What I Did On My Summer Vacation, by Kim Namjoon, Age 18 1/2

Намджун спотыкается вниз со сцены, пытаясь проморгаться, и поднимает солнечные очки, чтобы протереть глаза. В помещении тёмные линзы, может, и выглядят довольно тупо, но черт, сценическое освещение — та ещё сука, и Намджун ещё не готов ослепнуть из-за рэп-баттла, как бы ни приятно ему было разносить оппонентов.   — Воды, Рэпмон? — бармен, странно знакомый, с розовыми волосами и широкими плечами, предлагает ему закрытую бутылку, которую Намджун принимает, тут же выпивая половину.   Он любит выступления. Любит покалывание в пальцах и каменную тяжесть в животе, сочетание адреналинового кайфа и волнения, что заставляет его мозг быстрее работать, подбирать нужное слово, нужную фразу, удерживая в памяти ещё сотню других вещей. Он чувствует себя живым. Он чувствует в себе почти электрическое напряжение и еле сдерживается, чтобы не начать суетиться, подпрыгивая на месте и дико улыбаясь, не схватить ближайшего человека и не выплеснуть на него эссе на тысячу слов о каждом аспекте того, как он к хуям уничтожил Шиу, и каждом верном принятом решении, что привели его к этому результату.   Это, однако, не вписывается в его образ, и Намджун слишком любит баттлинг, чтобы показать кому-либо в этом клубе свой энтузиазм — примитивнейшую цель для панча.   Может, как Ким Намджун он и мог бы рассказать кому-нибудь. Но не как Рэп Монстр, не как крутой, уверенный и хладнокровный баттл-рэпер Рэп Мон.   Но это нормально, правда. Есть вещи похуже, чем праздновать в одиночестве.   Он допивает оставшуюся воду и возвращает бутылку бармену, принимает поздравительные хлопки по спине и плечам и выскальзывает через заднюю дверь в переулок, чтобы отдышаться.   Снаружи не так холодно, но контраст с душной жарой помещения все равно пускает по телу дрожь, и он запрокидывает голову, упираясь затылком в холодные кирпичи бара «Черри», поправляет толстовку и смотрит вверх, в покрытое тучами ночное небо.   Черт, его сердце все ещё колотится как сумасшедшее, а щеки под темными очками наверняка горячие и красные.   — Эй! Рэп Монстр!   Намджун узнаёт голос. Это Шиу, его последний оппонент. Тот оказал достойное сопротивление вместо того, чтобы тупо наседать на Намджуна, и у него была пара хороших строк. Но не было такого флоу, как у Намджуна, таких острых шуток, и толпа медленно, но верно перешла на сторону Рэп Монстра, однако Шиу был неплох.   Поэтому выражение лица Намджуна не так уж холодно, когда он разворачивается к тому навстречу. Шиу высокий, на дюйм или около того выше Намджуна, с широкими плечами и массивными ногами, носорог по сравнению с жирафом-Намджуном, и выглядит совсем не обрадованным встречей. А ещё он не один, его спину прикрывают четыре парня в синих куртках, словно купленных в стоковом магазине униформы. Намджун даже не знал, что Шиу в банде.   — Шиу, — говорит Намджун, кивая. Он надеется, что это не закончится плохо. Иногда так бывает в рэп-сообществе — всё превращается в дисс-треки, выборы стороны и месяцы неловкости, пока одна сторона не капитулирует, с помощью ли насилия или социального неодобрения, и все стихает. У Намджуна уже три бифа в процессе, обмен диссами на саундклауде и тщательно проложенные границы того, кто может бывать в каком клубе, и он надеется, что Шиу не начнёт четвёртый. В конце концов, есть не так много способов сказать «ну прости что оскорбил твои чувства тем, что намного лучше тебя», несмотря на то, что ему обычно нравится собирать новый бит. Любимое оружие Намджуна — слово и публичный шейминг, но приятели Шиу наводят его на мысли, что строки того были не так отполированы именно потому, что своих противников тот предпочитает бить.   — Повеселился там, да? — почти рычит Шиу, и Намджун улыбается. Просто не может не. Этот тупой полурык даёт ему нужные карты для своего первого ответа, и судя по тому, как один из парней в куртках — с вишневыми волосами и сияющей улыбкой — давится смешком, не он один помнит то сравнение с тявкающим померанским шпицем. — Заткнись, Джей!   Парень с красными волосами невинно поднимает руки и вместе с ними покоящуюся на плече бейсбольную биту, и Намджун выпутывает пальцы из карманов.   — А тебе не было весело? — спрашивает Намджун. — У тебя была пара хороших панчей, чувак. Почти достал меня во втором раунде.   Это наглая ложь. Намджун намного, намного лучше Шиу. А ещё Намджун намного, намного менее вооружён, поэтому готов лгать.   — Весело опозориться? Быть униженным каким-то пацаном, шпаной, свистящей вслед фургону с жареной сладкой картошкой? — говорит Шиу, приближаясь. — Нет. Нет, мне не было.   — Ок, и в чём план? Собрать своих приятелей и устроить мне тёмную? — Намджун чувствует, как холодеет в животе, а его мозг работает настолько быстро, прогоняя десятки сценариев, что непонятно, как Шиу не слышит его треск.   Намджун хочет подобрать тот, в котором он не оказывается в больнице.   И выбор вариантов не особенно велик.   — Да, точно. Ты же даже не представляешь, с кем связался, а? Думал, я очередной много возомнивший о себе выскочка, а не настоящий гангстер, — говорит Шиу, и Намджун приподнимает бровь. Оу. Понятненько.   — Но сам ты со мной драться не будешь?   — Чё?   — Не, я понял. Тексты тебе тоже кто-то пишет? — Намджун тычет пальцем поверх плеча Шиу, в того красноволосого, который смеялся. — Тот парень, а? Выглядит достаточно умным.   — Ты считаешь, что я байтил?   — Я считаю, что ты не можешь подраться со мной без чужой помощи... — пожимает плечами Намджун   — Мне не нужна помощь! — выплевывает Шиу. — Парни, назад. Этот — мой.   — Точно, босс? — переспрашивает красноволосый, и Шиу опять рычит:   — Точно! Это наша разборка! Что за лидер не может пришибить одну деревенскую соплю!   Другой член банды - тот, что немного старше, коротко стриженый - подаёт голос: — Он прав, ребят. Босс сам справится.   Намджун встаёт посреди переулка, как следует, и надеется на лучшее.   — Оружие есть, Монстр? — спрашивает Шиу, и Намджун пожимает плечами.   Конечно у него нет. Он законопослушный гражданин. С чего бы ему носить оружие?   — Оно мне не нужно, — говорит Намджун так, словно ношение ножа делает человека слабаком. Шиу краснеет, перекидывает свой нож - жуткую кривую штуку с лезвием не меньше шести сантиметров - коротко стриженому парню и шагает вперёд.   Это — единственный для Намджуна шанс. Когда-то, когда ему было около десяти, его отец осознал, что его единственный сын — высокий ботаник, носящий очки и любящий поправлять людей, и поставил ему удар.   Всего один, но с убойной силой. «Бей так, чтобы можно было убраться оттуда», — говорил папа Намджуну, подтягивая выше собственные очки, — «Потому что если сначала ударят тебя, ты не устоишь». Это не было сказано назло, просто это был факт — Намджун плохо переносил боль и никогда не собирался становиться бойцом.   Но как следует дать в морду он может.   — Мы будем драться? — спрашивает Намджун, перепроверяя на всякий случай. Драться он все же не хочет.   — Ага, ты что, испу-, — начинает Шиу, и Намджун бьет.   Он вкладывает в удар весь свой вес, словно бьет сквозь челюсть Шиу, а не в неё, и тот падает.   У Намджуна есть пара секретных скиллов, о которых люди не догадываются: у него странный большой палец на левой руке, который он может загнуть практически полностью назад, он может пересказать английский алфавит в обратном порядке, знает все знаки числа пи до восемьдесят пятого и умеет бить так, чтобы лошадь с ног свалилась.   Шиу падает на землю, и Намджун спокойно встряхивает рукой, пытаясь игнорировать боль.   — Блять! — выдаёт красноволосый, перехватывая свою биту, и Намджун поднимает глаза на остальных членов банды.   — Вы следующие, парни? — интересуется он, словно второй удар не сломает ему руку. Его запястье ноет, пальцы болят, а костяшки уже начали опухать.   Коротко стриженный фыркает: — Что за неудачник. От одного удара слился.   Другой парень, с ирокезом, приседает рядом с Шиу.   — Что за лидер не может пришибить одну деревенскую соплю, — повторяет он с сильным сатури. — Мудак. Нас здесь половина из провинции.   Красноволосый улыбается Намджуну, и эта улыбка немного напоминает последнему удар кирпичом. Увесистым таким кирпичом из спрессованных солнечных зайчиков. Никто не должен выглядеть таким счастливым в грязном сеульском переулке. — Хэй, ты Рэп Монстр, верно? — ...Ну да. — Да ты реально крут, чувак! Я тебя сто лет слушаю! — парень, чуть ли не перепрыгнув через тело Шиу, опускает руку на намджуновы плечи. — У тебя есть своя банда? Намджун медленно качает головой. — Отлично, мы это исправим, — с тихой угрозой говорит парень с короткой стрижкой. Намджун подозревает, что все, что тот говорит, выходит угрожающе. — Монстр, а?   — Рэп Монстр, — поправляет Намджун, и коротко стриженный медленно кивает.   — Звучит клево, — говорит Ирокез, вставая. — Что будем делать, Босс?   — Босс? — моргает Намджун, понимая, что если проявит слабость сейчас, эта группа гиен сожрет его заживо. — Да. Точно. Пойдемте что-нибудь выпьем. Я же должен с вами познакомиться ближе, верно?   — Верно! — говорит красноволосый, а стриженный открывает перед Намджуном дверь в духоту и шум бара.   — Рэп Монстр, на сцену! Хиккоки, на сцену! — кричит со сцены ведущий. Парень с ирокезом улыбается.   Намджун поправляет солнечные очки и шагает внутрь.  

***

  Дневная работа Намджуна настолько далека от его ночной жизни, насколько это возможно. Он ведёт себя по-другому, одевается по-другому - разделяет две стороны своей жизни как только может.   Рэп Монстр носит кожу и цепи и укладывает волосы наверх с помощью геля, никогда не появляется без солнечных очков и упрямо выдвигает подбородок.   Ким Намджун носит очки с широкой оправой и тёплые кардиганы, его волосы падают на лицо и его невозможно представить без изношенной сумки через плечо и потерянного взгляда. Никто ещё его не узнал. Это так работает, эффект Кларка Кента или что-то типа. И он знает, что это работает, потому что один из его оппонентов однажды вошёл, получил что хотел и ушёл, ничего не заподозрив.   Намджун работает на полставки в маленькой районной библиотеке, едва спонсирующейся и едва посещаемой. Он живет в постоянном страхе, что придёт на работу однажды и обнаружит, что библиотека закрылась и он остался без работы.   Это милое маленькое местечко в один этаж, выстроенное из темно-коричневого кирпича в разросшемся парке, о котором мало кто знает. У них обычно около десяти посетителей в день, и один настоящий библиотекарь — китаянка, настаивающая, чтобы использовали ее западное имя — Ирен, и один работник на полставки — Намджун.   Он моет библиотеку, пылесосит ковёр и протирает окна, добавляет новые книги в каталог, расставляет возвращённые по полкам и отвечает на вопросы о том, где туалет и какой пароль у вай-фая.   И у него остаются тонны свободного времени, чтобы писать. Если он отвечает на вопросы и список обязанностей не остаётся без галочек, Намджун предоставлен сам себе и настоящей своей работе — музыке.   Он пишет тексты, тренируется в использовании сложных рифм и двигает языком так, что это приближается к границам человечески возможного, проверяя себя по количеству букв в секунду. Он смотрит видео на ютубе о модуляции и флоу, слушает других рэперов — фристайлы, сайферы, челленджи, баттлы и песни, все, что ему нужно изучить - и Ирен наплевать, если никто не жалуется.   Никто не жалуется.   У них, вроде как, около шести постоянных читателей. Есть двое детей, приходящих после школы на пару часов почитать мангу, пока их не заберёт отец после работы. Есть книжный клуб, состоящих из трёх тётушек, в восьмой раз перечитывающих «Есть, Молиться, Любить». Есть парень с древним ноутбуком, который даже не включается, если не подключён к розетке, который сидит в наушниках и пишет что-то целый день. Намджун никого из них по-настоящему не знает, помимо того, что смог понять путём наблюдения и анализа. Детям нравятся зарубежные комиксы, читать «Человека-Паука» и «Наруто» и тихо играть среди кресел-мешков в детской зоне. Книжный клуб не особенно интересует «Есть, Молиться, Любить». Они приходят ради сплетен, и если то, что Намджун слышал о Сун Джи Су — правда, то он не хочет сталкиваться с ее племянником. Что же касается парня с ноутбуком, Намджун знает, что он из тех, кто использует один чайный пакетик на три чашки, а когда он вынимает наушники, Намджун иногда слышит хип-хоп биты.   Это не так уж много, и платят ему не много, но ему нравится эта работа.   Сегодня, когда он выпроваживает парня с ноутбуком и закрывается, около девяти вечера (он обязан вывести посетителей к 8:45, но парень с ноутбуком никому не мешает. Ему нужен только вай-фай и, похоже, плевать, когда вокруг него пылесосят), и Намджун все ещё думает о произошедшем вчера. Он доезжает на велосипеде до станции и оттуда - на поезде до своей крохотной квартиры-студии. На стене его здания новое граффити, и большое стилизованное «RM» выглядит куда круче, чем предыдущие хреновые эмблемки, так что он пожимает плечами, пристегивает к лестнице велосипед и карабкается по лестнице вверх, размышляя, двинуть ли ему в «Массив» или нет. По четвергам у них довольно большой турнир — много известных имён на сцене, как продюсеров, так и рэперов, и призовые лучше того, что предлагают в баре «Черри» (и если учесть, что выступления в «Черри» покрывают 75% его ренты, это более чем неплохо). С другой стороны, «Массив» держит К-Кру, а с ним у Намджуна биф. Ничего серьезного, но достаточно, чтобы быть поосторожнее с тем, куда не стоит соваться в одиночку.   Если бы это был Ильсан, Намджун позвонил бы паре друзей, собрал компанию, пришёл бы с Зико и Айроном за спиной и они с К-Кру торчали бы в своих углах и может обменялись бы парой строф за одним из сайферов позже, но в Сеуле...   Намджун вздыхает, стягивая бини, и ерошит волосы. Он любит хип-хоп, но иногда ему кажется, что следовало бы заняться жанром, в котором поменьше разборок и стресса. Джазом, например. В джазе ведь точно нет столько вовлечённых банд? Если бы только он выучился играть на саксофоне...   Его телефон вибрирует сообщением с номера, записанного как «ХОБИ ХОБИ ХОУП» и Намджун хмурится. Он не узнаёт ни имя, ни номер, но это точно записанный в адресную книгу контакт.   ХОБИ ХОБИ ХОУП (21:53) ХЭЙ ХЭЙ ХЭЙ ТЫ ИДЁШЬ В «МАССИВ»?

Намджун (21:54) Вряд ли

ХОБИ ХОБИ ХОУП (21:54) ООУ ПОЧЕМУ НЕТ? ТЫ Б ИХ ПОДЖАРИЛ НАРОД В ТОСКЕЕЕЕЕЕ

Намджун (21:54) К-Кру ведь там? Я знаю что поджарил бы, в «Массиве» уже два месяца сплошные дилетанты

ХОБИ ХОБИ ХОУП (21:55) ЛОЛ ВОТ ЗНАЧИТ СКОЛЬКО У ТЕБЯ И КРУ РАЗБОРКА ХАХ

Намджун (21:55) Ага. Так что, его ребята там?

ХОБИ ХОБИ ХОУП (21:56) ДА, И ЧТО? ТВОИ ТОЖЕ   Намджун хмурится на телефон, и через секунду на него прилетает селка, три вчерашних парня, сгрудившиеся рядом, красноволосый, явно инициатор и фотограф, показывает «V» в камеру, а ирокез и стриженый закатывают глаза, и все они точно в «Массиве» — Намджун узнаёт американские хип-хоп постеры на стене за ними, огромная обложка Marshall Mathers LP указывает, что они смогли занять одно из лучших мест, и пожимает плечами. Он действительно хочет пойти в «Массив», и эти трое вчера казались вполне впечатленными Рэп Монстром. На один вечер он может поиграть в главу банды. 800,000 вон, если он выиграет сегодняшнюю цепь баттлов, того стоят. СНС подсказывает, что призовой фонд увеличился с тех пор, как он вышел оттуда три месяца назад, и есть приличный выбор микрофонов. Жаль будет оставлять их там, но деньги ему нужнее оборудования. Он укладывает волосы наверх, цепляет на себя побрякушки и меняет Намджуна на Рэп Монстра.  

***

  Входить в «Массив» приятно. Вышибала выглядит удивленным, но ставит штамп на запястье, драматичную готическую «М» под его угольно-чёрную толстовку, и Намджун кивает ему дружелюбно, передавая своё «за дополнительные услуги». Внутри довольно уныло. Пара рэперов на сцене без всякого флоу, звуковик распластался за бордой, капюшон натянут на нос так, что не видно закрытых глаз. В углу он видит К-Кру, за столом его компания — пять ребят и прибившиеся симпатичные девчонки. С ними ещё какой-то пацан, слишком юный, чтобы не поинтересоваться, что он здесь делает, если завтра в школу, но Намджун проскальзывает по ним взглядом, встречая глаза К-Кру, привстающего на стуле.   — Йоу йоу! Привет, Рэп Монстр! — вокруг его плеч внезапно оказываются руки, но Намджун ждёт, пока Кру не отвернётся первым.   Тот отворачивается, и Намджун улыбается, поворачиваясь к красноволосому, пышущему энтузиазмом, который одет не в ту ужасную униформу, а в джерси, надетую на толстовку.   — Хоби, — говорит Намджун, кивая. Он предполагает, по крайней мере, что это он. Прошлая ночь — сплошной туман бесплатной выпивки и парень с ирокезом, провозглашающий их братанами навеки, но он уверен, что именно красноволосый писал ему сегодня.   — Хочешь чего-нибудь выпить, Рэп Мон? — интересуется Хоби, подводя их к кабинке, где Стриженный и Ирокез развалились как слегка пьяные львы.   — Я не пью перед выступлением, — качает головой Намджун и занимает место в середине, где им с Кру будет проще сверлить друг друга глазами.   — Значит, воды! Джихо, принеси человеку воды, — говорит тот Стриженному, который вскакивает на ноги и направляется к бару. — Так, какой план?   Намджун думает пару секунд, а текущий баттл подходит к невыразительному концу, собравшиеся едва смотрят на сцену.   Джихо возвращается с водой Намджуна, и он её выпивает, комкает бутылку и бросает на стол кабинки. Он улыбается Кру, и тот улыбается в ответ.   — Разъебать их, — отвечает он и направляется к сцене.