Глава 15. Искусство фальши
20 июня 2021 г., 21:24
Marina And The Diamonds — Starring Role
Елена смотрела на Бонни и сочувствовала ей. Сколько женских сердец разбил Дэймон, сколько жизней разрушил или погубил. Он играл, порой даже всерьёз увлекался, но в итоге всё равно возвращался к Елене, пускай и кричал иногда в запале, будто ненавидит её. И эту милую мулатку ожидает судьба предыдущих увлечений Дэймона. Наверняка она думает, будто это по-настоящему, но какое жестокое разочарование в будущем ожидает её… Елена даже не ревновала. В этом просто не было смысла.
— Так ты кузина Дэймона? — чуть удивлённо уточнила Бонни. Сальваторе упоминал о своём брате, но о кузине не рассказывал ни разу. Особенно неожиданно было узнать, что та встречается с Клаусом Майклсоном. Беннет не так хорошо знала старшего брата парня Кэролайн, но он не внушал ей особого доверия или симпатии.
— Именно, — спокойно кивнула Елена, изобразив доброжелательность. — Знакомство несколько неожиданное, но, надеюсь, будет приятное для нас обеих.
Она протянула руку, и Бонни, помедлив, пожала её. А затем чуть вздрогнула и торопливо убрала руку, будто одно прикосновение к Елене было для неё неприятно. Дэймон в это время с тревогой, которую усиленно пытался скрыть, наблюдал за ними. Похоже, опасался, как бы Гилберт не проявила агрессию по отношению к «его девушке». Это было забавно, ведь изначально Елена опасалась, что именно он выкинет какой-нибудь фортель. Зато теперь у него появился стимул вести себя благоразумно.
Стефан тоже посматривал на это представление, пытаясь скрыть насмешливую улыбку. Дэймон играл роль парня Бонни, Елена — избранницы Клауса. Они создавали видимость «нормальных» отношений для остальных, но, в отличие от Майклсона, Беннет понятия не имела, во что на самом деле ввязалась. Стефану было бы жаль наивную девочку, если бы он давно не разучился испытывать сочувствие.
— Похоже, в вашем трио не знают значение понятия «верность», — раздался над его ухом бархатистый голос Клауса. В его словах не чувствовалось осуждения, это скорее была констатация факта. Но Стефан возразил ему:
— Я всегда был верен Елене. С того самого дня, как повстречал её.
— И тебя не волнует то, что она периодически спит с другими? — подначил его Клаус. — С твоим братом, к примеру. Со мной…
Он понимал, что злить вампиров опасно, но не мог удержаться. Видимо, так слаб был в нём инстинкт самосохранения. И всё же Стефан оставался невозмутим.
— Похоже, ты не совсем ясно представляешь суть наших отношений с Еленой, — произнёс Сальваторе-младший. — Елена создала нас, подарила нам новую жизнь. Никто никогда больше не будет настолько близок для нас, не сможет по-настоящему понять. Сколько бы мужчин у неё ни было, она никогда не оставит ни меня, ни Дэймона. Когда-то, много столетий назад мы с братом ссорились, пытаясь бороться за её внимание. Но потом осознали, что наши семейные узы не являются менее важными, чем любовь к этой девушке. Зачем делить кого-то, если можно быть просто счастливыми втроём?
— И всё же ничто не помешало твоему брату приударить за Бонни, — заметил Клаус.
— Он просто злится на Елену, — вздохнул Стефан. — Из-за того, что она слишком много времени проводит с тобой, слишком много внимания уделяет тебе. Скорее всего, Бонни — лишь способ отвлечься для Дэймона. Или же он наивно надеется, что она сможет дать то, что никогда не удастся Елене.
— И что же?
— Чистую, искреннюю любовь, такую, о которой говорится в книгах и фильмах, любовь к нему одному. Но что будет, когда Бонни узнает правду о Дэймоне? Не факт, что она легко примет это.
— Но я же принял правду о Елене.
Стефан задержал на Клаусе внимательный взгляд. Казалось, будто эти глаза орехового цвета видят его душу, самые потаённые мысли и желания, и от этого становилось неуютно.
— Теперь я понимаю, почему ты так заинтересовал Елену, — произнёс вампир. — Ты отличаешься от большинства людей, что обычно встречаются на нашем пути. Ты не боишься тьмы, что нас окружает, что является нашей частью… Возможно, потому, что твоё сердце настолько же чёрное?
— Ну, я никогда не притворялся святым, — хмыкнул Клаус. — И это не очень нравится моей семье.
— Зато нравится Елене. И мне. — Уголки губ Стефана дрогнули в улыбке. Майклсон хотел расспросить его подробнее, но их диалог прервала подошедшая Елена.
— Вижу, мои мальчики подружились, — мурлыкнула она, взяв Клауса под руку.
— Не обольщайся, — отозвался он. — Я всё ещё не нравлюсь Дэймону.
— Ничего страшного. Ему сейчас не до тебя, — сказала Гилберт, глядя на то, как Сальваторе-старший в компании Бонни оживлённо общается с Колом и Кэролайн. В её голове мелькнула мысль, что Дэймон мог бы найти кого-то попроще, вроде той же Кэролайн, милой блондинки, постоянно улыбающейся и о чём-то щебечущей. Именно такие пташки обычно попадались в сети коварного вампира. Бонни же начала казаться Елене не такой простушкой, как в первую минуту их знакомства. Она словно ощутила, будто с Еленой что-то не то. Обычно так ярко на вампиров реагировали лишь ведьмы и маги. Но кто знает, вдруг Дэймон и в самом деле запал на ведьму. В конце концов, дороги Елены и братьев Сальваторе однажды столкнулись самым причудливым образом с магом по имени Кай Паркер.
Shelly Fraley — We Go On
Естественно, в День рождения не обошлось без подарков. К примеру, от Хейли именинница получила красивый золотой кулон с сапфиром. Учитывая, сколько зарабатывал её супруг, та могла позволить себе такие подарки. Тем более, Ребекка с рождения жила в достатке, и то, что сейчас она работала официанткой и проживала в скромной квартире, не могло отменить её любовь к фирменным шмоткам и драгоценностям.
— Поможешь застегнуть? — повернулась Ребекка к Наде.
— Конечно, — улыбнулась она. Встав за спиной возлюбленной, Надя перекинула через одно плечо её белокурые волосы, легко касаясь при этом кончиками пальцев её кожи, вызывая тем самым у Ребекки приятные мурашки. Младшая Майклсон улыбнулась и прикусила нижнюю губу, стараясь не выдать слишком откровенно свою реакцию на это прикосновение, тем более, они сейчас были не одни.
— Красиво смотрится, — сказала Хейли. — Похоже, я угадала с подарком.
— Да, кулон чудесный, — улыбнулась Ребекка, покрутившись перед зеркалом высотой в человеческий рост.
— И в самом деле, — кивнула Надя, лишь жалея немного, что не может баловать любимую такими дорогими подарками. Впрочем, Ребекка любила её не за это.
Хейли огляделась и, заметив, что поблизости никого нет, поинтересовалась:
— Как вам Елена?
— Она милая, — ответила Ребекка. — Рада, что у Клауса теперь постоянная девушка. И заметно, что они действительно неравнодушны друг к другу. А почему ты спросила?
— Не знаю… — вздохнула Хейли. — Просто есть в ней что-то, что не даёт мне покоя. Будто Елена не такая, какой пытается казаться.
Она сама не могла объяснить, откуда взялось это тревожное чувство. Первый червячок сомнений возник ещё в день знакомства с Еленой, но Хейли быстро отмела его. В конце концов, это была девушка Клауса, который всегда вызывал у неё довольно противоречивые чувства, и ему было виднее, с кем встречаться. Но когда Элайджа пару раз упомянул в разговоре Елену, рассказал о случайной встрече, это всколыхнуло в душе волну ревности. Хейли в верности супруга не сомневалась, но то, с какой заинтересованностью он отзывался о девушке, которую знал всего ничего, не очень понравилось ей. Возможно, она просто накручивала себя, и всё же неприятное подозрение, будто в Елене есть что-то фальшивое, укрепилось сегодня ещё больше. Да и её кузены не вызывали большого доверия.
Её сомнения прервал голос Нади:
— Пускай Елена не так идеальна, но это же девушка Клауса. Я ожидала, что его выбор будет хуже. Все мы знаем, что он никогда не отличался особой разборчивостью и постоянством.
— Эй, ты вообще-то говоришь о моём брате, — нахмурилась Ребекка. Несмотря на его сложный характер, у них всегда были тёплые отношения.
— Извини, — тут же спохватилась Надя. — Я не имела в виду ничего плохого, лишь то, что прежде его личная жизнь оставляла желать лучшего. Может, Елена на самом деле не такая милая, но в целом создаёт впечатление адекватной особы. И их отношения не кажутся скоротечным увлечением.
— В этом я согласна с тобой, — улыбнулась Ребекка. А Надя подумала, что желает, чтобы Клаус и Елена были как можно дольше вместе. Её иногда напрягало то, как он иногда смотрел на свою сестру. Так, словно она не сестра ему вовсе, а девушка, которую он страстно желает. Глупо было так думать, но… когда дело касалось Клауса Майклсона, всё было возможно.
***
А Клауса неожиданно увлекла беседа со Стефаном. Елена, заметив это, вышла на один из балконов особняка, желая вдохнуть свежий воздух. И поняла, что не одна здесь. — Я люблю родных, но суета и шум разговоров иногда меня утомляют, — промолвил Элайджа, облокотившийся локтями о перила и глядевший куда-то вдаль, на подсвеченный вечерними огнями город. — Здесь я словно подзаряжаюсь, оставаясь наедине с собой. — Если я мешаю, то могу уйти, — предложила Елена. — Не мешаешь. — Он повернулся к ней вполоборота, и лёгкая улыбка коснулась его губ. Она встала рядом, практически отзеркалив его позу. Несколько минут они молчали, просто наслаждаясь тишиной, лёгким ветерком, игравшим прядями волос. Елена осознавала, что давно не ощущала такого комфорта и спокойствия, как здесь и сейчас. Обычно её обуревал ураган эмоций, желаний и страстей, но на этом балконе, рядом с этим мужчиной время словно замерло. Элайджа первым нарушил молчание: — Наверное, мой вопрос прозвучит бестактно, но… почему Клаус? Чем он так зацепил тебя? Я люблю своего брата и знаю, что у него есть свои достоинства, но обычно люди подолгу не задерживаются с ним. — Он непростой человек, — кивнула Елена. — У Клауса куча недостатков, он вспыльчивый, подозрительный к другим, порой грубый, и я сомневаюсь, что он зарабатывает деньги легальным способом. Он живёт в трущобах, а не в шикарном семейном особняке, где его окружала бы любящая семья, лишь из-за своей гордости. Он не идеальный и не пытается притворяться таковым. И именно это мне в нём и нравится. Клаус прекрасен в своём несовершенстве. — По этой логике я должен быть тебе неприятен, — хмыкнул Элайджа. — Из-за того, насколько усиленно ты пытаешься казаться идеальным и насколько удачно тебе это удаётся? — улыбнулась Елена. — Именно, — кивнул он. — Но ты ошибаешься, — промолвила она. — Ты вовсе не неприятен мне, даже наоборот. И ты заинтересовал меня ещё в первую встречу в баре «Мистик-Гриль». Такой совершенный, в костюме с иголочки, сидящий в дешёвой закусочной и кажущийся инородным в этом месте. — О, я вовсе не совершенен, — протянул Элайджа. — Я знаю, — кивнула Елена. — Совершенных людей не бывает. Только одни явно показывают это, как Клаус, а другие с успехом создают обратное впечатление, как ты. Две крайности, и обе по-своему интересны. И твой безупречный костюм, который явно шили на заказ, и твои галантные манеры меня не обманут. Скорее, заинтригуют: какие пороки на самом деле скрываются за ними? Элайджа неотрывно слушал её, словно заворожённый взглядом её гипнотических глаз, кажущихся в полумраке чёрными. И когда Елена замолчала, он вдруг осознал, что её лицо так близко, что он может ощутить её дыхание на своих губах. Не задумываясь над тем, что делает, он наклонился, сокращая расстояние. Всего мгновение отделяло их от поцелуя. И тогда на балкон ступил ещё один человек.
