Глава 19. Сёстры дома Блэк
22 апреля 2020 г., 22:32
POV Том Марволо Реддл. 1968 год. Великобритания Особняк Блэков
Уже много лет минуло с моего прощания с Хогвартсом. Этот замок был мне куда роднее, чем приют Вула на дождливых улицах Лондона. К счастью, с этим местом я распрощался навсегда. Дальнейшей жизнью Марты, Миссис Коул и, уж тем более, моих недругов, я и не думал интересоваться. Помнится первое осознанное решение о будущей работе, разбившееся вдребезги, когда моя заявка на должность преподавателя Защиты от Тёмных Искусств в Хогвартсе была отклонена уже небезызвестным Альбусом Дамблдором. Где-то в середине 1945 года им был побеждён сам Геллерт Гриндевальд. Признаться честно, я был удивлён, что профессор Трансфигурации победил величайшего тёмного волшебника тех времён. В тот день, когда мои мечты о возвращении были разбиты, я пообещал Дамблдору, что обязательно поквитаюсь с ним. Что что, а чувство мести было прекрасным. Но наступил 1968 год. В этот год я и познакомился с ней. С Беллатрисой Блэк. Я отправился к Сигнусу Блэку, моему старому товарищу, дабы обсудить его последний отчёт о планах нашего отряда, именуемого ныне Пожирателями Смерти. Уже на подходе к дому я отчётливо различил громкие девичьи голоса из сада. Подойдя поближе, заметил трёх девушек. Одна, совсем ещё молоденькая девочка со светлыми кудрями и очаровательными карими глазами, сидела на траве и уговаривала свою сестру успокоиться. Вторая выглядела чуть постарше первой, с заплаканными серыми глазами и тёмно каштановыми волосами. Она пыталась что-то отобрать у старшей сестры. С усмешкой смотрел на них, вспоминая нередкие восхищения Сигнуса дочерьми. Он их обожал, баловал лелеял, что быстро надоедало. Я перевел равнодушный всзгляд на последнюю девушку. На вид ей было где-то семнадцать лет, и в ней я узнал ту маленькую девочку из своего старого сна… Этот профиль. Точёные скулы, тёмные, почти чёрные глаза с длинными угольными ресницами, алые губы и длинные смоляные локоны, прекрасными каскадами струящиеся по тонким плечам. Она была живым воплощением блэковской красоты. Злобно смеясь над младшей сестрой и в одной руке сжимая необычно изогнутую палочку, а в другой — какую-то бумажку, она вздергивала вверх подбородок, смотря на них, как королева. Как я понял из криков, сжимала она любовное письмо средней сестры какому-то магглу. — Ты — предательница! — вопила девчонка, стараясь не позволять губам, изогнутым в оскале, дрогнуть. Средняя лишь тщетно пыталась отобрать письмо, а младшая с беспокойством наблюдала за ними. Внезапно старшая направила палочку на сестру и возопила: — Круцио! Средняя тотчас, как вспышка коснулась ее тела, жутко закричала и начала кататься на земле, царапая ногтями свой кожу и выдирая траву. Ого. Чтобы молодая девчонка уже так хорошо использовала второе Непростительное? Что же, мисс Блэк, браво! Младшая тоже завопила, от испуга, бросаясь в дом через ближайшую дверь. Через минуту она вновь распахнулась, и выбежал Сигнус, а за ним и его супруга, Друэлла, с младшей дочерью. Сигнус выбил палочку из рук старшей и закричал: — Беллатриса, что ты творишь?! — Отец! Меда опять! Она писала тому магглу, посмотри! — и она бросила ему письмо. Пока Сигнус читал, Друэлла бросилась к средней дочери и начала её успокаивать. С каждой секундой лицо Сигнуса мрачнело. Наконец, он оторвался от письма и вновь посмотрел на старшую дочь. — Белла, это не даёт тебе права калечить Андромеду. Она твоя сестра. Мы ещё поговорим с тобой. И если я ещё раз узнаю, что ты применяешь Круциатус к Андромеде, отправлю тебя прямиком под венец к Малфою-старшему! Он уже давно вдовец. А Родольфус, думаю, найдёт себе другую невесту. — Только не к этому старому червяку! Он мне в дедушки годится! — Тогда не смей срывать злость на своей сестре! Друэлла, отведи Андромеду в дом. С ней я тоже поговорю. А ты, Белла, больше без таких выходок. Только тут он заметил меня и в ужасе поклонился. — Милорд… Простите. Я не услышал, как вы пришли. Надеюсь, ваше ожидание было недолгим… Я усмехнулся и спросил его прямо: — Сколько лет твоей старшей дочери, Сигнус? — Семнадцать. — Вчерашняя школьница, а уже в совершенстве владеет Круциатусом. Я поражён. Лично я вижу в ней прекрасного боевого мага. И тут девушка вскинула голову и выпалила: — Позвольте мне стать Пожирательницей смерти, Милорд! Сигнус метнул на дочь убийственный взгляд, а вот я был поражён до глубины души. Вернее, до глубины осколков души. Первый Крестраж я создал на пятом курсе, а второй уже в семнадцать лет, и даже раскол души не подействовал на меня так сильно, как просьба этой девчонки. — Я обещаю тебе, Беллатриса Блэк, что подумаю над этим, но ты должна показать себя. Одним Круциатусом ты не отмажешься, и, надеюсь, ты это понимаешь. — Да, конечно! Только дайте мне шанс, и я обещаю, что смогу вас убедить! Я же про себя усмехнулся. Ты точно не протянешь долго, Белла Блэк.
