Истинная судьба

Перед отбоем Гермиона и Джинни сидели в гостиной и тихо обсуждали завтрашний день. Они чётко обговорили все нюансы, которые могли бы возникнуть. 19 сентября, 1993 — этот день был самым долгожданным в жизни девочки, именно завтра она узнаёт свою «вторую половинку». Засыпала шатенка с сладкими мечтами о своём суженном. *** В это же время, ничего не подозревавший, Люциус поглощал очередной стакан с виски, в его сердце давно пропала надежда на истинную любовь, ему 39 лет, и где-то в начале 30 он перестал надеется и смирился со своей участью. Тем более у него и так была жена и сын, может у него к ним не было бешеной любви, но он давно к этому привык. Он не заметил, как в очередной раз уснул прямо за столом в каких-то бумагах. *** Проснулся Малфой без головной боли и удивительно легко. Он огляделся и понял, что находится нигде иначе, как в Хогвартсе, в спальне Гриффиндора. Он быстро встал и начал осматривать комнату: несколько кроватей, где до сих пор спали девочки, всё выполнено в красно-золотой гамме. Первая мысль была о пьяных похождениях, но взглянув в зеркало, он остолбенел. Из отражения на него смотрела сонная заучка Грейнджер в милой пижаме. Минуту он совершенно ничего не чувствовал, но потом его с головой накрыла невероятная радость, он готов был закричать от счастья, но в страхе привлечь лишнее внимание — не стал. Малфой давно уже и мечтать не мог о таком подарке судьбы, он искренне стал корить себя за такое отношение к гриффиндорке и начал генерировать слова мольбы о прощении. Люциус настолько сильно погрузился в мысли, что не заметил проснувшуюся Джинни. Рыжая девочка встала, протирая глаза ото сна, и внимательно посмотрела на «подругу». — Гермиона, это ты? — неуверенно произнесла та. — Да. — Уизли ещё раз оглядела её и потом радостно обняла. — Значит, мы были правы! Это Рон! Я так и знала! Люциус решил ускользнуть в ванную комнату, подальше от счастливой Джинни, он умылся и нерешительно начал переодеваться, одновременно разглядывая юное тело. Для него оно было шикарным: бархатная кожа, немного выпирающие рёбра и плоский животик. Грудь была небольшая, но именно это делало её тело более изящным. Он с изумлением думал о том, как не разглядел такую красоту в девчонке раньше. Гермиона была чересчур худая: кости немного выпирали во всём теле. Люциус про себя отметил, что обязательно будет следить за её питанием. Волосы, которые приятно пахли лавандой, вызывали ещё больший восторг у, казалось, взрослого мужчины. На завтраке Рон счастливо улыбался ей, и очень осмелел, «рыжий засранец» (по мнению Люциуса) попытался взять под столом хрупкую ручку девушки. На что получил суровый Малфоевский взгляд, какой было ужасно непривычно видеть от Гермионы. На совместном зельеварении Драко позволил себе пустить пару язвительных шуточек в адрес гриффиндорки. Малфой старший очень разозлился и еле сдержал себя от дикого желания дать тому пару сильных подзатыльников. Его день прошёл нормально, Малфой пытался копировать поведение юной леди, что у него прекрасно получалось: он поднимал руку на каждом уроке, «не заметил» ядовитых шуточек от Драко, мысленно обещая, что поговорит с сыном, пропустил обед и ужин, потому что был «увлечён» в библиотеке. На самом деле, он думал о ней, о её реакции на всё это. Люциус был уверен, что она напугана, Гермиона мечтала не о взрослом Пожиратели Смерти, который при первом удобном случае оскорбляет её. Она не в восторге от возможных отношений с 40-летним мужиком. Малфой сильно волновался. От мрачных раздумий его отвлекло чувство, что на него кто-то пялится. Люциус посмотрел по сторонам и недалёко от себя заметил Виктора Крама. Он слышал о этом пареньке и не имел ничего против него, но только не сейчас, когда тот так бесстыдно пялится на его Гермиону. В конце-концов, Люциус засыпал с мыслями о будущем разговоре с желанной гриффиндоркой и подумывал о завтрашнем визите в Хогвартс. ***