробниц.       — Приветствую, сэр… — Иона начал свою игру, но Калеб не планировал слушать ее еще раз. Он шагнул вперед, практически сбивая Иону с дороги.       — Сэр Боран, не так ли?       Взгляд рыцаря прояснился, затем он прищурился, глядя на Калеба, который немного опередил Дина. Его взгляд переместился с лица Рыцаря на белый щит в его руке.       — Сэр Галахад? Это вы?       — Не совсем. — Калеб посмотрел на Дина и снова перевел взгляд на Борана. — Я Калеб Ривз, Рыцарь Братства.       — Братство? — Боран нахмурился, он отвел меч в сторону. — Один из людей Мерлина?       — Да. — Калеб махнул рукой в сторону Дина. — Наш Хранитель хочет получить аудиенцию у вашего короля.       — Сегодня не хороший день. — Боран покачал головой. — Возможно, в другой раз…       — У нас есть кое-что, что король Пеллес определенно захочет увидеть, — попытался Рейган. — Предмет, который окажется бесценным для короля и его замка.       — Твоему королю не причинят вреда, — поклялся Дин. — Даю слово.       Боран все еще выглядел нерешительным, поэтому Калеб решил разыграть козырь.       — Мы те, о ком говорилось в пророчестве.       — Я вижу. — Взгляд Борана переместился с щита Галахада обратно на Дина. — Следуйте за мной.       Они пошли за Бораном через первую дверь, через извилистый внутренний двор, усыпанный мусором и заброшенный цивилизацией.       — Вы должны ждать здесь, пока я не поговорю с королем.       — Здесь не намного лучше, Дэмиен, — объявил Дин, осматривая менее впечатляющую комнату, где их оставили. Картины были выцветшими, изношенными от времени и отсутствия ухода.       — У него все еще есть хороший костяк. — Калеб провел рукой по одной из стен, касаясь трещины. — Архитектор, вероятно, никогда не думал, что замок окажется в таком состоянии.       — Архитектор, вероятно, был неженкой, — Дин поднял брови увидев на одном холсте женщину. Картина была вся в потеках, но пышная грудь дамы все еще оставалась нетронутой. — Вместе с прекрасной темой этой картины.       — Тем не менее, и архитектор, и художник оставили часть себя позади. — Калеб знал, что именно это побудило людей создавать прекрасные вещи, создавать что-то, что могло бы пережить века, свидетельствуя о том, что когда-то они были частью мира. Он посмотрел на Дина. — Ты знаешь, что некоторые архитекторы обычно оставляли часть себя в фундаментах построенных ими зданий.       — Да? Как те несчастные ублюдки, которые теряют руку или ногу на работе?       — Ты никогда не забудешь то лето, когда работал на меня? — Калеб рассмеялся.       — Охота оказалась менее опасной, если помнишь. — Дин прислонился к стене, но как ястреб следил за Сэмом, который изучал выцветшие портреты неподалёку от них. — Насколько я помню, на меня упало здание.       Калеб фыркнул.       — Не все здание.       — Семантика. — Дин ухмыльнулся. Довольный тем, что Сэм был в безопасности от Троицы, Хранитель сосредоточился на Калебе. — Так что именно эти архитекторы оставили в своих зданиях?       — Некоторые оставили части своей одежды, любимый инструмент, заветный сонет, даже прядь волос.       — Может быть, именно здесь бандиты взяли идею оставлять в стенах тела своих жертв.       — Может быть, Корлеоне. — Калеб посмотрел на дверь, за которой исчез Боран, надеясь, что рыцарь скоро вернется с добрым словом. Он действительно ненавидел идею штурмовать большой зал Пеллеса.       — Как насчет тебя? — Дин подтолкнул его локтем. — Что великий архитектор Калеб Ривз оставил в распорках всех своих зданий?       — Кто говорит, что я этот делал?       — Твой лучший друг, который знает, какой ты лох.       — Драконы, — Калеб снова прижал ладонь к прохладной стене, думая о немногих зданиях и мостах, которые ему посчастливилось спроектировать. Они будут стоять на страже еще долго после исчезновения Рыцаря Братства. Он пропустил больше, чем представлял. — Я делаю наброски по-разному для каждой конструкции, оставляю их в фундаменте, чтобы они присматривали за местом.       Дин долго смотрел на него, прежде чем его рот изогнулся в полуулыбке.       — Я знал, что ты никогда не пожертвуешь своими волосами.       У Калеба не было шанса ответить, так как Боран вернулся, объявив, что его светлость согласился предоставить им аудиенцию.       — Время для шоу. — Дин оттолкнулся от стены и прошел через дверной проем перед Уолшем. Калеб попытался наверстать упущенное, но был последним около двери. От зрелища, которое встретило его, у него перехватило дыхание.       Большой зал был уничтожен так же, как и остальная часть замка, возможно, еще хуже. Все величие исчезло, включая трон Пеллеса. Его заменила грязная койка с четырьмя стареющими рыцарями, которые выглядели хуже, чем Боран. У ног Пеллеса стоял долговязый седой ирландский волкодав, который с интересом поднял голову. Старик изо всех сил старался казаться царственным, когда к нему подошли шесть незнакомцев.       — Кто из вас Страж Мерлина? — его голос все еще был властным. Калеб не удивился, когда Дин шагнул вперед, слегка поклонившись.       — Это я, Дин Винчестер.       — Ты не похож на одного из обманщиков Мерлина. — Пеллес поднял бровь, переглянувшись с Бораном. — Надеюсь, что не найду драконьих щенков в моих королевских садах.       — Каких садах? — пробормотал Оуэн, и Калеб посмотрел на другого Рыцаря.       — Я обещаю, что здесь нет драконов, если не считать моих людей.       Пеллес хмыкнул.       — Мерлин любил сравнивать себя с ужасными животными. Сказал, что они были гораздо лучшими домашними животными, чем блохастые гончие.       Пес громко заскулил, словно понял, что его оскорбляют. Пеллес наклонился, чтобы погладить его по голове.       — Я так понимаю, старый дурак не с тобой в этот день?       — Нет, мы приехали сами по себе, — ответил Дин.       — С предложением, которое вас весьма заинтересует, — добавил Рейган, шагнув вперед, чтобы присоединиться к Дину.       — Я не думаю, что в эти дни меня может что-то заинтересовать. — Пеллес указал на свою покрытую одеялом ногу. — Если вы не пришли с лекарством от моего состояния.       — Это именно то, что мы имеем.       — Неужели?       — Я говорил вам, что они упоминали пророчество, мой господин. — Боран не смог сдержать своего волнения. — Это могло быть тем, чего мы ждали, как обещал спасатель Мерлин.       — Ты наше спасение, Хранитель? — синий взгляд короля впился в Дина. - Или ваша миссия более гнусна?       — Мы хотим Меч Давида, — ответил Дин. — Но мы готовы дать вам что-то взамен, что может принести облегчение, обещанное Мерлином. Это может восстановить ваше королевство, но есть риски.       — Ты понимаешь, что Меч, о котором ты говоришь, не мой.       — Мы привели наследника Галахада, — снова вставил Рейган, хотя было очевидно, что он не интересен Пеллесу.       — Боран сказал, что один из вас обладал щитом Галахада. — Пеллес перевел взгляд на Калеба. — Я должен верить, что ты сын Корбеника?       — Он готов проявить себя, заняв «гибельное место».       На этот раз Дин сердито посмотрел на Уолша.       — Держи рот на замке.       Калеб принял это как сигнал, чтобы двигаться вперед, где он встал на колени перед больным королем.       — Я Калеб Ривз, Рыцарь Братства, потомок царя Давида и сэр Галахада.       Произносить слова вслух было нереально даже во второй раз. Он ждал, затаив дыхание, готовясь к упреку, возможному удару молнии.       — Тогда, возможно, это я должен встать на колени перед тобой.       Когда Калеб поднял взгляд от каменного пола, у Пеллеса был удивленный блеск в глазах, без намека на осуждение. Ривз почувствовал себя немного похожим на д’Артаньяна.       — Я не король, только слуга.       — И ты готов отдать свою жизнь, чтобы претендовать на то, что ты говоришь по праву твое.       Калеб посмотрел на Дина и снова опустил взгляд в пол.       — За Братство, да.       — Дай мне то, что ты принес, Хранитель. — Пеллес посмотрел на Дина, указывая на единственную стену в Большом зале, которая, казалось, не затронутая разрушением времени. — Тогда докажи свою решимость принять то, на что ты претендуешь.       Дин встал на колени возле Калеба, переглядываясь с другом, прежде чем поднять Священное Копье над головой, протягивая Пеллесу. Собака заскулила, и громко вздохнула, положив массивную голову на лапы.       — Теперь встань и покончи с нашими делами, чтобы я мог немного отдохнуть.       — А Меч и «гибельное место »? — спросил Дин после того, как король принял Копье.       — Тебе нужно найти то, что ты ищешь, за ее пределами, -Пеллес кивнул на стену.       — Я вижу каменную стену.       — Это прыжок веры, Двойка.       На этот раз не было почетного караула, чтобы сопровождать Дина через скрытую дверь, но, как и прежде, он исчез, вызывая их несколько минут спустя.       — Заходите.       Сэм остался рядом с Калебом, когда они вошли в комнату. Исчезли пышные зеленые растения и выброс кислорода, вместо этого были увядшие растения, пожелтевшие от пренебрежения, но там был, все еще живой, булькающий фонтан. Калеб не помнил музыкальный звук, который он издает, и насколько красив он был сверкающий известняком, наполненный водой или серебром, излучавший мерцающий свет. Он все еще был поражен психической энергией, которую излучал фонтан. Дин загипнотизировано стоял перед ним, хотя Калеб предупреждал его о силе воды.       — Отойди, Двойка. — Когда Дин не ответил, Калеб подтолкнул Сэма к брату. — Тебе нужно разорвать связь.       Сэм встряхнул Дина, чтобы разрушить заклинание.       — Дин, тебе нужно отступить. Эта штука живая.       Оуэн оттягивал Рейгана, которого тоже тянуло к воде.       — Эй, ты с нами? — спросил Калеб, как только Дин вернулся к ним.       Старший Винчестер сглотнул.       — Итак, думаю, прикосновение к воде — это плохо?       — Она истощает энергию, как сирена, так что да.       — Это Зачарованный Фонтан Нереиды? — ошеломленно спросил Иона.       — Тот, что с сапфирами и бриллиантами? — Оуэн удерживал Рейгана, но еще раз бросил оценивающий взгляд на фонтан.       — Забудь о фонтане, Оуэн, — зарычал Рейган. — Нам нужно покончить с этим. Садись, Ривз.       — Не торопи нас и ничего не трогай, — приказал Дин Оуэну, который открыл сундук с золотом. — Это не твоя вечеринка, Уолш.       — Он прав, Дин. Я просто хочу покончить с этим. — Голова Калеба раскалывалась, сердце билось не только от адреналина. Король Пеллес не вошел с ними, как он это сделал раньше, оставив им разобраться в загадке стула самостоятельно.       — Ты уверен в этом? — Дин посмотрел на поцарапанный и пыльный стол. — Ты знаешь что делать?       — Я готов, и я знаю, что должен делать. — Калеб провел рукой по лицу. — Следи за ними, особенно за Оуэном. Ты понял? — Калеб посмотрел в глаза Сэму. — В прошлый раз все пошло на юг, когда я был в горячем кресле.       Ученый кивнул.       — На этот раз мы готовы. Клянусь.       Дин протянул руку и схватил Калеба за предплечье. Ривз усмехнулся.       — Я знаю.       Калеб занял кресло, которое, как он знал, было «гибельным местом» и на минуту замер в ожидании, прежде чем почувствовал, как на него обрушился свет Божьего суда. Он почувствовал покалывание, прежде чем погрузиться в свет, ощущая словно булавки и иголки покалывают все тело, удерживая его на стуле. Оттуда он был свидетелем, действий Дина, Сэма, Оуэна, Рейгана и Ионы.       Он мог видеть, как Троица грабит священное достояние Братства, наблюдал, как Дин превращается в угрожающего Стража и защитника. Когда свет уменьшился, потускнел над Калебом, и осветил стол как прожектор. На столе появился меч, сверкающий на свету, ожидающий, когда Рыцарь протянет к нему руку. Он протянул пальцы, желая забрать меч как можно скорее на случай, если случится худшее. Он почувствовал, как стул освободил его.       — Дэмиен, не бери меч!       Калеб услышал, как Дин зовет его. Он повернулся и увидел своего лучшего друга, соратника, Хранителя, которого держал Оуэн. Калеб не был уверен, что случилось, какой трюк использовала Троица, но кинжал, который Марта дала Оуэну, был у шеи Дина, из пореза текла струйка крови.       Калеб знал, что должен был сделать, чтобы спасти Дина. Он должен был взять меч и убить Троицу, прежде чем Дина убьют у него на глазах. Опять.       — Не бери меч! Это приказ! — снова сказал Дин. — Встань!       Калеб встал. Он почувствовал, как над ним пробуждается энергия, когда его полностью освободили от стула. Каждый импульс побуждал его, требовал, чтобы он двигался. Одним движением он мог хватить меч, но Джон Винчестер вспыхнул перед его глазами в знак предупреждения. Опустив руки, отступив от меча, он пошел против каждого своего инстинкта, но повиновался команде Хранителя с волной сожаления. Поток света сверху исчез, забрав с собой меч Давида.       — Это было глупо, Винчестер.       — Не делай этого, — умолял Сэм, пытаясь вырваться из рук Рейгана и Ионы. — Все не должно так закончиться.       — Вы получили то, что хотели, а мы получили дерьмо. — Оуэн поднял клинок, готовясь нанести удар. — Если у меня этого не будет, то я хочу крови.       У Калеба не было оружия, он оставил свое, прежде чем подойти к столу, но попытался вовремя добраться до Дина, не отрывая взгляда от друга. Дин не вздрогнул, когда лезвие изогнулось к его груди. Незадолго до контакта клинок исчез, превратившись в извивающуюся змею. Змея обвилась вокруг руки Оуэна, укусив Рыцаря Троицы. Оуэн отпустил Дина и отступил, пытаясь стряхнуть змею. Калеб расцеловал бы Сиду, если бы она была рядом, благодарный за то, что немного зловещая ведьма дала новое значение презираемой женщине.       Оуэн вцепился в змею, которая стала больше и впилась зубами в его запястье. Он издал крик, отступая от своих товарищей, пытаясь освободиться от хватки существа. Рейган отпустил Сэма на попечение Ионы и пошел помогать своему другу, но остановился, загипнотизированный Фонтаном Нереиды. В своей борьбе Оуэн толкнул фонтан, и вода пошла рябью.       Она стекала с верхнего уровня на дно, и трансформировалась. Вода из фонтана поднималась вверх, принимая форму. Сначала появилась одна нога, потом другая. Вода кристаллизовалась, но все еще капала, принимая форму женщины, которая притягивала Оуэна в свои объятия.       — Нет! — Оуэн попытался вырваться из хватки, но начал кристаллизоваться, застыв как статуя. Рейган сделал шаг назад, Иона отпустил Сэма и толкнул к Дину.       — Нам нужно уходить. Сейчас же!       Калеб пошел на перехват, но Дин покачал головой. Хрустальная женщина исчезла, снова превратившись в воду, которая быстро направилась к Рейгану, затем к Ионе, приковав их к тому месту, где они стояли, погребая их, как и Оуэна, прежде чем исчезнуть с громких всплеском.       — Так и знал, что я ее любимчик, — вздохнул Дин, уставившись на неподвижного Стража Троицы. — А говорила, что держит нейтралитет.       — Это была Леди Озера? — спросил, потрясенный Сэм.       Калеб не дал Дину возможности ответить брату и схватил Хранителя за плечи. Ему было все равно, кто или что это было, главное что оно только что пощадило Дина.       — Двойка, ты в порядке?       — Я? Я в порядке. — Дин улыбнулся. — А как насчет тебя, Галахад? Похоже, что антитеза девственницы не выбила тебя из борьбы за должность верховного рыцаря.       Калеб посмотрел на себя с облегчением, увидев, что его тело пришло в норму, хотя это было не настоящее благословение, которое он получил.       — У меня все в порядке.       — Ты уверен?       — Я исцелен. Лучше, чем новый. — Калеб был рад дать совершенно честный отчет. Он отпустил своего друга, но не сводил с него глаз. — Клянусь.       Дин бросил на Сэма веселый взгляд, затем ухмыльнулся Калебу.       — Я не знал, выполнишь ли ты приказ.       — Ты знал, что должно было случиться? — спросил Сэм, подталкивая клинок Марты своим ботинком. Нож снова затвердел и засиял возле блестящей скульптуры, который теперь был Оуэн.       — Я знал, что у них не могло быть этого меча. У них не могло быть ничего из этого. Это наше. — Дин оглядел комнату. — Это дом Братства, Большой Зал Мерлина. О нем пастор Джим рассказывал нам всю нашу жизнь.       — Что с ними будет? — Сэм указал на Троицу.       — Кто знает, — сказал Дин.       — Кого это волнует? — добавил Калеб.       — Нас должно волновать, — серьезно сказал Сэм. — Если мы хотим, чтобы Братство осталось нетронутым, нам нужно вернуть их домой, чтобы восстановить равновесие.       — Они будут возвращены в свое подходящее время, уверяю вас, Ученый. Все будет так, как должно.       Триада встала плечом к плечу когда вошел король Пеллес. Исчез тот хилый, сморщенный человек, с которым они говорили. Король-Рыбак стоял перед ними, полный жизни, его длинная борода стекала по его груди, белоснежная на сапфировой мантии. Ярко-голубые глаза сверкнули весельем, когда к нему присоединился ирландский волкодав, тело которого дрожало от радостного лая.       — Король Пеллес? — голос Дина отражал неуверенность и сомнение, которые испытывал Калеб, через связь с Сэмом, он ощущал ту же неуверенность в Учёном. Их тревога только усиливалась, когда виноградные лозы, поднимающиеся по стенам зала, ожили, становясь пышными и зелеными от входа старика, золотые детали засверкали, как это было в первоначальном видении Калеба.       — Я так не думаю, — пробормотал Ривз.       — Мерлин, — выдохнул Дин.       — Это невозможно, — пробормотал Сэм, но не сводил глаз с человека, стоящего перед ними.       — Хранитель, — старик склонил голову к Дину. — Рад видеть тебя снова.       — Ладно. — Дин кивнул. — Это хорошо, когда тебя видят целым и без всяких колотых ран.       Мужчина засмеялся.       — Судьба и рок не всегда враги Триады.       — Кто ты? — потребовал Калеб.       Старик погладил бороду, не сводя взгляда с Дина.       — Рыцари всегда упрямые, да? Сердитые, как разбуженный дракон.       — Да, — ответил Дин, и Калеб зарычал.       — Я задал тебе вопрос. — Рыцарь психически потянулся к старику. Вкус соли покалывал его язык, запах рассола и морского воздуха подавлял его обоняние. Он практически слышал, как прибой обрушился на скалистый берег. Когда мужчина посмотрел в его глаза, знакомый взгляд терпения и любви был безошибочным.       — Ты сделал правильный выбрал, мой мальчик. Я горжусь тобой, всеми вами.       — Пастор Джим? — Калеб произнес имя с таким же почтением, с которым Дин произнес имя Мерлина. Его голова кружилась от невероятной возможности, когда он прищурился на человека перед ним, а затем на собаку рядом со стариком. Собака залаяла и на мгновение у Калеба перед глазами все поплыло, и он увидел радостного золотистого ретривера с шоколадно-карими глазами. — Аттикус?       — Думаю, что это принадлежит тебе. — Из складок мантии старик вытащил Меч Давида, и шагнул вперед, прежде чем Калеб успел собраться с мыслями. Он наклонил голову, но не раньше, чем Калеб поймал быстрое подмигивание. — Сэр Ривз, Рыцарь Братства.       — Но… — Калеб заколебался, дыхание перехватило, в горле стоял комок, что угрожал задушить его.       — Возьми это, Дэмиен, — сказал мягко Дин, ударив его по руке. — Это приказ.       Калеб перевел взгляд с Хранителя на Сэма, который ободряюще ему улыбнулся и кивнул. Рука Ривза коснулась рукояти, и вспышка белого света охватила весь зал и Триаду. Яркость была ослепляющей, дезориентирующей. Калеб почувствовал, как пошатнулся, и крепче сжал меч. Когда он снова смог открыть глаза, покрытое звездами небо заменило солнечную вспышку, и полная луна освещала все вокруг.       — Что сейчас произошло? — услышав голос Дина, Калеб моргнул, пытаясь переварить всю информацию. Ушли в прошлое стены Большого Зала Мерлина. Голые разветвленные дубы и величественные зеленые сосны теперь окружали их. Собака лаяла, но это был не ирландский волкодав. Бу Рэдли и Дилл стояли рядом на длинном деревянном доке, который он, Сэм и Дин построили прошлым летом.       — Мы на ферме, — беспомощно сообщил Сэм.       — Мы в пруду, — прорычал Калеб, глядя на свои ноги, которые были скрыты мутной зеленой водой, доходящей ему до колен. — И вода холодная.       Дин фыркнул, направляясь к берегу.       — Ну почему ты злишься? Я только что оставил свою детку в Нью-Джерси. И только Джош, Итан и Бобби могут вернуть ее домой.       — Как вы думаете, это все тот же день? — Сэм пошлепал по воде за своим братом. Бу и Дилл скакали вокруг троих охотников, когда Калеб присоединился к своей Триаде на суше.       — Я не знаю, что и думать. — Дин опустился на колени и погладил собак, Дилл вскарабкалась ему на колени. Он посмотрел на Калеба. — Если бы у Дэмиена не было доказательств, я бы поклялся, что нам все приснилось.       Калеб поднял меч, в обожженной стали отражалась светящаяся зимняя луна. Он почувствовал, как грохот энергии пронесся через рукоять, зажигая эхом звонок с кольца охотника что должно быть на правой руке.       — Так это был Мерлин?       — Или пастор Джим? — Дин поднял бровь.       — Может быть, они всегда были одним и тем же. — Калеб не будет полностью исключать это.       — Это смешно, — заявил Сэм, но Калеб отметил, что его голосу не хватало обычной уверенности. — Наше воображение играет трюки, заставляя нас видеть то, что мы хотели.       — Старая Кожаная Лошадь любила заставлять нас строить догадки. — Дин перевел взгляд на небо, игнорируя отчаянные попытки брата ухватиться за логику. — Где бы он ни был, он сейчас смеется над этим.       — Это не может быть… верно? — Калеб повернул меч, поражаясь не только мастерству, но и чуду, которое оно представляло.       — В любом случае, это не пойдет потомкам. — Сэм положил руки на бедра, нахмурившись. Он перевел взгляд с Хранителя на Рыцаря. — У нашей Триады достаточно проблем без будущих поколений охотников, которые подумают, что мы совершенно иррациональны и сумасшедшие.       Дин посмотрел на Калеба.       — Ученый только что издал приказ держать рот на замке?       — На этот раз я с Коротышкой. Никаких записей в журнале об этой охоте.       Старший Винчестер встал, взяв Дилл в свои объятия. Щенок облизал его лицо, когда они пошли к дому.       — Да будет так. Это останется между нами, привилегированной информацией Триады.       — И Джошуа, — раздраженно напомнил Сэм.       — Ой, да ладно тебе, — усмехнулся Дин. — У маменькиного сынка, достаточно проблем. Он все еще пытается проглотить тот факт, что станет папой.       — А мой папа захочет знать каждую деталь, — сказал Калеб, когда он и Сэм двинулись за Дином.       — Мы бросим доктору Эймсу кость, пусть он осмотрит тебя и проведет тесты для успокоения души.       — Разве это справедливо? Я уже дал кровь ради команды, — Калеб не сомневался, что его отец будет настаивать на медицинских доказательствах того, что он исцелен. Это не сулило ничего хорошего для его клятвы никогда не входить в другую больницу. Если ему повезет, он сможет удержать отца до окончания каникул.       — Ты только что был посвящен в рыцари за чертовым Круглым столом, — возразил Дин. — Чего ты жалуешься?       — Это похоже на то, как сбываются самые дикие фантазии Калеба Ривза, — добавил Сэм, подыгрывая брату. — Все, что не хватало, это мушкетеров.       — Чтобы вы знали, моя фантазия включает полотна из шелка, модели Victoria Secret и…       — Оставь это, Дэмиен. — Дин покачал головой. — Ты только что получил свое кольцо Мировой серии, ты счастливчик.       — Единственное, что могло бы его утешить, это если бы дракон появился из фонтана и сожрал Оуэна.       Калеб даже не стал их разубеждать. Он знал, что был в меньшинстве, и было трудно спорить с правдой. Он занял позицию на другой стороне Дина, ухмыляясь как идиот.       — Всегда есть Рождество, Двойка.       — Посмотрим, Дэмиен. — Дин засмеялся. — Посмотрим.

***

      — Ай! — Калеб отдернул руку от блюда с индейкой, потерев покрасневшее пятно на костяшках пальцев. — Черт возьми, Миссури, это больно.       Миссури Мосли махнула деревянной ложкой на Рыцаря Братства, не показывая ни намека на страх или раскаяние. Она ткнула посуду в сторону темноволосого сообщника Калеба.       — Я сказала тебе и Итану Мэтьюзу, чтобы вы не входили на мою кухню, пока вас не позовут на ужин.       — Ты позволила им остаться здесь. — Итан указал через плечо на стол, где Сэм и Илай сидели, нанизывая попкорн. Калеб посмотрел на Ученого, который невинно улыбнулся, а затем бросил в рот что-то подозрительно похожее на кусок индюшиной грудки. — И не притворяйся, что они не попробовали все, что выходило из печи. У моего злого близнеца на лице ежевика.       — Эти двое детей помогают мне. — Миссури уперла один кулак о свое бедро и покачала головой, не опуская ложку. — Как хорошие воспитанные ребята, которыми они и являются. В отличие от вас двоих, которые весь день путались у меня под ногами, и у вас на уме ничего, кроме вреда.       — Я прошел две мили в лес, чтобы помочь Дину срубить идеальную елку, — настаивал Калеб. — Кроме того, я точно знаю, что ты не можешь читать мои мысли.       Миссури громко фыркнула и вернулась к плите.       — А я боролся с трафиком в канун Рождества, чтобы получить последние несколько товаров из твоего списка покупок, — отметил Итан, хотя бывший Советник не обращала на него внимания. — Знаешь ли ты, что число автомобильных аварий увеличивается в праздничные дни? Я рисковал жизнью и здоровьем из-за пахты и паприки.       — И ты получишь вкусный ужин за свои проблемы. — Миссури продолжала помешивать пельмени, прикручивая огонь на низкий уровень, пока они кипели. — Если ты не успокоишься, мальчик, в этом случае, ты и Рыцарь переберетесь в сарай с четвероногим блохастым циркачом, что прячется под столом. — Бу громко заскулил, попав под взгляд Миссури и ее ярость. — Не устраивайся там слишком комфортно, Бу Рэдли. Думаешь, я не видела, как ты с этими двумя пускаешь слюни на мой ужин? У меня глаза в затылке.       — И пара рогов прорастает из ее лба, — пробормотал Калеб Итану, зарабатывая ему еще один яростный взгляд и удар ложкой, которая на этот раз попала по его затылку. Он знал, что Миссури играет, но были времена, когда он был уверен, что ведьма мучила его специально, несмотря на тот факт, что именно она ввела его в ряды Братства и научила использовать свои способности.       Из гостиной поспешно вошел Бобби. Механик избавил Калеба от дальнейшего вреда и дал Итану шанс добраться до стола, поскольку Миссури сосредоточила свое внимание на Бобби.       — Роберт Сингер, перестань путать всю тяжелую работу Эсме. Она полностью занята этим делом с Маклендом и его папой-магнатом, который дает ей указания по всем тонкостям украшения деревьев. Ей, конечно, не нужно, чтобы ты добавлял свои два цента и протягивал неуклюжую руку, помощи чтобы усугубить плохую ситуацию. Попробуй вместо этого сделать себя полезнее, приготовив партию гоголь-моголя по рецепту пастора Джима.       — Женщина, не гони меня, как будто я один из этих щенков, которых ты запугала.       Калеб выразил признательность Бобби за попытку подрыва авторитета, но один из печально известных гневных взглядов Миссури действительно мог убить или по крайней мере проклясть вас. Старший охотник снял свою бейсболку и сунул ее в свой задний карман. Прежде чем Миссури могла сказать ему что-то еще, он сокрушенно покачал головой и исполнил ее просьбу.       — Кто, черт возьми, пригласил старую ведьму? — тихо спросил Бобби, когда Калеб передал ему миску с пуншем и яйца.       — Это Двойка решил, что нам нужно, чтобы вся семья собралась на ферме в этом году, как было до отъезда Сэмми в Стэнфорд. — Бобби посмотрел на Калеба с пониманием. Несмотря на то, насколько щедрым и чрезвычайно похожим на Джима был Дин на поверхности, механик слишком хорошо понимал истинную мотивацию Хранителя.       — Я надеюсь, что ее долбанный пирог того стоит.       Калеб фыркнул, потирая руку.       — Я даже не люблю персики.       — Вспомни человека, который продаст свою душу за домашнюю выпечку. — Бобби кивнул в сторону двери, когда Дин вошел с охапкой дров, Дилл проскользнула у него между ног держа в пасти чем-то похоже на сосновую шишку, но с такой же легкостью это могло оказаться несчастной полевой мышкой, зажатой в ее маленьких зубах. Бу выбрался из-под стола, очевидно, решив, что риск гнева Миссури стоил того, чтобы лишить щенка ее приза. Последовало рычащее перетягивание каната, от чего даже Харпер Ли встал со своего места у камина. Он тявкнул пару раз, Бу и Дилл отдали сокровище старику, которые все еще был альфой. И Калеб с облегчением заметил, что трое собак действительно сражались за сосновую шишку.       — Дин Винчестер, — начала разглагольствовать Миссури, и Калеб был уверен, что она будет соперничать с любой из проповедей пастора Джима об огне и сере. Несомненно она собиралась перечислить все злые примеры того, почему дикие звери не должны быть внутри дома рядом с цивилизованными людьми, когда голос из дверного проема немедленно преобразил ее лицо, избавляя Дина от выговора, который получил ранее Калеб.       — Посмотри, кого Санта оставил на дороге, — Дин двинулся дальше внутрь кухни, уронив охапку дров на уже сложенную кучу рядом с морозильной камерой. — Мистер и миссис Сойер решили, что Кентукки предпочтительнее Рождества в Вирджинии.       — Неожиданная метель помогла принять решение, — сообщил Джошуа, когда Миссури бросилась вперёд, чтобы обнять его, оттолкнув Дина с дороги. Кэролин скрыла улыбку за ярко упакованными пакетами, которые она держала.       — Кого волнуют причины, мы просто рады, что ты здесь, детка.       Калеб посмотрел на Бобби, который понимающе улыбнулся. Единственный плюс, который Калеб мог видеть в появлении своего сводного брата, это то, что Сэм был поставлен на второе место в любви Миссури, когда ее протеже был рядом. Конечно, приезд Кэролин был на самом деле хорошим дополнением к сюрпризу, который Калеб запланировал на потом. Эта мысль заставила его двинуться вперед, забирая стопку пакетов у брюнетки, чтобы она смогла снять свое пальто.       — Счастливого Рождества, прекрасная. — Он поцеловал ее в щеку. Лицо Кэролин быстро побледнело в ответ.       — Пожалуйста, не заигрывай с моей женой. — Джошуа выбрался из рук Миссури, поправляя свой красный шелковый галстук. Советник понизил голос. — Я рассказал ей, что ты сделал во время своего маленького путешествия с Кастиэлем, и это еще одна причина, по которой мы решили, что отдых, проведенный здесь, может быть в наших интересах.       — Ты действительно думал, что я выпущу кота из мешка? — Калеб оскорблено нахмурился, получив реакцию, которую он ожидал.       — Конечно, нет, — Кэролин коснулась его руки. — Джошуа преувеличивает.       — Она была в ужасе, что ты скажешь при всех.       — Что скажет? — спросил Итан, с полным ртом попкорна, который он стащил из миски своего брата.       — Да, Джош, скажи. — Калеб взял пальто Кэролин, ухмыляясь ее мужу.       — Здесь? Сейчас? — Джошуа растерялся. — Сейчас не время…       — Джошуа, Кэролин, — Эсме ворвалась в комнату. Мак и Каллен тянулись за ней. Она остановилась, чтобы поцеловать сына в щеку, прежде чем обнять свою невестку. — Какой чудесный сюрприз. Вы же хотели провести праздники в Вашингтоне с твоей семьей, Кэролин.       — Джошуа здесь, чтобы контролировать урон. — Дин скрестил руки на груди, опираясь на морозильник рядом с Калебом. — Он боялся, что Дэмиен откроет свой большой рот.       — Что именно ты сделал, сынок? — Макленд провел пальцем по лбу, нахмурившись на Калеба.       — Я ничего не сделал, папа. Джош просто ведет себя как обычно глупо.       — Я не глупый, а думаю на шаг вперед. Я кое-чему научился. Как и в случае с моими более раскованными клиентами, это крайне необходимо, когда дело доходит до тебя и Триады.       — Эй, я заслуживаю доверия, — сказал Сэм от стола, заслужив средний палец от своего старшего брата.       — Каролин? — Эсме перевела взгляд с сына на брюнетку, которая, несмотря на типичный шум, улыбалась от уха до уха. Калеб, наконец, понял всю эту «сияющую» вещь.       — Я беременна! — воскликнула она с возбужденным визгом и крошечным танцем, к которому Эсме сразу присоединилась, а затем Миссури подскочила к ним. Все трое обнимали друг друга, подпрыгивая и кружась по кухне, и Калеб не был полностью уверен, полезно ли это для будущей мамы. Мысль, которую, должно быть, разделили другие мужчины в комнате, судя по их неловким улыбкам. Внимание Калеба было быстро отвлечено на гораздо более важные дела, когда он увидел, как его отец шагнул вперед, и крепко обнял Джошуа, похлопав его по спине.       — Поздравляю, сынок, это замечательные новости. — Обращение «сынок» никогда не беспокоило Калеба, поскольку Мак часто использовал этот термин по отношению к Дину и Сэму. Но от того, как его отец обратился к Джошуа, Калеб тяжело сглотнул.       — Внук! — Каллен присоединился к поздравлениям, еще больше сотрясая душу Калеба. Старик пожал руку Джошуа, когда Мак отпустил пасынка. — Это лучший подарок, на который человек может надеяться.       Бобби проскользнул мимо Калеба и Дина и в нехарактерном движении протянул руку Джошуа, ласково постукивая его по затылку.       — Отличная работа, ловкач. Давно пора прыгнуть к следующему поколению.       — Это мальчик. — Калеб сам не знал, почему он сказал это. Возможно, это было болезненное открытие, что благодаря ему не будет такого же радостного выражения на лице отца, но резкий удар в бок от Дина сказал ему, что, вероятно, это был не самый лучший момент открывать рот. Сэм, который встал из-за стола вместе с Илаем и Итаном, послал тихое экстрасенсорное словесное подтверждение, что Калеб был прав в своей самооценке. Его мотивы, возможно, были не самыми чистыми, но он попытался исправить это, добавив: — Максим Сойер, следующий кандидат для рыцарства, верно?       Все посмотрели на Калеба, но быстро уставились на Кэролин, которая вышла из круга женщин и сделала шаг ближе к Калебу. Рыцарь приготовился к сильной оплеухе, может быть, даже хорошему удару в живот, который, хотя и совершенно не характерен для скромной Кэролин, был вполне понятен в этой ситуации.       — Мальчик? — вместо того, чтобы наброситься на него с кулаками, ее рука легла на плоский живот. Очевидно, Джошуа не рассказал своей жене полную историю из видения Калеба. — У нас будет мальчик?       Калеб кивнул, не в силах отвести взгляд от ее глаз, которые быстро наполнялись слезами. Слезы были намного хуже, чем насилие.       — Ты можешь ударить меня, если хочешь.       — Ударить тебя? — Кэролин засмеялась, она прикрыла рот рукой, когда несколько слез скатились по ее ресницам. Она поцеловала Калеба в щеку, еще больше его удивив. — Я люблю тебя! — Кэролин отпустила Калеба так же быстро, как и обняла. Потом обернувшись к Джошуа. — Я знала, что это был мальчик. Я просто знала это.       Взгляду, который Джошуа бросил на Калеба через плечо ошеломленной жены, доказал, что у него нет такого чувства к Рыцарю.       — Мы надеемся, что Дин окажет нам честь быть крестным отцом, — процедил он сквозь стиснутые зубы.       На кухне снова послышались радостные возгласы от других охотников, а также «черт возьми», от Дина.       — Кто бы это еще был, кроме Корлеоне? — Итан хлопнул Дина по спине. — Он, безусловно, самый квалифицированный.       — Как на счет меня? — пробормотал Калеб, наблюдая за очередным раундом поздравлений и объятий от женщин. Он мог бы поклясться, что Джошуа ухмыльнулся ему, когда Мак снова хлопнул его по спине.       — Не дуйся, Дэмиен. — Дин ударил его по плечу. — Ты и твой длинный язык только что увернулись от одной пули.       Сэм кашлянул.       — У меня такое чувство, что его удача не выдержит.       — Заткнись, Сэм, — предупредил Калеб, уже почувствовав новое присутствие на ферме, даже несмотря на то, что хруст шин не вызвал обычного лая от собак, поскольку они были слишком отвлечены всем волнением, уже происходящим на кухне.       Дин перевел взгляд с Рыцаря на Ученого.       — Что ты имеешь в виду?       — Я имею в виду, Калеб не удовлетворен вмешательством в жизнь только одного брата.       — Дэмиен? — Дин нахмурился, и Калеб слегка улыбнулся ему, прежде чем раздался стук в дверь.       — Счастливого Рождества, Двойка.       — Какого черта ты сделал?       Через мгновение стук стал громче, превышая шум от поздравлений будущих родителей и бросил собак в последнее, но шумное безумие. Бу скакал перед дверью, Дилл начала тявкать, а Харпер уронил свою сосновую шишку, чтобы издать одинокий скорбный вой. Миссури угрожала им всем изгнанием в сарай.       — Кто это, черт возьми? — Бобби оглядел комнату, словно пересчитывая всех, кто должен был присутствовать. — Пожалуйста, скажите мне, что никто не пригласил Гриффина Портера, потому что я не готов делить стол с этой задницей, Рождество сегодня или нет. Без обид, мальчики. — Он склонил голову к Итану и Илаю. — Но ваш крестный отец придурок.       — Роберт Сингер. — Миссури ударила его ложкой, которую так и не выпустила из рук. — Здесь присутствуют женщины и ребенок.       — Черт возьми, Миссури, это больно.       — Это не Гриффин. — Итан засмеялся, не обиженный описанием Бобби Портера. — Мы должны встретиться с ним в Атланте на Новый год.       Эсме повернулась, собираясь сделать разумную вещь и узнать самой кто пришел к ним в гости, но Дин неожиданно перепрыгнул через собак, бросившись к двери.       — Подождите!       — Двойка, ты должен впустить ее. — Калеб скрестил руки на груди. — Она проехала всю дорогу из Теннесси.       — Кто это? — спросил Макленд. — Кто приехал из Теннесси?       — Друг, — пробормотал Дин.       — Боже ты мой. — Кэролин снова прижала руку ко рту, и снова заплясала по кухне. — Доктор? Ты пригласил доктора на рождественский ужин?       — Нет, — прошипел Дин, понизив голос, — я имею в виду, да, это она, но я не приглашал ее.       — Ты встречаешься с доктором? — подскочил Макленд, и Калеб снова заметил проблеск гордости в серых глазах отца.       — На самом деле она ветеринар, — объяснила Кэролин Эсме и Миссури. — Ее зовут Джульетта. Она внучатая племянница пастора Джима.       — Джульетта? Как в Ромео и Джульетте? — Итан кашлянул. — Ты, должно быть, шутишь.       — У Джима была племянница? — спросил Илай. — Я думал, что вся его семья умерла.       — Джульетта на самом деле великая племянница мисс Эммы. — Кэролин теперь шептала, ее взгляд был прикован к Илаю, как будто они обсуждали какой-то великий секрет Братства. — Она приехала сюда, чтобы посетить ферму Джима этой осенью, в поисках реальной истории о великой и эпической любви Джима и Эммы, и кроме этого нашла Дина. С тех пор они встречаются. Разве это не романтично?       — Мы не встречаемся. — Калеб и Сэм обменялись улыбками, когда Дин сделал воздушные кавычки, словно это слово было ругательством, за которые их наказывал Джим. Хранитель посмотрел на Кэролин, которая старалась изо всех сил выглядеть капризной, хотя ее улыбка осталась на месте. — Какую часть слов «конфиденциальная информация» ты не понимаешь, девушка пятница?       — Дин Винчестер, отойди от двери и впусти девушку, пока она не подумала, что мы все кучка язычников, которые оставили ее на морозе, чтобы она замерзла до смерти. — Миссури махнула ложкой в сторону Дина.       Старший Винчестер с поражением опустил голову на грудь, сделал шаг назад и открыл дверь.       — Привет, — Калеб мог расслышать легкое смущение в голосе Джульетты. — С Рождеством.       — Счастливого Рождества, — ответил Дин так же нерешительно. — Это сюрприз.       — Сюрприз? — Джульетта теперь звучала озадаченно. — В твоем сообщении говорилось приехать в шесть, но трафика было мало, так что…       — Вот это я и имею в виду, — быстро выкрутился Дин. — Ты немного рано.       — Чепуха, она как раз вовремя! — Эсме восприняла неловкость Дина как сигнал. Она шагнула вперед, чтобы с радостью приветствовать Джульетту. — Ты, должно быть, Джульетта. Мы были так рады услышать, что ты присоединишься к нам на праздник.       Руки Джульетты были загружены сумкой, завернутыми подарками и глиняным горшком. Она посмотрела на Дина, который все еще выглядел немного испуганным, как дикое животное, которого загнали в угол. Калеб не сомневался, что его лучший друг, возможно представил как он перегрызает ногу, чтобы сбежать, чем оставаться на месте в этот момент. Джульетта, казалось, узнала животный страх и слегка нахмурилась.       — Приглошение было немного в последнюю минуту и неожиданно, но приятный сюрприз.       — О, дорогая, позволь мне помочь тебе. — Эсме указала на группу охотников, все еще с удивлением уставившихся на гостью, словно она была тем самым Йети, в которого они даже не верили. — Итан, положи пакеты под дерево. Илай, возьми этот тяжелый горшок. Джошуа, пожалуйста, вспомни свои манеры и помоги Джульетте снять ее пальто.       — Да, мама. — Джошуа быстро двинулся вперед после того, как Итан и Илай освободили руки Джульетты, и каждый из них быстро поздоровался и улыбнулся. Джошуа кивнул в сторону Кэролин, когда он взял куртку доктора. — Джульетта, это моя жена, Кэролин Сойер, прекрасная женщина с фартуком — Миссури Мосли, и тебя только что втянула в эту пугающую компанию моя захватывающая дух мама, Эсме Мадригал-Эймс.       — Эсме, и конечно Кэролин и Миссури. — Джульетта улыбнулась, и Калеб с некоторым разочарованием заметил, что она казалась гораздо более очарованной Джошуа, чем им или Сэмом при их первой встрече. Конечно, Джошуа не истекал кровью, как Калеб, и не излагал сумасшедших охотничьих теорий, как Сэм. — Дин говорил обо всех вас. Приятно наконец встретиться в вами.       Эсме взяла Джульетту под руку.       — Мы с девочками были так взволнованы, когда услышали, что ты пополнила наши ряды. Как ты, наверное, знаешь, эти встречи на ферме часто подпитываются тестостероном и выражениями, очень похожим на доисторические охотничьи партии.       Очарование и легкость были чистой магией Мадригал, и Калеб снова был поражен удачей своего отца в женитьбе на Эсме, даже если Джошуа стал частью семьи по доверенности. Джульетта превратилась из испуганного оленя, попавшего в фары встречного автомобиля, в улыбающегося, расслабленного гостя под изысканной грацией старшей женщины.       — Я тоже рада, — Джульетта встретилась взглядом с Дином, который шел на ними. Теперь Дину, казалось, было немного легче быть рядом с женщиной, с которой он встречался, но он все стратегически пытался держаться в стороне, не желая сталкиваться лицом к лицу с самой личной частью своей жизни. На этот раз он предложил Джульетте более искреннюю улыбку, и Калеб поймал беззвучное «Извини». Джульетта улыбнулась и наклонилась, чтобы подхватить Дилл, которая напала на ее туфли. Она прижала щенка к груди. — На самом деле, когда Дин наконец пригласил меня на семейный ужин, я подумала, что это повлечет за собой холодную пиццу и пиво с Сэмом и Калебом, а Дилл будет моей единственной женской компанией, учитывая приверженность Бу и Харпера.       — Забавно, я тоже так подумал, — проворчал Дин покосившись на Калеба, который пожал плечами в ответ. Иногда Калеб знал, что лучше для Дина, и желал немного подтолкнуть ребенка. В конце концов, он не мог ожидать, что станет крестным отцом в ближайшее время, если Дин будет держать Джульетту на расстоянии вытянутой руки. Он хотел встретиться с Джеймсом и его братьями.       — Отсюда и горшочек с ужином. — Макленд шагнул вперед, взял Джульетту за руку и поцеловал ее. — Умная, подготовленная и даже более симпатичная, чем я себе представлял. Я Макленд Эймс, и уверяю тебя, нерешительность Дина привести тебя домой не имеет к тебе никакого отношения. Моя жена сравнила нас с неопрятной группой громких мужчин, словно мы стая волков. Любые недостатки, которые ты обнаружишь у моего племянника, безусловно, виноваты те из нас, кто помогал его воспитывать.       — Все нормально. — Джульетта засмеялась. — Волки — моя специальность.       Бобби подошел ближе, снимая крышку с горшочка, которую держал Илай.       — Будь я проклят, это тушеное мясо оленины?       Джульетта кивнула.       — Рецепт моей бабушки Ханны.       — Я просто могу влюбиться в тебя. — Бобби протянул руку. Джульетта сместила Дилл в сторону, чтобы поздороваться с механиком. — Роберт Сингер, но ты можешь называть меня Бобби. Я один из больших плохих волков, виноватых в том, что ребенок не типичный парень стиле Брэйди Бранча.       — Тогда, думаю, я должна вас поблагодарить.       — Это мы должны тебе, детка. — Миссури практически оттолкнула Бобби с дороги, выскользнула из передника и передала его Макленду. Потом протянула свою ложку Каллену, который уставился на посуду, как на змею. Джульетта бросила на Дина слегка отчаянный взгляд, когда ее подхватила волна женщин, направляющихся в гостиную. — Я никогда не думала, что кому-то из этих мальчиков повезет так же, как Джошуа. Проходи и садись с нами, женщинами, расскажи нам все о себе и своей семье, пока мы дадим мужчинам закончить работу на кухне. Роберт принесет нам немного чая и мелкие тарталетки.       — Что, черт возьми, это такое? — пробормотал Бобби, когда мужчин бросили на кухне. Он ткнул пальцем в Дина, понизив голос. — Если наш ужин испортился из-за того, что Маку и Каллену придется готовить, я спущу с тебя шкуру.       — Не вини меня, — огрызнулся Дин, выхватывая ложку Миссури у Каллена и стукнув ею Калеба. — Виноват Дэмиен в сватовстве.       — Ой! — Рыцарь потер плечо. — Черт возьми, Двойка, что больно.       — Вот и хорошо. — Дин вернул ложку Каллену.       — У нас еще есть тушеное мясо из оленины, — сказал Илай.       — Бобби! — голос Миссури раздался из гостиной, заставив Бу снова спрятаться под столом. Харпер схватил сосновую шишку и скрылся с ней вслед за Бу. — Мы ждем.       — Я проверю индейку, — предложил Макленд, качая головой на Калеба так, что Калеб мог ожидать долгого разговора отца и сына после ужина.       — Возможно, мне стоит присмотреть за тобой, — сказал Каллен, передавая ложку Бобби. — Я управляю компанией из списка «Fortune 500», и в прошлом я еще не руководил работниками кухни.       — Так скажи мне, о великий свах, это Рождество так же разыгрывалось в твоем видении «Тронутый ангелом»? — Дин посмотрел на друга.       Сэм и Илай вернулись к своему попкорну, Итан последовал за Маком и Калленом, скорее всего, надеясь попробовать что-то более существенное, чем попкорн, пока Бобби собирал чайный сервиз мисс Эммы.       — Не совсем. — Калеб попытался понять, действительно ли его лучший друг расстроился из-за него или просто притворялся раздраженным.       — Значит, Джульетта не оказалась в гостиной с Миссури, которая, без сомнения, говорит ей о том, что я чертовски забавный парень.       — О, Джульетту ввели в наше сумасшествие. — Калеб посмотрел на Дина, пытаясь освежить память. — Она принесла мне пирог в больницу. Все собрались там, и была более приглушенная обстановка, но кажется Бобби все же приударил за Джульеттой. И они с Кэролин действительно хорошо ладили.       Дин закатил глаза, но Калеб поймал тень страха в глубоком зеленом взгляде Хранителя. Калеб не намеренно использовал свое недавнее состояние в качестве уловки для прощения, но, похоже, это сработало.       — Ты мог бы, по крайней мере, предупредить меня, чувак. Я даже не купил ей подарок. Я буду выглядеть как придурок.       — Если бы я предупредил тебя, ты бы, без сомнения, выстрелил в меня очередным мандатом Хранителя. — Калеб усмехнулся. — Кроме того, я позволил себе купить подарок от твоего имени. Он уже под елкой.       На лице Дина появилось выражение паники.       — Если он окажется в маленькой черной коробочке и будет блестеть, я возьму твою новую любимую игрушку из наших приключений в Камелоте и воткну тебе в задницу.       Калеб фыркнул.       — Чувак, я купил первое издание Элиота и сборник Мэри Оливер. Из надежных источников я знаю, что доктор любит поэзию.       — Поэзия? — Дин застонал. — Я похож на парня, который дарит девушке поэзию?       — Я добавил подарочный сертификат в твой гараж. Замена масла и шиномонтажные работы для ее иностранной машины только продемонстрируют твою практическую сторону.       Дин вздохнул.       — Ты действительно обо всем подумал.       — Что я могу сказать, я щедрый.       — Думаю, ты прошел долгий путь от того первого Рождества, которое мы провели вместе. — Дин улыбнулся.       — Если я правильно помню, в тот вечер я раздал несколько великих жемчужин мудрости и подарил тебе кое-что из моих подарков. Кажется это была видеоигра.       — У тебя была уже одна видеоигра, — возразил Дин.       — Все равно это лучше, чем пакет «M&Ms». — Калеб никогда не признался бы в этом, но в то время пакет «M&Ms» от застенчивого пятилетнего ребенка был лучшим рождественским подарком, который он получил после смерти своих родителей.       — Мне было пять лет и, по крайней мере, я знал, как делиться. — Дин кивнул на дверь. — Держу пари, что я все еще лучше в отделе подарков, чем ты. У меня есть кое-что для тебя снаружи.       — Ты приготовил мне подарок? — Калеб удивленно поднял бровь.       — Это своего рода двойной подарок для тебя и Сэмми.       — Но сопоставимо ли это с моим подарком? Ведь я обеспечиваю будущее наших нерожденных детей.       Дин прищурился.       — Ты всегда можешь остаться здесь и подавать чай женщинам вместе с Бобби.       — Эй, Коротышка! — Калеб схватил свое пальто с вешалки, ни в коем случае не собираясь отказываться от подарка, и не совсем в настроении иметь дело с женщинами. — Двойка приготовил нам ранний рождественский подарок. Пойдем.       Сэм обменялся сомнительным взглядом с Илаем, а затем, прищурившись, посмотрел на брата,       — Если это презервативы и подписка на «Грудастых азиаток», как в прошлом году, я пас. Нам с Илаем все еще нужно нанизать клюкву.       — Ты хоть представляешь, как весело это звучит? — Калеб сунул ему куртку в руки. — Какой человек в здравом уме отказывается от контрацепции и занимательной литературы?       Итан подтолкнул своего брата.       — Я, черт возьми, уверен, что мой брат прислушается и подарит больше таких подарков.       — Ты серьезно критикуешь мой подарок? — Илай поделился еще одним знающим взглядом с Ученым. — В прошлом году я получил мешок говяжьего вяленого мяса, и шесть упаковок кока-колы, которую ты же и выпил.       — Ты любишь колу, — отметил Итан. — И я тогда не завтракал.       — Я обещаю, что подарок не контрацепция или порно, Сэмми. — Дин взял свое пальто и направился к двери. — Чудо-близнецы, прекратите трепаться и пошли. У меня и для вас кое-что есть.       — А я так надеялся, что это порно и контрацепция, — воскликнул Итан.

***

      — Это намного лучше, чем глянцевый выпуск «Грудастых азиаток», — пробормотал Калеб. Он затаив дыхание, наблюдал, как гигантский серебряный дракон, которого Хранитель создал, изящно парил над водой. Все они собрались на пристани, чтобы посмотреть, как животное появляется и улетает.       Дин засмеялся, сидя в старой лодке пастора Джима, которую он спустил в пруд и позволил дрейфовать всего в нескольких футах от них. Он опустил одну руку в холодные зеленые глубины.       — Рад слышать это, Дэмиен.       — Он красивый, — согласился Сэм.       Бу Рэдли придерживался другого мнения, он лаял и рычал, когда дракон подлетал ближе. Калеб отвел взгляд от зверя, кружащего над ними, чтобы взглянуть на Сэма. У Ученого была детская улыбка на лице, очень похожая на ту, которая была у него в пять лет, когда Сэм изумлялся картинам легендарных драконов, которых Калеб рисовал для него.       — Асторим оживает, да, Сэмми?       Это было так же удивительно, как то, что Дин создал с Рейганом в видении, только лучше из-за обстановки и пропавшей Троицы. Тем не менее, Калеб признал это за шаг, который сделал его лучший друг. Дин признал, что он был Хранителем, который выполнит свой долг, готов был продемонстрировать свою силу. Признать тот факт, что он действительно особенный и одаренный сам по себе, не было легким подвигом для Дина особенно перед охотниками за пределами их Триады.       — Я бы не поверил, если бы не видел это своими глазами. — Илай смотрел, как дракон парит над водой, последние лучи солнечного света блестели на его сверкающих крыльях, когда он скользил по поверхности пруда когтем, направляя брызги воды в их направлении. Бу снова яростно залаял на нападение. Калеб не сомневался, что ретривер уже сиганул бы в пруд, если бы Сэм не держал его за ошейник.       — Ты еще ничего не видел, профессор, — крикнул Дин.       Калебу стало интересно, какие еще сюрпризы у его лучшего друга были в рукаве. Очевидно, он практиковал свои навыки с серебром в последние пару недель, когда Калеб и Сэм были в Нью-Йорке.       — Это волшебное прикосновение, которое ты получил, Корлеоне? — Итан покачал головой и засмеялся. — Я не знал, что это было в тебе.       — Я лично думаю, что это немного излишне.       Услышав неожиданный голос позади них, у Калеба заколотилось сердце. Он повернулся вместе с остальными, серебряное творение, которое сотворил Дин, временно было забыто благодаря еще более невероятному призраку. Казалось, это действительно был сезон чудес.       — Боже ты мой. — Итан сделал нерешительный шаг вперед. - Гидеон?       — Не говори мне, что ты впечатлен этой ловкостью рук, Итан, — Гидеон Лейн спустился по пристани, приблизившись к ним. Калеб почувствовал его присутствие, как внезапный всплеск связи на радаре. Лейн был не иллюзией, а таким же материальным, как и другие охотники, окружавшие его. — Клянусь это в основном дым и зеркала, старый способ Мерлина похвастаться.       — Не слушай его, Крокетт. — Дин подплыл к пристани и поднялся, приняв руку Калеба, который до сих пор не мог стряхнуть с себя шок. Он оглянулся на воду, когда Асторим с громким всплеском скрылся в пруду. — Он просто завидует тому, что, будучи Хранителем, у него не было возможности владеть серебром.       Итану больше не нужно было другого подтверждения, он сократил расстояние между ним и Гидеоном, схватив воскрешенного охотника в сокрушительные объятия.       — Черт, я скучал по тебе, чувак.       — Как?.. — Илай остался на своем месте с Сэмом, в шоке наблюдая, как его близнец и их давно потерянный друг обнимаются.       Дин перевел взгляд с Калеба на Сэма, слегка пожав плечами.       — Это секрет Хранителя.       — Я не понимаю... — Илай моргнул, его ресницы заблестели от слез, как чешуя серебряного дракона.       — Все нормально, Илай. Тебе не нужно понимать подарок, чтобы принять его. — Дин сжал плечо профессора и слегка подтолкнул его вперед, чтобы он присоединился к счастливому воссоединению. — С Рождеством.       Дин кивнул на линию деревьев. Калеб и Сэм последовали его примеру, оставив близнецов Мэтьюз и Гидеона одних у пруда.       — Это был чертовски классный подарок, Двойка.       — Дракон или Гидеон? — Сэм провел рукой по волосам. — Я все еще в шоке. Я могу только представить, как чувствуют себя Илай и Итан.       — Дракон был от меня, но другой подарок от пастора Джима, или, возможно, Мерлина.       — Но ты знал, что он появится?       — Я подумал, что это хорошая возможность из того, что Дэмиен рассказал мне о своем видении. — Дин посмотрел на Рыцаря. — Я знал, что ты был тайно обижен, когда в реальной поездке в Замок Грааля, не увидел дракона, поэтому я тренировался.       — Ясно, — Калеб был более тронут, чем он мог выразить, не ступая на девчачью территорию. — Это лучше. Намного лучше.       — Даже лучше, чем Экскалибур?       — Мы не знаем, что этот меч — Экскалибур, — отметил Сэм.       — Экскалибур или Меч Давида, но Дэмиен все еще любит его.       — На самом деле я думал об этом.       Ученый и Хранитель переглянулись, и Дин нахмурился на лучшего друга.       — И?       — И я думаю, что есть еще один подарок, который я должен сделать. — Он приподнял бровь. — Вы, мальчики, готовы на небольшую молитвенную встречу в сарае?

***

      Кастиэль выглядел почти таким же шокированным, как Дин и Сэм, когда Калеб объяснил им свои планы. Было несколько приятно видеть, что ангел почти дрогнул, даже немного смутился.       — Я не понимаю, — Кастиэль говорил так же неуверенно, как Илайджа, когда озвучивал те же самые слова, когда ему преподносили чудо Гидеона, возвращаемого им на день.       — Один очень умный человек однажды сказал, что нам не всегда нужно понимать подарок, чтобы принять его. — Калеб сверкнул улыбкой в Дина и шагнул вперед, чтобы передать Меч Давида ангелу. В тайне Калеб молился, чтобы это помогло в битве с Рафаилом и другими ангелами-изгоями, хотел дать надежду в восстановлении баланса на небесах. Он не верил, что Бог бросил свой пост, оставил их всех на милость своих солдат. Как сказал бы пастор Джим, некоторые вещи были за пределами человеческого понимания. Они должны были верить, что Бог работал на благо всех. — Счастливого Рождества, Кастиэль.       — Я не уверен, что должен сказать. — Кастиэль отступил на шаг, когда Бу понюхал его ботинки и подозрительно обошел ангела.       — «Спасибо», наверное, было бы правильным ответом, Кас, — сообщил Дин, призывая собаку к себе.       — Спасибо.       — Да не мне, а Дэмиену.       — Это необязательно. — Калеб поднял руку, чтобы прервать благодарность ангела. — Давайте просто скажем, что мы в расчете. Ты спас наши задницы этим видением. Ты спас Братство и нашего Хранителя.       — Я всегда буду прикрывать ваши спины, — кивнул Кастиэль.       Дин застонал.       — Мы твою тоже, Кас.       — Я сделаю все возможное, чтобы присматривать и за вашим потомством, — заверил Кастиэль.       — Ты слышал это, Двойка? — Калеб засмеялся, ударив своего лучшего друга по плечу. — Даже Кас знает, что тебе суждено стать отцом.       — Он не сказал обо мне конкретно. — Дин указал на своего брата. — Он мог говорить о Сэмми или Братстве в целом.       — Не тащи меня в свои фантазии! — сказал Сэм, стоя у стойла Фидеиста. Он продолжал гладить гриву большого гнедого. — У меня не будет детей, потому пусть дядя Калеб играет в крестного отца.       — Сэмми не хочет детей, и мы все знаем, что я не ступлю на эту территорию из-за Ноя Сивера. — Калеб скрестил руки на груди и посмотрел на Дина. — От тебя зависит следующее поколение.       — Скажи ему, Кас… — Дин повернулся к ангелу и обнаружил, что они снова только втроем. Бу заскулил, обнюхивая землю, где раньше стоял ангел. — Я чертовски ненавижу, когда он это делает.       — Джульетта, вероятно, чувствует то же самое, по поводу твоего исчезновения, — сказал Сэм, на что Дин снова нахмурился на Калеба.       — Она может больше никогда не заговорить со мной, Дэмиен.       Калеб улыбнулся.       — Значит ты должен идти спасать ее, чувак. Мы не хотим, чтобы Миссури спугнула мать наших детей.       — Не мог бы ты дать отдых следующему поколению, чувак? Я просто рад, что мы трое сейчас в одном месте. — Дин встретил взгляд Калеба. — Очень рад.       — Ладно. — Калеб пожал плечо друга. Хранитель был прав. Им было за что быть благодарными, они были друг с другом. Этого было достаточно, более чем достаточно. Все трое могли легко оказаться в положении Илая и Итана. — Давайте наслаждаться настоящим, позволим будущему самому позаботиться о себе.       Дин ухмыльнулся.       — Тем временем мы можем развлекаться, наблюдая, как Джошуа выпрыгивает из штанов, готовясь стать Уордом Кливером.       — А когда Макс доберется сюда… — Калеб потер руки. — Тогда начнется настоящее веселье. — Возможно, он не был крестным отцом ребенка, но он все еще был его дядей, даже если это было из-за брака Мака и Эсме. Калеб посчитал это расплатой за то, ему приходилось мириться с Джошуа.       — Говоря о Джоше и новостях о его сыне, — Сэм остановился около погреба, бросив на Калеба взгляд, который дал ему понять, что Ученый читает его мысли. — Я думаю, что новое пополнение в семье требует особого напитка пастора Джима.       — Слышишь, Дэмиен? Маленький Сэмми наконец-то вырос. — Дин протянул руку, пытаясь взъерошить волосы своего брата. — Он хочет получить удар от Миссури.       Сэм отскочил от него.       — Я думал об особом рецепте пастора Джима.       — Теперь ты дело говоришь, Крошечный Тим, — Калеб наклонился и поднял крышку люка. — Человек, который предложил, получает почести.       — Кто сказал? — хмыкнул Сэм, настороженно глядя в темный проход. Калеб полагал, что поворот был честной игрой и попытался понять, о чем думал их Ученый. Он покачал головой, потому что Сэм все еще может быть таким ребенком.       — Конечно, это написано в «Справочнике охотника», — Дин скрестил руки на груди.       — Глава 6, второй абзац снизу.       — Нет никакого справочника, и мы все это знаем.       — И это говорит парень, который сказал, что драконов не существует, — Калеб схватил фонарик с полки и протянул его Сэму, наслаждаясь тем, как расширились глаза младшего Винчестера. — Это доказывает, что ты ничего не знаешь, Эйнштейн.       — И все же он верил в Санту, пока ему не исполнилось двенадцать. — Дин вздохнул. — Я бы не удивился, если бы он ждал сегодня вечером звука крошечных копыт на крыше.       — Я ненавижу тебя. — Сэм взял фонарик у Калеба и осветил лестницу.       — Просто чтобы тебя не застали врасплох, Коротышка, я думаю, что пастор Джим спрятал свой напиток за банками с печеньем, на которых нарисовано лицо клоуна, который дал тебе ночные кошмары в детстве.       — В этом случае я ненавижу вас обоих, — уточнил Сэм, прежде чем осторожно спуститься в подвал и исчезнуть, ругаясь на проклятых клоунов.       — Ты знаешь, что он любит нас, — достаточно громко возразил Калеб, чтобы Учёный их услышал. — Но там еще есть пауки и крысы.       — Если ты так говоришь. — Дин фыркнул на разноцветный ответ брата. Бу опустил голову в люк, чтобы взглянуть на темную деревянную лестницу. — Любовь действительно заставляет человека делать сумасшедшие вещи.       — Ты уверен, что это не семья, Двойка? — Калеб посмотрел на Стража, думая о том, как долго они шли друг к другу в прошлом, о линиях, которые они, без сомнения, охотно пересекут в будущем. Он любил Дина и Сэма, но не только из-за этого он защищал их.       — Может быть, ты прав. — Дин почесал подбородок и сделал вид, что обдумывает ситуацию. — Любовь имеет свои пределы.       — Но не семья, — кивнул Калеб.       — Нет, — согласился старший Винчестер, выдержав его взгляд. — Когда дело доходит до семьи, нет ничего невозможного.       — Даже драконы и гиганты, — Калеб улыбнулся своему лучшему другу, зная, что в отношении их Триады абсолютно все возможно.       — Чертовски верно, — Дин ответил дерзкой улыбкой, с силой хлопнув Калеба по плечу. — Голиаф и в подметки нам не годится, чувак.