Kiss of Hades (Поцелуй Аида)

Он приметил ее ещё тогда — хрупкую дрожащую фигурку у ворот. Странная девочка, потеряно оглядывающаяся по сторонам, будто никак не могла понять, где она находится. Незнакомка на первый взгляд была такой же, как миллионы других девочек ее возраста — рюкзак с плюшевыми брелоками на плече, модная рубашка в клетку, потертые джинсы… Спустя время он сам не мог точно сказать, что привлекло тогда его внимание, заставив притормозить у ворот. Взгляд серо-голубых, словно небо перед грозой, глаз скользнул по нему, будто оценивая, но девочка тут же, одернув себя, резко отвернулась. Он окинул взглядом здание за воротами: старшая школа Эшфилда. Из дверей выходили ученики — группки глупо хихикающих девочек, стрелявших глазами по сторонам, мальчики, старавшиеся казаться взрослее, чем они есть. Он замер у ограждения, сделав вид, что ждет кого-то. Закурил по привычке сигарету, краем глаза наблюдая за растерянной незнакомкой. Мысленно ругнулся: такого с ним еще не бывало, девчонке около шестнадцати, какого черта? Хотя, он и признавал, что даже в таком возрасте многие могли привлечь внимание, но все же… Да и не это чудо, которое, казалось, сейчас расплачется. От созерцания странной незнакомки его отвлек веселый голос, и на девчонку налетела её мужская «копия». Мальчишка что-то весело щебетал, пока его сестра с ужасом в подёрнутых слезами глазах смотрела на разбитую в кровь губу брата. Чуткий слух уловил только брошенную легкомысленную фразу: — Да ладно тебе, я легко отделался, а вот Бен пострадал ещё больше! Он наблюдал, как брат и сестра уходят, с невольной улыбкой слушая, как они шутя переругиваются, после чего повернулся, намереваясь уйти. И так задержался, а дела не ждут. Второй раз они встретились уже на работе — девочка чуть было не снесла его, поскользнувшись на покрытом льдом тротуаре. Он едва успел подхватить хрупкую фигурку, не давая поближе познакомиться с асфальтом и плиткой, которой было выложено крыльцо. Микаэла Олсен, новенькая официантка. Ее наняли за время его вынужденного недельного отсутствия, именно поэтому встреча была столь неожиданна. Хотя, он не мог сказать, что его это расстраивало. Первые несколько дней она привыкала к нему, относясь довольно насторожено, особенно в те моменты, когда он пытался заговорить с ней или когда они всей дружной компанией после работы садились в кухне пить чай. Мика держалась довольно отстраненно, стараясь лишний раз не пересекаться с ним, и, конечно, не помнила ту их встречу у ворот школы. Пришлось приложить немало усилий, чтобы малышка начала ему доверять. Постепенно они сближались, чему очень помогла Тесс, в первый же день проникшаяся к Мике полной симпатией. Раздражало только, что даже Харви смог добиться от неё какой-то реакции всего лишь через месяц. И если бы не интерес малышки к аниматроникам, вряд ли они бы вообще начали общаться. Менеджер же, однажды улучив момент, сообщил ему, что ни о каких «инцидентах», произошедших когда-либо в заведении, Микаэла не знает. Собственно, так должно было продолжаться и дальше. Он мог понять опасения Стива — из-за слухов мало кто желал работать во «Фредди Фазбер». Покивав для приличия на все наставления, он, стоило Стиву уйти, лишь издал негромкий смешок. К великому несчастью менеджера, у него уже были свои планы на девочку. Еще не до конца определенные, но были. *** Поднимающаяся по ступенькам женщина вздрогнула от неожиданности и подняла на меня глаза. — Микаэлла, что ты тут делаешь? — удивленно спросила наша с Элем бывшая няня. — Конкретно сейчас я вам помогаю, — хмыкнула в ответ. — А вообще — была в поездке с папой и Элем! Миссис Аддингтон покачала головой, всё ещё удивлённо рассматривая меня. — У вас была семейная поездка? — Почти, но не совсем. Я вам обязательно расскажу, но для начала — куда нести чемоданы? — Да бог с тобой, деточка! — всплеснула руками женщина. — Они же тяжелые! — Так и не она их потащит! — раздался весёлый голос Эля позади нас. Братишка, который сейчас был на голову выше нашей няни, с легкостью подхватил чемоданы и ухмыльнулся. — Куда нести? — В четвёртое купе. — О, рядом с нашим! Папа, закончивший к тому времени разговор, с радостью присоединился к нашей компании. В купе миссис Аддингтон никого не было, так что мы расположились в нём, устроив настоящее чаепитие. Пока папа расспрашивал женщину о её здоровье, я внимательно рассматривала свою бывшую няню. Состояние её будто оставляло желать лучшего, няня выглядела так, словно ей не шестьдесят, а глубоко за восемьдесят. В уголках глаз залегли морщины, под глазами мешки, да и седых волос на голове горячо любимой мной миссис Аддингтон прибавилось. Похоже, мысли Эля текли в том же направлении, потому что взгляд брата превратился из весёлого в задумчивый, и он нахмурил брови. — Как поживает ваш муж? — продолжил тем временем папа. — Он умер два года назад, — миссис Аддингтон глубоко вздохнула и посмотрела в окно. — Сердце совсем подвело. Он вообще после того случая сам не свой был. Сами понимаете, Джеймс, для него не могли пройти бесследно все эти ужасные события… — папа понимающе закивал, хотя ни я, ни Эль не поняли, о чем идет речь. — Это ужасно. Миссис Аддингтон кивнула. — Я его рядом с сыном похоронила, сам так хотел. Попросил меня в последний день: «Как умру — положи меня рядом с сыном, мы вместе за тобой смотреть будем, охранять. Знаешь же, он тут, с нами, оберегает». Совсем с ума спятил старик мой, да кто винит? Я сама чуть в больницу не слегла, да уберег Бог. Сейчас вот только здоровье подводить стало немного… — Так может быть, переедете к нам? — предложил вдруг папа — Что вам там одной, а тут мы с Вивиан, да Эль с Микой приезжают! — Да что вы, что вы! — замахала руками женщина. — Все со мной хорошо, не нужно так волноваться! А кто за могилами ухаживать будет? Нет, нет, спасибо вам на добром слове, Джеймс, но я не смогу. Папа расстроено покачал головой. Эль тоже принялся убеждать пожилую женщину, что ей не стоит оставаться одной, но миссис Аддингтон была непреклонна. — Спасибо вам за заботу, но нет. Уж лучше, если можно, я так к вам в гости приезжать буду! Но насовсем не смогу, старею я, сложно уже переезжать, — грустно улыбнулась женщина. — А вы и так многое сделали для моей семьи. — Это мелочи! — махнул рукой папа. — Вы сделали для нас гораздо больше. — И все же была, неоценимая! — возразила миссис Аддингтон. — Джереми вам так благодарен был, все мечтал встретиться лично, да вы тогда в Австрию уехали, не смогли. А потом… — она махнула рукой, не договорив. Я совсем потеряла нить разговора. Казалось, папа не хотел затрагивать тему, которая была связана с сыном миссис Аддингтон. Что такого с ним произошло? Да и тем более, если с этим как-то связан отец… — Папа, а что ты сделал? — поинтересовался вдруг Эль. Гении мыслят одинаково, я всегда это знала! Отец кашлянул, отводя взгляд в сторону, как будто не хотел говорить об этом. Но за него ответила миссис Аддингтон. — От тюрьмы он моего сына спас! — сказала она. — Вытащил из камеры моего Джереми. Мы с братом переглянулись. — Из тюрьмы? Что он сделал? — удивленно спросил Эль, подаваясь вперед. Глаза брата сверкали искренним любопытством. Миссис Аддингтон опустила голову. По ее щекам потекли слезы, голос прерывался, но она ответила. Настолько тихо, что мы едва расслышали: — Убил он. Детей убил. В купе повисла тишина. Мы с братом замерли, переводя взгляд с няни на отца, будто в любой момент один из них рассмеется и скажет, что это неудачная шутка. Но все молчали. — Ч-что, простите? — не сдержалась я. Папа ничего не сказал, лишь коротко махнул головой в сторону выхода: мы с Элем поняли намёк. Молча вышли из купе, так же молча вошли в наше и уселись друг напротив друга, храня молчание и пытаясь уложить в голове то, что только что услышали. — Как думаешь, Джереми и вправду убил детей? — тихо начал Эль. Я покачала головой и вздохнула, забираясь на сиденье и прижимая колени к груди. Образ улыбчивого юноши, катавшего нас с братом на плечах, до сих пор сохранился в памяти. Представить, что Джереми мог убить ребёнка было настолько же сложно, как представить, например, Винсента, танцующим балет. От последней аналогии, я хихикнула, не удержавшись, привлекая внимание Эля. — Извини… представила кое-что неудачно-смешное, — покаялась я. Братишка хмыкнул. — Удивляюсь тебе, в такой момент думать о чём-то смешном. Я покачала головой. — У всех в головах бывают неудачные сравнения! — Согласен. Эль протянул ко мне руки. — Иди сюда, солнышко. Я знаю, ты напугана. Я тут же скользнула на место Эля и прижалась к брату, сцепляя руки в замок на его спине. Эль тихо напевал под нос старую колыбельную и я, наконец, немного успокоилась, проваливаясь в сон. *** Проснулась я от тихого разговора вернувшегося отца с братом: — Папа, ты серьезно? — шепотом высказывался Эль. — Почему нам об этом никто не говорил? Джереми убил детей! Да я скорее поверю, что он был тем, кто знал настоящего убийцу и его подставили, чем в этот бред! — Я знаю, знаю! — так же тихо отвечал папа. — Но, увы, доказательства были неопровержимы. Да и вам было сколько лет, как мы должны были вам объяснить все эти тонкости? А потом… вы о нём забыли, а напоминать было неуютно… Да и неправильно как-то. Я лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к диалогу. Послышался тихий скрип, кто-то опустился на сиденье рядом со мной, и рассеянно принялся гладить по голове. — Расскажи лучше, что у вас с сестрой творится на самом деле? — раздался совсем близко голос папы. А, так вот кто рядом. — Я же вижу, что она на взводе. — Работа, дедуля любимый нарисовался внезапно, — начал перечислять Эль. — Майк вон вернулся в город, всё хотим встретиться вечерком. За Микой чудила какой-то ухлёстывает… — Никто за мной не ухлёстывает! — раздражённо отозвалась я, не открывая глаз. — С чего ты вообще это взял? — Ну как же? — деланно удивился Эль, даже не уделяя должного внимания тому, что я не сплю. — А механик этот ваш? Майк говорит, он его после вашей встречи чуть ли глазами не ест каждый раз как видит. Я открыла глаза и приподнялась с места, с прищуром глядя на брата: — Бред несёшь. — Даже не пытаюсь! — парировал Эль. — Тебя на приёме этом все, кто мог глазами пожирали. Я знаю, что ты у нас красивая, но… — Они пялились не из-за моей красоты, а из-за платья, в которое меня, между прочим, вы и нарядили! Этот факт ни брату, ни отцу крыть было нечем. Я обиженно дулась в углу, пока папа не психанул и не сгреб меня в охапку, устраивая в своих объятиях: — Цветочек мой, ну чего ты расстроилась? Тебе вовсе необязательно вообще вспоминать об этом приеме, и дедушке в частности. Папа со всем разберется! Я хмыкнула. В голове вспыли воспоминания о разговоре с Эдгаром, и меня слегка передёрнуло. Что-то подсказывало, что с родственниками по папиной линии я ещё встречусь. Папа аккуратно гладил меня по спине, тихо напевая старую колыбельную, которую пел нам с Элем, когда мы были совсем маленькими. Брат примостился с другой стороны, устроив руку на моём плече. Эль прижался губами к моей макушке и что-то едва слышно шептал. Я не могла разобрать, что именно, вновь проваливаясь в сон, убаюканная теплом и объятиями двух своих любимых людей. Утро я встретила прижатая к стене купе Элем, тихо посапывающим куда-то мне в волосы. Папы в поле зрения не наблюдалось, и я, аккуратно вывернувшись из рук брата, вышла из купе. Папа стоял у окна и разговаривал с миссис Аддингтон. Няня выглядела куда лучше, чем в наш последний разговор, но мне все равно почему-то было неловко подходить к ней. Я обняла себя руками за плечи и уставилась в окно. Это было странно, но меня будто обдувал легкий холодный ветерок, а по спине бежали мурашки. Начав оглядываться, чтобы увидеть Оливера, я никак не ожидала вместо него увидеть в конце вагона высокую худощавую фигуру. Ощущение было не из приятных, я оглянулась и вдруг поняла, что стою в пустом вагоне. Отец и няня пропали, а вот неизвестная фигура в конце осталась стоять. Спиной ко мне, неизвестный призрак и не думал поворачиваться. Я понимала, что это именно призрак по тому же ощущению, что преследовало меня при появлении Лолы и Оли. Это был явно юноша, но я никак не могла понять, кто это. Фигуру будто окружала дымка, не дававшая толком рассмотреть человека. — К-кто ты? — из горла вырвалось хриплое, едва различимое. Фигура дернулась, резко оборачиваясь. — Ты… кто? — будто повторил он за мной. Голос был безликий, пустой, лишенный какой-либо эмоции. — Я… Я — Мика. Мика Олсен. Юноша-призрак встрепенулся, словно услышал что-то знакомое. Он сделал два робких шага, будто ему что-то мешало, вперед, ко мне. Протянул вперед руку и тихо, нежно прошептал: — Малышка… это ты? Внезапное осознание того, кто этот человек, вернее, призрак какого человека сейчас передо мной, заставило тошноту подкатить к горлу. Голова закружилась, я пошатнулась и… упала в руки папы. — Мика? Малышка, что случилось? — взволнованный голос няни раздался справа, и я приоткрыла глаза, глядя на родных, склонившихся надо мной. — Я… я… просто голова закружилась. Папа помог мне выпрямиться, не переставая поглаживать по спине. — Ты уверена, что все в порядке? — спросил он. Я кивнула, ища глазами Эля. Но, видимо, братик еще не проснулся, а объяснять папе и няне о том, что я видела — слишком сложно. Да и как сказать, что я видела человека, которого в детстве считала чуть ли не вторым братом. — Я не выспалась, да и перенервничала, пока была у дедушки. Простите, не хотела напугать! Провожаемая подозрительными взглядами исподлобья, я была отконвоирована в вагон-ресторан, где меня накормили рисовой кашей с фруктами и десертом с кофе. Папа и няня не сводили с меня глаз, пока я не съела все до последней крошки. Мой мозг же в это время пытался осознать, что я впервые видела кого-то из призраков, кроме детей и Марионетки. И то, те принадлежали одному месту. Выходит, я могу видеть не только их… Я опустила голову на плечо папы, продолжая смотреть на уже допитую чашку кофе. Ехать нам оставалось немного, но достаточно, чтобы меня могли забросать расспросами. С отца станется, он видит и понимает намного больше, чем говорит. Но к удивлению, папа молчал. Он сосредоточенно смотрел в телефон, что-то быстро печатая, отвлекшись лишь тогда, когда к нам присоединился заспанный Эль. — Всем доброе утро! — поприветствовал брат, тут же ухватившись за меню. Миссис Аддингтон, усмехнувшись, потрепала его по волосам. — Все такой же любитель поесть! — добродушно засмеялась она. Так мы и провели оставшееся время — шутя и рассказывая разные истории из жизни. Стоя на перроне и прощаясь с няней, я не сразу обратила внимание на резко изменившееся лицо Эля — он смотрел куда-то мне за спину застывшим ледяным взглядом. Не понимая, что происходит, я обернулась. Взгляд зацепился за знакомую фиолетовую рубашку. Винсент шел прямо к нам, закинув руку с курткой на плечо, и смотрел прямо на меня. Так. И какого черта он тут делает?! — Привет! — махнул он рукой, как только между нами осталась несколько шагов. Я кивнула. — И тебе того же. Что ты тут делаешь? Мужчина усмехнулся. — Странный вопрос. Ты сама написала Тесс, что приезжаешь сегодня. И сразу поедешь на работу. Почему, по-твоему, я здесь? Я прикусила язык. И правда, я же сама писала Тесс, но совсем забыла об этом, когда увидела призрака! Я обернулась к стоящим за спиной брату, отцу и няне. Они ведь тоже не знали… Минутку! На лице миссис Аддингтон застыло странное выражение. Так смотрят на нечто… нечто донельзя омерзительное. Какого черта? Папа подошел ближе, не сводя глаз с Винсента. — Милая, представишь нас? — полувопросительно поинтересовался он. Я вздохнула. — Д-да, конечно! Я забыла вас предупредить, что с вокзала поеду сразу на работу! Папа, это Винсент, мой коллега. Винсент, это мой отец… — Джеймс Олсен, — протянул руку папа. Винсент аккуратно пожал ему руку. — Винсент Вайлет. Приятно познакомиться, сэр. Я чуть не присвистнула. Вау, впервые за все время работы с ним слышу фамилию Винса. — Ладно, я поехала! — я кинулась к брату, обнимая его прежде, чем Эль успел хоть слово вставить. После чего сжала в объятиях няню. — Микаэлла, пожалуйста, будь осторожнее! — тихо прошептала миссис Аддингтон. — О чем вы? — но няня только покачала головой. *** Попрощавшись со всеми и договорившись, что Эль встретит меня после работы, я наконец оказалась на переднем сидении Форда Винсента. Мужчина завел двигатель и, выворачивая на дорогу, наконец произнес: — Итак, как к тебе обращаться с этого момента, золотко? — Чего? Ты это о чем? — Ну как о чем. О том, что вчера транслировали по ТВ. Твоя фамилия ведь Олсен? — А… — совсем забыла, что в новостях показывали начало вчерашнего приема. А, значит, и нас с Элем тоже. — Ну да. Просто это мамина фамилия. — И почему же так произошло? Твой отец тоже назвал не свою. — Потому что он после свадьбы взял мамину фамилию. И нам с братом тоже дали её. Папа… у него сложные отношения с дедом. Так что в моей жизни не поменялось ровным счетом ни-че-го. — Это ты так думаешь! — хмыкнул себе под нос Винсент. — И кстати. Откуда ты знаешь ту женщину? — М? Ты о миссис Аддингтон? Она моя няня. А ну, погоди-ка, а откуда ты её знаешь? Мужчина тяжело вздохнул. — Это долгая и не очень веселая история. Просто знай, что я ничего такого не имел ввиду, но у неё есть причины так относиться ко мне. Расскажу как-нибудь в другой раз. Мы почти на месте. Мы и правда подъезжали к «Фредди Фазбер». Не знала, что пиццерия так близко к моей работе. Ну что ж, у меня есть еще одна причина, по которой я приехала на работу прямо с поезда. Костюм желтого кролика. Спринг Бонни всё ещё был в рабочей комнате Винсента. И я собиралась осмотреть его.