Без драмы (ну почти)

      Криштиану счастливо и, как ему самому казалось, глупо улыбался. Но поделать с собой ничего не мог. Его взгляд то и дело соскальзывал на Лионеля — расслабленного, довольного и какого-то... умиротворённого — и губы сами собой растягивались в улыбку. А Лионель великодушно позволял пальцам Криштиану оглаживать его руку. И грудь. И живот. Он даже не стал протестовать, когда наглые пальцы скользнули по нетронутой загаром коже бедра. Только посмотрел с каким-то весёлым вызовом. А Криштиану внезапно понял, что ему самому мало того, что только что между ними случилось — он хотел ещё, хотел получить от этой ночи всё, что только возможно.       — Неужели ты никогда не хотел переспать с альфой? Тебе не было любопытно, как это?       — Если только немного, —признался Лионель.       — И почему же нет?       Лионель фыркнул, но ответил:       — Как ты себе это представляешь? Отловить первого попавшегося альфу и залезть к нему в штаны? А по утру читать о себе новости в каждой газете.       Аргументы были не новы. Сам Криштиану рассуждал примерно так же, когда безуспешно пытался найти кого-то подходящего для удовлетворения своего любопытства и не только. Но с ним-то всё понятно — его запросы были далеки от традиционных. А вот Месси? Он же омега. Неужели даже омегам в их обществе трудно найти альфу?       — У тебя же есть... ммм... Агуэро?       Лионель неожиданно весело рассмеялся.       — Если бы я предложил Куну заняться сексом из любопытства, он дал бы мне по лбу!       — Я, например, в газеты утром не побегу, — мурлыкнул Криштиану, вновь нависая над Лионелем. Тот посмотрел на него внимательно, правильно истолковав его намёк. А потом вдруг как-то расслабился и очаровательно улыбнулся. Сопротивляться убойной дозе его обаяния Криштиану больше не мог и взял в плен его губы, втягивая в развязный поцелуй.       Руки жадно шарили по телу, оглаживая всё, что попадалось под ладони, мяли и сжимали — без лишней нежности, но и не грубо. Криштиану чувствовал жар распластанного под собой тела и его отклик. В этот раз альфа-инстинкты не спали. Они бесновались в крови, требуя взять и присвоить омегу. Но человеческий разум всё ещё помнил, что для его партнёра подобный вид секса —непознанная территория. Спешить или быть грубым — нельзя.       Лионель ни капельки не походил ни на одну из омег, оказывавшихся под Криштиану — ни на милых стеснительных (или привычно строящих из себя таковых) девочек, ни на умелых, опытных мальчиков. Его улыбка не была многообещающе-порочной или сладко-неуверенной. Лионель улыбался так, будто знал о Криштиану всё, видел насквозь и наперёд угадал все его действия. И одобрил.       Длинные пальцы окутал влажный жар. Узко. Очень узко. Похоже, Лионель даже с игрушками во время течки не развлекался. Обычно омегам, даже мужчинам, не так уж и требовалась специальная подготовка. Но Лионелю она была необходима. Пришлось стиснуть зубы и терпеливо гладить неподатливые стеночки, вместо того чтобы рывком погрузить член в желанную тесноту. Двигая пальцами и стараясь не спешить, Криштиану прижался губами к голени, закинутой на его плечо ноги.       Лионель перехватил его запястье, вынуждая вытащить пальцы. И с коротким рыком притянул Криштиану к себе, почти заваливая. Крепкие бёдра обхватили поясницу, притискивая к разогретому телу. Первый толчок внутрь ошеломил Криштиану. Влажный жар окутывал плотно, как перчатка, сшитая по индивидуальным меркам, обхватывала ладонь. Лионель напрягся и впился зубами в плечо, видимо, для симметрии решив украсить следами укуса и второе. Криштиану послушно замер, дрожа от нетерпения, и позволил себе двинуться только когда зубы омеги отпустили его кожу, а тело под ним расслабилось. Сейчас Криштиану искренне радовался, что Лео Месси не альфа — вряд ли прогрызенное клыками другого альфа-самца плечо зажило быстро. Зубы Лионеля хоть и были острыми и оставили вполне видимый след, но повреждение не нанесли.       Криштиану всегда нравился секс — нравились омеги. Но сейчас почему-то было особенно сладко. Не зря он всё-таки приложил столько усилий, затаскивая Лео Месси в койку. Тот оправдал все ожидания. И даже превзошёл их.       Криштиану отстранился, меняя позу, и уселся между широко разведённых ног. Толчки стали глубже и амплитуднее. И, судя по тому, как довольно оскалился Лионель и, выгнувшись в пояснице, подался навстречу, его это полностью устроило.       К любовникам Криштиану всегда был довольно требователен. Он любил эстетически привлекательных людей. И успешных. Он всегда стремился получить самое лучшее. Но никогда ещё у него не было такого статусного партнёра. Вот уж действительно — самый лучший из всех возможных. И даже невозможных. Один из самых желанных людей планеты. Наверняка ведь Лионелю делали интимные предложения и пытались ухаживать. Но при этом, Криштиану был единственным альфой, которому Лео Месси позволял проделывать с собой подобное. Осознание дурманило, застилало глаза пеленой, подстёгивало и так взвинченные альфа-инстинкты, заставляя сбиваться с ритма и ускоряться. Лионель метался по постели — Криштиану видел, как порозовело его лицо, как румянец сполз на шею и быстро вздымающуюся грудь. Он обхватил ладонью член Лионеля, стараясь контролировать себя и не сжимать сильно, и почувствовал, как стал набухать собственный узел. Как бы не хотелось вдвинуться до упора, повязывая распалённого страстью омегу — делать этого было нельзя. Криштиану прекрасно понимал, что к подобному тело Лионеля ещё определённо точно не готово. Будь тот в течке, может, Криштиану и рискнул бы — в такие периоды тело омег куда более пластично и растяжимо. Но не сегодня. Вытащив узел, Криштиану сжал его второй рукой, продолжая двигаться, хоть и с трудом, но почти сразу головку судорожно сжала плоть Лионеля - напрягшегося и выгнувшегося с утробным рычанием. Собственный оргазм накрыл Криштиану с головой, как штормовая волна и почти как она заставил захлебнуться.       Лёжа головой на расслабленном и заляпанном белёсыми каплями животе, Криштиану безуспешно пытался восстановить дыхание и думал о том, что привычка получать всё самое лучшее бывает очень и очень полезна.