Нянечка Виктор

Сколько стресса пережили эта парочка, во время приближающихся Гран-при. Как не странно больше всех боялся Юри, он буквально спать не мог, только о мысли что вот вот уже конец. А как он боялся что Виктор уйдёт от него это было что-то с чем-то. Рыдающий у клавиатуры и открытого монитора ноутбука, на экране, которого было беспокойное лицо Пхичита. Они разговаривали на японском, чтобы Виктор не мог понять их, а когда тренер подходил к Кацуки, чтобы спросить почему тот плачет, японец говорил что-то такое: — Там фильм с Пхичитом обсуждали. Виктор приобнимал Юри. В один из разов прямо перед Гран-при, Виктор подумал, что японец плачет из-за предстоящего соревнования, зная Юри, так могло быть. Поэтому он молча подошёл и обнял Юри, утыкаясь в его шею, и что-то лаского шепча на русском. Из всех своих познаний, Кацуки понял только некоторые слова: "Юри, солнышко, на льду". В существование произношении второго слова из уст Виктора и точности перевода, Юри сомневался, но всё ровно залился румянцем. Иногда вздрагивая, от прикосновения губ Виктора к шее Японца. Пхичит лишь снимал это на камеру, похотливо улыбаясь. Ох, чувствуется скоро в интернете поползёт слух, что Виктор нашёл себе половинку. И к этим сведениям будет прикреплено это видео.

***

Юри занял второе место, в груди него витало чувство, будто он теперь должен Виктору. Ведь он ради него бросил карьеру на целый сезон и Юри обложался...Каких-то 0.10 баллов не хватала японцу до Юрио. Он винил себя что не смог набрать ещё немного баллов и всё, золотая медаль и....свадьба с Виктором. О втором наверное парень мечтал больше чем о железке с цифрой "1" Не смея смотреть Виктору в глаза, японец сбежал и вернулся только под вечер в номер. Он стоял у двери и, достав ключ хотел открыть дверь, но понял что кто-то закрылся изнутри. В груди всё полыхало, сердце сжалось от страха, но переборов себя, Юри постучал. Послышался шумный вздох и, приближающиеся шаги. С каждой секундой они становились отчётливее и громче. Послышался звук открывания двери. Щелчёк. Дверь осторожно распахнулась, в проёме появился, строго смотрящий на Юри, Виктор. Японец не смел смотреть в глаза тренеру, чувство вины распирало его изнутри и ещё строгий взгляд его подливал масло в огонь. По спине пробежались мурашки. Кацуки готов был разрыдаться. Губы странно шевелились, выдавая всю подавленность Юри. Его можно было читать как книгу. И Виктор умел это делать лучше всех. Тренер подошёл к комочку и обнял его. Крепко прижав к себе, как маленького изранненого котёнка.

Проснулся Виктор от холода, открыв глаз, он улыбнулся. Бардак, скинутые на пол вещи, расскрытый футляр смазки, бутылки от шампанского, говорили о том что они наконец расслабились после всего этого стресса. Посмотрев на другой конец кровати, Виктор понял почему ему стало холодно. Японец, забрав всё одеяло, свернулся в нём как куколка и, лишь макушка как-то давала знать что там человек, а не подушка в одеяле. Виктор решил разбудить Юри, поэтому встал на четвереньки и , дойдя на другой конец кровати, обнял японца. — Солнышко, проснись уже утро,- найдя шею и, уткнувшись в неё, шепнул Виктор. Японец промычал и лишь оттодвинулся от тренера. Но далеко от цепких рук он уйти не смог. И стянув, с японца одеяло, Виктор победно произнёс: — А вот нефиг меня мерзнуть оставл......блять. На Никифорова с любопытством смотрели пара кофейных глаз, немного прикрытые синей оправой очков. Это был мальчик, напоминающий Юри. Да это и был он! — Ааа! Помогите!- вскрикнул мальчишка и, подбежав к закрытой двери, с огромной силы начал тянуть на себя ручку. Казалось ещё немного и дверь сломается или же люди вызовут полицию от этих криков. Никифоров закрыл рот ребёнку, тот вздрогнул и уставился на тренера. Мальчишка зажмурил глаза и всхлипнул. На уголках глаз образовались хрусталики слёз, которые после стекали по мягкой щечке ребёнка. Казалось ещё немного и Виктор сам упадёт на пол, как очередная солёная капля, сердце у тренера сжималось при виде, плачущего ребёнка. Руки сами обвили мальчика в объятье. Я не умею успокаивать детей... Через несколько минут Кацуки, сидел на другом конце номера, подальше от "незнакомца". Вдруг в голову Виктора пришла гениальная, как он подумал, идея. Взяв пушистую игрушку Маккачина, он подошёл к, дрожащему мальчику. — Смотри...кхм...давай так, у кого находится эта игрушка, тот и говорит. Так как она у меня, говорить могу сейчас только я. Расскажи о себе, - улыбнувшись произнёс тренер, отдавая игрушку, ребёнку. Юри как-то боязливо отобрал плюшевого звери и произнёс: — Я Юри Кацуки, мне 11 лет, живу в Хасецу, не понимаю как попал сюда и кто вы такой. Люблю фигурное катание,- сказал мальчик и отдал игрушку хозяину. — Меня зовут Виктор, мне 28 лет, живу в Санкт-Петербурге, тоже люблю фигурное катание, у меня есть пудель Маккачин,- сказал Никифоров и отдал собаку. Юри как-то грустно оглядел игрушку и, прижав к себе, произнёс: — У меня тоже пудель Вик-чан, был...- голос дрожал и, уткнувшись в игрушку, Юри тихо захныкал. Опять сердце сжалось, и всё что смог сделать Виктор, это обнять мальчика. Внезапно в голове появилась мысль и, приподняв лицо Кацуки, Виктор сказал: — Юри, хочешь я тебе покажу своего пса? Я уверен вы подружитесь и если хочешь можешь даже на нём покататься. Мальчик посмотрел на Виктора глазами полные надежд, которые как-бы спрашивали: "Правда?" Никифоров кивнул, от чего получил детские, нежные, тёплые обнимашки от Кацуки. — Спасибо, Виктор-сан!- чуть ли не крикнул Юри.