Становление злодея

Пивз поймал их после обеда, когда Том и Эван уже возвращались из Большого Зала назад в подземелье. Бежать от полтергейста на полный желудок было непросто, но желание остаться чистым и не ввязаться в драку оказалось сильнее. — Давай сюда, Том! — крикнул ему Эван. Они побежали вверх по лестнице прочь из подземелья. Пивз всё ещё гнался за ними, попутно кидаясь в них всякими мелочами: чьими-то тетрадями, карандашами, перьями и, конечно же, своими излюбленными чернилами. Где он только берёт их в таких количествах? Прятаться и убегать от полтергейста каждый божий день уже порядком достало Тома. У него глаз начинал дёргаться каждый раз когда кто-то в его присутствии упоминал Пивза. Зато Эвана это явно веселило. Он хохотал во всё горло, когда уносился от него на всех парах, и Реддл определённо не понимал его веселья. На четвёртом лестничном пролёте Том совсем запыхался. Физически он был не сильно развит, и больше он не смог заставить себя подняться ни на одну ступеньку выше. — Эй, Эван! Бежим сюда! — задыхаясь крикнул он другу. Эван, который уже пробежал полпролёта, развернулся и ринулся назад, вслед за Томом. При этом он чуть не столкнулся лоб в лоб с Пивзом, но вовремя свернул влево, и вместе с Томом они устремились в тёмный коридор. Пивз летел следом. — Когда же он отстанет, тупой клоун! Уже не разбирая дороги, ребята влетели в первую попавшуюся дверь, закрыли её и прижались к ней спинами тяжело дыша. — Почему его просто не выгонят из Хогвартса! — продолжал возмущаться Том, — От этого шута всё равно нет никого толку, только одни неприятности. — Да ладно тебе, — сказал ему Эван, — Зато он забавный, с ним не заскучаешь. — Это уж точно, — ответил Том, но голос его звучал отнюдь не весело. Лишь когда они оба переведи дух, то заметили, что находятся в довольно мрачном помещении (но это скорее всего было из-за плохой погоды на улице). Здесь стояло несколько столов со светильниками, и за самым дальним из них Том заметил двоих старшекурсников Когтеврана, которые склонив носы к книгам что-то строчили на пергаментах. Кстати о книгах- здесь их было несчислемое количество. Они стояли в шкафах и на полках. Том вспомнил тот день, когда он пришёл в Косой переулок и Дамблдор отвёл его в магазин Флориш и Болтс, где было так много разных книг, что у Тома аж дух захватывало. — Это библиотека, — Эван первым подал голос, — Я надеялся, что никогда не окажусь здесь. Говорил он тише обычного. Том и сам старался сильно не шуметь в этом месте. Ему казалось, что здесь существует какой-то определённый лимит шума, который превышать было строго запрещено. — Пойдём уже отсюда, — сказал Эван, быстро оглядевшись по сторонам, — Мне здесь не нравится. — Не глупи, — тихо произнёс Том, — Пивз наверняка всё ещё в коридоре. К тому же я хочу осмотреться. В отличии от Эвана, Том всегда любил читать. В приюте с ним никто не общался, и он находил утишение в книгах. У Тома не было особых предпочтений в жанре, просто ему это нравилось. Он целыми днями мог сидеть в своей маленькой комнатке и читать. Это была ещё одна причина по которой остальные дети считатали его странным. Том прошёлся вдоль длинных книжных рядов. Шкафы здесь были такими большими, что доставали до потолка. Через каждые пять-шесть шагов стояли деревянные лестницы, высотой с шкаф. Том ходил между рядов, задирая голову вверх и разглядывая книги. Эван неторопливо плёлся где-то позади. — О, смотри, — вдруг произнёс он. Том обернулся и увидел, что Эван держит в руках старую газету. — Где ты это взял? — спросил он. — Лежала между книг, — Эван раскрыл газету и тут же закашлялся из-за пыли, что поднялась в воздух, — Боже, да одна древняя как моя бабушка! Том заглянул в газету и мельком прошёлся глазами по пожелтевшим страницам. — Не такая уж и древняя, — сказал он, — Смотри, это выпуск за шестое мая 1926 года. Всего лишь за три года до нашего рождения. -А-а… — Бездумно протянул Эван, — И что? — Дай сюда, — Том забрал у него газету и прочитал первую статью. «Степень успеха Грин-де-Вальда в его революционной деятельности весьма высока, о его действиях так же пишут газеты за пределами Европы, в частности в Америке. Сегодня, шестого мая 1926 года, президент МАКУСА Серафина Пиквери заявила, что опасность Грин-де-Вальда велика и сделала предположение, что он может быть причастен к происшествиям в Нью-Йорке…» Дальше был ещё текст, но страница совсем пожелтела от времени и пыли, так что Том не мог разобрать не единого слова. Под самой статьёй так же присутствовала большая фотография. Её тоже было плохо видно, но Том смог различить на ней разрушенные дома на какой-то незнакомой ему улице. Таких он нигде не встречал в Лондоне. Судя по постройке этих самых домов, это была даже не Англия. Похожие дома скорее всего строили где-то в Америке. — Интересно кто такой Грин-де-Вальд? — задумчиво произнёс Том, обращаясь сам к себе. — Ты что?! — Вдруг закричал на него Эван, — Не произноси его имя! Тут из-за шкафа резко выглянула какая-то старуха. Эван аж подпрыгнул от неожиданности. Старуха эта чем-то походила на мерзкую профессор Фикс, но была чуть полнее, и волосы у неё были короче. — Говорите на полтона тише! — приказала она им. — Хорошо, мы поняли, — ответил ей Розье, чуть грубее чем должен был. Видимо, он всё ещё был на взводе из-за того, что произнёс Том, хотя сам Том так до конца и не понял, что он не так сказал. — Вы что не знаете, что в библиотеке должна быть тишина? Старуха ещё какое-то время строго смотрела на них своими глазами коршуна, а потом медленно скрылась за шкафом, из-за которого и показалась. Как только она исчезла из поля зрения, Том получил от Эвана несильный удар в плечо. — Ай! За что? — Ты что совсем дурак?! — Эван говорил тихо, но в его голосе всё ещё слышались негодование и… страх. — Что не так? — Том был сильно озадачен, но при взгляде на испуганного Эвана, ему самому стало страшно. Он ещё никогда не видел своего друга таким растерянным и напуганным. — Его имя нельзя произносить вслух, — Сказал Эван, — По крайней мере в местах, где тебя могут услышать посторонние. — Да кто он, чёрт возьми, такой? — Он… — Эван беспокойно оглянулся по сторонам, чтобы убедится, что их никто не слышит, — Он был очень популярен какое-то время. Да и сейчас о нём тоже говорят немало… Ты что совсем ничего не знаешь? — Нет, — растерянно ответил Том, — Но я же тут совсем недавно. И про магию узнал чуть больше месяца назад. Я же всю жизнь провёл в приюте! — Ну да… — Тихо произнёс Эван, — Точно. Ну в общем, Он — плохой человек, да… Тёмный волшебник. В двадцатых годах он навёл немало шуму в Америке и его до сих пор не поймали. Ну, то есть, вернее, он уже был в тюрьме, но он сбежал. Моя мама говорит, что он настоящий псих и очень опасен. Хотя нужно признать, что у него есть достаточно много последователей, особенно в Америке. Но они вроде как тоже тёмные волшебники… — Он сидел в тюрьме? — удивлённо переспросил Том, — В тюрьме для волшебников? -Ну да, — ответил Эван, — Там где ему и следует быть. Но он сбежал, когда его хотели перевезти в Европу, чтобы он ответил за свои преступления здесь. — А что он натворил? — Много чего. Он устроил революцию, считал, что миром должны править волшебники, а магглы должны прислуживать им. Я честно говоря и сам всего не знаю. Но он очень плохой человек. Моя мама боится его. Все боятся. Том был потрясён. Почему-то именно сейчас в нём вновь проснулась неприязнь и ненависть к Дамблдору. Тот, наверное, даже и не подумал рассказать ему об этом. — И что никто не знает где Грин… Где Он сейчас? — спросил Том у друга. — Ну… — неуверенно произнёс Эван, — Некоторые считают, что он снова вернулся в Европу. Ерунда на мой взгляд. Если бы он действительно был тут, моя мать не отпустила бы меня в Хогвартс в этом году… И многих других детей, наверное, тоже родители не пустили бы. Он очень опасен. Том был шокирован. В этот момент он понял, что очень мало знает не только о Хогвартсе, но и в целом обо всём волшебном мире. Его очень удивил факт наличия тюрьм для волшебников и существование этого Грин-де-Вальда… Почему-то Тому не было страшно. Наоборот, его очень даже заинтересовал рассказ Эвана. Ему захотелось больше узнать об этом тёмном маге. — Эван, а ты не знаешь где можно больше разузнать о Нём? Мальчик напротив Тома насторожился. — Для чего тебе? — Просто интересно, — пожал плечами Том. — Ну, — произнёс Эван, — В газетах иногда пишут, но немного. Если его имя и появляется на страницах, то это значит что он уже что-то натворил, что-то очень ужасное. Просто так никто писать не станет. — Понятно, — немного разочарованно произнёс Том, — Ну ладно. В конце концов у меня ещё будет время узнать об этом. — Да, это уж точно, — поддержал его Эван, — А теперь пошли отсюда. Не нравится мне эта старуха, — Розье кивнул куда-то за шкаф, и Том увидел за ним жуткую библиотекаршу, которая, судя по всему, уже начала прислушиваться к их разговору, — Пойдём. Я тут вспомнил — нам же ещё домашку по Заклинаниям делать. Вернее тебе нужно делать, а мне- как следует списать её, так чтобы этот коротышка Фливитк ничего не заподозрил. Знаешь ли, списывать тоже нужно уметь.