Картонная свобода

      Утром неловкость стала ещё ощутимей. Кристофер до вечера не выходил из комнаты, а Терр ни разу не зашёл к нему сам. Майкл и Грег проводили долгожданные выходные наедине, поэтому напряжения между братьями не замечали. Точнее сказать, отцы просто решили не вмешиваться в отношения сыновей, списывая все на то, что они слишком долго не виделись и теперь им практически заново приходится притираться характерами.       К вечеру, Терронс не выдержал. Пусть сейчас он не знает, что делать дальше и рядом с Крисом ему трудно, но без него, как оказалось ещё хуже. Несколько раз он порывался пойти к нему, но каждый раз замирал под дверью, настороженным псом вслушиваясь в шорохи с другой стороны, но, так и не решившись войти. Когда младший не появился к ужину, а Грег завалил-таки сына вопросами о том, что происходит с младшим членом семьи, Терронс гонимый виной все же решился и постучался в комнату Криса.       Когда дверь открылась, на пороге стоял растрепанный Кристофер, но вопреки ожиданиям, мальчишка смотрел мужчине прямо в глаза, открыто и без единого намёка на разочарование, стыд или обиду. Терр даже растерялся поначалу от такой дерзости, но возможно так даже будет лучше.             - В чем дело? - Крис развернулся спиной и вернулся в кровать, в которой провел весь день.             - Ты весь день не выходил и ничего не ел. Родители волнуются, - Терр зашёл внутрь, осторожно прикрывая створку двери.             - А ты? - Кристофер вскинул на него внимательный пытливый взгляд. - Ты, волнуешься?             - Конечно - уверенно кивнул Терронс, - хочешь я принесу тебе что-нибудь перекусить? Наверняка в холодильнике полно еды.             - Нет - отрицательно мотнул головой Крис, - я не голоден.             - Ты уже почти сутки ничего не кушал, - нахмурился Терронс, приближаясь к постели, - может твой мозг и не голоден, но вот тело не может обходиться без пищи. Ты должен поесть.             - Тогда... - замялся Кристофер на мгновение, а потом выпалил, смотря в лицо Терра, - поцелуй меня... Как вчера... Там на парковке, и я поем.             - Мне казалось, что мы ещё вчера обо всем договорились, - резко нахмурился Терронс.       Загоревшийся было какой-то аномальной надеждой взгляд Криса мгновенно погас, и он плотнее сжал губы.             - Да, да. Можешь идти - Кристофер сполз ниже и отвернулся к стене.       Терронс стоял и смотрел на завернувшегося в одеяло с головой брата. В нем бушевало множество эмоций. С одной стороны, ему безумно хотелось стянуть с этого маленького засранца пуховый щит и выпороть, чтобы выбить из этого дурня весь тот хлам, который он втемяшил в свою чудную светлую головку. С другой, так же сильно хотелось схватить его в охапку и зацеловать до головокружения. Обласкать и изнежить, любить до тех пор, пока Кристи не начнёт терять сознание, потому что сил не осталось. В этот раз разум все же взял верх над чувствами. Не стоило усугублять и без того плачевное состояние их взаимоотношений.             - Я все же думаю, что тебе нужно хоть что-нибудь съесть, - мягко произнёс брюнет, а затем покинул комнату младшего брата, так и не дождавшись ответа из-под сугроба одеяла.       Крис соврал бы, если бы сказал, что не надеялся на то, что брат все же выполнит его просьбу. Терронс никогда ему ни в чем не оказывал. Но видимо не в этот раз. Слишком много он от него просит. Терр хоть и не скрывал своей ориентации, но это совершенно не говорит о том, что вчерашний поцелуй имеет для него хоть какое-то значение. Он не дурак и не имбицил, прекрасно понимает, что геи не бросаются на всех подряд. И так же Кристоферу было известно, что такое сексуально воздержание для мужчины. Возможно, именно это и стало причиной ответа на его поцелуй. Блондину было известно, что с момента гибели Гарри, его брат замкнулся в себе и не искал никаких отношений ни с девушками, ни с мужчинами. И для юноши, у которого тестостерон бил в голову, как из пушки, стало открытием, что мужчины в состоянии сдерживать свои потребности.

***

      Ночью, Кристофер проснулся от жуткого чувства голода сосущего в желудке. В животе громко урчало и спустя ещё полчаса игнорировать болезненные спазмы стало невыносимо. Крис сполз с кровати и как был, в одних шортах, направился на кухню. Выудив остатки ужина, заботливо уложенного в тарелку и покрытого плёнкой, кем-то из родителей наверное, парень засунул блюдо в микроволновку и налив сок в высокий узкий стакан, уселся на стул в ожидании.       Божественные отбивные, приготовленные папой Грегом (Майкл так и не научился толком готовить) таяли во рту, приятно наполняя тяжестью измученный строптивым хозяином желудок. Покончив с поздней трапезой, Крис запихал тарелку в раковину и налив горячего чая. В полном молчании он ещё долго сидел на месте, пялясь в темноту.             - Ты все же решил поесть? - голос брата напугал Кристофера, и парнишка едва не уронил большую тяжёлую кружку.             - Я решил, что умирать от истощения слишком долго - съязвил, не оборачиваясь Крис, вновь делая глоток горячего напитка с мёдом, мятой и лимоном.       Крис так старался игнорировать наличие ещё кого-то в помещении, что пропустил момент, когда Терр оказался позади него и склонился к его уху, оставляя на виске едва ощутимый поцелуй. Мальчишка застыл с поднесенной ко рту кружкой. Медленно повернувшись, он почти нос к носу столкнулся с нависшим над ним братом. Секунды шли, а они продолжали смотреть друг другу в глаза.       Кристофер не глядя поставил кружку на стол, не прерывая контакта с Терром, а потом медленно поднялся со своего места, вынуждая и старшего выпрямиться, чтобы его лицо не уткнулось в подтянутую грудь. Терронс возвышался над ним и Крис потом, много раз будет думать о том, что если бы в тот вечер повёл себя по-другому, многого можно было бы избежать. Не раз искал объяснения своему поступку, но это будет потом, а сейчас поддавшись минутному желанию ещё раз ощутить вкус этих красивых губ, юноша делает полшага, сокращая оставшееся между ними расстояние. Губы едва касаются губ, глаза в глаза, дыхание перемешивается, растекаясь вокруг тягучей патокой.       Крис закрывает веки в ожидании решения Терронса. С равной долей он может, как поцеловать парня, так и уйти. Секунды ожидания отбивают ритм при помощи сердца, которое гулко ухает в груди, а потом со всего размаха подпрыгивает к горлу, колотясь там взбешенной птицей, потому что губы Терронса мягко накрывают, приоткрытый рот Криса. Младший даже не сразу осознает, что это не галлюцинация. Терронс нежно сминает его нижнюю губу, а тёплые пальцы касаются его руки, висящей обессилено вдоль тела, скользят ниже, слегка оглаживая запястье.       Кристофер шумно вздыхает, расслабляя напряжённые плечи и слегка склоняет голову, чтобы придвинуться плотнее и углубить поцелуй. Неторопливо они ласкают друг друга, пока пальцы сплетаются в замок, отражая то, как и их сердца врастают друг в друга, не смотря на все сопротивление разума. Да и какой в нем сейчас толк, если у Терронса грудь сдавливает от восторга, когда юркий быстрый язык Криса скользит меж его губ и просяще поглаживает его собственный, поддевает его, требуя ответа. Терронс отвечает, оглаживает своего вторженца, заплетается в голодном танце, ласкает, дурманит, обещает неземное удовольствие.       Криса трясёт так, что если бы не жадные губы, целующие его, то он даже зубами бы стучал. По пояснице носятся табуны мурашек, чётко чеканя шаг вниз по ягодицам и длинным ногам. Парень задыхается, от той нежности, с которой Терронс прикусывает губы младшего, второй рукой вплетаясь в лёгкие завитки светлых волос, массируя затылок. Он уже едва держится на ногах, от шквала эмоций накативших на него, штормовой волной. Это совсем не так, как было накануне вечером. Это нечто более откровенное и желаемое. Терронс тянет воздух носом, наступая на Криса и прижимая того копчиком к столешнице. Чем дольше они целуются, тем более напористым становится Терронс, все сильнее наседая на младшего.       Крису чертовски неудобно, но это меньшая из проблем. В его домашних шортах происходит буря. Член упирается в боксеры, и трется о грубый шов на шортах, лицо горит, в груди и низу живота разгорается пламя. Ему стыдно, ведь Терронс не может не замечать того, насколько младший возбужден. И брюнет, конечно же, чувствует. Треклятые сомнения с новой силой терзают его, разум и душа по-новой вступают в схватку. Восторг от такой реакции Криса на него подбрасывает куда-то в небеса, с другой стороны, его гнёт растлителя давит и склоняет к земле.       Но Кристофер настолько трепещет в его руках, которые против воли обхватывают талию и усаживают парня прямо на стол, втискиваясь между его бедер. Горячие руки охватывают шею старшего, и Крис шумно сопит, неосознанно стараясь прижаться натянутой ширинкой к сильному телу.             - "Господи, что же я творю" - в панике думает Терронс, пока его большая ладонь скользит между ними, накрывая через шорты, тут же дернувшийся член Кристофера.             - "Боже, как же хорошо" - думается Крису, когда его выгибает в руках Терра ласкающего его достоинство через ткань.       С губ Криса срывается глухой, протяжный стон, и старший торопливо зажимает его рот рукой. Не хватало ещё разбудить кого-то. Терронс смотрит, на раскрасневшееся лицо Криса, часть которого закрывает его рука. Ладонь щекотит торопливое, шумное, обжигающее дыхание. Все внутренние метания отлетают в сторону, когда брюнет оттягивает резинку сначала шорт, а потом и белья, касаясь невероятно нежной кожи, гладкой головки, скользкой от смазки.       Кристофер закатывает глаза, чувствуя, как сдвигается чувствительная кожа, как подушечка пальца обводит контуры уздечки, а жадные изумрудные глаза горят бесовским огнём желания. И этот взгляд вырывает с корнем тормоза. В голове пульсирует единственная мысль, скорее получить долгожданную разрядку. Дышать полноценно мешает все ещё прижимающаяся к его лицу рука, а хочется поцелуя, ведь Кристофер уже на краю, готовый в любой момент излиться. С трудом Крис тянется, отстраняя преграду, и Терр послушно убирает ладонь. Блондин наклоняется вперёд, требуя поцелуя, жадно впивается в чужие губы, пока непослушные пальцы вдавливаются в широкие плечи.       Краем сознания, Крис улавливает движение за Терром, находящегося спиной к двери, но в глазах туман и слезы, потому что оргазм, сокрушительный по своей силе, разбивает его, проникая в каждую клетку тела. Крис охает в поцелуй, его бедра дрожат, конвульсивно сокращаясь, голова слабеет, и парень утыкается в шею Терра, ловя последние волны наслаждения, уткнувшись в пульсирующую вену. Терр кончил, даже не прикоснувшись к себе, от одного вида увлажнившихся помутневших шоколадных глаз и алых зацелованных губ.             - Могу я узнать, какого хуя здесь происходит? - раскат чужого голоса за спиной приводит обоих в ужас. Крис все так же прячет лицо в чужом плече, приводя дыхание в норму, а Терр медленно повернувшись, встречается с взбешенным взглядом таких же, как у него глаз.             - Блядь - тихо выругнулся Терр, мгновенно разворачиваясь и закрывая Кристофера своей спиной.             - Отец, я все объясню...             - Хочешь сказать мне, что это не то, что я подумал? - на Грега было страшно смотреть. Глаза горят такой злостью, что, наверное, могли спалить своим пожарищем. Гневно сведенные брови, поджатые губы, напряжённое тело. Вот такого Грегори Коллинза боялись все.             - Я спрашиваю вас, что вы творите? - не сдерживаюсь, заорал Грег. - Вы блядь, ополоумел совсем? Это что такое?             - Что случилось, Грег? - из коридора послышались торопливые шаги и вскоре в кухне появился заспанный и встревоженный Майкл. – На кого и почему ты так кричи...       Договаривать старший блондин не стал. Глаза его буквально полезли на лоб, от увиденного. Крис сидел на столе, встрёпанный и раскрасневшийся, едва выглядывая из-за спины брата, прикрывающего его своим телом, как щитом. Глаза у обоих лихорадочно горят, губы опухшие, волосы встрепаны, одежда сбита. Майкл закрыл глаза и медленно вдохнул, протяжно выпуская воздух вместе с шоком через трубочку губ: "Не может быть, просто не возможно, что его сыновья совершили нечто подобное. Нет, он отказывается в это верить. Сейчас он откроет глаза и убедится, что все это сон, просто страшный, дурацкий сон."       Но это не помогло, сколько бы он не пытался открывать и закрывать глаза, перед ним по-прежнему стояли все те же перевозбужденные сыновья, один из которых упрямо смотрел на Грега, а второй сжимал его бока ладошками и так же сверлил отцов, упрямым и наглым взглядом.             - Поздравляю! - раскатом пронеслось по помещению. - В нашей семье произошёл инцест! - Грег обращался к ошарашенному и выбитому из колеи Майклу.             - Невозможно... - произнёс Майкл вслух.             - Возможно !- отрезал Грег, а потом развернулся к сыновьям. - Вы вообще понимаете, что творите? Ладно, он - Грег кивнул в сторону Криса, - он сопляк, ему эксперименты нужны, но ты! - рыкнул он на Терра. - Ты не малолетка и не дурак, ты хоть понимаешь, чем все это нам грозит? Как ты мог совратить собственного брата? У тебя вообще ничего святого нет? - Грег сыпал уколами в Терра, каждый из которых достигал цели. Всё то же самое Терронс думал и сам, понимал, что отец прав во всем, в каждом слове.             - Грег - попытался успокоить его Майкл, - успокойся.             - Успокоиться?! - взревел Грегори. – Мой, почти тридцатилетний сын, трахает моего второго малолетнего сына прямо на моей кухне, на столе, за которым мы едим, а ты предлагаешь мне успокоиться? Ты в своём уме, Майкл?!             - Грег...             - Что Грег? Ты что мне предлагаешь, сделать вид, что ничего не происходит?             - Мы не дошли до этого - вмешался Терронс, - у нас не было секса.             - А что было? - ядовито зыркнул на него Грег. - Я что, должен сказать спасибо вашему отцу, что он захотел воды? Приди я чуть позже и могу сказать с уверенностью, что вы бы дошли до конца. -             Не кричи на него! - неожиданно взъерепенился молчавший до этого Кристофер. Чувство несправедливости по отношению к Терру толкало мальчишку в бой.             - Кристи, хоть ты помолчи - попытался угомонить младшего Майкл.             - Помолчи? Вы будете орать на него, хотя он не виноват, а я должен молчать? - распалялся Крис все сильнее, он выскользнул из-за спины Терра, шипя, словно растравленный кот. - Если хотите знать, то это я! - заорал он. - Это я соблазнял его, это я целовал его и мне было хорошо, ясно вам?! - Крис словно маленькая фурия подлетел к Терру и, потянувшись, агрессивно поцеловал его под рычание Грега и останавливающий оклик Майкла. Терронс не шелохнулся, шокированный не меньше родителей. Крис отстранился, смотря на него лихорадочно сверкающими глазами и, улыбаясь криво, словно сумасшедший.             - Да ты... - заорал Грег, стремительно пересекая разделяющее их пространство, разворачивает Криса к себе и ещё через секунду парень вскрикивает, от оглушительной пощечины, звенящей в ушах.       Терр глухо рыкнув, подаётся вперёд и со всей силы бьёт отца в лицо плотно сжатым кулаком, попадая тому в скулу. Костяшки саднят от силы удара, а старший Коллинз, отшатнувшись, падает на пол. Майкл, зная мужа, видит в его глазах тот зловещий огонёк, который каждый раз, зажигаясь, лишает брюнета здравомыслия. Старший блондин срывается с места и успевает вовремя перехватить руку мужа, которую тот занёс для ответного удара, поднявшись на ноги.             - Не смей прикасаться к нему - чеканя каждое слово, низко рокотал Терронс, - он ни в чем не виноват. Это полностью моя вина. Да, я больной ублюдок, урод и подонок. Можешь вылить на меня весь свой гнев, но не смей прикасаться к Крису - на щеках парня ходили ходуном желваки, ноздри раздувались, словно у жеребца, кулаки сжаты.       Грег медленно опустил кулак, поправил пижаму, позволяя суетившемуся в это время вокруг него Майклу, приложить к ноющей щеке лёд, завёрнутый в белую тканевую салфетку. Он долго молчал, явно что-то обдумывая, а затем, приняв решение, взглянул на все ещё напряжённого старшего сына, прижимающего к себе Криса, так же получившего салфетку со льдом от Майкла.             - Значит так - наиграно спокойно произнёс мужчина, - завтра же, я оформлю все документы и Кристофера, переведут в другой город в военную академию, - мальчишка дёрнулся и с ужасом посмотрел на отца, на чьём лице не дрогнула больше не одна мускула. Мужчина спокойно встретил взгляд сына - даже не пытайся сбежать, - предупредил он. - Сделаешь себе только хуже. Я решу вопрос с твоим досрочные окончанием школы, - а ты - перевёл он ледяной взгляд на Терронса, - с сегодняшнего дня занимаешься исключительно делами корпорации. Никаких звонков и встреч с Кристофером. Если посмеешь ослушаться, я засуну вас в такие места на карте мира, что вы вообще больше никогда не увидитесь.             - Грег - возмутился было Майкл.             - Я все сказал - оборвал его Грег, испепеляя взглядом сыновей, - пока вся эта дурь не выйдет из вашей головы, вы не увидитесь. Сегодня, ты спишь в гостевой - приказал старший брюнет Терронсу, - и если я хоть скрип услышу, то запру вас в кладовках.       Отец развернулся, остановившись в дверях, дожидаясь мужа и Терронса.             - Не волнуйся, я не позволю ему увезти тебя, бельчонок - шепнул Терронс напуганному Крису, мягко коснувшись алой щеки кончиками пальцев, - ничего не бойся.             - Терр... - всхлипнул Крис, хватаясь за его руку, как за спасательный круг.             - Я долго должен ждать? - гаркнул Грег и Терр, ещё раз, нежно улыбнувшись младшему, двинулся за ним.       Дело не в страхе перед отцом, а в том, что пока Грег в таком состоянии с ним бесполезно говорить. Начни Терронс сопротивляться и стало бы ещё хуже. Он боялся не за себя. Мужчина прекрасно понимал, что он в состоянии прожить и без семьи, как бы страшно это не было. Но вот Крис - другое дело. Сколько бы он не кололся, как кактус, он гораздо сильнее привязан к родителям, чем Терр. К тому же возможно отец прав, и если Криса разлучат с ним, то парень вернётся к нормальной жизни, пожалев о случившемся. Для этого просто нужно время. Возможно, он даже пожалеет, что вообще делал нечто подобное с Терронсом, и не захочет его больше видеть. Решение созрело само собой, нужно лишь дождаться утра. Утром все видится по другому, он найдёт выход. Не позволит отцу разрушить мечты младшего, который точно не хотел быть военным. Это не для него. Он создан для другого. Ему больше подошёл бы костюм бизнесмена, а не офицерская форма, хотя оно бы точно смотрелась на нем сногсшибательно.       В эту ночь, никто так и не сомкнул глаз. Кристофер, приведя себя в порядок, ворочался в холодной кровати. Он обещал себе не реветь в тот день, когда Терронс уехал. И как бы ему сейчас не было обидно и горько, он кусал губы, пялясь в тёмный потолок, не позволяя себе дать слабину. Грег боролся с гневом, сожалея о том, что поднял руку на Криса и чуть не ударил Терра. Но сколько бы он не думал, все равно видел только один выход - поскорее разлучить парней, пока все не стало совсем неконтролируемо. Майкл мучился сожалениями к своим детям и злостью к жестокости мужа. Он ругал себя за слабость. Ведь он видел, что между ними что-то происходит, понимал, что эта привязанность не здорова, но предпочёл не вмешиваться, глупо надеясь на здравомыслие старшего сына. А Терронс обдумывал дальнейший план действий, переплетающийся с воспоминаниями того, как отчаянно Крис хвастался за него, как закатывал глаза от удовольствия, как целовал его, щедро делясь стонами.