Обладатели голубых кровей

      12 января 1978 года, Львов       На часах 6:00, но актёры уже на ногах. Ведь сегодня у них первый день тренировок и у всех не входило в планы опоздать. Так что, поднявшись ни свет ни заря, мужчины начали приводить себя в порядок.       Веня чувствовал себя подавленно. Вчера, проспав примерно три часа в пьяном состоянии, он обнаружил стоящих рядом Мишу и Валю, загадочно улыбающихся. Они, сказав ему что-то на подобии: «Пошли, там уже банкет начался!», потащили из номера в коридор. Быстро сориентировавшись, Смехов понял, что они находятся в соседнем номере. Там, за небольшим столом, сидели все, кроме Тереховой. Видимо она отказалась от столь бурного празднования. Актёры с довольными лицами что-то воодушевлённо обсуждали, иногда посмеиваясь. После Боярский и Смирнитский представили его, Веню, и тоже посадили за стол. На удивление Смехова Игорь сидел радостный и в его глазах не было заметно грусти. Что же они такое здесь пьют? Со временем Веня углубился в детальное изучение этого вопроса…       И вот сейчас, стоя перед зеркалом и с трудом пытаясь пригладить ладонью выбившуюся прядь волос, Веня смотрел на своё блеклое лицо, которое ему прийдёться каким-то образом привести в идеальное состояние. В добавок ко всему этому жуткое похмелье давало о себе знать. Голова сильно болела, чуть ли не раскалывалась, а во рту всё пересохло. Не медля, Смехов отошёл от зеркала и отправился на поиски воды. Нашёл недалеко от своей кровати. И как он её раньше не заметил? Подхватив бутылку, актёр начал жадно поглощать содержимое. Но, разумеется, от похмелья страдал не только он один. Ведь вчера некоторые, а если быть точнее, все, кто не являлся им, пили в два раза больше.       Боярский скривившись подошёл к зеркалу и ужаснулся.       — Что случилось? — на удивление спокойно проговорил Веня, немного поворачиваясь в сторону актёра. — Неужели никогда не видел человека с похмелья? Не думаю…       — Да нет же! — резко прервал Миша Смехова, снова пристально вглядываясь в своё отражение. — У м-меня здесь… засос, — произнёс он после, с ужасом смотря на свою шею.       Веня нахмурил брови, но только на мгновение. Ведь обладая хорошей памятью он сразу всё понял.       — Ну, во-первых, не вижу повода волноваться насчёт этого, — начал он успокаивать непонятно почему разволновавшегося Боярского, — это всего лишь засос. Спросишь, как он появился. Ну, вчера где-то на третьем часу нашего, так сказать, банкета, именно ты предложил нам всем сыграть в бутылочку. Я отказался, ну, а вы все начали столь забавную, по вашим меркам, игру. И когда же бутылочка попала на тебя и Валю, Смирнитский немного промахнулся и поцеловал тебя в шею… И, как я вижу, сделал он это слишком сильно…       Миша с округленными глазами слушал всё, что ему говорил Смехов, которому, к слову, далось это с величайшим трудом. После до него дошёл смысл сказанного и воспоминания со вчерашнего дня постепенно стали возвращаться. Стукнув себя по лбу, Боярский задумчиво посмотрел в пол, после произнося:       — Вот Валя, вот подлец. Умудрился же так, а? Только появиться у меня на глаза, не знаю, что ему сделаю.       Веня улыбнулся. Он надеялся, что все сейчас сказанные Мишей слова были произнесены чисто с юморным подтекстом.       Дверь распахнулась. Это пришёл Валя. С невозмутимым лицом он зашёл в номер, после закрывая за собой дверь.       Миша быстро спохватился и подбежал к вошедшему актёру.       — Признавайся, ты это сделал?! — чуть ли не прокричал Боярский, грозно указывая пальцем на место засоса. Валя пошатнулся, не ожидая такого от мужчины, после пристально посмотрел на темный участок кожи на шее актёра.       — Не помню…       — Да чего тут помнить! Это сделал ты, никто иначе! — продолжал кричать Миша, чуть ли не прыгая перед мужчиной, который в непонимании смотрел на него.       — Ребят, не ссорьтесь… — не выдержал Веня, потому что сложившаяся ситуация вполне могла перерасти в скандал, — давайте лучше пойдем в столовую, поедим, а потом будем про засосы разговаривать.       Валя согласился сразу. Боярский, немного поколебавшись, тоже кивнул. Ведь есть хотелось всё же больше, чем выяснять, кто виновный в его засосе на шее.       Одевшись, мужчины вышли из номера, закрывая его на ключ. Спустившись на первый этаж, актёры, стараясь сохранять невозмутимые выражения лиц, прошли в столовую. Там, на их удивление, сидели все, кто вчера был на столь увлекательном банкете. Рядом с ними сидела и Рита, что-то осуждающе проговаривая для каждого.       — Доброе утро, — попытавшись приветливо улыбнуться, произнёс Балон, осматривая пришедших.       — Да, очень доброе… — фыркнул Боярский, проходя мимо сидящих. Взяв еду снова вернулся к актёрам и сел напротив них. Рядом, по обе его стороны, уселись Валя с Веней. Воцарило молчание. Про состояние друг друга все решили не спрашивать, всё и так было ясно, а точнее, оно читалось по усталым лицам.       — Ну, кхм, я по жизни не против спиртного, конечно, но вот так напиться вчера… Вы уж меня извините, зная при этом, что сегодня у вас начало подготовки, — бесцеремонно начала отчитывать Терехова всех сидящих рядом мужчин, иногда поднося ко рту чашку с ароматным чаем.       — Сами в шоке… — виновато произнёс Клюев и в помещении снова стало тихо.       — Володь, а ведь ты сегодня будешь нас фехтованию обучать? — подал голос Игорь, внимательно посмотрев на рядом сидящего Балона. Тот измученно выдохнул и потёр пальцами переносицу.       — К сожалению да… — ответил он после, возвращаясь к своему завтраку.       — Сколько времени? — устало произнёс Валя, окидывая всех вопросительным взглядом.       — Пол седьмого, — сказал Смехов, смотря на свои наручные часы.       — А знаете что… Вова, ты ведь один будешь учить нас фехтовать, правильно? — будто бы оживился Боярский, смотря на невозмутимое лицо Балона.       — Да, и если ты хочешь, чтобы я отменил сегодня тренировку, то знай, ни за что.       — Да нет, — немного растерявшись такому быстрому ответу, Миша продолжил, — может просто немного перенесем время? Жутко спать хочется, и ведь не одному мне, правильно?       Все, учитывая и самого Вову, кивнули. Рита лишь фыркнула и продолжила наблюдать за развитием событий.       — Ты прав, — устало отозвался Балон, постукивая пальцем по деревянной поверхности стола, — вот только от Хилькевича влетит, если его такой исход не будет удовлетворять.       Актёры задумчиво опустили головы.       — Ну, а что такого страшного в том, что наш перерыв между тренировками станет немного короче? — отозвался уставший Валя, подпирая лицо рукой. — Нам ведь отдых нужнее сейчас до занятий, чем после.       — Правильно… Ну что же, была не была, давайте перенесем на 11:00, — согласился Балон, глубоко вздыхая.       — И давайте заниматься не два часа, а полтора, — с детской надеждой произнёс Миша, задорно посмотрев на Владимира.       — Ну, тут уже как получится, — сказал тот и все вернулись к еде.

***

      На часах 10:30. Звон будильника.       — Кто нибудь, выключите эту дрянь! — недовольно кричит Валя, натягивая себе на голову одеяло.       Смехов просыпается. И как раз не от будильника, а от возгласа Смирнитского.       — Валька, я понял… — сонно проговорил он, отключая дребезжащую вещь.       — Что же ты понял?       — То, что нам этот будильник больше не понадобиться, — нехотя поднимаясь с кровати, продолжал Веня, — ведь такой человек, как недовольный, сонный Валентин Смирнитский с похмелья — это самый лучший будильник.       — Очень смешно, Веня, — фыркнул Валя, наблюдая за смеющимся Смеховым, — а вот я, в отличии от вас, всё ещё хочу спать!       — Ну, вообще-то, мы тоже всё ещё хотим спать, так ведь, Миша?       Но, на удивление Вени, Боярский до сих пор спал. Неужели будильник не пробудил его? Ну, даже если бездушная машина не смогла этого сделать, то неужели возглас Вали не смог вывести мужчину из сновидений? Получается, что нет. Ведь актёр по прежнему тихо посапывал в подушку.       — Миша, пора вставать! — бесцеремонно закричал Смехов, немного приблизившись к кровати Боярского.       Тот недовольно скривился, переворачиваясь на бок.       — Не хочу… — промямлил он, пытаясь вновь погрузиться в сновидения.       — А кто хочет?! — сорвался Валя и на этот раз Миша чуть ли не подскочил на кровати. — Ну вот, теперь я вижу, что мы все поднялись.       Повторно приведя себя в порядок после короткого восстанавливающего сна, ребята отправились на их первое занятие по фехтованию.       — Боже, как же холодно! — протараторил Миша, когда они вышли из гостиницы на улицу.       — Да, и в правду не тепло, жалко что снега нет, — проговорил Смехов, просовывая ладони в карманы куртки, чтобы хоть немного согреться.       — А мне тепло, — пожал плечами Смирнитский, продолжая невозмутимо идти вперёд. Боярский с недоверием посмотрел на него.       — Ты сейчас шутишь? — нахмурил свои брови Миша и пристально посмотрел на мужчину.       — Вовсе нет. Говорю чистую правду, — продолжал Валя, уже смотря себе под ноги.       — Миша, ну чего тут думать, — не выдержал Смехов и повернулся в сторону актёров, после останавливаясь. Те также остановились, — просто у Вали куртка теплее, чем у нас с тобой, поэтому ему не холодно. Тем более, мы все разные люди, и у нас у всех совершенно разное восприятие погоды. Кто-то мёрзнет сильнее, а кто-то наоборот чувствует себя замечательно.       Актёры согласились со столь очевидными вещами и продолжили свой короткий путь.       Дойдя до небольшого здания, в котором им предстоит обучаться искусству фехтования, мужчины по очереди не сильно подёргали ручку двери. Странно, но она, по всей видимости, была заперта. Что же за день сегодня странный такой?       — Ну и почему же мы не заходим? — послышался мужской голос, доносящийся за спинами актёров. Повернувшись, они увидели Клюева.       — Да вот, понимаешь ли, дверь заперта, — немного с насмешкой ответил Миша, потирая ладони одна об одну.       — Сейчас отопрем!..       Теперь уже все актёры обернулись. Это чуть ли не бежали Игорь с Вовой. Мимолётно взглянув на наручные часы, Смехов осознал, что уже начало двенадцатого.       Добежав до них, опоздавшие виновато опустили глаза.       — Я извиняюсь, проспали, — кратко пояснил Балон, после подходя к двери здания и вытаскивая ключ из кармана куртки.       — То есть всё это время ключ был у тебя? — немного возмутился Валя, устало смотря на безуспешные попытки актёра вставить вещь в замочную скважину.       — Ну вообще-то да, ведь именно я буду обучать вас фехтованию, или ты уже забыл? — спустя десять попыток удачно провернуть ключ, Вова всё же открыл дверь, после громко рассмеявшись. — Ну что же, добро пожаловать на ваш первый урок, дорогие мои!       И все актёры последовали за ним во внутрь здания.

***

      — Веня! Сколько ещё тебе повторять? — в который раз раздался недовольный возглас Балона, который с еле уловимым пренебрежением смотрел на Смехова, — шпагу нужно держать вот так вот, а не как это делаешь ты.       Актёр сосредоточился на выполнении увиденного. Сведя брови к переносице, он неуклюже обхватил эфес немного выше.       — Ну, это уже похоже на правду, — Владимир вздохнул, после подходя немного ближе к «ученикам». — Так, у всех всё получилось, я вижу. Теперь давайте научимся правильно стоять, после будем осваивать сам процесс.

***

      — Ещё один выпад. Миша, повторяй за мной.       Балон вместе с Боярским уже устраивали тренировочный поединок на шпагах. Вова заметил, что питерский актёр быстро учиться чему то новому. Ведь из всех здесь присутствующих он пока что владеет шпагой лучше всех.       — Вот так? — задорно произнёс Миша, отзеркаливая движение Балона.       — Именно.       Все остальные с любопытством наблюдали за ними и отмечали себе важные детали. Всё же и им предстоит через это пройти.       — Так, ребят, сейчас я вас разделю на пары и вы немного пофехтуете друг с другом. Одежда, что бы в случае чего не пораниться, висит вон в том углу, переодеваетесь вы за этой ширмой. Так… Насчёт пар. Миша с Валей, Веня с Игорем, ну, а я с Борей.       Все, кроме Вени, кивнули и пошли за своими вещами. В свою очередь Смехов замер. Сейчас ему предстоит сразиться на шпагах с человеком, которого он любит. Неужели Балон специально поставил Старыгина к нему в пару? Ну, если так, значит он что-то подозревает. Веня надеялся на обратное. Из размышлений актёра вывел Боярский, который уже секунд пять безрезультатно махал перед его лицом ладонью.       — Веня, с тобой всё хорошо?       Смехов потряс головой и посмотрел на обеспокоенного Мишу.       — Всё нормально, просто немного задумался, — кратко ответил он и тоже пошёл за вещами.       Переодевшись, все актёры подошли к своим партнёрам. Взяли в руки шпаги и стали ждать, пока Балон даст приказ начать. Одни болтали, другие смеялись. Только Веня с Игорем молчали. Казалось, они так близко стоят друг к другу, но воцарившая тишина разделяла их. Казалось, они смотрят друг другу в глаза, но их мысли совершенно разные. Можно было подумать, что они хотят что-то друг другу сказать, сорваться одновременно, но их губы сомкнуты и они не намерены открыться.       — Ребят, давайте начнём, — невозмутимо произнёс Балон, подходя к Клюеву.       Смехов вернулся в реальность. Последний раз взглянув на Игоря, он натянул на лицо фехтовальную маску. Старыгин сделал тоже самое.       — Ну что же, мушкетёры, к бою, — в шутку произнёс Вова, принимая нужную позу. — Ну, а в нашем случае, Боря, гвардейцы кардинала.       Клюев посмеялся и начал свою дуэль с учителем.       У Вали с Мишей всё получалось относительно: Боярский проявлял чересчур сильную активность, атакуя «Портоса» со всех сторон. Смирнитский смотрел на него через металлическую сетку и удивлялся, как этот человек с похмелья ещё умудряется так ловко владеть шпагой.       Веня с Игорем тоже не стали ждать. Ведь нужно было что-то делать. Смехов принял позу, вытягивая оружие вперёд. Он резко услышал звон металла. Это Игорь бесцеремонно скрестил с ним свою шпагу. Подождав секунду Веня понял, что Старыгин бой начинать не собирается. Поэтому актёр решил взять инициативу на себя. Он сделал первый выпад. Игорь, будто бы ожидая этого, принял удар, машинально отступив назад. Смехов усмехнулся. Неужели чувствует его? Вряд ли.       Актёр решил проверить это, к примеру выполнив сложную атаку.       Веня отпрянул, после снова вытягивая оружие вперёд. Игорь остался стоять на месте. Вдруг резко Смехов решил начать атаковать. И замер в изумлении, когда Старыгин невозмутимо отбил его сложную атаку. Выходит, Вене не удалось запутать Игоря, показав клинком в один сектор, а в итоге атаковав в другой. Либо Игорь хорошо усвоил урок, либо же он так хорошо чувствует Смехова. В последнем старший актёр до сих пор не уверен.       Но, атаковав ещё несколько раз, при этом разными приемами, Веня убедился, что Игорь и вправду неплохо владеет шпагой. У него даже возникла мысль, будто бы Старыгин уже когда-то занимался фехтованием, просто он, Смехов, об этом не знает. Всё могло оказаться правдой, вот только сейчас он должен думать не об этом, а о том, что младший актёр решил атаковать. Отбив его удар, Веня снова удивился столь сильной уверенности, которая была вложена в эту атаку. Видимо, некая причина, по которой, собственно, Игорь его избегает, сыграла большую роль в его упорстве. Всё может быть, вот только что за причина?       Смехов ответно нанёс удар, вновь наблюдая, как Старыгин уворачивается от прямой атаки. Как же он, однако, хорош в фехтовании.       Поборовшись между собой ещё пять минут, актёры изрядно вымотались. Только Игорь с Веней всё никак не хотели останавливаться. Они продолжали атаковать друг друга, делая выпады один за другим. Каждый из них хотел дойти до какого нибудь логического окончания, которое вскоре произошло. И Смехов и Старыгин атаковали одновременно, пропуская удар и таким образом задевая друг друга. Они замерли.       — Парни, всё, молодцы, на сегодня хватит, можете переодеваться и идти на перерыв.       Былые любовники одновременно стянули маски. Они будто вернулись в реальность. Актёры посмотрели друг на друга. Их лица были мокрые от пота, ведь во время боя они волновались. Двое тяжело дышали, до сих пор продолжая сжимать эфес в руке. Молчание снова воцарилось между ними, но Игорь решил прервать его:       — Хорошо владеешь шпагой.       Веня посмотрел в его глаза и замер. Он не ослышался? Старыгин и вправду заговорил с ним? Но… Как? Ведь он даже подходить близко не хотел к нему. Что изменилось? Может, сейчас, в таком состоянии, он до конца не понимает, с кем разговаривает?.. Слишком много догадок, но в ответ лишь два слова:       — Ты тоже.

***

      Сейчас Смехов чувствовал себя некомфортно. Ведь он сидел верхом на лошади, а это для него оказалось непривычным опытом. Мало того, что он не любит лошадей, так теперь он ещё и боится их. В голове у него была лишь одна мысль: «Вот именно сейчас она меня сбросит…» Но животное стояло спокойно, будто бы не несло в себе ни малейшего намека на опасность.       Сама конно-спортивная база была довольно обширной. Одним словом, места хватало сполна. Обучать езде актёров будут два инструктора: женщина — Наталья Владимировна, и мужчина — Александр Иванович. Так вышло, что мужчины поделились на тех, кого будет обучать Наташа, и на тех, кого будет обучать Саша. Веня входит во вторую группу. И к его великому удивлению, Игорь вместе с ним. Ну, хотя чему удивляться: как жребий решил, так и есть. Вообще Смехов очень рад, что так вышло, ведь он же хотел поговорить с Игорем, правильно? Может быть, если они будут вместе обучаться езде, Старыгин всё же откроется ему и наконец-то скажет причину своего молчания.       Веня повернул голову на право и взглянул на Игоря. Мужчина старался с невозмутимым лицом, сидя в седле, смотреть перед собой. Актёрам специально подбирали лошадей, чтобы они соответствовали им и их характерам. Веня очень надеялся на этот выбор, ведь сам он в этом ничего не понимает. Его конь был красив, безусловно. Был он белого цвета и грива его была светлой. Он грациозно стоял, будто и вправду принадлежал самому графу де Ла Феру. А у Старыгина лошадь была совершенной противоположностью: она имела темный окрас и красивую черную гриву. Говорят, что противоположности притягиваются — видимо есть в этом доля правды.       В следующую секунду к мужчинам подбежал Александр.       — Так, я вижу у вас получилось залезть на животное. Я рад, — инструктор удовлетворённо улыбнулся, подходя ещё ближе к актёрам. — Веня, не бойся её так, она тебе ничего не сделает. Точнее он, — успокаивающе проговорил Саша Смехову, который никак не мог привыкнуть к лошади. — Ты лучше подумай, как назовешь этого жеребца.       Веня задумчиво свёл к переносице брови. И вправду, интересно: а как же его можно назвать. Подумав примерно полминуты, Смехов ответил:       — Воск.       — Что? — не сразу услышавший его Саша вопросительно перевёл на него взгляд, одновременно прерывая свой разговор с Игорем.       — Воск. Я хочу, чтобы эту лошадь звали Воск. Зададите вопрос почему? Просто потому что она белая.       — Не плохо, — усмехнулся инструктор, после снова поворачиваясь к Старыгину, — а как ты свою назовешь?       — Пока что не решил, — коротко ответил Игорь, одной рукой совершая что-то на подобии поглаживаний по гриве лошади.       — Ну, раз с главными деталями мы разобрались, тогда давайте начнём наше занятие.

***

      За всё время тренировки Веня понял, что Игорь также боится лошадей. Ведь один раз конь актёра чуть не скинул его. Старыгин, не ожидая этого, сильно переволновался и под конец заявил, что лошади для него с этого дня одни с самых непредсказуемых животных. Осваивает езду он не очень, хотя старался со всех сил. Он, Веня, научился примерно также, может даже немного хуже, потому что ко всему этому он ещё и просто не любил этих животных. Поэтому актёру было очень тяжело перебороть внутри себя это чувство и хоть немного посвятить себя в езду. К слову, у него это удалось. И мужчина безумно этому рад.       Сейчас он лежал в кровати. На часах 22:50, но ему сейчас на время плевать. Он очень устал. На удивление, Валя с Мишей где-то гуляли. Видимо снова пошли отмечать первый день тренировок. Смирнитский рассказал, что Боярский отлично осваивает езду. Что когда он увидел свою лошадь, сразу же набросился на неё и начал гладить.       Смехов усмехнулся: если человек это животное любит — значит и езду хорошо освоит. А такой мужчина как он, Веня, только на шпагах драться и может.       Ну и, конечно же, он не мог не вспомнить перед сном Игоря. Сегодня он соизволил заговорить с ним, Веней. К великому сожалению только один раз тогда, когда они дрались на шпагах. После окончания урока езды, Старыгин просто ушёл, даже не попрощавшись. Неужели его гордость не позволяет излить наружу все чувства, которые он держит внутри. Или это всё не гордость… Тяжёлый вопрос, ведь Смехов не знает причину, из-за которой его прошлый любовник так ведёт себя с ним. И, наверное, никогда не узнает.       С этой печальной мыслью Веня вздохнул, переворачиваясь на бок. Закутавшись по уши в одеяло, он расслабился. Ему стало так тепло и уютно, что буквально через несколько минут он удовлетворённо сопел, погруженный в усталые сновидения.