Peacemaker

Поворачиваю рукоять метлы и закрепляю компас на черенке. Проверяю направление стрелки, натираю ладони тальком и поднимаюсь. При сгибании руки капитанская повязка давит сильнее, чем налокотник. Надо ослабить. Неплохо было бы глянуть квоффл на предмет подтасовки. Не то, чтобы я не доверял Хуч, но даже в профессиональных квиддичных клубах, насколько я слышал, подобная херня случается. — Готов? — Флит подходит справа. Он старше меня на два года и совсем немного выше. — Харпер, где наколенники? — Ой, извини, Зак, я щас. Не «извини», а «спасибо», балда. Снаружи шумно. Сборная Рейвенкло уже на стадионе. Джордана из раздевалки не разобрать, но по интонации и паузам можно понять, кого он представляет. — Играем как договаривались. Харпер, квоффл бросаешь, а не пропихиваешь. Если вбок уйти не получается, крученым целишься по прямой, Уилсону в голову. И чтоб без отмашек. — Ребят, давайте сделаем это в память о Седрике. — Ты про сегодня или про Кубок? — Да-а, Рик, ты замахнулся, хотя бы сегодня! — Седрику было плевать на победу и кубки, он любил играть. Это у Вуда был любимчик на «Молнии», а у Седрика была команда. Так что почтим его память хорошей игрой. Максин, Рик, пасите Саммерби по очереди. Чанг вне бладжера. — Она шустрый ловец. — Блин, Крейг, значит будь шустрее или не будь вообще. Тэм, компас закрепила как следует? Проверь еще раз. — Да, нормально. — Отлично, тогда вперед. И всем удачи. На плечи шлепается несколько ладоней, и меня тащат обниматься. Флит, еще раз чмокнешь в затылок, я тебе отомщу.

***

Примерно в сорока метрах над уровнем земли располагается граница невидимого купола. За его пределами творится… тотальный армагеддец. Порывы ветра, судя по движению, такие, что Гремучую Иву должно колбасить как щепку. Собственно, а чего еще можно ожидать от ноябрьского ветра в горах на севере Шотландии? Подошвы чавкают по ровной земле. Если бы не магия, сапоги с каждым шагом вязли бы в грязи по щиколотку. — А вот и Хаффлпафф, бр-равые Барсуки! Н-номер один, Герберт Флит, седьмой курс! Старожил команды, отличный парень и кл-лассный голкипер! Далее — охотники! Номер два, Тэмзин Эпплби, четвертый курс! Н-номер три, дебютант Джеффри Харпер, четвертый курс! Номер четыре, еще один старожил, л-лучший бомбардир и с этого сезона ка-пи-тан сборной Барсуков, Захария Смит, пятый курс! Спасибо, ты тоже ничего. — Что ж, ребятки, доброй охоты! Загонщики — номер пять, М-максин О’Флаэрти, шестой курс!.. Когда снитч натыкается на барьер, его можно увидеть по отблеску и вибрации стенки щита. Снитч совершает отскок всегда перпендикулярно и резко снижается. Главное для ловца — засечь момент отскока и среагировать быстро. — Номер семь, ловец, Кр-рейг Саммерби, седьмой курс, кто знает, возможно, именно эта семерка окажется сегодня счастливой и пр-ринесет победу сборной Хаффлпаффа! Чанг на одиннадцатом «Чистомете» летает лучше, чем Саммерби на «Комете-220», так что хрен нам с гноем бубонтюбера, а не снитч. Вон она стоит. Красивая и собранная. Саммерби до нее далеко, но он хотя бы сносно маневрирует. В сравнении с тем, что показывали остальные на кастинге… ебаный стыд, даже не хочу вспоминать. Дэвис держит мою руку. Смотрит на нас, как на забавных зверьков. — Удачи. И вас туда же. Звучит свисток, и квоффл взмывает в небо. Страсть как не люблю лезть в давку в самом начале. — Квоффл у Чэмберс, она летит в штрафной сектор Флита! Пас Брэдли, Харпер во главе клина, перехват, эх! Не успел. Брэдли овладевает квоффлом! Не страшно. Разлетаемся. — Дэвис уходит от бладжера, пас Чэмберс, ПЕРЕХВАТ! Мяч у Эпплби! Брэдли слева, летит на перехват, пас! Квоффл у Смита! Дэвис на хвосте, Смит ныряет вниз, БЛАДЖЕР! Упс, ха-ха. — В Дэвиса едва не попал бладжер его загонщика, кр-райне возмутительная осечка. Смит пасует Харперу, и-и-и Харпер ведет мяч! Блять, не к тому кольцу!!! — Бладжер Сэмюэлса, и-и-и квоффл у Чэмберс! Она летит к кольцам! Уходит вниз за кольцо, облетает справа, пас Брэдли! Флит перехватывает квоффл, пас Харперу, БЛАДЖЕР! Квоффл у Дэвиса, пас Брэдли, БРОСОК! Успел. Пас вниз, и Эпплби уходит! Эпплби уводит квоффл от колец, штр-рафная зона впереди, пас! Смит с мячом! Впереди голкипер! Смит уходит влево, пас Харперу! Чэмберс летит на перехват, Харпер пасует Смиту, ПЕРЕХВАТ СНИЗУ! Квоффл у Дэвиса, м-мощный пас вверх! Пас Чэмберс, ПЕРЕХВАТ! Эпплби идет к пр-равому кольцу! Зигзаг! Чэмберс — на перехват! Пас Смиту! Пас Харперу! Обратно! Ныряет под кольцо, петля! Пас Харперу, БРОСОК! Мяч у голкипера, пас Чэмберс! Пас Брэдли, перехват! Харпер уводит мяч, пас Эпплби, пас обратно, Смит! Вертикальная петля, бросок, ГО-О-ОЛ! Счет открыт, десять-ноль, н-неплохое начало! «Неплохое»? С вашим-то, господа гриффиндорцы, голкипером... что я, что Дэвис откроем счет быстрее, чем ты скажешь «квоффл». — Мяч у голкипера! По-охоже, он не спешит пасовать! Секунд до фола пять! Четыре! Пас Дэвису, это было на грани фола! Чэмберс уводит мяч, пас Брэдли! Пас Дэвису, перехват! Мяч у Харпера, летит к центральному кольцу, бросок с полутора метров! Уилсон успевает, н-но роняет мяч. Эпплби, пас Смиту, перехват! Чэмберс уводит квоффл, БЛАДЖЕР! Чистая работа, Рикетт. Смит с мячом, пас Эпплби! Пас Харперу! Снова Эпплби! Она летит к пр-равому кольцу, за ней хвост! Эпплби роняет мяч, где мяч? Смит летит к центральному кольцу и МЯЧ У НЕГО! Бросок, ЕСТЬ! Двадцать — ноль, это был почти что финт Порскова, мо-лод-цы, ребята! Смит уходит, пас Эпплби, БЛАДЖЕР! О-о-о, нет-нет-нет, Харпер! Квоффл у Чэмберс и Харпер повис на руках… Чэмберс пасует Брэдли, пас Дэвису, перехват! Эпплби уходит вниз с мячом и О-О-О, черт! Рикетт не успел отбить второй бладжер, сборная Хаффлпаффа лишилась охотницы на о-диннадцатой минуте игры, ка-кая досада! Что ж, надеюсь, Смит и Харпер не подведут. Харпера не удалось вывести, он снова на метле, по-смот-рите на этого красавчика! Квоффл у Брэдли и он бл-лизко к центральному кольцу, бр-росок, ФЛ-ЛИТ перехватывает квоффл, тор-рпеда, а не вратарь, обожаю этого парня, когда он играет не с нашими. Когда Анджелина ведет мяч, я… — ДЖОРДАН! — Виноват. Флит уводит квоффл в штрафную площадку и АЙ-ЯЙ-ЯЙ-ЯЙ, ИНГЛБИ! Бл-ладжер О’Флаэрти вр-резается снизу в его метлу, и неудачное, кр-райне неудачное стечение обстоятельств. Метла в щепки, посмотрите, метла загонщика тр-реснула пополам и он упал с высоты тринадцать с половиной метров. Я всегда говорю, Барсуки опасные ребята, их лучше не злить. По-охоже у Инглби сломана не только метла, но и бедро. Но что же там у колец Рейвенкло, квоффл, не вижу его… квоффл у Дэвиса, и он стр-релой несется к кольцам Хаффлпаффа! Харпер у него на хвосте! Харпер отстает! Брэдли летит следом и что-т-то мне это не нравится… Дэвис уходит в сторону, роняет мяч! Чэмберс летит за мячом и ПЕРЕХВАТ ПО ПРЯМОЙ! Флит с квоффлом р-резко вверх, к центральному кольцу, пас Харперу! Чэмберс, ПЕРЕХВАТ! Бросок, Флит УСПЕЛ! Бар-рсуки не пускают к своим кольцам, и капитан уводит мяч зигзагом, БЛАДЖЕР! О’Флаэрти с битой тут как тут, но Смита зажимают с обеих сторон, пл-лохо дело! Брэдли идет на столкновение, дракклова мать, Смит, сейчас… ой-ей, А-АЙ-ЯЙ! Вот это да, что там творится, елки-палки! Фигура в синем падает с метлы и ЭТО КРИС БРЭДЛИ, это он упал с метлы! Похоже, Смит развернул метлу и выбил на хрен оттуда Брэдли своим весом, с ума сойти… Смит похоже пострадал, но держится. Что с тобой, Смит? Ты цел? Ты ранен? Чэмберс держится за плечо, похоже дело плохо! Я вижу Харпера! Вижу Харпера, он летит к кольцам! У него мяч! Дэвис у него на хвосте, Уилсон уже ждет и Харпер уходит вверх зачем-то! Что ты делаешь, Харпер? Он идет вверх и ПЕТЛЯ! Штрафная зона голкипера! Харпер летит восьмеркой и-и-и до фола ему остается шесть… пять… четыре… три, что он делает? Два, и БЛАДЖЕР РИКЕТТА! ГДЕ МЯЧ? Квоффл у Смита, когда успел?! Вы только гляньте на этих засранцев, Барсуки сегодня в ударе! Они играют так, как никогда раньше! Седрик Диггори мог бы гордиться своими ребятами, н-ни одного гола не было забито в ворота Хаффлпаффа за двадцать две минуты сорок пять секунд игры, это фан-тастика… но что это, кажется, Чанг видит снитч! Она видит, она летит! Снитч уходит вверх и Чанг за ним, где же Саммерби?! Быстрый маневр, поворот к трибунам, и что это? Снитч ушел, Чанг потеряла его. Ка-кая обида, ка-кая досада! Трибуны ревут, Хаффлпафф успел забить ГОЛ в правое кольцо, ТРИДЦАТЬ-НОЛЬ, ведет Хаффлпафф, мо-лод-цы, ребята, так держать! Так держать!

***

На пятьдесят шестой минуте игры беру второй тайм-аут. Первый взял Дэвис, если не ошибаюсь, на двадцать четвертой, когда Чэмберс вышла из строя. Складывается чувство, что мы удерживаем лидерство только благодаря голкиперам и стечению обстоятельств. Обстоятельства следующие: Уилсон — слабый вратарь на дрянной метелке, которую и спортивной-то не назовешь. Флит носится между кольцами так, будто ему натерли анус порошком жгучего перца, и ориентируется на чутье, благодаря которому маневрирует на бешеной скорости и не пропускает ни одного гола. После матча он наверняка упадет и еще двое суток не встанет даже поесть, но сейчас он обливает себя фонтаном воды из палочки, уверяя меня, что все зашибись и он продержится столько, сколько будет нужно. Целители снова проверяют всех на допинг. На этот раз к ним на правах генинспектора примазываются мадам Жаба с мсье розовым бантиком. Претензии с порога летят Флиту, но Флит на поверку оказывается чист. В его крови, в отличие от моей, не найдено даже микроединицы никотина. Говорю Жабе как есть: Берти у нас гребаный адреналинщик, мэм, вот и все. Флит то ли кашляет, то ли ржет, как бухой кентавр. Амбридж заключает, что состав команды по-хорошему надо менять на более «добросовестных» игроков, на что Хуч отвечает ей, что кроме вот этих семерых в Хаффлпаффе игроков в квиддич нет вообще. Амбридж уходит, стиснув зубы. Хуч называет ее словом, которое каждому из нас повторить стыдно, и желает нам победы во второй раз. В меня вливают обезболивающее и тонизирующее зелья. К концу второго тайма весь левый бок онемел, дышать и двигать рукой от боли было уже так трудно, что почти невозможно. Харпер единственный из нас чувствует себя огурцом. Сэмюэлс еще два раза пытался его вывести, но хер там плавал. Спраут подоспела к нам в самом конце тайм-аута, сгребла всех в охапку, расцеловала в щеки, назвала хулиганами, расплакалась и взяла с нас обещание больше никого не калечить и не подставляться. Ага. Флитвику тоже что-то такое обещали. Не знаю, насколько хватит нас сегодня. Счет на начало второго тайм-аута был сто двадцать — ноль. После первого мы с Харпером забили несколько мячей подряд. Чэмберс пыталась вывести Харпера из строя еще дважды. Со мной, видимо, решила не связываться после того, как они с Дэвисом пытались выкинуть меня П-образным блоком. Мой дядя, когда-то давно бывший тренером «Сенненских соколов», научил, как выйти из любого блока, не будучи сильно зажатым с двух сторон. Нужно накренить метлу основанием вверх, поднять ее и резко развернуть, крепко держась за древко и не снижая скорости. Если получится сделать оборот на триста шестьдесят градусов, можно вывести из игры двоих противников, но этот финт с нужной скоростью осилят только гоночные метлы профразряда вроде «Нимбуса» и иже с ним. У меня, как у Саммерби, «Комета-220». И как следствие ушиб ребер. Я знаю, для чего мы это делаем. У нас не было договоренности на этот счет, но… уверен, каждый из нас в глубине души хотел бы усидеть сегодня на двух стульях. Когда счет становится сто восемьдесят — двадцать, я в буквальном смысле выдыхаю и радуюсь, что могу не только быть машиной для забивания голов, а еще что-то там туго с грехом пополам соображать. На сто шестой минуте Чанг видит снитч и несколько минут преследует его, то нагоняя, то упуская. Давай, Чанг, лови крылатую скотину, я устал, а Флит, судя по тому, что пропустил три мяча подряд, очень устал. Дэвис вон тоже заебался. Он словил фол на сотой минуте за неправильный вброс квоффла из аута. За каким-то выебанным в зад водяным чертом снитч у Чанг вырывает Саммерби, прямо из-под пальцев, судя по крикам Джордана. Он кружит с этим снитчем над западными трибунами и радуется. Чанг не приземляется — падает раненой птицей у правого зрительского сектора. И не встает с земли до тех пор, пока остальные вместе с Хуч не помогают ей подняться. Игра закончилась со счетом двести семьдесят — шестьдесят. Я стою в середине орущего в экстазе, пахнущего потом желто-коричневого пятна, смотрю, как с поля уводят рыдающую Чанг и думаю о том, что как капитан я должен сейчас быть счастлив. Наш факультет не то, что не брал наград — не побеждал с таким отрывом Мерлин знает сколько лет. Я думаю о том, что если у моей команды есть ангел-хранитель, то я жестоко подвел его.