Эффект Люцифера

Тьма сгущается, приедается и режет глаза. Стоны и крики в голове звучат с каждой секундой все сильнее, а привкус крови во рту отдаёт металлом. Сердце скукоживается от пилящей боли, а по комнате проходится ненавистный звук будильника. Вики уже не удивляется красной жидкости, что спускается с носа и попадает в рот. Привыкла ко сну в размере нескольких часов за последние две мучительные недели. Она медленно поднимается с потрёпанного дивана и обречённо вздыхает, когда оказывается во всё той же однокомнатной квартире, с убитой мебелью и отклеивающимися обоями серого цвета. Серый точно описывает её жизнь. Хотя, прожитые две недели имеют слегка другой оттенок, немного ярче, чем простой серый, но недостаточно насыщенный, что бы вытянуть Уокер из вечного депрессивного настроя. Красок добавил лишь новый главврач в больнице и приобретённая бессонница. Через силы двигает ногами и опускает их на ледяной пол. Морщится, но моментально ободряется и приступает к выполнению утренней, порядком надоевшей, рутины. Турка отправляется на плиту, остатки хлеба падают в ущелья тостера, а Вики плетётся в ванную комнату. На секунду задерживает взгляд на не заправленном диване, но сразу же плюет на это. Гостей она все равно не водит, а вечером сразу нырнёт под одеяло. Глядит в зеркало над раковиной и, как все не выспавшиеся люди, пугается внешнему виду. Синяки под глазами играют глубоким фиолетовым, а окружность их оттеняется серым. Прерывается от чистки зубов, и оставляя щётку во рту, всматривается в очертания своего лица. Кожа не искрит здоровым цветом, сушится и приобретает отливы мертвеца. Глаза будто стали на тон темнее прежнего серо-голубого, а брови вжились в неизменно хмурое положение. Чёрные волосы не блестят, секутся, выпадают и путаются. Тело исхудало, а кости выпирают больше прежнего. Уокер ловит прилив галлюцинации, будто отражение живет своей жизнью. Чует чужой взгляд и ёжится. Мигом ополаскивает лицо ледяной водой, а затем покидает ванную комнату. Ключ в замке проворачивается третий раз, издавая характерный щелчок. Уокер еле перебирает ногами и стучит ботинками по ступенькам. Сильным пинком ноги открывает металлическую дверь и моментально щурится от ярких лучей, попавших на лицо. Она ненавидит солнце, весну и цветущие деревья. Ей куда-больше доставляет удовольствие осень, дождь и туман. Ненавидит день и блаженствует ночами, разглядывая усыпанное звёздами небо. Ненавидит эту мамашу, что каждое утро, в одно и тоже время проходит мимо многоэтажки Уокер, с орущим ребёнком в руках. Шагает несколько метров и открывает дверь старенького Форда. Ненавидит эту машину за то, что заводится она лишь с пятого раза. Бьёт руками руль, выкрикивает все прелести своего лексикона и наконец давит на газ. Рукой лезет в бардачок и цепко хватается в пачку сигарет, лежащих там именно на случай отвращения ко всему, что движется. Поджигает папиросу и блаженно выдыхает. Ненависть сменяется равнодушием, а день обещает быть по традиции нудным.

***

— Доброе утро, Вики. — Здравствуй, Люцифер. — Снова не выспалась? Вики отрывается от заполнения бланков на регистратуре, через усилия, скрепя зубами, натягивает самую усталую улыбку и кивком отвечает новому главврачу. Люцифер. И имя такое, что Вики первые дни боялась с ним заговорить. Он рассказывал, что отец у него был фанатиком, вот и досталось ему такое прозвище. — Медсестра Уокер, подойдите к третьей палате! И она уходит. Ныряет в пучину серых будней и нервно ждёт окончания дня. Измученно ходит по палатам, ставит капельницы, желает больным скорейшего выздоровления, тепло улыбается, скрывая желчь внутри, и уходит в следующую комнату. На обеде скрывается от всех работников на излюбленной крыше. Помнится, она часто приходила туда после смерти отца. Жуёт купленный в автомате сендвич, заливает все горьким американо из второго автомата, а затем спускается обратно в помещение с белыми стенами.

***

Уокер стеклянными глазами смотрит на тело обречённой женщины. Третий год в коме, а муж больше не имеет средств на продолжительную поддержку жизни. Вики ненавидит жизнь, но спасает их, и даже сейчас ей тяжело отпустить ещё одну душу на небеса. — Вики, по-другому никак. — голос рядом стоящего Люцифера, как мёд протекает к ушам, и отдаётся терпким ощущением. — Я понимаю. Вики вздыхает и присаживается в кресло. Потирает ладонями глаза и прикрывает их, в попытке скрыться от всех зудящих мыслей. Картинки перед зеницами мелькают со скоростью света, пока не останавливаются на самых ужасающих. Кровь, грязь, истерзанные тела, кричащие души и невероятная вонь запеченных тел. Эта невероятная вонь, кажется, присутствует даже в этой палате, а не только в сознании Уокер. Она ощущает её на уровне рядом с лицом, слишком щурит глаза и чувствует боль от этого действия. Будто гнилое дерево мешает свой запах с крысиным пометом, добавляя в эту адскую смесь слежавшуюся пыль. К горлу подкатывает волна рвоты и Вики мигом открывает глаза, встречаясь с подозрительно изучающим взглядом Люцифера. Холодок бежит по коже, а все картинки мук людей мелькают в сознании. Уокер прерывает зрительный контакт и выбегает в сторону туалета.

***

День этот точно не из лучших. Сначала она вывернула все кишки наружу, а потом осталась на несколько внеплановых часов на работе. Глаза слипаются пока она шагает к припаркованному автомобилю. Будто в трансе находится, с первого раза заводит машину, давит на газ и открывает окно, пока преодолевает километры. А выходит из гипноза, когда осознаёт, что и понятия не имеет где она находится. Неизвестная трасса горит темнотой, а сердце Вики пропускает удары. Она совершенно не помнит, как свернула не в ту сторону и выехала из города. Сзади подозрительно едет чёрный внедорожник и Вики давит на тапок. Вечно оборачивается и пугается сильнее, когда автомобиль сзади проделывает тоже самое. Одно мгновение, и он догоняет.

***

Люцифер блаженствовал в преисподней, когда в его дверь постучали, сообщив, что через месяц в школу пребудет дочь Серафима — Вики Уокер. Не сразу понял, зачем ему эта информация, но заинтересовался мигом, узнав, что в ангелы-хранители ей поставили Дино. Отпускает демона, что донёс информацию, и утопает в раздумьях. Забывает о былом развлечении и принимает спонтанное решение отправится на Землю. Видит в этом развлечение и уже спустя пять минут щёлкает пальцами. Он провёл целый день рядом с Уокер, ходил по пятам, приняв облик невидимки. Слушал все её темные мысли, подавленные и угнетенные слова в голове и поражался все больше. Прибыл в шок от того, что дочь Серафима — ненавидит жизнь. Гадает над этим парадоксом: ненавидит, но каждый день спасает чье-то проживание. Не мог найти ответ на эту загадку со звёздочкой, и выбрал единый исход. До прибытия в школу, у Уокер две недели, а у него ещё две недели на слежку за этим объектом. Люцифер вошёл во вкус, играя роль главного врача этой больницы. Лично познакомился с Вики и каждый день слушал её думы, как заученную песню. Видел красивейшую душу, по дьявольским меркам, и мечтал овладеть ею. — Снова не выспалась? Усмехается своему же вопросу, ведь точно знает причину бессонницы Уокер. Именно он с небес нашёптывал ей кошмары. Бросал ей в разум все адские иллюстрации и довольствовался ужасом на запотевшем лице девушки. Блаженствовал от её тихих стонов, от аромата крови, льющейся из носа. А какую бурю эмоций получил, когда она в палате сдерживала тошноту и морщила личико. Многое мог отдать, лишь бы лицезреть это снова. Взглянул в эти серые зеницы, пропитанные ужасом, и видел нечто особенное, когда Вики щёлкала переключатель чувств, запуская равнодушие. Умереть она должна была на день позже, но терпеть Люцифер больше не желал. Поэтому сейчас наблюдает за ее пробуждением. Девушка поднимается на пошатывающихся ногах и ощупывает голову. В глазах все то же равнодушие, никакого страха. Люцифер шепчет: «действуй», и она бросается вниз. Летит, словно камень. Не шевелится, будто не дышит даже. Черные волосы под потоками ветра развиваются, и Люцифер видит прикрытые глаза. До столкновения с землей все меньше расстояния, а крылья не прорезаются. Секунда и демон срывается с места. Машет крыльями и понимает, что ей не суждено учиться в школе. Не заслужила, потеряла этот шанс своими пагубными мыслями и удрученными уклонами. Но Люцифер не может отпустить эту прекрасную душу просто так. Ловит её в метре от земли и несётся прочь. Разглядывает знакомые черты лица, пока парит в сторону Чистилища. Вики пробуждается и медленно приоткрывает глаза. Секунда уходит на узнавание, а потом сменяется шоком. — Здравствуй, Вики.