Мерзость - любимец обоих: Второй шанс

— Что? — Мое сознание реагировало с опозданием. Я смотрела на Панка, коварно улыбавшегося.       Он потянулся ко мне и поцеловал. Я не успела сообразить или, может, такой большой перерыв от травки дал о себе знать, что ответила на поцелуй, но быстро оттолкнула.  — Ты что делаешь? — Возмутилась я.  — Прости, трава делает меня любвеобильным, — спокойно ответил Данил и достал ее один косяк, — будешь? — Как ни в чем не бывало снова предложил он.  — Мне хватит, — нервно ответила я, — это было ошибкой!  — Да брось, Маш, просто засосаться захотелось. Не принимай всерьез.       Походу, я слишком устарелая, что для меня поцелуй — это чувства, в первую очередь. Я легонько толкнула его в плечо и выхватила косяк, сделав затяг. Травка и вправду хорошая, эффект ненавязчивый, расслабляющий, да и долгий, наверное. Мы вместе расправились с самокруткой и пошли в другую гримерку.  — Черт, вот пацаны охренеют! — Шепотом сказал Данил, — только долго в глаза не смотри, красные, пизда.  — А кто будет то вообще?  — Весь РНБ Клуб. Я теперь с ними тусуюсь. Династия провалилась, будто и не было ее. Поначалу грустил и все такое, но потом нашел снова свою команду. Мне здесь классно. И ты присоединишься, а то совсем от рук отбилась.  — Ну-ну, знать бы мне, что это за Клуб вообще.  — Узнаешь, — многообещающе сказал Панк.       Данил открыл дверь и ворвался в гримерку. Я плелась за ним.  — Э-ге-гей! Смотрите, кого я привел! — Восторженно сказал Бумагин и плюхнулся на диван. Я стояла посередине гримерки: все пялились на меня, будто я иноземная.  — Черт, Панк, от тебя травой несет за километр, укурок! — Возмутился крашенный в светлый парень. Только потом посмотрел на меня, — какие гости! Фьюзи! — Он встал с диванчика и подошел ко мне, пожав руку.  — С девушками не так приветствуются, — мило сказала я и сжала ему руку.  — Оу, больновато, — прошипел парень, — меня Роберт.  — Приятно, — ответила я, подмигнув.  — Маша, необязательно врубать стерву, как ты это делаешь, пацаны-то новички еще! — Сказал Данил и засмеялся, — не обессудьте, она та еще горячая штучка.  — Поосторожнее со словами, Бумагин, — я повернула голову и увидела Славу, — чувак, и ты здесь?  — Да, — Слава обнял меня, — давно не виделись.  — Это точно, — я обняла в ответ.       Все по очереди познакомились со мной, но я так и не увидела того самого… э… Гришу? Я подсела посередине и взяла стакан со стола с виски. Мне не помешает.  — Ты по приглашению от Гришы все-таки пришла? — Спросил шепотом Уланс. Ну и имечко, бля.  — Нет, — я не знала, что ответить. Вроде бы и если не приглашение, то хер бы я здесь оказалась без петли на шее от Глеба и ношей в виде самокритики, а, вроде бы, и сама пришла сюда, хотя не представляю, как бы себя чувствовала без косячка и Панка.  — Он нам говорил, что поработать с тобой хочет. Давно еще. Кстати, подойдет с минуты на минуту, — он посмотрел на часы, приподнял бровь, а позже устремил взгляд на меня, — в жизни ты еще красивее. Был на твоем концерте в году так 16. Не думал, что буду сидеть теперь на…  — Ладно-ладно, чел, я поняла твои задвиги, — рассмеялась я.  — Черт, ты тоже травку курила, — Уланс приулыбнулся одним уголком.       Дверь резко открылась, чему я была рада. Его заигрывания немного доставали меня, хоть и приятно, конечно. На пороге стоял тот самый Гриша, он улыбался широчайшей улыбкой, демонстрируя идеальные белые зубы. Немного волосинок над верхней губой и щетина на подбородке, что придавало ему еще больше мужественности. Волосы тогда были прикрыты шарфом, сейчас же они аккуратно лежали на голове, будто им придали объем феном. Он осмотрел всех, но резко зациклился на мне. Улыбка пропала.  — Мне кажется или?.. — Гриша засмеялся, — охренеть. Гриша.  — Мария, — ответила я, встав с диванчика.  — Мария… — Протянул Буда, будто пробуя имя на вкус, — выглядишь как латина, но из России, — сказал Гриша и усмехнулся. Его сильные руки показали на выход к сцене, будто я тут первый раз.  — Я знаю, — мои брови сами приподнялись в издевке. Гриша немного растерялся.  — Маша не прыгает в постель к каждому встречному, неудачник! — Заржал Панк и кинул в него баночку от газировки.

***

      Песни мне совсем незнакомы. Мы стоим с Панком и ржем непонятно над чем, крутя диджеевские штучки, которые я так и не выучила по названию, выучившись рукой.  — Они так на тебя смотрят, будто хотят по кругу пустить! — Сказал Данил и рассмеялся. Я подтолкнула его в плечо и тоже рассмеялась.  — Ну, с кем не бывает.       Меня не замечает толпа, сцена огромная, диджеевский пульт отдален. Безумно хочется выпрыгнуть на сцену и дать жару под свои, да даже не свои треки. Увидев мою задумчивость, Бумагин дал микрофон.  — Врублю твой самый популярный трек, чтобы ты аж связки себе разорвала. Не исполнишь — ты мне не подруга.  — Окей!       Плавный переход к моей песне. Толпа завизжала так, будто произошла какая-то трагедия. Гриша и остальные ребята обернулись на меня. Я вышла ближе к толпе с микрофоном в руках. Куплет за куплетом, припев за припевом, микрофон разрывался от моего исполнения, руки сжали его настолько сильно, что он потрескался в некоторых местах, натерлись мозоли, покраснели. Концерт закончился моей песней, все аплодировали, как в последний раз.  — Ладно, за такое можно и покурить! — Воскликнул Данил, как только зашел в гримерку.  — Да мать твою за ногу… — прошипел Роберт.       Я решила не ехать домой, а отправиться вместе с остальными на афтерпати. По пути мы немного выпивали, поэтому в другой клуб я ехала уже поддатая.       Кто бы сомневался, что едем именно в «Сохо». Вспоминается, как мы всегда ездили сюда с Династией после каждого концерта, как Панк здесь напился и чуть не переспал с бабой за 40. Вот мы ржали тогда!       Я откинула все воспоминания и осмотрела ребят. Все веселились между собой, я смотрела в открытое окно в автомобиле. Узость салона давит на меня. Я поправила куртку, дав немного воздуха.  — Клаустрофобия? — Начал разговор Гриша, выпив с бутылки.  — Типа того, — кратко ответила я.  — Неразговорчивая что-то ты.  — Есть на это причины, — я сжала кулак, понемногу вдыхая воздух.  — Так расскажи мне.       Я посмотрела на него и нахмурила брови.  — Сомневаюсь, — буркнула я.       Гриша немного отодвинулся.  — Все правдиво. Мне рассказывали, какая ты.  — И что же рассказали?  — Что неудачные полосы в жизни не делают всю жизнь плохой. Ты навязываешь себя, будто несчастная, но оглянись, любая девчонка бы сейчас хотела сидеть на твоем месте.  — Ты мне психологом заделался? — Рявкнула я. Рядом сидевший Данил повернулся в нашу сторону и шепнул на ухо Грише:  — Она завелась. Отступи.