Мерзость - любимец обоих: Второй шанс

      Я долго молчала в трубку.  — В смысле? Как это произошло? — В голове ничего не укладывалось, мы столько лет существовали, и тут — бах, ничего нет.  — Атмосфера после твоего ухода не та. У менеджеров не было работы: никто из Династии не ездил в туры. Концерты не давались, материал не записывался, все решили, что сольно работать лучше. Да еще и Глеб сильно изменился… Тебе, наверное, лучше знать это.  — К сожалению, — мрачно ответила я. Грудь разрывало от боли, что больше моих ребят рядом не будет, что все, что мы так много строили — рухнуло. Я не сдержалась и заплакала, — черт… Столько всего…  — Маша, я хочу с тобой увидеться. Где ты сейчас?

***

      Я ходила по всему номеру, пока ждала Вадима. Мы даже с ним особо не общались, но он всегда поддерживал меня, сколько я его знаю. В дверь кто-то начинает стучаться. На секунду мне показалось, что Глеб нашел меня, что, может быть, Вадим дал ему наводку или он отыскал по своему телефону. Я медленно подошла к глазку, но это оказался Вадим, поэтому я облегченно вздохнула.  — Ты меня напугал, — сказала я и обняла Брайта, что есть мочи. Он вообще не изменился.  — Я и не думал, что буду ехать к тебе в номер в 11 часов вечера.  — Я тоже.       Вадим сел за стол и налил себе и мне чай. Он сильно нервничал.  — Рассказывай с самого начала.

***

 — Если бы ты не была чертовой наркоманкой и шлюхой, было бы все хорошо! — Кричал Глеб. Я зажалась в углу: так и не верится, что моего сына больше нет. Ноги пылали от его ударов, а лицо покрылось ссадинами. Он избил меня, но я совсем не чувствовала боли, — тупая прошмандовка! Какого хера ты еще сидишь у меня дома?  — Это моя квартира, — тихо сказала я, но пожалела об этом. Глеб пнул меня по животу, недавно носившему его ребенка. Не представляю, как бы мне было сейчас больно, если бы я сделала кесарево.  — С этого момента все мое. И Степа тоже был мой ребенок, хотя, ты могла его и нагулять, — слишком спокойно сказал Голубин, — и ты тоже была всегда моя, Маша. И ты моя собственность, и ты никогда не уйдешь из этой квартиры, где ты трахалась непонятно с кем.       Мне хотелось заявить ему, что никогда не изменяла ему, но промолчала. Лучше согласиться, чем снова получить от него.       Я впервые проснулась в полдень, а не когда Глеб будил меня с воплями, что я слишком много лежу утром. Потянувшись, я сразу вскочила и вызвала себе завтрак. Впервые дышу так спокойно, вот он, тот глоток воздуха, который нужен был мне. Завтрак я съела быстро и сразу же отправилась в зал. Мое тело отвыкло от физических нагрузок, поэтому с горем я закончила эту тренировку. Сразу же после нее, обессиленная, я поехала за новыми вещами.       Так и прошла вся следующая неделя, после еще одной ночи я сняла квартиру. Глеб так и не заблокировал карточку по невидимым причинам, только совсем немного перевел на неизвестный счет. В нем проявилась человечность?       Снова отправившись на тренировку, я решила пойти пешком, даже немного пробежаться. Меня остановил какой-то подросток.  — Мне не верится!.. — Прошептал ребенок, — ты Фьюзи?       Черт, меня еще помнят. Мне срочно нужно возобновить свою карьеру. В пабликах почти каждую неделю пишут о том, что я не выпускаю музыку и не активничаю в социальных сетях. Да и хрен с ними. Терпение и труд — все перетрут.  — Да, — ответила я, сняв один наушник.  — А когда альбом? А можно сфотографироваться?       Он меня достает уже с первой минуты. Теперь я поняла некоторых артистов, которые тянут с музыкой.  — Да… можно.       Подросток достал свой телефон и сфотографировался со мной. Я отвыкла от такого внимания.  — Спасибо большое! — Он убежал в противоположную сторону к своим друзьям.       Я вставила наушник и легкой пробежкой побежала до зала. Пока не заметила афишу.       Помнится, как раньше мое лицо было почти на каждом плакате. Теперь какой-то OG Buda занял мое место.       Так стоп.       Помню интервью этого парня. Этот он навел меня на изменения в себе, и благодаря ему я наконец-то живу отдельно, наслаждаясь самоуверенностью. Он звал меня на концерт, разве это не шанс развеяться? За эту неделю я ни с кем не общалась, да и не нуждалась в общении, изоляция в квартире Голубина полностью убила во мне коммуникацию. К сожалению, я никогда не смогу вернуть свою квартиру.       Я запомнила афишу и дошла до зала. Разминка помогла мне, поэтому в зале занималась намного лучше. Из головы все не вылазил этот концерт. А когда он вообще будет? Найдя информацию в интернете, я поняла, что буквально недели три осталось до представления. Хоть он и пообещал мне билетик, я все равно куплю за свои деньги, все-таки неловко. Заказала вип, получила электронный билет и счастливая отправилась домой.       Мне ужасно хотелось есть, поэтому я позволила себе хотя бы разок покушать нормальную еду, а не воду с гречкой. Объевшись, я поехала домой. Нужно работать над музыкой.       Как только я зашла домой, почувствовала что-то неладное.  — Хэй, привет! — Вышла с кухни Валя. Я уронила все спортивные принадлежности, испугалась и толкнула Варю, — эй, ты чего?  — Какого хера ты делаешь в моей квартире? — Закричала я, кинув сумку на комод.  — Черт, тебя ничего не изменит.  — Я не услышала ответ.  — Да тише-тише! — Валя выставила руки вперед, — у тебя дверь была открыта.  — Поэтому ты решила вот так просто зайти ко мне домой?  — И что? Я твою квартиру спасала, а вдруг грабители?  — Дура, — выпалила я и сняла куртку. На улице март месяц, но достаточно холодновато, — как ты вообще меня нашла?  — Ты снимаешь квартиру у моей знакомой, она сразу прибежала хвастаться, что ты — ее клиентка.  — Класс, и ты решила спустя год игнорирования прийти ко мне?  — Ну… Маш, у меня были свои дела тоже.  — Охренеть не встать. Ты даже не поинтересовалась своим племянником!  — Простиии, Маш! — Валя закатила глаза, — я понянчусь с ним обязательно.       Боже. Ну и дура.  — Попляши на его могиле, идиотка.  — В смысле? А он где, с Глебом гуляет?  — Ты тупая, Валя? — Мои нервы закипали, руки начали трястись, — он умер!  — Глеб? — Валя ахнула и закрыла рот рукой, — быть не может, что с ним случилось? — Ее глаза заблестели.  — Умер Степа, а не Глеб, — прошипела я, — катись нахер из моей квартиры, — я схватила ее за руку и повела на выход.  — Стой! Почему ты ничего не расскажешь?! Я ничего не понимаю! — Сквозь слезы говорила Валя.  — Черт тебя дери, Валя! Степа умер сразу же после рождения, твой любимый Глеб рехнулся умом и дрочит в своей комнате в одиночестве. Что тебе непонятного, мать твою за ногу? Нужно было интересоваться моей жизнью, а не бегать хвостиком за Ромой! В чем я уверена, он кинул тебя, променяв на другую мокрощелку, которая раздвигает ножки перед ним каждый раз, пока ты шьешь свои неинтересные шмотки. Проваливай нахер! — Я выпалила все, что думала, грозно смотря на Валю. Моя рука сжала ее локоть настолько сильно, что она прошипела от боли и пикнула.  — Что с тобой не так, Маша? Нет, ты, конечно, всегда была злой стервой, но чтобы так говорить своей сестре? И, между прочем, я вышла замуж за Рому! — Она выдернула руку и показала обручальное кольцо, — а ты так и сидишь в свои 25 лет, ничем дельным не занимаясь!  — Мне плевать. Дверь сзади тебя, — мрачно сказала я и отвернулась. Тупица, все настроение мне испортила, — вылетай! — крикнула я, от чего Валя вздрогнула и вышла из квартиры. Я закрыла лицо руками и… заплакала.       Проплакав несколько часов, руки взялись за ручку и стали писать все рифмы в голове. Мне куда легче сочинять музыку под болью или каким-то эмоциональным возбуждением, нежели на трезвую и спокойную голову. Выместив все зло и обиду, я облокотилась на кресло и выдохнула.       Все хорошо. Все будет хорошо, — подсказывал мне инородный голос в голове. Еще этого мне не хватало.       У тебя все отлично, — я поняла, что это мужской голос и стукнула себя по голове, чтобы он пропал. Снова какая-то агрессия проявилась в моих руках, из-за чего я взяла недавно купленную гирю и стала делать несколько подходов. Мне еще тогда, в том месте, психолог подсказал, что каждый раз, когда я злюсь не из-за чего или даже есть весомая причина, нужно начать отжиматься или качать пресс. Раньше помогало, но сейчас нужно что-то намного посильнее и покрупнее.       Нет-нет-нет, надо срочно купить те таблетки, от которых я легко дышала и совсем не злилась. К ним нет привыкания, поэтому будут идти только на пользу. Позанимавшись до поздней ночи, я легла спать, забыв, на что я злилась…       Остальные дни проходили скучно, каждый день я отсчитывала время до концерта, будто иду к своему кумиру. Когда должен был наступить день икс, я максимум подготовилась морально и внешне. Я дала себе обещание, что не встану на весы и не осмотрю себя в зеркало, пока не пройдет месяц. И вот, ровно за несколько часов, я разделась до нижнего белья и встала на прибор.       Цифры не главное… цифры не главное…       52 килограмма. 52! Я захлопала в ладоши и побежала к зеркалу. Наверное, действовала самовнушение, из-за чего я представила себя самой высокооплачиваемой американской топ-моделью.       Боже, да я нереальная!       Нет времени ждать: я надела черные штаны, немного обтягивающие таз и майку до бедер с принтом ангелов. Волосы распустила и нанесла минимум макияжа, только губы и подчеркнула глаза тенями.       Я просто божественная, и плевать, что меня и так слишком самовлюбленной в рэп-индустрии считают. Вообще плевать. Вот выпущу свой альбом, тогда я чуть ли не пупом земли стану, это я точно обещаю.       Мне стало настолько хорошо за свой внешний вид, что я впервые за все это время выпустила историю в инстаграмме, как снимаю себя в зеркало, а позже и лицо. Мой аккаунт немного напоминает поведением аккаунт Глеба, я тоже много фотографий не выкладываю, удаляю систематически, поэтому сейчас в профиле ничего нет, кроме как загруженной истории. Я чуть ли не расцеловала себя в зеркало и вышла из квартиры.       Ну, с Богом.       Вызвав такси, я поехала в клуб. На часах уже 7 часов, концерт начинается в 9. Черт, вот и толкучка сейчас будет, а если еще и меня увидят…       Я не Маша, если не поступлю по-дьявольски. Ведь выгляжу как ангел, но дьявол носят Prada, да?       Около входа уже было куча народа. Я глубоко вздохнула и попросила таксиста подвезти к черному выходу. Уж мой опыт в рэпе точно мне говорит, что все рэперы подъезжают в клуб чуть ли не за 10 минут до начала, а остальные ребята приезжают намного меньше, чтобы подготовить всю аппаратуру.       Я выступала в этом клубе, поэтому знаю архитектуру. Выйдя и расплатившись с таксистом, я осторожно подошла к маленькой двери. В тот раз мы стучались, нам открывал организатор и впускал по списку всю шайку. В списке меня сейчас, конечно же, нет, но кто отменял мою харизму и популярность? Я постучалась в дверь, как и следовало ожидать, вышел тот же самый организатор.  — Маша? — Он немного прищурился. Помнила бы я твое имя… — Ты с ними выступаешь? Чего одна?  — Да, с ними. Я сильно опоздала? Гриша обещал меня забрать, но ты же его знаешь… — Я притворно закатила глаза.  — О, да, я тебя понял, — организатор кивнул, — проходи, конечно. Там уже некоторые ребята приехали.       Я прошла и мило улыбнулась ему, от чего он поправил свои волосы. Оказывается, врать и заигрывать так легко. Пройдя по длинному коридору вдоль сцены в темноте, я с кем-то столкнулась.  — Даша! Мы ждали тебя чертовых тридцать минут, где ты шароебилась? — Кто-то схватил меня за руку и повел дальше. Я не могла разглядеть его в темноте, но голос чертовски знаком. Не вытерпев, я выставила руки вперед и пощупала голову. Длинные волнистые волосы… — Эй, ты че лапаешь-то?  — Данил, мать твою! — Вскрикнула я и ринулась в объятии. Он немного опешил, но, немного пощупав, обнял в ответ.  — Маша? Да ну нахер! Ты какими судьбами? Черт, пошли дальше, хочу посмотреть на тебя.       Я с улыбкой до ушей взяла его за руку и пошла дальше. Мы вышли на свет — это вторая гримерка. Здесь было пусто. Я посмотрела на Панка, он ни капельки не изменился, только зачем-то очки напялил сегодня, причем прозрачные. — Охренеть! Еще красивее стала, — Данил снова обнял меня, — за такое можно и косячок скурить! Будешь?       Я могла бы отказаться, вспомнив мою наркоманию, но ослепительная улыбка Бумагина не дала повод сказать «нет». Я взяла самокрутку и поднесла к его зажигалке. Тот запах и вкус травы ударил по органам обоняния, дав приятное наслаждение. Данил умеет крутить.  — Ну-с, рассказывай! — Панк стукнул по стульчику рядом, — только тсс, организатор косяки терпеть не может, а остальные ребята тут такие зануды, никаких наркотиков, видите ли! Ну ты же меня знаешь, я без травы работать-то не буду, так сказать, или бухло, или травку, а так, катитесь. Ой, заболтался я что-то, рассказывай теперь ты!       Я рассмеялась из-за болтливости Данила.  — После твоего рассуждения и косячка мне даже не хочется и рассказывать… — Я сделала затяг, — думаю, что ты все знаешь.       Данил изменился в лице и сделал большой затяг.  — Да… В общих чертах. Мне тебя пиздец жалко, ты столько из-за него потерпела.  — Только сейчас поняла, что все беды именно от Глеба.  — Ты не расстраивайся. Мне уже Вадим рассказал, что ты не с ним. Расставание пошло тебе на пользу: стала еще сексуальнее, чем раньше.  — Бумагин, блин! — Умеет же он менять настроение. Я стряхнула пепел и сделала завершающий затяг. Тело расслабилось, глаза прикрылись, сердце стало стучаться медленнее.  — Теперь у меня есть шанс.