you're my boy

Я просто человек, человек, человек. Ты подрываешь все мои основы И заставляешь меня любить, любить. Мы просто, мы просто Люди, мы люди, мы люди. Когда мы нежно касаемся друг друга, зажигаются сердца. Я живу, следовательно я люблю.

Лежать в обнимку вместе на разворошённой кровати хорошо и спокойно. После парочки заходов Тэхён чувствует приятную усталость в мышцах. Боль от течки ожидаемо отступила, рассыпалась на крошки, стоило омеге вдохнуть ореховый аромат с кожи его альфы. Подействовало, как самое качественное лекарство. — Ты ведь понял, что мы истинные? — спрашивает Чонгук, изнемождённо моргая. Его омега оказался неожиданно ненасытным, и не то, чтобы это альфе не нравилось. — Чёрт, так вот почему меня всё время так сильно к тебе тянуло... — Тэхён бьёт себя по лбу. Чонгук понимает, что не один блуждал по закоулкам разума в поиске нормального объяснения непонятно откуда взявшейся симпатии. Она копилась внутри, подпитываясь внимательными взглядами и случайными касаниями, пока не заполонила собой всё сердце и не переросла во что-то большее. Это большее теперь стучит в такт сердечному ритму обоих, пульсирует в теле вместо крови и дарит чувство наполненности. Тэхён и Чонгук дополняют и завершают друг друга. — Я хотел извиниться, за то, что вовремя не понял того, кем мы друг другу приходимся и ходил вокруг да около, нервируя себя и тебя, наверняка, тоже. Я ведь поцеловал тебя тогда, потому что не смог сдержать себя в руках. Прости, — в голосе Чонгука слышится вина, и Тэхён спешит перехватить его запястья и, мягко поглаживая, произносит: — Всё нормально, мы оба немного тормозили с этим пониманием, — смеётся омега и с удовольствием наблюдает растянувшиеся в улыбке искусанные им самолично губы Чонгука. — Мы друг друга стоим. Тэхён крепче жмётся к Чонгуку. Тот сплетает пальцы омеги со своими. — Ну что, будешь со мной встречаться, пчёлка? — произносит Чонгук и счастливо улыбается во весь рот. — Ты ещё спрашиваешь? — хохочет Тэхён и шутливо пихает альфу в бок: — Спасибо, ещё одно глупое прозвище в мою копилку, мистер Неприступная Крепость. — Буду называть тебя так как можно чаще, — Чонгук очерчивает большим пальцем скулу омеги, заглядывает в глаза, а Тэхён снова тонет. Хотя теперь на все сто процентов уверен, что Чонгук, как и он, тоже тонет в глазах напротив. — Ты же мой мальчик. — Взаимно, Чон Чонгук, — шепчет омега. Их история ещё только начинается. Тэхён любовно проводит пальцами по свеженькой обложке новой книги, открывает, готовый на первой же пустой страничке выгравировать «люблю». Потому что сомнений не остаётся: им суждено быть рядом, дышать друг для друга, делясь теплом и «чем-то большим», что, вроде как, и называется любовью. Той, что два сердца сливает в одно, пышащее уважением и доверием, взаимностью и уверенностью в завтрашнем дне. Потому что если вместе, то до конца. Любовь бывает разной. Она меняет и форму, и характер, но ничто не может заставить людей усомниться в её силе. Если ты любишь себя — ты сильный. Если ты способен поделиться этой любовью с окружающими — ты вдвойне сильнее. Мы рождаемся с росточками любви внутри, главное — не дать им погибнуть раньше времени, быть растоптанными и вырванными нами же, а поливать их доверием и удобрять благодарностью. Только так распускаются яркие цветы, вырастают пышные кусты и крепкие деревья всеобъемлющей любви. Входная дверь хлопает, оповещая о папином возвращении. Чонгук с Тэхёном вздрагивают и переглядываются. Омега, хитро улыбаясь, шепчет: — Заявляй права или беги.