Оружие Империи

Гран лёг в постель уже после того, как окончательно рассвело и один за другим начали открываться магазины. Сонно моргая, он рассматривал стоявший на прикроватной тумбе флакончик. Гран не знал, насколько эффективным получилось зелье, и как долго будет завтра ехидничать Эридар, вынося вердикт. Но очередная попытка не закончилась взрывом, и этот пусть небольшой, но успех вызвал довольную улыбку на уставшем лице. Внезапно Гран распахнул глаза, вырываясь из приятного сонного оцепенения. Вскочив с кровати, он спустился на первый этаж, где под лестницей располагалась алхимическая лаборатория. Гран зажёг тёплый ещё светильник и открыл небольшую полку. Удостоверившись, что повышающих красноречие зелий пока хватает, затушил светильник и вялым шагом вернулся в спальню. Упав в не успевшую остыть постель, он раскинул руки и закрыл глаза. Медленно засыпая, Гран думал о завтрашнем походе в Университет волшебства и не заметил, как планы на будущее плавно перетекли в воспоминания о первом уроке алхимии.

***

Гран бежал по залитому солнечным светом саду и задыхался — не столько от усталости, сколько из-за удушающего страха, который усиливался с каждым шагом. «Я опоздал! Не успел вступить в должность агента, а уже провалил первое задание — явиться на обучение в Университет волшебства вовремя». Отыскав среди одинаковых строений нужное, Гран застыл перед полукруглыми деревянными дверями праксографического центра. Чувствуя, как горят щёки и колотится в сильном волнении сердце, он стиснул зубы и открыл дверь. В нос ударил резкий запах растворов и каких-то трав. Работавшие за столами ученики повернули головы, устремляя недоумённый взгляд на неожиданного визитёра. Гран продолжал стоять в дверном проёме, отчаянно желая провалиться в Обливион. — Какая дисциплина: не прошло и двадцати минут занятия. Вы бы уж сразу под конец явились, — одетый в тёмно-голубую мантию высокий эльф, глаза которого скрывали длинные серебристые пряди, ухмылялся во весь рот. Стоявшие за столами с алхимическим оборудованием ученики громко прыснули. «Прошу прощения, сэр. Меня задержали из-за отчётов», — хотел сказать Гран, но не выдавил из себя ни слова. — Да проходи уже. Цесарель, рекомендую прекратить хихикать и посмотреть, что творится в твоей реторте. Если она взорвётся и осколками зацепит только тебя — я не против. Но если меня ошпарит или заденет стеклом, обещаю: ты вылетишь из Университета быстрее, чем произнесёшь собственное имя. Закрыв за собой двери, Гран направился к учителю, стараясь ступать как можно тише и быть максимально незаметным, но тяжёлая броня имперского легионера предательски лязгала при каждом шаге. — Хватит красться, ты — легионер, а не воришка. Или я чего-то не знаю? — улыбаясь и что-то бормоча себе под нос, учитель подошёл к письменному столу. Взяв в руки листок бумаги, бегло прочитал содержимое и продолжил говорить. — Ты — Граниус Витериус, наш новый ученик. Я — Эридар, мастер алхимических наук. Займи место за свободным столом, сними перчатки и жди — желательно, ничего не трогая. Проверю, что получилось у остальных, потом дам задание тебе. Мастер Эридар легко лавировал между четырьмя столами с алхимическим оборудованием, за каждым из которых работали по двое учеников. Он хвалил и ругал, подсказывал и задавал вопросы, требуя с каждого обоснованные ответы. Гран стоял один — пары девятому ученику не нашлось — и улыбался, чувствуя, как лёгкий, весёлый настрой преподавателя передаётся ему, смешиваясь с волнительным предвкушением. До сегодняшнего дня Гран четыре года помогал целителю Аланиусу варить лечебные зелья, всё это время надеясь стать профессиональным алхимиком. И сегодня он сделает первый шаг к воплощению мечты в реальность. Волнение, нетерпение, радость — яркая смесь эмоций будоражила разум, заставляла сердце биться чаще. Гран успел забыть о других учениках — всё равно их внимание приковано к преподавателю. Терпеливо ожидая, он с интересом прислушивался к Эридару, который добавлял в приготовленные учениками зелья какой-то реагент, наблюдал за реакцией и выносил вердикт. Из реплик Эридара Гран понял, что если после смешивания зелье станет розовым — это хорошо, а если фиолетовым — плохо. Оценив каждую работу и выставив в журнал соответствующие баллы, Эридар велел ученикам промыть оборудование, а сам подошёл к Грану, в душе которого невовремя пробудился отнимающий дар речи страх. К счастью, говорить не пришлось: Эридар объяснял, для чего нужны ступа с пестиком, реторта, кальцинатор и перегонный куб; как ими пользоваться; что можно смешивать, а что нет; рассказывал о воздействии температур и основных свойствах тех или иных ингридиентов. Гран жадно ловил каждое слово, делая торопливые пометки в небольшой восковой книжице, которую всегда носил с собой. — ...Если что-то в рецепте покажется непонятным, поднимись наверх — найдёшь меня с другими преподавателями или спросишь у них, где меня найти. Ну всё, работай, — отдав распоряжение, Эридар ушёл на второй этаж праксографического центра, оставив Грана наедине с алхимическим оборудованием и подготовленными ингридиентами. Внимательно перечитав собственные заметки, Гран принялся за дело. Закинув ногу на ногу, Эридар пил ароматный чай из нежных цветов, доставленных с самого Саммерсета. Мысли его занимал приятный, но нелёгкий выбор: провести вечер с Клаудеттой или навестить Марану. «А может, зайти к...» — мысли о любовницах прервал неприятный запах, похожий на смесь тухлых яиц и несвежей рыбы. «Граниус, чтоб тебя!» — спешно поставив на столик чашку, Эридар бросился к лестнице. Спустившись на первый этаж, он едва не задохнулся от вони. — Я с тобой на альдмерисе разговаривал? Или на йоку? — Эридар кинулся к столу с инструментами и облегчённо выдохнул, убедившись, что оборудование не пострадало. Уперев кулаки в бока, он гневно смотрел на нерадивого ученика. — На тамриэльском, сэр, — Гран додумался открыть двери и теперь стоял возле них, виновато склонив голову и разглядывая пол. — Тогда почему ты не подошёл и не уточнил, что надо делать? — Эридар убрал пряди за длинные острые уши и продолжил гневно смотреть на криворукого новичка. Тот молчал, словно язык проглотил, и не поднимал взгляд. — Тебе нужно было просто спросить. Гран не шевелился и не издавал ни звука, словно пытался изобразить статую — желательно, невидимую. — Я не понял. Это и есть то самое хвалёное имперское красноречие, которым вы целые провинции берёте? — Эридар испытывал раздражение и удивление одновременно. Гран хотел ответить, но не мог, словно невидимая сила сжимала его горло беспощадной хваткой. «Соберись. Выдави из себя хоть слово!» — приказывал он себе, но раз за разом проигрывал мысленную схватку и продолжал молчать. И чем сильнее затягивалось мысленное противостояние, тем хуже он себя ощущал. — Стой где стоишь. Я знаю, что с тобой делать, — буркнул Эридар. Покачав головой, он развернулся и прошёл в противоположную от входа часть комнаты, где стоял невысокий тёмный шкаф. Гран услышал тихий плеск и звон стекла — Эридар перебирал зелья. Удовлетворенно хмыкнув, он закрыл комод и, подойдя почти вплотную, протянул бледно-розовую бутылочку. — Пей, не бойся. Зелье воздействует на разум, сохраняя его в абсолютной трезвости, но существенно повышая способность к красноречию. Элементарное настолько, что с его приготовлением справишься даже ты. И знаешь... — Эридар удовлетворительно кивнул, когда Гран скрутил пробку и сделал первый глоток, — пожалуй, с него мы начнём. Зелье абсолютно безвредное, но для тебя незаменимое, так что не вздумай ходить на занятия без пары бутылочек. Иначе рано или поздно ты весь Университет спалишь, изучая Разрушение, или что похуже учудишь. А сейчас будь добр, убери за собой и подготовь оборудование к использованию. Будем делать тебе лекарство. — Сделаю, учитель. Я чувствую себя как никогда хорошо и готов чётко следовать указаниям, — Гран взял из шкафа тряпку и начал уборку. Улыбаясь, он напевал под нос незамысловатую песенку и даже не думал скрывать идущую от самого сердца радость. Ведь как не радоваться, когда вместе с шансом стать профессиональным алхимиком Гран приблизился к осуществлению не менее важной мечты — мечты говорить, не чувствуя бессмысленного, но упрямо сдавливающего грудь страха.