Невеста Поттера

      «Герои войны Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер помолвлены!»       Прочитав заголовок, Джинни Уизли впилась взглядом в сегодняшний номер «Ежедневного пророка». Наконец-то случилось то, чего она больше всего боялась. Гарри — её Гарри — собрался жениться на другой девушке. Это было тем, чего она не имела никакого права допустить. Гарри Поттер принадлежит ей. Её мать ещё в детстве обещала, что она выйдет замуж за принца волшебного мира. И поэтому ни одна другая ведьма, какой бы блестящей она ни была, никогда не заберет её собственность. Гарри Поттер принадлежит ей и только ей!       Итак, она должна собрать как можно больше информации о недавно обрученной паре. Правдивой информации, так как она знала, что читать дерьмовую статью Риты Скитер в поисках правды бесполезно. Если ей нужна достоверная информация, то она должна обратиться к надежному источнику — своим братьям Рону и Джорджу. Так как Гарри избегал её и ее матери из-за своей ошибочной оценки тех зелий, что она давала ему на шестом курсе, у нее ни разу не было возможности увидеть своего возлюбленного с тех пор, как он узнал об этом. Впрочем, ей все равно. Её Гарри скоро придет в себя и бросит эту сучку. После этого Гарри поднимет её на самый верх магического Олимпа, и все будут смотреть на нее снизу вверх, и с ней будут обращаться как с принцессой, которой она так заслуживает быть. Кроме того, как Гарри мог предпочесть ей Гермиону Грейнджер? Сама Джинни очень похожа на Лили Поттер, так что это явный признак того, что они с Гарри предназначены друг для друга.       Поспешно переодевшись, она схватила свою волшебную палочку и направилась к камину. С выкриком «Всевозможные волшебные вредилки» она исчезла во вспышке зеленого пламени. Первое, что её встретило, — это на удивление оживлённый для девяти утра магазин магических приколов. Подойдя к продавщице, недавней выпускнице Хогвартса, ведьме, чьё имя ей совершенно не нравилось, она спросила:       — Где мои братья?       — Здравствуйте, мисс Уизли, — поприветствовала её ведьма, но та лишь постучала пальцами по стойке. У неё не было времени на то, чтобы разбазаривать его на фальшивые любезности.       — Ну, так что? Где они сейчас? — сказала Джинни одновременно скучающим и нетерпеливым тоном.       — Наверху, на втором этаже их личной... — она не стала дожидаться, пока ведьма закончит свое заявление, и направилась к лестнице. Решив, что лучше всего застать братьев врасплох, она наложила на свои туфли заглушающие чары, прежде чем наложить на себя ещё и визуальную маскировку. Поднявшись по лестнице, она прикрыла рот рукой, чтобы заглушить торжествующий визг, когда услышала умопомрачительный секрет, который Рон рассказывал Джорджу, о неспособности Гермионы Грейнджер зачать здорового ребенка...       «Наконец-то! Я нашла способ вернуть моего Гарри... Если он хочет детей, я могу дать ему дюжину!»

* * *

      Гермиона Грейнджер уже давно закончила шерстить полки во «Флориш и Блоттс» по тематике разрушения проклятий. Сейчас она внимательно изучала полку, на которой лежали книги о беременности.       Прошло уже две недели с тех пор, как она стала просыпаться с повторяющимися головными болями, а по утрам у нее сильно кружится голова. Хорошо, что Гарри вставал поздно, а то бы он нашел её блевотину в унитазе. Она откровенно боялась узнать, беременна она или нет. В то время как магическая энергия из семени Гарри каждый раз, когда они занимались любовью, согласно экспертному совету Астории, неуклонно укрепляла её магическое ядро, у нее было внутреннее чувство, что это не окончательное решение проклятия Беллатрикс. И из-за этого она пока не могла позволить себе забеременеть. Если она забеременеет, не убрав всё ещё живущее в её теле проклятие, то ребенок в ее утробе наверняка умрет.       После всех тех ужасов, что с самого детства сопровождали жизнь Гарри, потеря ребенка — это то, чего он никогда не должен испытать. Увы, Гермиона могла только надеяться, что симптомы беременности, которые у неё были в последнее время, просто ложные тревоги.       Погруженная в свои мысли, она не заметила, как на неё украдкой из-под мантии с капюшоном поглядывает рыжеволосая ведьма. Когда Гермиона подошла к прилавку, чтобы расплатиться за покупки, она вздрогнула, почувствовав, как кто-то ткнул её в плечо. На лице у неё сперва вспыхнула улыбка, так как она ожидала, что это будет Гарри, но, к её полному разочарованию, это оказалась Джинни Уизли с угрожающим взглядом в глазах.       Гермиона нащупала в кармане волшебную палочку — просто на всякий случай. А вот у Джинни даже хватило наглости держать свою палочку в руке. Эта чёртова ведьма в молодости отравила Гарри зельями, вызвавшими их многолетнее непонимание, и вот теперь у неё хватает наглости!       — Мисс Уизли, я прошу вас не беспокоить моих клиентов и убрать палочку! Если нет, я буду вынужден вызвать авроров, — сурово сказал мистер Блотт.       — Держись подальше от этого, старик! Это касается только меня и её! — сердито сказала Джинни, бросив короткий яростный взгляд на владельца книжного магазина.       — Что тебе нужно, Джинни? — спросила спокойным голосом уже кипящая от едва сдерживаемой ярости Гермиона. Проявление каких-либо эмоций только покажет Джинни, как влияет её присутствие, поэтому Грейнджер изо всех сил старалась сохранить бесстрастное лицо.       — Ты — сука! Тебе лучше бы расстаться с Гарри, иначе род Поттеров умрет вместе с ним. Ты не можешь родить здоровых детей! — у Джинни было предельно самодовольное выражение на лице.       — С чего ты взяла, что имеешь право вмешиваться в личные дела рода Поттеров? — с аналогичной интонацией ответила Гермиона.       — Я люблю Гарри! Я — куда лучший выбор для него, чем ты можешь себе представить. Кроме того, лорду благородного и древнего рода лучше всего жениться на леди, которая знает, как работает политика в среде чистокровных, — ухмыльнулась Джинни.       — А скажи-ка мне, пожалуйста, является ли травление любовным зельем знаком истинной любви? Для меня это звучит как нездоровая одержимость, — Гермиона саркастически улыбнулась, когда Джинни побледнела.       — Как ты... Ах ты сука!       Джинни хотела было дать Гермионе пощечину, но её руку мгновенно перехватила сильная мужская рука.       — Джинни Уизли, я же говорил тебе никогда больше не вмешиваться в дела рода Поттеров! — зарычал ей в лицо Гарри Поттер, а его глаза вспыхнули диким гневом.       — Га… Гарри! — воскликнула Джинни с ужасом и болью. Гарри оттолкнул руку Джинни и тут же обнял за талию Гермиону, в жесте защиты и поддержки. Она заметила страдальческий взгляд Джинни, упавший на эту руку, любовно обнимающую её соперницу.       — Ты в порядке, любимая? — сказал Гарри мягким голосом.       — Я в порядке, любимый, — заверила она его.       — Как ты можешь любить эту женщину, Гарри? — пробормотала Джинни голосом, полным поражения, и слезы потекли по её лицу.       — Гермиона — единственная женщина, которая была рядом со мной всю мою жизнь. Она ходила со мной в ад и обратно. Кроме того, она никогда не лгала мне и не заставляла обманом быть с ней. В отличие от тебя, она никогда не пичкала меня зельем только для того, чтобы обеспечить мою привязанность. И что ещё важнее, она — лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни, — страстно сказал Гарри.       — Но она не может дать тебе детей! — воскликнула Джинни.       — С детьми или без них, это не твое дело, Гермиона Грейнджер всегда будет моим единственным выбором на то, чтобы стать следующей леди Поттер!       — Гарри... как ты мог сделать мне больно…       — Джиневра Молли Уизли, я требую от вас возврата долга жизни, возникшего, когда я спас тебя от Волдеморта на первом курсе и окончательно сформированного, когда я покончил с ним в финальной битве, — провозгласил Гарри.       Гермиона могла видеть смесь попыток борьбы своей воли и боли поражения в глазах Джинни, когда она поддалась древней магии, вызванной Гарри этими словами. Со слезами на глазах Джинни пробормотала:       — Чего ты хочешь, Гарри?       — Джиневра Молли Уизли, в качестве платы за долг жизни, который вы мне должны, я требую, чтобы вы не приближались к Гермионе Джин Грейнджер, будущей леди Поттер, и её будущим детям. Вы не должны подходить к ней, за исключением прямого приглашения от меня лично. Вы не должны с ней разговаривать. Вы не должны говорить о ней плохо. Вы не должны осуществлять, задумывать, планировать и обсуждать с кем либо, устно или письменно, любые действия, направленные на причинения вреда ей и другим членам рода Поттер. Я требую, чтобы вы поклялись своей магией, да будет так, — заявил Гарри.       Со слезами на глазах, не способная не подчиниться принуждению от исполнения долга жизни, Джинни неохотно позволила воле древней магии проникнуть в её магическое ядро и помертвевшим голосом дала требуемую клятву. Белое сияние исходило из её груди, охватывая всю фигуру.       — Всё! Теперь ты счастлив? — сказала Джинни с грустью, когда сияние рассеялось.       — Не совсем... Джиневра Молли Уизли, с этого дня вы считаетесь врагом древнего и благородного рода Поттеров за угрозу действием против будущей леди рода и за действия по применению в прошлом любовных зелий в отношении наследника Лорда Рода. Вы останетесь врагом рода Поттеров до тех пор, пока лорд рода не скажет иначе. Да будет так!       Глаза Гарри вспыхнули жутким тёмно-зеленым светом, когда его палочка испустила красный свет, который ударил Джинни в грудь. Она, рыдая, упала на колени, инстинктивно потянувшись к кисти руки, на котором образовалась невидимая другим метка.       — Мистер Блотт, пожалуйста, зачислите покупки леди на мой счёт. Любимая, нам пора идти...       — Конечно, мой лорд, — мистер Блотт осторожно положил покупки в сумку, наложил на неё несколько уменьшающих чар и передал Гарри.       — Благодарю вас, мистер Блотт... Любовь моя, ты готова идти? — Гарри взял Гермиону за руку.       — Да, пойдем... мне нужно кое-что почитать, — улыбнулась она ему. Кивнув мистеру Блотту, Гарри вывел её из книжного магазина.       — Гермиона, ты в порядке? Она ведь ничего такого не сказала, Правда? — в глазах Гарри мелькнуло беспокойство, когда он осмотрел её лицо в поисках каких-либо признаков душевной боли или волнения.       — Я в порядке... она ничего не сделала. Она просто сказала, что я не заслуживаю тебя, потому что не могу иметь здоровых детей... Она махала палочкой, но не попыталась произнести ни одного заклинания. Я в порядке, Гарри... Честно говоря, мне немного жаль её, как будто у неё в голове всё перемешалось и она не может отделить фантазии от реальности, — Гермиона бросила взгляд на книжный магазин, прежде чем снова переключить свое внимание на Гарри.       — Тебе нужно посетить ещё несколько магазинов? Или ты уже проголодалась? — Гарри игриво ткнул её в нос, что заставило её улыбнуться. Ему всегда нравилось делать это, когда он хотел зацеловать её до бесчувствия, но не мог, поскольку они были на публике.       — Вообще-то я хочу цыплёнка табака со свежей клубникой, — она покраснела, когда её желудок громко заурчал.       — Довольно странное сочетание, но как прикажет моя леди, — подмигнул ей Гарри, когда они шли рука об руку к «Дырявому котлу», чтобы покинуть Косой переулок. Гарри понимал, что более-менее комфортно поесть они смогут лишь в маггловском ресторане.       Они не заметили маленького жучка, сидевшего на витрине книжного магазина. Пережившая всех и вся Рита Скитер была готова выпустить в мир магической Британии новую сенсацию о самой знаменитой его паре.

* * *

      Гарри Поттер протер сонные глаза, услышав приглушенные рыдания, доносившиеся откуда-то из большой и роскошной спальни хозяина поместья Поттеров. Нащупав на тумбочке очки, он медленно сел на кровати, пытаясь сфокусировать взгляд на том, откуда доносились звуки неподдельного горя.       С трудом поднявшись с кровати, он направился в смежную гостиную и обнаружил там Гермиону, плачущую на диване. На коленях у неё лежала большая книга, а по её прекрасному лицу все время текли слезы.       Ей было так плохо, что она даже не заметила его присутствия. Подбежав к любви всей своей жизни, он опустился перед ней на колени, нежно обнял и вытер слезы.       — Ш-ш-ш... Гермиона, всё в порядке... я здесь, — прошептал он успокаивающе.       — Га…Гарри? — ресницы Гермионы затрепетали и открылись, когда она повернулась, чтобы посмотреть на него.       — Гермиона, что случилось? — он очень беспокоился за неё. Если бы он только мог унять её боль, он бы это сделал.       — Опять Беллатрикс... кошмар про проклятие... и потом, Гарри, Я... Я думаю, я... я чувствую, что беременна, Гарри, — объяснила она между всхлипами.       — Беременна? Как — как ты можешь быть так уверена?       Честно говоря, он не знал, что и думать. С одной стороны, он чувствовал себя счастливым при мысли о том, что его ребенок растет внутри неё. Но с другой, он дико боялся того, что это счастье будет очень недолгим.       — Я... — она медленно, с его помощью, села, а он устроился рядом с ней.       — Гермиона, пожалуйста, скажи мне, чем я могу тебе помочь? — его зрачки впились в её полные слёз глаза.       — Гарри... мне страшно. А что, если я беременна? А что, если… — она снова заплакала, и он нежно притянул её к себе, чтобы она могла поплакать у него на груди. Потирая ей спину, он сам с трудом удерживал слёзы.       — А нет ли у тебя здесь какого-нибудь теста, который подтвердил бы, что ты беременна? — прошептал он.       — Да, есть... но что, если я... и... и... — всхлипнула она.       — Тс-с-с! Что бы ни случилось, мы пройдем через это вместе... Я всегда буду с тобой, несмотря ни на что, — заверил он её.       — Гарри, я... если я беременна, что будет, если ребенок...       — Гермиона, мы всё преодолеем... мы решим эту проблему вместе. Ты и я... — он поцеловал её в макушку.       — Хорошо... — Гермиона подняла голову с его груди.       — Ты знаешь это заклинание? — спросил он, и она кивнула.       «Глупый вопрос! Конечно, она уже знает это заклинание. Это же моя Гермиона, ради Мерлина!»       — Можно мне одолжить твою палочку? Я оставила свою на тумбочке рядом с кроватью, — смущенно сказала она.       — Конечно, любовь моя. Вот, держи, — он взмахнул рукой, и волшебная палочка появилась в его руке из невидимой кобуры на предплечье.       Гермиона взмахнула его палочкой с пером феникса круговым движением вокруг своего живота, затем направила строго вверх и произнесла:       — Reprehendo graviditate!       Он задохнулся от шока, когда не один, а сразу два ярких огонька зависли над палочкой. Первый светящийся шар синего, а второй — ярко-розового цвета. Он мог ничего не знать об этом заклинании, но был уверен, что цвета указывают на пол. «Близнецы», — подумал он с гордостью и страхом. На секунду он почувствовал счастье, что их страстная любовная деятельность принесла свои плоды, но так как они до этого не очистили Гермиону от проклятия, то ведущим чувством мгновенно стало раскаяние.       Он жутко боялся за Гермиону и безопасность их детей. Он не должен был быть столь беспечным каждый раз, когда они занимались любовью. Он не должен был доверять магловским таблеткам, которые Гермиона принимала только для того, чтобы регулировать свои месячные. Он должен был использовать презерватив или противозачаточный амулет.       «Я большой тупой беспечный идиот!»       — Гарри? — он услышал беспокойство и страх в голосе Гермионы.       — Всё в порядке, милая. С нашими малышами ничего не случится! Мы поговорим с Асторией завтра... мы можем попробовать гоблинов... домовых эльфов! Кого угодно! Мне всё равно, у кого мы попросим помощи! Я просто абсолютно уверен, что ты и наши дети будут в порядке! С нами всё будет хорошо... с тобой всё будет хорошо... — убежденно сказал Гарри, как будто тоже пытался утешить себя своими же словами.       — Ты… ты не сердишься? На меня, — тихим голосом спросила Гермиона.       — Как я могу сердиться на тебя? — он любовно приподнял её подбородок, чтобы посмотреть невесте в лицо.       — А что, если наши дети не выжи…       — Тс-с-с! Я не позволю ничему плохому случиться с тобой и нашими детьми, обещаю, — заверил он её.       — Хорошо... я верю тебе, Гарри, — вздохнула она, положив голову ему на плечо. Ничего, кроме их ровного дыхания, не было слышно в темной гостиной, пока они оба обдумывали эту чудесную и в то же время пугающую новость.       — Гарри?       — Да, любовь моя?       — Займись со мной любовью. Заставь меня забыть... — она подняла голову с его плеча и посмотрела на него. В её глазах застыло отчаяние, и он понял, что ни в чем не может ей отказать.       — Но что, если это повредит нашим детям? — попытался он её урезонить.       — Просто... будь нежен со мной... пожалуйста, Гарри... Ты мне нужен, — взмолилась она.       — Хорошо, — прошептал он, медленно опуская лицо, чтобы завладеть её губами в поцелуе истинной любви.

***

      На следующее утро британское сообщество волшебников проснулось в полном шоке от потрясающих откровений Риты Скитер на первой странице «Ежедневного пророка». Первое — Гарри Поттер только что объявил Джинни Уизли врагом рода Поттеров из-за попытки ведьмы отравить его любовными зельями много лет назад. Второе — Гарри Поттер приказал Джинни — в исполнение долга жизни — держаться подальше от будущей леди Поттер. И третье, насколько верно то, что Гермиона Грейнджер, согласно громким воплям мисс Уизли во «Флориш энд Блоттс», неспособна рожать здоровых детей? Станет ли Гарри Поттер последним представителем своего древнего и благородного рода?       Поскольку Рита Скитер закончила статью дразнящим намеком о возможной беременности последней из-за страстного желания Гермионы полакомиться цыпленком табака со свежей клубникой — довольно странное сочетание, по мнению самого Гарри Поттера, она закончила статью вопросом: является ли Гермиона Грейнджер бесплодной ведьмой, или это просто бредовое нытье убитой горем ведьмы, которая явно одержима Мужчиной-Который-Победил?       Рагнок, вождь народа гоблинов, впился взглядом в имя ведьмы, написавшей эту непристойную статью. Гермиона Грейнджер, чрево пророчества, должна быть защищена любой ценой! Если слух, что она бесплодна, окажется правдой, то гоблины ради спасения самих себя должны помочь решить её проблему. Он громко ударил в Золотой гонг, стоявший на письменном столе и его центурион — охранник вошел в кабинет.       — Мой король! Чем я могу служить? — спросил центурион, почтительно кланяясь.       — Вызови ко мне Острозубого! Речь идет о его клиенте, лорде Поттере, и его будущей леди! Вперёд! Сейчас же! — приказал Рагнок хриплым голосом, и его центурион ещё раз поклонился, прежде чем броситься выполнять его приказ.       «Первым делом надо поговорить с лордом и будущей леди Поттер. Вторым — надо пресечь действия этой ведьмы Скитер по раскрытию государственной тайны…»