То, что я вижу в тебе

Хинами казалась абсолютно счастливой, когда её брат и отец вернулись домой. У неё не было никакого желания злиться на Хару. Она в какой-то степени была даже благодарна ему. Хару же ходил вокруг сестры с довольной рожей, изо всех сил стараясь не спросить у неё о том, как шли её дела без них с отцом. Вместо этого Харума наведался в гости к Джуро, который быстро всё ему рассказал, не переставая улыбаться, как пришибленный. — Серьёзно? — Джуро кивнул. — Я же говорил, что они просто без ума друг от друга, а ты не верил! «Хорошо, хорошо, ты был прав, можешь бить себя в грудь сколько хочешь. Я больше спорить не буду», — показал Абураме, довольно улыбаясь. — Отлично. Ты должен мне рамён!

***

Шикадай стоял на помосте над узкой рекой, засунув руки в карманы, и задумчивым взглядом смотрел в гущу леса, что раскинулся прямо перед ним. Как и любой другой житель Конохи, он привык к тому, что лес всегда вокруг него, привык к высоким деревьям и сырому запаху, шуму зверей, что бродят неподалёку. Он привык, но иногда казалось, будто лес это больше не его дом, в котором ему уютно и тепло, он нагонял страх. Страх… неизвестности? Будто он затерялся в этом лесу и не может найти выход уже довольно давно. Так он ощущал себя почти постоянно в последнее время, затерявшись в собственных чувствах. Шикадай услышал, как за его спиной хрустнула ветка, и непроизвольно улыбнулся, понимая, что она уже здесь. — Шиноби из тебя всё ещё никудышная, — обернувшись, произнес он, встретившись взглядом с её сияющими глазами. — А я и не пыталась остаться незамеченной, — ответила она, подходя ближе. — Да ладно, так я тебе и поверил, — расстояние между ними сократилось мгновенно, когда Шикадай притянул Хинами к себе и крепко обнял, уткнувшись носом ей в шею, и её запах тут же вскружил ему голову. Они простояли так буквально пару секунд прежде чем Нара-младший вспомнил зачем они здесь встретились. — Так, не будем отвлекаться, — Хинами хмыкнула. — У нас свидание, вообще-то. — А разве на свидании мы не должны как раз таки этим и заниматься? — Шикадай поджал губы и взял Инузуку за руку. — И это тоже будет, ты слишком нетерпеливая. Они сошли с помоста и отправились вниз вдоль реки. — Предупреждаю сразу, ни о чём романтическом можешь не мечтать, ибо я совсем не романтик. Мы просто посидим вместе и всё, — пробурчал Шикадай, едва заметно покраснев. Хинами этого не заметила, но согласно кивнула и сказала: — Ну, зато честно. Ничего другого я от тебя и не ожидала. — Вот и отлично. Они спустились с холма, а затем отошли от реки, пройдя вглубь леса. Солнце уже почти село, поэтому они двигались практически в сумерках. Шикадай, едва слышно ворча, отбивался от назойливых веток, прочищая путь. Через какое-то время они вышли на опушку, покрытую высокой зелёной травой. — Вот. Пришли. — Ты прав, это совсем не романтичной, — согласилась с ранним заявлением Шикадая Хинами, поправляя растрепавшиеся волосы. — Зато никто из твоих поклонников не будет на нас глазеть и пытаться меня убить. — Ладно, — усмехнулась Инузука, — убедил. Шикадай отпустил Хинами и вытащил из кармана штанов небольшой свиток, раскрыл его и сложил печать, чтобы извлечь его содержимое. Из свитка появился рюкзак, откуда Шикадай выудил широкий плед, два контейнера и две бутылки воды. — Очень романтично, — снова усмехнулась Хинами, помогая Шикадаю расстелить плед на траве. Нара закатил глаза, но про себя подумал, что крупно облажался. — Да, это пикник под луной, ясно, — немного раздраженно ответил он, на что Хинами ещё шире улыбнулась и повалила его на плед. Шикадай больно ударился спиной о землю, но, почувствовав вес её тела на себе, решил не ворчать. Хинами обхватила его шею руками, прижалась к груди и прикрыла глаза, прислушиваясь к биению его сердца. — Тепло, — протянула она. — Ты такой тёплый. И всё не так уж плохо. Нет. Совсем не плохо. Замечательно, — Хинами приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Шикадай будто оцепенел, стараясь чаще дышать. Она и правда сводила его с ума. Как он раньше не замечал? — Я люблю тебя, — прошептал он. — Наверно, так это называется. Хинами опешила от такого признания, сердце бешено забилось, разливая тепло по всему телу. В горле встал ком, но она тут же сглотнула его и ответила: — Наконец-то ты сказал это более менее нормально. — Да, — согласился он, ухмыльнувшись. — Твоя очередь. — Не так сразу, — улыбнулась Хинами, прикоснувшись к его щеке, а затем быстро поцеловала и отстранилась. — Не так сразу. Шикадай простонал и потянулся к её лицу, снова притягивая Хинами к себе. Он прильнул к её губам, целуя настойчивее и нетерпимее. Хинами отвечала ему так же жадно и разгоряченно, но всё же отстранилась, когда почувствовала непреодолимое желание большего. — Так, хорошо. Убедил, — отрывисто дыша, сказала она. — Я люблю тебя, хорошо? Шикадай довольно улыбнулся, а затем принял сидячее положение, заставляя Хинами слезть с него, и взял её ладони в свои. — Хорошо.

***

К десяти часам вечера небо над их головами уже покрылось звездами, а они всё никак не могли оторваться от разговоров. Они говорили обо всём, будто пытаясь нагнать упущенное за столько лет молчания. — Знаешь, я, кажется, никогда в жизни так много не говорил, — сказал Шикадай. Хинами прыснула. — Ой, да ты же тот ещё ворчун, постоянно что-то бурчишь себе под нос. Хотя, если считать нормальные разговоры то, скорее всего, ты прав, — Нара закатил глаза, но не перестал улыбаться. — Но вот что я могу сказать точно, — Хинами обхватла его лицо, приблизив к себе и посмотрев ему прямо в глаза. — Ты точно никогда в жизни так много не улыбался. — Наверно, — он кивнул, — ты права. — Да! Я всегда права, запомни это! — Я уже давно это запомнил. — Хорошо! — воскликнула Хинами и отпустила Шикадай. — А теперь давай придумаем план мести моему брату! — Что? — Я ему, конечно, благодарна, но это всё равно подло. Немного. Наверно. В любом случае, я хочу ему отомстить! — Шикадай тяжело выдохнул, закатив глаза. — И каким образом? — Давай расскажем о его чувствах Сараде. — Что? Ему нравится Сарада? — Пф-ф, ты наивный, если действительно веришь в дружбу между парнем и девушкой. Он сохнет по ней уже давно. — Но тебе же не нравится Сарада. — Верно. Я её терпеть не могу, — Шикадай недоуменно посмотрел на Хинами. — Но это его выбор. А я ему помогу! — Может не надо? — с надеждой в голосе попросил он, но глаза Инузуки блестели от предвкушения возмездия, и Нара уже ничего не мог сделать. Да, это она. Та самая Хинами, в которую он влюбился неизвестно когда, раздражающая и ужасно красивая, и с ней Шикадай больше никогда не потеряется в том пугающем лесу запутанных чувств, потому что теперь видит её ещё чётче и любит ещё больше, несмотря на то, что она такая проблемная женщина, а он такой проблемный идиот.