Вчерашний апокалипсис

      Прошло около десяти минут, как подразделение в составе из десятка экипированных бойцов окончательно «зачистило» гостиную Пражского дворца от присутствия богемы. Пол, стены, мебель и утварь были залиты брызгами и каплями крови, а тела беспорядочно лежали повсюду, не подавая признаков жизни. Находясь в центре зала, один из бойцов с синей повязкой на левом предплечии подал осторожный знак одной рукой остальным, придерживая другой пулемёт неизвестной марки и происхождения. После этого жеста бойцы вновь собрались в единый кулак и молниеносно направились в сторону санузла, до этого тщательно осмотрев всё помещение. Дойдя до двери, последние поняли, что она была заперта изнутри. Тут же та была снесена прочь. Отряд вошел внутрь, увидел распахнутые настежь ставни и понял, что не всех людей им удалось расстрелять.       Затем мгновенье все они растворились на том же месте, где стояли. О присутствии посторонних в этом месте могла напомнить лишь куча мёртвых тел.

***

      Штадт сидел в автомобиле, за рулём которого находилась та самая незнакомка, что волокла его за собой тридцатью минутами ранее. За окном мелькали огни, словно мигалки; он не успевал за ними углядеть. Автомобиль набрал настолько ужасающие по скорости обороты, что Эрик перестал ощущать течение времени и ему казалось, что всё вокруг постепенно стало замедляться. Мысли его снова были перемешаны, в памяти всплыли какие-то воспоминания, похожие на прошлые, но те, в которых он был блеклой, одинокой мышью, живущей на зарплату в лаборатории, терпящей упрёки и унижения министра Шваффе. Ему мерещилось, что это был какой-то сон, но по мере того, как всё кругом стало замедляться, Штадт начал осознавать, что в последние дни января с ним всё-таки что-то произошло. И это «что-то» связано как раз с сывороткой бессмертия.       Окунувшись в раздумья, он вспомнил и о тестированиях на крысах, и о том, что ему априори никак не могли привезти новую партию из-за неполадок с грузоперевозками. Вдруг Эрик увидел перед собой картину того, как он делает себе инъекцию сыворотки.       «Не может быть, » — подумал доктор. — «Это, должно быть, какая-то ошибка. Я не делал инъекций и это помню точно…»        Он снял перчатку, обнажив рукав до локтевого сустава, чтобы оглядеть запрелые руки. На них не было ни единого следа уколов — так казалось внутри салона машины.       Через пять минут авто остановилось в каком-то неизвестном заброшенном заводском районе и наши герои вышли из неё.       — Фрейлина, куда Вы меня привезли? — еле выдавил из себя учёный.       — Туда, где Вас никто не сможет найти.       Незнакомка подошла к воротам, достала из кармана какое-то устройство, похожее на мобильный телефон, и нажатиями клавиатуры открыла их. Затем оба вошли внутрь заводского дворика. Пройдя ещё несколько сот метров через запертые цеха и амбары, они остановились возле самого непримечательного, пронумерованного белой краской «44», и вошли внутрь него.       — Не волнуйся, Эрик. Ты в безопасности.       — Что всё это значит?! Я не понимаю! — выкрикнул профессор.       — Это значит, что твои друзья мертвы и хотели убить именно тебя.       — Меня давно пытаются убить. Я ветеран третьей мировой…       — А ещё твой гений возродил Европейскую военную машину, Штатд. И ты на пороге великого открытия — путешествия во времени и между параллельными мирами.       Штадт качнулся. Он контролировал свои ноги, но таковой была реакция его тела на услышанное. Ему и в страшном сне не могло привидеться, что лично он будет у истоков такой сложнейшей технологии. Эрик даже и мечтать не мог о таком, потому что его специализацией была больше биология, чем физика. Вдобавок ко всему, он считал такие путешествия невозможным.       — Это невозможно, фройляйн. Современная наука путешествия во времени осуществить не в состоянии.       — В этом измерении в состоянии. И это даже законно. В противоположность тому, что в той временной линии, в которой живёшь ты, этого не должно было произойти. И ты это сломал, нарушив несколько законов.       — Чушь собачья! Это вздор! Я законопослушный гражданин Рейха. Я ничего не нарушал.       — Это ты так думаешь, дорогой Эрик. Я хочу показать тебе кое-что другое. Пойдём со мной и увидишь… — женщина протянула руку гостю и он протянул ей свою, дав согласие на её предложение. Оба прошли внутрь тёмного помещения; двери за ними резко схлопнулись. Девушка достала всё тот же пульт и стала нажимать на его клавиши.       — Что это за место?       — Моё временное убежище. Отсюда я обычно выхожу в этот миру поглядеть как успехи здешнего научного потенциала.       — Это твоя основная задача? — в ответ девушка незаметно хихикнула.       — Нет. Вообще-то, по профессии я переводчик. А сюда я захожу просто на прогулку.       — А это разве законно?       — Не совсем. Но, сегодня была крайняя мера.       — А что же сегодня такого могло произойти?       — Лучше подумай, что сегодня не могло произойти… — девушка продолжала нажимать на клавиши аппарата.       — Ты же не первый раз меня спасала?       — Я такое разве говорила?       — Нет, но…       — Я не говорила тебе этого. Значит, забудь, — в это время незнакомка положила на цеховой стол свой пульт и попросила ученого подойти к ней поближе. — Сейчас будет фильм, но ты не бойся и смотри внимательно.       Из пульта тонкой полоской выскочил луч, достающий до потолка. Он разошелся в стороны и в этот миг перед героями оказался трёхмерный экран с изображением лаборатории Штадта в Праге.       — Вот: 21 января 2039 года, твоя лаборатория в Праге. Кругом грязь, бардак, не убрано… — девушка указала пальцем на фигуру за рабочим столом, клонящуюся в сон. — Узнаёшь?       — Это?..       — Идём дальше… — женщина в маске коснулась рукой пульта, перемотав кадр на некоторое время вперёд. — Здесь ты лежишь после инъекции… Здесь ты вводишь ещё несколько… И… вот! Приблизительно через час приезжает генерал фон Шваффе, видит тебя без сознания… Теперь приезжает наряд скорой помощи и тебя увозят в больницу… Думаю, ты заподозрил что интерьер в твоей каморке немного не такой, каким был раньше.       Эрика снова хватил удар, стоило только увидеть представленные картины.       — Это невозможно… Моя жизнь…       — Твоя жизнь вон там, — девушка снова нажала на клавиши пульта. — Теперь смотри, — перед ними всплыло бесцветное пространство, на котором были отображены пересечённые линии, отдалённо напоминающее древо с корнями и ветками. — Вот здесь живёшь ты, — она вновь указала рукой на экран; на одну из множества ветвей. — Это ветвь 0.0.23 — твой обычный мир, в котором Штадт такой же участник третьей мировой, инвалид, пострадавший, собственность. Словом — безымянный герой. Твоё изобретение не должно было ни коим образом изменить это самое измерение и нарушить правила потому, что ты в этот день ты впал в кому и умер, а твоими наработками воспользовались совсем другие люди. Так, теперь смотри здесь… Эта ветвь, что по соседству — мир 0.0.24, здесь тебя знает немного больше людей и со всеми ими ты дружишь. Большинство — это влиятельные шишки из богемы и они дают какие угодно баснословные средства на твои открытия. И здесь уже нельзя просто так избавиться от тебя. Есть необходимость в уничтожении всех, кто был знаком с тобой за всё время…       — Ты хочешь сказать… Что вообще произошло?       — Произошла плановая системная ошибка, которую никак не в состоянии решить система. Она и раньше давала такой сбой, неоднократно. Сегодня тебя должны были уничтожить. Так сказать, убить двух зайцев одним выстрелом.       — Это как?! Кто и зачем хочет меня убить? Что ещё за система? Кто ты вообще такая?!       — Меня зовут просто Ильза, и я из будущего.