Перекрёстки судьбы

1946 год Кабинет профессора Горация Слизнорта.

      — Ребята, всем хороших снов! Лестрейндж, я жду сочинение завтра утром, иначе получишь взыскание! То же касается и Эйвери!       В тот день Том задержался после званого ужина у профессора Слизнорта.       — Том, поторопись, ты же не хочешь, чтобы мистер Прингл тебя поймал.       — Сэр, я лишь хотел спросить у вас кое-что.       — Спрашивай, конечно, мой мальчик.       — Я недавно заглянул в библиотеку. В запретную секцию. И я прочитал в одной книге об очень редком заклинании. Кажется, оно называется «Крестраж».       Профессор посмотрел на Реддла очень внимательно и серьёзно.       — Том, я надеюсь это исключительно для учёбы?       — Разумеется, сэр. Вы расскажете мне о нём?       Профессор промедлил с ответом, но все же сдался.       — Ну что же, мистер Реддл, Крестраж, это очень редкое и очень опасное заклинание. При его сотворении, волшебник должен расщепить свою душу.       —Расщепить?       — Да. Расколоть на части.       — Но, сэр, как можно расколоть душу?       — Взять её частичку. И поместить во что-то… Поистине дорогое твоему сердцу. Но исчезают чувства. Исчезает эта частичка души… Я надеюсь, это только для учёбы.       — Да, сэр. Конечно.       — Тогда идите скорее, Том. Более я ничего не могу об этом сказать. Поторопитесь. Поздно уже.       — Доброй ночи, сэр.       — И тебе, Том.       После этого разговора Том долго не мог уснуть. Ворочался с боку на бок. Он думал лишь об этом заклинании. «Расколоть свою душу… Это больно? Это возможно? Что с ней станет? Можно ли её снова собрать воедино?» Эти вопросы мучили Тома до утра. Утром он встал раньше всех. Блэк бормотал во сне.       — Кикимер, принеси попить…       Том хмыкнул. В приюте не то, что не водилось традиции просить у кого-то попить в постели, она была наказуема. В лучшем случае тебя могли просто отругать за день, а в худшем — залепить крепкую пощёчину. Реддл отпихнул кота Поллукса, взял из сундука книжку и спустился к камину в гостиной. Осирис всё же, забавно урча, прибежал вслед за ним и устроился на коленях у Тома. Юноша погрузился в чтение и не заметил, как задремал. Ему приснился очень странный сон. В нём была девочка. Она играла со своей куклой в саду. Девчонка была очень хороша собой. Её густые и кудрявые смоляные локоны были вложены в хитрую причёску. Одета она была в тёмно-синее платье и такие же бархатные туфельки. На вид ей было всего девять или десять лет. Её бездонные чёрные глаза смотрели на куклу, пушистые чёрные ресницы шевельнулись, и она своей детской магией заколдовывала игрушку.       Девочка с интересом наблюдала за тем, как кукла в её руках трепыхалась будто от предсмертных мук, а затем вдруг широко раскрыла глаза и… У куклы отвалилась голова. Том присмотрелся и подошёл ближе. Девочка оглянулась и уставилась на него.       — Ой, я тебя не услышала! Нельзя же так подкрадываться!       В её глазах плясали огоньки, она была не очень рада, что её оторвали от игры.       — Извини, извини, а как тебя зовут?       — Беллатриса Аврелия из рода Блэков. Я дочь Сигнуса Блэка и Друэллы Розье. А ты, собственно, кто, и что делаешь в нашем саду?       — Я просто прогуливался и…       — Врёшь! Говори правду!       Белла напомнила Тому его самого в детстве, хотя во сне была ненамного младше её.       — Беллатриса, я гость твоего отца. А ты, я смотрю, маленький дьяволёнок, раз так вспыхиваешь при каждом удобном случае, — насмешливо протянул Том.       Беллатриса даже не смутилась, её глаза по-прежнему метали молнии, и она смотрела прямо на Реддла. Её спина была поразительно прямой, видимо, она с детства была обучена держаться, как истинная чистокровная волшебница.       — Простите мне мою резкость, мисс Блэк, — сказал Том, желая немного приосанить девочку. И тут он обратил внимание на куклу с отломанной головой.       — Вы были рассержены, Белла?       — Я просто воображала, что это моя сестра, Андромеда, — протянула она в ответ. — Я её ненавижу. Она — никто в этом доме. Я люблю только Нарциссу. Это тоже моя сестра, — заметив вопросительный взгляд Тома, сказала девочка.       — Я смотрю, вы очень сильная волшебница, Белла Блэк.       — Да! Я обязательно, когда вырасту, стану изучать тёмную магию и бороться с грязнокровками! Они — отбросы нашего общества! А моя сестра — одна из них. Она считает, что магглы тоже люди! Я ей ещё покажу! Папа сердится, когда я ссорюсь с Андромедой, но мне плевать, она получит своё!       Из-за кустов донеслись шаги, и Белла толкнула Тома за дерево, чего тот никак не ожидал, но сумел среагировать.       — Маленькая госпожа, вот вы где! — Это пищал голос домовика. — Ваша матушка зовёт вас к столу обедать.       — Иди! Я сейчас приду! — властно сказала Белла и, когда домовик трасгрессировал обратно в дом, вытащила Тома из-за дерева. — Прости, что я так тебя толкнула, мне пора! Приходи ещё!       — Хорошо, мисс Блэк. Обязательно приду. Удачи вам в воспитании сестры.       — Спасибо. В любом случае… Это же твой сон…       — Поднимайся давай, на завтрак опоздаем!       Том резко проснулся. Его расталкивал Лестрейндж.       — Том, ну ты чего? Тебя не добудиться! Что ты делал ночью?       — Не твоё дело! — грубо ответил Том, — Просто пошли уже!       Поллукс поспешил за Томом, а сам Реддл обдумывал свой сон. Эта девочка — дочь Сигнуса? Значит, он только что побывал в будущем. Только во сне. Интересно, что будет, если сказать Блэку, что тот женился на Друэлле. Посмотреть бы на его лицо… И, улыбнувшись, он отбросил мысли о своём сне.