Одержимая

Ей было семь, когда она впервые увидела Её. Гордая, грациозная и такая взрослая — она сразу же привлекла внимание маленькой Жаклин Дореи Поттер. Беллатриса Блэк. «Воинственная женщина» — гласил сборник имен. Маленький детский пальчик трепетно проводил по пожелтевшей странице со множеством имен на букву «Б». И лишь одно имя горело тем нескончаемым огнем, поглощая все на своем пути — «Беллатрикс». Для Жаклин до сих пор остается загадкой, была ли в ее величии заслуга имени, что украшало эту пылкую девицу, или же сама Белла одним своим видом, характером и манерами могла превознести любое, даже самое простецкое имя. Тогда старшей из трех наследниц Блэков было шестнадцать. Она была энергична, порывиста, даже несколько несдержанна: лихорадочный румянец часто возникал на ее щеках. Как будто живое обличье чувственности и легкого безумия, так присущего всем Блэкам, жило в ней. У Лины задрожали колени, когда мимо нее, шурша юбками, неторопливо прошла Беллатрикс. Внутри как будто что-то задрожало, а глаза все не могли оторваться от тонкого стана, туго затянутого в корсет и буйства кудрей, короной украшающего, пожалуй, самое живое и красивое лицо, которое она когда-либо видела. Мать тянула ее за руку, но девочка не могла сделать ни шагу, продолжая через плечо смотреть в окно, где с хлопком аппартации исчезло прекрасное видение. — Жаклин… Жаклин, не пристало воспитанной девушке игнорировать старших. Жаклин, к кому я обращаюсь? — голос Дореи Поттер слегка дрогнул, выдавая крайнюю степень недовольства. — Прошу прощения maman, я задумалась, — вздрогнула девочка. Она закусила тонкую губу, в точности напоминающую по форме охотничий лук, все воспроизводя в голову прекрасный образ. — Лицо, Жаклин, — почти устало протянула мать. Вздохнув, Поттер приветливо улыбнулась и выпрямила спину. Manières. Manières éternelles.

Манеры. Вечные манеры.

Дом на Гриммо двенадцать отличался своей мрачностью, и некой неприветливо-настораживающей обстановкой. Каждый предмет здесь кричал о чистокровности обитателей дома. Об их гордости своей родословной. Темно-зеленые портьеры, с серебристой нитью, пущенной понизу; толстый дубовый паркет; резные, украшенные вензелями и гербом, лестницы; парчовые и бархатные гобелены. Весь Блэк-хаус, казалось, дышал мрачной и властной энергией, наполняющей его хозяев. — Так-так, — прозвучал тягучий язвительный женский голос, — Кого я вижу? По лестнице спускалась леди, одетая в черное бархатное платье, закрывающее горло жестким стоячим воротничком. Она небрежным жестом провела по перилам тонкими пальцами, с игриво переливающимися в тусклом свете кольцами. Другой же рукой она странно поддерживала живот, хотя выглядел он совершенно обычно. — Неужели моя дорогая кузина все-таки почтила нас своим визитом? — она аккуратным движением убрала черную прядь волос, выбившуюся из пышного пучка, за ухо. — Здравствуй, Вальбурга. Сама знаешь — дела, — Дорея жеманно вздохнула, не заметив насмешливого взгляда родственницы. Но довольно быстро спохватилась, — Ах, ну что же я. Прошу простить меня, но вынуждена покинуть тебя. Совсем забыла о встрече с поверенным рода. Сама знаешь, эти пройдохи не упустят случая поживиться на моем опоздании. И она покинула гостиную, на удивление, весьма неторопливо. Вальбурга Блэк перевела оценивающий взгляд на Жаклин. Поспешно присев в приветственном реверансе, девочка почтительно опустила глаза. Леди изящно махнула девочке рукой, веля следовать за собой и еле слышно хмыкнула. — Сириус совсем тебя заждался. Всю неделю только о тебе и говорил, — Вальбруга бросила хитрый взгляд на Поттер. — Это очень лестно, мадам Блэк, — оглядывая отчужденным взглядом картины на стенах, произнесла девочка. Люди, изображенные здесь, всегда кривили губы, но стоило им увидеть хозяйку дома, как они покровительственно кивали ей, не преминуя одарить гостью резким взглядом. Удовлетворившись ее внешним видом, они отворачивались, снова занимаясь своими «портретными» делами. Только ступив в коридор, Жаклин оказалась сбита с ног порывистым, и резкими объятьями. Девочка невольно ойкнула и оказалась придавлена лежащим сверху Сириусом, больно ударившись копчиком. — Бестолковый щенок! — отвесила ему затрещину леди Блэк, — А ну поднимись с дамы и немедленно принеси свои извинения! — Она поджимала губы, но слегка приподнятые брови выдавали веселость женщины. Сириус, однако ничуть не смутился и подал Лине руку. Совсем как мальчишке, обиделась девочка. — Ладно. Пойдем, сестрица, — задорно начал мальчик, — Мне вчера отец купил новый набор Плюй-камней! Закачаешься! — он схватил ее за плечо, потянув в свою комнату. — Сириус Орион Блэк! Словечки! — обернувшись на ребят, выговорила Вальбурга. — Ага, мам! — с этими словами Сириус скрылся в своей спальне, утянув за собой Жаклин.

***

 — А я говорю тебе, что магглы, возможно, не так уж плохи! Я недавно видел парочку, когда ходил по маггловской площади. Только тс-с, — Сири приложил палец к губам, оглядываясь на дверь. — Погоди, ты что, сбегал из дома? — удивленно переспросила Поттер. — Да, было дело, — напыщенно произнес мальчик, — Ой, Жаки, только не говори, что ты так никогда не делала! — Не называй меня «Жаки», — пробубнила Лина, но довольно быстро оживилась, — А какие они, магглы? — Обычные. Только прикинь, у них женщины носят такие короткие платья! Не представляю, чтобы мама надела такое. Даже Бэллс, и та, сожгла бы его «Инсендио». — Бэллс? — Поттер не помнила такого имени. — Ну, Беллатриса. Моя кузина, — скривившись, проговорил он таким тоном, что девочке сразу стало понятно, какие у них отношения, — Она вечно пакостит мне! А еще, она кажется, просто ненавидит магглов… Впрочем, в нашей семье это не редкость. Пару секунд он молчал. — Прикинь, — кузен снова вставил это ужасное слово, — Она сегодня опять приперлась. Что-то спрашивала у отца. Ой, ты бы ее видела! — Блэк прошелся по комнате, забавно виляя бедрами и задирая нос кверху. — Я, кажется, встретила ее сегодня, — задумчиво проговорила Жаклин. — Пф, она и завтра притащится. Клянусь панталонами Мерлина! Сердце девочки рухнуло вниз, а потом забилось с учащенной скоростью. А что, если она сможет познакомиться с Беллатрисой? Как было бы здорово, если бы она обратила на нее внимание! Поттер нетерпеливо, и совсем неженственно, отбивала носком ступни чечетку. Стоило хотя бы попытаться упросить maman о ночевке в Блэк-хаусе.