С самого начала

      Воландеморт был непреклонен. Северус оставил всякие попытки вразумить Темного лорда не делать поспешных выводов относительно мисс Кац. И вскоре был вынужден вернулся в Хогвартс. Дамблдор на время своего отсутствия настоятельно просил зельевара не покидать школу. Опять эти директорские тайны.       Едва стемнело Снейп отправился на свежий воздух. Стены замка оказались для него слишком душными. Он прогулялся до озера и вдохнув полной грудью черную сырость повернул обратно. Профессор уже шел вдоль школьной стены, когда его сердце слегка дрогнуло. Кажется, где-то здесь он очнулся, когда Смерть так предусмотрительно избавилась от него. - Ты сума сошла. – Восклицала первая муза. – Тело запечатано силой. Даже если я смогу в него войти, то выйти уже не сумею? Стоп. А как тебе это удалось?       Хтония молча слушала причитания своей младшей половины, пока не прозвучал главный вопрос. И завладев вниманием Клио, наконец показала свой маленький секрет. Часть магического цветка стала почти прозрачной, и все же в ней еще поблескивала капля волшебной силы. - Ты - первая муза. Для тебя нет преград между мирами. - Но как же тело. – Настаивала дочь Мнемосины. - Это лишь плоть. Выйди через ворота храма, и она тебе не потребуется. – Хтония аккуратно потянула золотую цепочку на шее музы и достав медальон, опустила его поверх белоснежного платья девушки. - Но как же… - Да в конце концов, - богиня теряла терпение, - ты живое олицетворение волшебства, неужели такая малость тебе не по силам?       Над склонами древней горы Сарабурун сияла луна. Прежний серебристый блеск ночного светилы, ныне превратился в кроваво-розовое мерцание, окрашивая болгарские земли в алый цвет. Кровь, с которой все началось ознаменовала начало конца. Из мраморных ворот на вершине «Черного мыса» вышла Старшая муза. Крепко держа свой клинок в левой руке, она достала из складок тоги костяную волшебную палочку и мысленно прочитав заклинание скрылась от взора луны, чтобы предстать перед ней вновь, на балконе Малфой-мэнора.       Временная резиденция Темного Лорда задыхалась от духоты. Британия всегда славилась влажным климатом. Но очевидно, вся хваленая английская сырость спряталась, выжидая подходящего момента, чтобы предстать во всей своей красе. С юго-востока приближалась буря. Но те немногочисленные обитатели замка, которые остались в стенах поместья, еще не знали об этом. Распахнув окна, спящие волшебники наслаждались легким сквозняком, который смягчался заколдованным воздушным тюлем. На широкой пастели с витиеватыми столбами покоилось змееподобное тело. Лицо его было покрыто испаринами и корчилось толи от боли, толи от злости, которая никогда не покидала пределов этой плоти.       Шагнув в глубину комнаты, сквозь покрасневшие от алого свечения шторы, Клио приблизилась к Воландеморту. Все защитные чары и магические печати были бесполезны против дочери Мнемосины. Свет, которым она была проходил в любые самые укромные уголки мира, тьма, которой она станет, поглотит вселенскую бездну.       Вложив в руку Тома кинжал, Клио легонько поцеловала его в лоб и подобно молнии растворилась во мраке. Луна скрылась за густой черной тучей.       Темный Лорд неспроста торопился. В последнее время он стал плохо спать. Совесть его никогда не мучала, как и кошмары. Ровно до тех пор, пока его покровительница не превратилась в овощ. Очнувшись ото сна, он не мог вспомнить никаких деталей своего ночного видения, но его сердце после пробуждения еще долго было заполнено ужасом.       Воландеморт отчетливо помнил, как отдал последние распоряжения своим приспешникам и удалился в кабинет, чтобы в тишине и покое ждать добрые вести. Он решительно не мог понять, как оказался в спальной комнате, да еще и в постели. Почувствовав холод металла в руке, Том крепче сжал клинок и в ночном халате, волшебным образом оказавшемся на нем вместо привычного одеяния, направился в сторону покоев своей покровительницы.       Камни Хогвартса были все на одно лицо, но Снейп без труда отыскал то самое место. Чувство вины действовало на его память безотказно. Прислонив ладони к стене, профессор не сразу сообразил, что не чувствует сопротивления. Его руки медленно поглотила неизвестность, и недолго думая, зельевар шагнул следом. Пред его взглядом предстала та самая зеркальная комната, из которой его вышвырнула Хтония. Пожалуй, единственное, что отличалось от его воспоминаний, это большая трещина напротив. Решив разглядеть поближе поврежденную поверхность, мужчина пересек всю       зеркальную комнату. Но едва он приблизился к нужной стенке, его чуткое обоняние уловило очень знакомый запах. Этот запах Северус предпочел бы никогда не слышать и доносился он от соседнего зеркала. Подчинившись инстинкту, зельевар шагнул вслед за кровавым ароматом и очутился в знакомой зале. Он уже видел эти белоснежные колонны, девушек в тогах, каменный жертвенник и Кэт истекающую на нем кровью. Сквозь скрежет ножей и тихий стон протянулось еле слышное «честное слово».       Снейп всем своим существом желал ее спасти, но было уже слишком поздно. Он не мог пошевелиться, лишь беспомощно облокотился рукой на колонну. Ладонь пронзила острая боль, как тогда, много лет назад в таком реальном сне. Рана пересекла его линию жизни, но едва появившись тут же исчезла. Кровь Кэтрин залила весь пол и уже подступилась к ботинкам профессора. Оторвав взгляд от кровавой лужи зельевар, наконец обратил внимание на пристальные взгляды, которые были обращены к его персоне. Гулкий шепоток пронесся по храму и Снейп наконец понял зачем он здесь.       Северус медленно шагал к алтарю пытаясь оттянуть приближающийся момент. Но место где сейчас он находился не обладало временными рамками и длительность его шагов ничего не решала. По мере приближения музы расступались перед ним освобождая путь к жертвенному камню. Последняя девушка взглянула ему в глаза и молча подала клинок. Слова были не нужны, он и так понимал, что от него хотели.       Клио лежала с закрытыми глазами. Все ее платье было насквозь пропитано кровью, а на лице виднелись спекшиеся красные дорожки от слез. - Я обещал защитить тебя, но видимо, каждый кто мне дорог обречен на незавидную участь. – Северус говорил, почти шепотом не желая, чтобы его хоть кто-нибудь услышал. Но та, к чьему сердцу он взывал слышала каждое слово. - Это не так. Теперь я точно это понимаю. – Глаза девушки чуть приоткрылись. – Ты думаешь, что судьба обошлась с тобой жестоко, но это то, что видишь ты. Отсюда все выглядит иначе. - Ты говоришь об этом, на последнем издыхании лежа в собственной крови. Мне кажется, что выглядит все именно так, как я вижу. - Эта кровь пролита за тебя. Она не отнимет мою жизнь, зато спасет твою душу. – Профессор хотел возмутиться, но был прерван. – Ты обещал защитить меня, так сделай это защитив себя. Я не смогу принять судьбу, зная, что не помогла тебе. – Мужчина застыл. – Северус, пожалуйста. – Девушка из последних сил взглянула на своего возлюбленного.       Повинуясь просьбе, зельевар вонзил клинок в сердце старшей музы. Что-то произошло. Но что, Снейп так и не понял. Вытесненный музами он отошел от алтаря обратно к колоннам. Между белоснежными спинами он смог разглядеть руку своей бывшей ученицы. Кровь с пола стремительно впитывалась в древние камни и вскоре от нее не осталось и следа. - Она не отнимет ее жизнь. – Повторял в уме зельевар. Но что-то отчаянно не давало ему покоя.       Наконец Северус заметил, что младшая из сестер держала волшебную палочку Кэт. Он неоднократно подмечал, что она была весьма необычной для волшебного инструмента. И вот теперь декану Слизерина было суждено увидеть истинное предназначение этого предмета. Палочка оказалась в руках у Клио. На девушке уже не было повреждений и выглядела она довольно жизнеспособной, когда со всего размаха старшая муза вонзила костяную палочку в свое сердце.       Не помня себя, Северус ринулся обратно к алтарю. Кость рассыпалась в прах, забирая с собой Клио. В попытке остановить мгновение, зельевар схватился за руку девушки, но та обернулась в голубой дым и медленно растворилась вслед за всем остальным. Скупая слеза скатилась по щеке сурового профессора. Возможно, если бы он не выплакал все свои слезы много лет назад, то они непременно бы излились сейчас. Восемь девушек вонзили свои клинки в пустой алтарь. Кровь старшей музы больше никогда не коснется ни этих ножей, ни этого камня.       Снейп очнулся в своем кабинете. В профессоре определенно что-то поменялось. Придя в себя первым делом зельевар обратил свой взор на рыбку. Она была жива. Жива. Как огненный сигнал, она говорила о том, что это больше не могло так продолжаться. Собравшись духом, мужчина направился на Астрономическую башню, необходимо было перехватить директора до того, как он успеет придумать, как использовать новые обстоятельства в своих интересах. Казнь наконец помогла Снейпу понять, что при всех сложностях положения он не мог ее потерять. Кем бы она ни была музой, богиней смерти или обыкновенной девчонкой. Пора было пересмотреть условия договора с Дамблдором. И в этот раз Северус был настроен радикально.       Но, как и в других значимых моментах его жизни, у судьбы были другие планы на этот счет. Оказавшись на башне Снейп столкнулся с Поттером. Похоже они только вернулись. Мальчишка выглядел немного напуганным, и бывший пожиратель смерти мгновенно понял, что некоторые из его товарищей по секте сейчас ведут увлекательную беседу с директором Хогвартса. Но хуже всего было то, что среди них был Драко. Непреложный обет предательски покалывал руку, напоминая о себе.       Зельевар часто представлял, как это могло произойти. И в каждой фантазии он находил какое-то решение, спасая и Альбуса, и Малфоя младшего. Реальность же оказалась куда более прозаичной, и после слов «Северус, пожалуйста», Снейп окончательно сдался, выпустив зеленую вспышку из своей палочки.       Дамблдор был мертв. Что теперь? Мысли путались. Для начала стоило покинуть школу. Судя по шуму в Хогвартсе уже началось противостояние пожирателей и мракоборцев. В сложившейся ситуации никто не станет слушать убийцу. И Снейп в очередной раз подчинился обстоятельствам, понимая, что очень скоро ему придется взвалить на себя еще более тяжкую ношу. Но отчего то теперь ему это не казалось чем-то невыполним или обременительным. Ведь рано или поздно всему и всем приходит конец. Всем кроме нее.       Попивая красное вино Темный лорд в преддверии большого события с наслаждением прикрыл глаза. Скоро старик отдаст богу душу и ничто больше не сможет помешать ему. Сначала он получит абсолютное бессмертие, а потом абсолютную власть. Весь мир подчинится его силе. И никто, даже сама Смерть не сможет помешать ему – Воландеморту. - Кхе, кхе. – Мысли темного волшебника были грубо прерваны.       Отодвинув на задворки разума свои планы Темный лорд открыл глаза. Каково же было его удивление, когда перед собой он обнаружил совершенно здоровую и очень даже живую Кэт. В сумрачном освещении трудно было сразу сказать кто был перед ним. Но путем не хитрых умозаключений, волшебник решил, что кроме Хтонии никто не посмел бы нарушить его единение. - Вижу, легкий отдых пошел вам на пользу. – Воландеморт смаковал момент триумфального ожидания и даже столь нежелательный визит не мог его испортить. - А я вижу, ты так ничему и не научился, Реддл. – В комнате отчетливо послышался скрежет зубов. Но все же даже столь грубое обращение не могло испортить настроение будущего властителя мира. - Чем обязан визиту? – Уже менее вежливо спросил змееподобный мужчина. - За тобой должок. И теперь пришло время платить по счетам. - Сегодня Дамблдор умрет. - Ты так уверен в этом? – В улыбке Темной королевы таилась какая-то опасность. И впервые Лорд задумался о том, почему же Хтония так яростно желала избавиться от всех своих союзников. - Абсолютно. – Хладнокровно заключил Том. - Чтож, тогда я могу тебя обрадовать. Старик уже стоит на пороге смерти. И пришло твое время послужить мне. - Чего же ты хочешь? - Того что и раньше – убей девчонку. - Так просто? - Кажется ты забыл, что она теперь бессмертна? - Чтож, возможно Миледи укажет мне способ, ведь это и в ее интересах? – Лукаво заметил Воландеморт. - Чтож, возможно Темный Лорд вспомнит, как чаще всего умирают музы в вашем мире. –       Разговор затягивался, Реддл начинал нервничать. – Мне нужно ее сердце. Дамблдор мертв, но еще не в моих владениях. Когда он войдет в Стикс, девчонка должна стать моей!       Воландеморт наконец поставил бокал на стол. На секунду внимание волшебника привлек какой-то манускрипт на его поверхности. Вглядевшись чуть внимательней, Том понял, что на бумаге нет ни одного читаемого символа. Когда осознание этого дошло до него и Лорд снова обратил свой взгляд на гостью, ее уже не было. Закрыв глаза, предводитель пожирателей провел рукой по лицу и очнулся уже в своей спальне с серебристым клинком в руке. Приближалась буря.       Багровые тучи сгущались над Британией. Весть о смерти величайшего волшебника разлеталась со скоростью света. Едва Снейп и все остальные пожиратели вернулись в Малфой-мэнор, как в поместье началась муравьиная возня.       Северус решил сам доложить о делах и встретил свое теперь уже единственное начальство в длинном коридоре. Вид Лорда был странным. Зельевар уже давно не видел Воландеморта таким взволнованным и, пожалуй, даже растерянным. Ночное платье и клинок, который Снейп узнал не сразу, наводили на дурные мысли. И вполне оправданные.       Как только бывший декан Слизерина закончил свой доклад, Темный лорд молниеносно направился в комнату Кэтрин. Ее бездыханное тело могло сойти за мертвое, если бы не слабый румянец на молоденьком личике. Северус даже не успел вздохнуть, когда серебристый клинок, пронзил девичью грудь и мерзкая зеленая рука вырвала из нее серебряное сердце. Рефлекторно темный волшебник воткнул кинжал в плоть, как мясник втыкает свой нож в разделанную тушу.       Снейпу стало дурно. Нет не от зрелища, они видел тела распотрошенные и вывернутые на изнанку. Но это были тела обычных людей. Сейчас перед ним была женщина, которую он любил. Хотя и сам до конца не мог себе признаться в этом. - Все кроме нее. – Вертелось в голове профессора. Слишком часто он видел смерть этой девушки. Слишком. Внутренний стержень снова укрепил дух зельевара и откинув все свои тревоги, как верный слуга он устремил свой преданный взор на хозяина.       Внезапно клинок стал рассыпаться на глазах. Серебристое сердце обратилось в серую дымку и вслед за ним в пепельном мареве растворилось тело девушки. Оставив с носом безногого волшебника.       Где-то в Шотландии средь зеленеющей молодой травы стояла женщина в платье цвета ночи. Все застыло вокруг нее: облака не бежали под напором ветра, травы не гнулись к земле и чернеющие волны озера не бились об крутые берега. Женщина держала в руках золотое сердце и прикрыв глаза шептала что-то на странном языке. Вскоре металлический орган поддался ее призыву и из тяжелого тумана возник первый вампир – прародитель всех детей ночи. - Как видишь, ты ошибался, и на этот раз я одержала верх. – С легкой ухмылкой проговорила Черная королева. - Ты позвала меня чтобы получить поздравления? – Уныло спросил вампир. Но ответа не последовало. Тогда чего же ты хочешь? - Того же чего и раньше. Сделки. – Амброджо пристальней вгляделся в своего врага. И изумился переменам в своей бывшей хозяйке. – Я верну твою душу взамен небольшой услуги. - Неужели ты получила еще не все чего желала? - Как видишь дело осталось за малым. И все же приглядись. Разве тебе не знакомы эти места?       Древний вампир наконец огляделся. Здесь много лет назад он обрек себя на вечное проклятие забрав, то, что принадлежало его возлюбленной. - Но как? – Было изумился друг горе-писаки. - Средний мир. – Пожала плечами богиня. – Время здесь течет во все стороны. - Но это же тысячи, много тысяч лет. – Еще больше удивился Сангвини. - Сегодня особый день для всех миров. – Мягко улыбнулась Хтония. Точь-в-точь как когда-то улыбалась ему Клио. - Лунный день. – Вампир улыбнулся в ответ. - Лунный день. – Подтвердила богиня и протянула ему золотое сердце. – Верни его, когда поймешь, что настало твое время. - А как же мир? – Озабоченно спросил Амброджо. - Что мир? Он останется прежним. – Хтония исчезла, как будто ее никогда и не было.       Войдя в зеркальную гробницу, старый вампир встал на колени. Он держал в руках сердце своей возлюбленной и теперь пришло время вернуть его на место. Золотая искорка отразилась во всех зеркалах сразу и из ослепительного света взору несчастного влюбленного явилась девушка, молодая и все еще прекрасная. Такая какой он ее помнил, какой она являлась ему в долгих мучительных кошмарах. Чарующая как морозное утро и такая же холодная. Рана в ее груди все еще кровила, как будто ее только что нанесли. Осторожно, стараясь не причинить боли Сангвини опустил сердце на его законное место. Дыра затянулась, тонкая ткань платья срослась. Но девушка не очнулась. В ней по-прежнему не было жизни. Впервые за тысячи лет вампир разрыдался. То были слезы очищения. Излив наконец свою боль, он исчез, подобно солнечному зайчику на закате.       31 июня – лунный день. Миг длинною в вечность, когда все миры и измерения сходятся в одну точку. Когда рушатся все преграды, чтобы затем с новой силой объявить о своей власти.       В мире богов нет времени, есть лишь мгновения. Хтония прожила тысячи и тысячи таких моментов. Запертая в своей обители она по крупице собирала силу, данную ей мирозданием, и отобранную отцом. Но не могла обрести ее полностью, до сегодняшнего дня. Сегодня 31 июня 1997 года нижний мир подчинится ее власти.       И все же ожидание финала затянулось. В груди подозрительно щемило от странного ощущения тоски, что цель достигнута и больше ничего не будет прежним. Присев в профессорское кресло, Хтония оглянулась вокруг. Комната была безжизненной и все же воспоминания, которые хранились в ее памяти дорисовывали интерьер, придавая ему очертания мира живых. Лишь маленькая золотая рыбка не нуждалась в дополнительных красках. Ее волшебства было достаточно, чтобы в душе Черной королевы наконец пробило брешь. Отныне больше не могло быть просто тени. Она должна была кануть в небытие, последовать вслед за светом и той самой девушкой, за чьей спиной она пряталась столько лет.       Богиня в последний раз вдохнула воздух полной грудью, представив аромат трав, а затем разломив маленькие песочные часы от хроноворота вдохнула бурый песок. Ее голубые глаза мгновенно налились кровью и с первой же слезой Хтония обратилась в черный дым, навсегда растворившись. Маленькая золотая рыбка исчезла вместе с ней. Старинные часы в небольшой книжной лавке ознаменовали полночь. Домовой эльф в сиреневом камзоле расставлял старинные книги по полкам. Услышав двенадцатый удар, он отложил работу и стал ждать. Минуту спустя в комнате поднялась буря, сметая одинокие листы и легкие свитки со столов. Книги распахивали свои страницы и перебирали их с умопомрачительной скоростью. Вскоре ветер стал слабее и из ниоткуда возникло три потока: голубой, серый и черный. Соединившись воедино они явили свету Хаос в его первозданном виде. Маленькая белокурая девочка непонимающе хлопала своими прекрасными синими глазками, и продолжала расти. Когда ветер окончательно утих в книжной лавке Букки стояла Кэтрин – живое воплощение абсолютной божественной силы. - Что я здесь делаю? – Еще не придя в себя спросила девушка. - Полагаю ты пришла за мной. – Совершенно спокойно и без заискиваний ответил эльф. - И зачем ты мне? – Устало спросила богиня, присаживаясь на дряхлый стул. Впервые за тысячелетия она снова была собой. Нужно было время, чтобы привыкнуть к старой силе. - Я знаю твое имя. – Коротко ответил Букки. - Я знаю все свои имена. - А этого не знаешь. Его ты выбрала сама. И в нем ключ к твоей силе. - Отец? – Девушка наконец поняла с кем разговаривает. Но ненависть годами копившаяся в Хтонии теперь исчезла и единственное что осталось от нее - удивление. – Зачем же ты здесь прячешься от меня, да еще в таком неприглядном облике? - Я никогда не прятался. Лишь ждал, когда ты помудреешь настолько, что сама сможешь отыскать меня. И вот этот день настал. Знаю, твоя темная сторона желала мне смерти, и я с радостью принял бы ее, если бы она пошла тебе во благо. Теперь, когда ты в шаге от своей цели. Я хочу спросить тебя: ты по-прежнему хочешь уничтожить эти миры? - Нет. – Ответила богиня. – Я просто хочу вернуть брата. - Тогда тебе придется выбрать. Ибо чтобы его вернуть, придется уничтожить каждый из трех миров, все, до последней частички. - Как же так? – Недоумевала богиня. - У всего есть своя цена. Ты готова ее заплатить? - Я должна подумать. – Девушка была в растерянности. С одной стороны, она желала вернуть брата, а с другой совершенно не хотела терять Северуса. Это был слишком тяжелый выбор. - Позволь ускорить этот процесс. Ты можешь сохранить друга, правда, только одного. - И как мне это сделать? - Заменить его копией из другого измерения. - Но баланс тогда нарушится и все погрузится в хаос. - Разве не этого ты добивалась все это время? Собираешься стереть целое измерение, думаешь после этого баланс останется прежним? Он нарушится в любом случае. Вопрос цены. - Но должен же быть способ. – Богиня приуныла. – А что если я уничтожу этот мир и создам новый? – Ее будто озарило. - Это возможно. – Ответил Хронос. – Но лучше не рассчитывай, что твой брат и зельевар будут прежними. Не строй иллюзий. Этот человек лишь пылинка в мироздании. Он не способен оценить твое могущество. Рано или поздно, как и все остальные, он даст начало чему-то новому. В конечном счете все это, - гоблин развел свои маленькие ручки, - было создано с одной единственной целью – спасти тебя. Теперь это твоя игрушка, можешь распорядится ей так, как пожелаешь. Однако, ты должна понимать, в каждом человеке есть частичка твоего брата и пока они живы, он не сможет воскреснуть. - Но я не хочу выбирать. - Не хочешь. Но выберешь. – Гоблин щелкнул пальцами и пропал, оставив богиню одну.