риски

       Когда Джонхан открывает глаза, он уже понимает, что произошло по головной боли. Сев на больничной койке, он выдергивает иглу от капельницы из своей руки и встает с места, чтобы уйти раньше, чем кто-то из работников успеет заявиться. Он делал так уже на протяжении года, убегать из больницы стало обыденностью для него. Выйдя на парковку, Джонхан вызывает такси и едет домой.        Перед его дверью ждет Мингю, они еще неделю назад договорились, что Джонхан разрешит ему и Вону встретиться у себя дома под предлогом совместного проекта. Никакого проекта не было, но родители быстро купились на легенду, после они просто скажут, что их идеи не подходили к совместному проекту. — Я уже подумал, что все отменилось, — взволновано говорит Мингю, вместе приветствия. — Вону не с тобой? — Нет, — вздыхает Джонхан. — Пошли в дом, не хватало, чтобы кто-то еще увидел тебя, стоящего здесь, словно собака.        Когда дверь за ними закрывается, Джонхан хочет по привычке первым же делом стянуть резинку с волос, но быстро одергивает себя, вспомнив про присутствие Мингю, придется подождать, пока он не окажется в комнате. — Ты очень бледный, все в порядке? — Спрашивает Ким осторожно, он не был близок с Джонханом, и общался с ним лишь в редких случаясь и это всегда касалось Вону.        Вокруг Джонхана почему-то всегда была эта отталкивающая аура, которая словно говорила, что дотянуться до него будет невозможным. И Мингю в каком-то роде даже боялся его, ведь скажи он хоть слово, и Вону прекратит эти встречи. А прекращать видеться с Вону вообще не хотелось, Мингю не уверен, что он переживет подобное. — День был просто ужасный, — вздыхает Джонхан. — Ты звони Вону, а я закажу еду. — Хорошо, — кивает Мингю, доставая свой телефон, пока они идут в гостиную.        В доме Джонхана было слишком просто. Мингю ожидал непозволительную роскошь, но у Юна из роскоши был разве что лэптоп последней модели. Джонхан сел на диван, откинулся на спинку и прикрыл глаза. Ему было дурно, он хотел кушать и немного сна.        Вону приходит спустя десять минут, а через пять привозят еду. Они едят в почти комфортной тишине, и у Джонхана слипаются глаза. — Не вздумайте делать пошлости в моем доме, — трясет пальцами Джонхан. — Я спать. И если я услышу хоть один плохой звук, вы оба попрощаетесь со своими жизнями. — Да я бы никогда! — Оскорбленно вздыхает Вону, театрально прижав ладони к груди. — Целоваться-то хоть можно? — Обреченно произносит Мингю, с надеждой смотря на хозяина дома. — Да, но руки не распускать, — предупреждает Юн.        Стянув резинку с волос, Джонхан блаженно вздыхает, падая на свою кровать. Голова кружится уже значительно меньше, но он чувствует, как быстро отключается сознание, его хватает лишь на то, чтобы натянуть на себя плед.        Тихая музыка трогает сознание, Джонхан оглядывается, чувствуя, как на губах цветет улыбка, он смотрит на Сынчоля, протягивая тому руку. И следующее, что он понимает, они кружатся в танце. Теплая ладонь Сынчоля лежит на его талии, а пальцы другой руки переплетаются с его пальцами. Так приятно и мягко.        Голова идет кругом от всего происходящего, и Сынчоль что-то говорит, едва слышно, Джонхан не может услышать, но чувствует шелест его дыхания возле своего уха и на шее. Как же хорошо.        Джонхан открывает глаза, но в следующую секунду жмурится, прижимая ладони к лицу. Что за фигня ему приснилась? Едва слышный смех Вону из соседней комнаты напоминает ему, что он не один в своем доме. Наверное, не стоило ему вчера так усердно гуглить Сынчоля, а потом еще два часа залипать на его инстаграм. Джонхан громко вздыхает, откидываясь на спину и раскидывая по кровати руки и ноги. Голова все еще слегка кружится, кажется, он спал не так уж и много, ведь будильник еще не прозвенел, а значит, можно еще немного отдохнуть.        Думая об отдыхе, Джонхан невольно вспоминает свой сон, некоторые детали, которые он упустил в первые секунды, вновь всплывают в его мыслях. Он осторожно пальцами касается своей талии — кожу еще жжет, словно ладонь Сынчоля несколько минут назад действительно была там. Становится душно, совсем как в их первую встречу. Где-то глубоко внутри Джонхан знает, что от злости не может быть так приятно сердцу, но отказывается принимать это. Он фыркает, раздраженно отпихивая свой плед. Грубый, невоспитанный, без манер, высокомерный, глупый. Невоспитанный. Или это уже было? Первое впечатление о Сынчоле было не самым лучшим, и Джонхан уверен на все сто процентов, что у Сынчоля первое впечатление о нем тоже было не лестным.        Глупый Чхве Сынчоль. И его глупые теплые ладони. И вообще, почему это он — Юн Джонхан, на которого все высшее общество смотрит с восхищением и уважением, думает об этом грубом мужчине? Джонхан осекается в своих мыслях. Мужчине? Вот еще. Сынчоль до этого титула точно не дотягивал. Юн смотрит на свои пальцы, вспоминая, как его ладонь смотрелась в ладони Сынчоля — красиво. Из-за этого, он еще больше раздражается, швыряя свою подушку в дверь. Что за мысли такие? Что за сон такой? Лучше бы подумал о несделанной на практике работе!        Вдоволь наругавшись с самим собой и с Сынчолем в мыслях, Джонхан встает с кровати. Согласно часам, у него был еще час отдыха, прежде чем настанет время для занятий йогой. Он быстро собирает свои волосы в шишку, выходя из комнаты. — Если вы целуетесь, то прекратите, потому что я захожу, — громко оповещает Джонхан. — Не то, чтобы нам больше нечего делать, кроме как целоваться, — хмыкает Вону. — Нам уже пора уходить? — У вас еще есть час, — пожимает плечами Юн. — Я вышел за чаем и своим лэптопом. — Ты выглядишь уже лучше, — говорит Мингю. — Сейчас хотя бы не бледный. — Мне стало лучше, — улыбается уголками губ Джонхан.        Он забирает свой лэптоп, заваривает чай и снова запирается в комнате. В очередной раз за день распустив волосы, Джонхан разминает шею, садясь на кровати удобнее и открывает лэптоп. Проверив свои социальные сети, он понимает, что за день в целом ничего не произошло. Это происходит неосознанно, просто в какой-то момент он находит себя смотрящим фотографии Сынчоля в инстаграме.        Это все неправильно. Джонхан резко закрывает лэптоп, сталкивая его со своих колен, и валится на кровать, обнимая подушку. Он просто впечатлительный, вот и все. Сынчоль не такой, как все в его окружении, поэтому, ему так интересно, и нет никакой другой причины.