Мерзость - любимец обоих: Второй шанс

      Я заметила кое-кого еще. Рядом с ней стоял парень, чуть выше ее, но не выше меня. Может, они брат и сестра? У него волосы темнее, я бы даже сказала, что абсолютно черные. По внешности он намного красивее, чем она, одет стильно и броско, на ногах красовались новые янги, ветровочка от пумы.  — Ой… привет! — пикнула девушка, — меня Марина зовут, — она весело протянула мне руку.       Офигеть, я ее на голову выше.  — Ты серьезно? Это же Фьюзи! — Парень восторженно посмотрел на меня. Марина немного смутилась, опустив руку. Я нагло подняла ее и пожала.  — Маша, — не знаю, почему мне хочется пообщаться с ней, — а тебя как? — Неосторожно спросила я у парня.       Хватит, Маша, хватит грубить!  — Юра, — я тоже пожала ему руку, — я тебя с года так пятнадцатого слушаю! Удивлен, что ты с… ними, — немного презрительно сказал Юрий, — у тебя просто другая музыка.       Это, конечно, классно, что людям нравится моя музыка, но сейчас он немного достает меня.  — Да, спасибо, — попыталась улыбнуться я, — вы идете сегодня в сауну?  — Если Юра разрешит, — тихо сказала Марина.       Ага. Не все тут так просто.  — Вы вместе? — Прямо спросила я.  — Да, — ответил за нее Юра.       Такое чувство, что ей даже слова не дают.  — Ну… Увидимся, — я еще раз оглядела Марину, которая спряталась за его плечо.       Кто они? Парень почему-то мне знаком, чувство, будто я его где-то видела. Может на концерт приходил когда-нибудь, не знаю.  — Пошел нахер, я здесь жить буду! — Донеслось из комнаты, которую отжала себе.       Я мигом вошла в нее и застала спорящего Роберта и Гришу.  — Вы че, падлы, — я раскинула их, показав на свою сумку, — я тут живу.  — А я где спать буду? Вы-то все по парочкам раскинулись, — Роберт фыркнул, пнув свою сумку. Хорошо, что не мою, — Гриша, ты вообще можешь со мной поселиться в дальней на диване.  — Нет, я хочу здесь, там диван маленький, — он даже топнул ногой, — и вообще, может я с Машей хочу жить? Не забывай это тоже.  — Тогда пусть к вам Никита на диван ляжет! — Роберту кажется все так просто.       Я аж чуть не подпрыгнула.  — Да я его подушкой задушу! — Воскликнула я, сев на кровать, — иди нахер со своим Никитой.       Он тяжело вздохнул, разглядывая потолок.  — Похрен, живите тут. Но Никита на диване не отменяется       Я скрестила руки на груди, приняв одновременно и поражение, и победу. Все же хотелось пожить или одной, или на худой конец с Гришей именно в этой комнате.  — Располагайтесь пока, я пошел пиво доставать, — буркнул Роберт и закрылся за собой.       Гриша недовольно посмотрел на меня.  — Мы так и не поговорили.       Я вздохнула, поняв, что этого не избежать.  — Что между нами происходит? — Безнадежно спросил он.       Я рассмотрела его. Того азартного блеска в глазах нет, как раньше. Видимо, я слишком сильно потаскала его из-за своей жизни. Он смотрел на меня, будто я его последняя надежда.       Мне кажется, что я ему уже неинтересна. И мне кажется, что его любовь куда-то пропадает. Я очень сильно надеюсь, что это не из-за Глеба.  — Я тебя больше не интересую? Почему ты так нагло избегаешь меня? — Гриша подошел ко мне чуть ближе, взяв за руки.  — А кто мне говорил про паузу, м? — Не знаю, почему снова веду себя с ним как сука. Для завершения образа скрестила руки на груди, как делаю это всякий раз, когда раздражаюсь, — а кто трахнул какую-то девчонку сразу же после меня? — Я понимаю, что упрекать его в этом бесполезно, потому что сама наломала дров, но он же об этом не знает, да?  — Маша, я вообще должен на тебя зол, потому что ты жила в одном номере с Глебом, — он нахмурился.       Что? Кто ему снова рассказал?       А, ну да, чертову Глебу нужно сделать все, чтобы разрушить наши отношения.  — И что? — Попыталась как можно увереннее спросить я.  — Ты считаешь это нормальным? — Я чувствовала, как он начинает злиться.       Мне нечего отвечать на это. Я немного смутилась, поняв, что он относительно прав. Гриша смягчился, заметив мой потерянный взгляд.  — У нас не получится быть вместе, — завершающе сказал Гриша, — но я слишком сильно привязался к тебе. Видимо, это больше дружеская привязанность. Мы поторопились с признаниями о любви.       Я не смотрела ему в глаза, разглядывая пол. Не то чтобы мне больно слушать это, однако, очень обидно.  — Ты больше не любишь меня? — Надежда еще осталась в моем голосе.  — Похоже, что нет, — я подняла голову и начала разглядывать его унылое личико, — прости, я именно так определился.       Охренеть. Просто охренеть.       Только что меня окончательно бросил парень.  — Да пошел ты, — не вытерпела я и выскочила из комнаты, хлопнув дверью.       Этот придурок сейчас же выезжает из моей комнаты, я согласна спать с Никитой в одной кровати, но не мучаться с Гришей. Господи. За что мне такие мужики-то попадаются?       На первом этаже Даша с Мариной вовсю орудовали на кухне, делая салатики. Я почувствовала стыд, что не помогаю им в женской работе.  — Чего унылая такая? — Спросила первая Тарасова. Она протянула мне бутылку пива на разлив, — ебани глоточек и начинай помогать нам. И рассказывай что у тебя опять случилось.       В доме парней не было. Видимо, пошли все топить баню и договариваться по поводу сауны. Я отпила и взяла ножик в руки, начиная резать и помогать девочкам.  — Мы с Гришей расстались. Окончательно, — уныло сказала я, приостановившись.  — Ого… — Даша сильно удивилась, — что случилось? Из-за чего?  — У него нет чувств ко мне.  — Охренеть, — отреагировала Марина, и я удивилась, что из ее прекрасных губ выскочили нецензурные слова. Я подняла голову на нее и не смогла удержать слабую унылую улыбку.  — На самом деле, я ожидала такого от Гриши. Ему стукнули один раз по сердцу, теперь на всех девчонках отыгрывается, — я бы не сказала, что это хорошая поддержка от Даши, — но ты самая особенная из них. Мне кажется, что он тебя реально любил.  — Любил… — Я продолжила нарезать салат.  — Может ты сделала что-то не так?  — Мы оба натворили, — я не знаю, смогу ли взять и рассказать свой секрет, но меня настолько перебивало чувство стыда, что я не удержалась, — я переспала с другим.       Даша выронила нож.  — Ты изменила ему? — В ее голосе не скрывалось презрение.  — Нет, — попыталась оправдаться я, — мы уже расстались, точнее, взяли паузу, как он тогда сказал. Я решила отомстить ему за ту девчонку, что была на тусовке.  — Господи, вот это Санта Барбара. Кто хоть был этим счастливчиком?       Я глубоко вздохнула.  — Глеб.       Даша даже не подняла голову. Она продолжила нарезать, только с еще большим упорством.  — Знаешь, любую другую я бы назвала шалавой, но, отнюдь, этому красавчику я бы сама дала, — она усмехнулась, — да и вы же не в отношениях были. Я вижу, что ты страдаешь из-за этого.  — Чувство, будто я весь мир предала, — призналась я.  — У меня тоже было такое с Юрой… — Подала тихо голос Марина, — мы сошлись только через месяц. Он тогда многих девочек поменял, а я все в темнице сидела, ждала, когда он вернется. Юра понял, что любит меня, и вернулся, — под конец предложения она улыбнулась, — у тебя будет точно также.       На историю любой бы другой девчонки я бы громко хмыкнула, показывая все безразличие к ней, но что-то такое эдакое меня зацепило в ней, что я даже смогла слабо улыбнуться.       Я пожала плечами. Не хочется думать о будущем и что меня там ждет. Увы, но моя жизнь слишком непредсказуемая. Даша победно отряхнула руки.  — С твоими пиздецовыми разговорами как-то быстрее, — рассмеялась Тарасова.       Мы все вместе, иногда шутя и рассказывая друг другу истории, понесли еду в сауну. Я переоделась в купальник, накинув сверху домашнюю одежду. На улице очень тепло. Оказывается, у Марины очень даже миниатюрная хорошая фигурка, хоть и не очень большие формы. После ее очередной аморальной шутки я облила ее водой, и мы обе рассмеялись.       Как только я зашла в сауну, сразу же услышала звуки ржача из бани и шутки про мужской секс. Подкрепившись пивом, я переоделась и зашла в баню. Все парни уже здесь.       Блин. Кого они позвали? Кто эти люди?..       Абсолютно все находились в одних шортах или плавательных трусах. Я стеснительно отвела взгляд от торсов, особенно Гришиного, подкинув воду.  — Я надеюсь, что этот ебланоид не будет снова доебываться до тебя, — услышала я разговор Коли и Артема, усевшись рядом.  — О чем, парни? — Поинтересовалась я.       В баню зашел еще один. Я оглядела его с ног до головы, заметив немного пухлость. Мы, вроде бы, как-то выпивали вместе. Да, точно, я знаю его.  — Вася, если ты снова скажешь что-то Артему, я перестану с тобой общаться, — пошутил Коля.       Он еще и лысый. Напоминает мне каких-то ауешников, если честно. Вася даже не улыбнулся.  — Артем, пошел нахуй, — серьезно сказал Вася, смотря на него злыми глазами.       Это не в какие ворота не лезет!  — Давай я тебя нахуй пошлю, тебе приятно будет? — Влезла я.  — Че? — Он не понимал, что я доношу до него.  — Не всем приятно, когда посылают. Вася, иди нахуй, — сказала я абсолютно спокойным тоном.  — Ты охренела? — Вася начал вспыхивать, не находя себе места, — слышь ебать, пошли выйдем, поговорим, я тебя при всех обоссу.       Я усмехнулась от такого лексикона.  — Ты смотри, с кем разговариваешь, придурок. Девчонку любой обижать может, — заступилась Марина.       Отлично. Сегодня конфликты будет решать женский пол. Очкошники.  — Ну пошли выйдем, урод! — Я чувствовала, как начинаю закипать.       Вася вышел из бани, ожидая моих действий. Я нацепила шорты с майкой и кивнула на выход. Все парни подтянулись за нами, видимо, хотят посмотреть шоу.       Мне немного страшно, если честно. Он же меня убьет, если я скажу что-то не так.  — Я сказала тебе для примера, что так не очень хорошо говорить. Так будь добр, общайся нормально с моим другом, — защищать Артема мне не очень хочется, но этот тип мне слишком неприятен.  — Я тебе сейчас ебало разобью.       Бесполезно. Обычное быдло.  — Ты слышишь меня или нет?! — Вскрикнула я. Мой голос начал повышаться, это не к добру, — это мой друг, и ты не можешь так говорить ему, придурок!       Вася чуть пнул меня по коленке.       А, вижу, он пьяный.       Мне не было больно. Меня больше раздражал тот факт, что меня кто-то затронул, будь это мужчина или женщина. Я сильно разозлилась, ударив со всей силы ногой ему по бедру.  — Ты меня замарала! — Пожаловался он.  — Разговаривай со мной нормально, уебок, — прорычала я, пригрозив пальцем.       Дальше все как в замедленной съемке. Я на секунду увидела, как в мою челюсть прилетает кулак.       Охренеть. Это больно. Очень.       Но больше сподвигло меня ответить ему то, что я не могу вот так стоять и получать одинарный удар, это слишком унизительно для меня. Я не чувствовала никакого спокойствия, мое тело буквально разрывалось от гнева. Не выдержав, я тоже заехала ему кулаком, не знаю куда, меня окрылило яростью, мои глаза не захватывают все действия, которые я делала. То ли я ударяла его ногой, то ли он уже чуть не упал, то ли получал от меня руками, я ничего не помню.       Не знаю, сколько я наносила ему удары. Гриша выскочил из здания и разнял нас.  — Смотри, кого ты ударил! — Ляхов не выдержал и тоже ударил его.       Черт. Досталось же.       Потасовка снова продолжилась. Я отошла в сторонку, потирая челюсть. Надеюсь, ничего не останется на лице. Хотя спустя некоторое время я поняла, что удар не был уж настолько силен.       Черт, мой бывший парень избивает какое-то быдло, Марина поддерживает меня, а я не могу сконцентрироваться на всем происходящем.  — Все, все, хватит, — Гришу еле как оттащили от него.       У Васи было расцарапано лицо, похоже, я задела своими ногтями, из двух ноздрей текла кровь, губа сильно подбита. Не знаю, кто из нас что нанес. Гриша посмотрел на меня, гнев в глазах быстро сменился на заботливость и обеспокоенность.  — Маша, первый день отдыха, — рассмеялся Артем, — а ты уже подралась!  — Нихрена смешного, придурок, — влез Гриша, приобняв меня за плечо.       Да что ты делаешь, мать твою!  — Она вкупилась за тебя, а ты стоишь и ржешь, даже спасибо ей не сказал, даже руку не пожал, — раздраженно отчитал Ляхов, — Маша из-за тебя получила по лицу и избила какого-то мужика.       Избила — слишком обширное понятие. Да и на лице ничего у меня не осталось, удар был не очень сильный.  — Ну, спасибо, — ответил каким-то одолжением Артем.  — Да пошел ты нахер, Шатохин, — разозлилась я и опрокинула ему бутылку пива на тело.       Неблагодарное чмо.       Марина налила мне стакан пива, поддерживая словами, как я его уделала. Вася куда-то пропал.       Так тебе и нужно, уродец.       Гриша подсунул костяшки под воду, промывая их. Как бы я не хотела это говорить, но он единственный из мальчиков, кто заступился за меня, а Марина единственная, кто смог вставить свое слово. Все его настолько боятся или меня тут просто не уважают? Очень странно, что даже Коля не заступился. Он просто стоял и ржал.       Но из-за запрещенных веществ в его сумочке я не могу обижаться на него.