Драбблы об ирьёнинах
30 ноября 2020 г., 13:46
Архивариус
Подать чакру в фуин, щёлкнуть выключателем, оглядеть помещение. За годы работы такое начало дня вошло в привычку. Всё так же, как и было оставлено вчера вечером: стол, стул, ряды стеллажей с документами. Светло-серые с голубым оттенком стены с полосками древесной облицовки. Взгляд вновь вернулся к стеллажам с папками, книгами и свитками. Это — моя вотчина. Медицинские карты всего Корпуса шиноби Скрытого Листа. Ну, и другие документы, и записи исследований тоже. Здесь — все наши успехи и неудачи. Те, кого мы спасли, — и те, кого не сумели. А ещё — те чужаки, что сгинули в лабораториях, чтобы в будущем подарить лишний шанс на исцеление своим. Лично моих заслуг в этой картотеке немного — увы, отсутствие особого таланта к ирьёдзюцу и весьма скудный резерв не позволяют мне участвовать в сложных операциях. Знаний-то хватает, но С-ранг — мой потолок. По привычке зажёг на ладони Шосен. Да, бледный и продержать я его могу от силы минут пятнадцать, но всё же это — доказательство того, что я — ирьёнин. В который раз, глядя на зеленоватые отблески “Мистической Ладони”, я подумал о том, что эта техника ближе к нишуу, чем к ниндзюцу, что в ней больше наследия Мудреца Шести Путей, чем в самой сложной боевой технике или сильнейшей иллюзии глаз Учиха. Потому что здесь важна не воля, но понимание. Только через знание и понимание раскрывается весь потенциал Шосен но дзюцу. Без них ты будешь просто ходячей батарейкой, толку от которой в критической ситуации — ноль. А ещё для использования Мистической Ладони нужен совершенно иной настрой, чем для боевых техник: не желание победить и уничтожить препятствие, а наоборот, желание спасти и сохранить. Увы, это — одна из причин, почему состоявшиеся шиноби-боевики редко становятся ирьёнинами: нужный подход слишком отличается от привычного им. Оценить, что смерть, с которой мы боремся — и которой нередко даём отпор! — куда более достойный противник, чем любой шиноби, способны немногие. Да и отнюдь не у всех хватит решимости выйти на это поле битвы и осознать, что шансы победить есть далеко не всегда. Впрочем, и ладно. Мысли — мыслями, но я всё же на работу пришёл. Ей и займусь.Исцеление
Наблюдать за работой медиков всегда интересно. Как под зеленоватым свечением соединяются сосуды, как сползаются друг к другу осколки костей, как прямо на глазах восстанавливаются мышцы и нарастает кожа… Если хоть немного задуматься, это вызывает ничуть не меньшее уважение, чем способность одним ударом разрушить валун размерами больше твоего роста или свалить дерево метрового диаметра. А уж если учесть, что делает всё это пигалица, которой едва исполнилось пятнадцать, так тем более. Вот если бы ещё это мастерство демонстрировалось не на мне… Хотя я сам виноват. Впрочем, не так уж сильно: от фирменной каменной пули ивовцев поди увернись, если ты не джонин вроде Копирующего. Я почти смог, и последствия этого “почти” сейчас исправляет ученица Годайме. Так что мне ещё повезло. И вдвойне повезло, что Шосен может блокировать нервные импульсы, работая как идеальное обезболивающее. Но всё равно я очень постараюсь, чтобы в будущем на работу ирьёнинов смотреть со стороны. Или — с другой стороны от Мистической Ладони.
