Записки безумца

      Был солнечный день. Дженнифер стояла в просторной ванной комнате и смотрела на своё отражение: пышные русые волосы, темно-серые глаза, уверенное лицо старшеклассницы. Разговаривая по мобильному телефону, она механически то открывала, то закрывала горячую воду в кране. Дурная привычка. Или, как это ещё называют «ритуал». Это помогало держать себя в руках, когда она раздражалась. Ведь на другом конце линии друг втирал ей дичь:       — Местные говорят, что если написать номер телефона 442—42—24 на стекле, то явиться Смерть.       Дженнифер усмехнулась. Как любой здравомыслящий человек, девушка отнеслась к мифу скептически. Если бы она жила в средневековье, то может быть и поверила бы сказанному.       — Я не верю в подобные вещи, — уверенно и легко ответила девушка, глядя на своё отражение в зеркале. Дженифер рассматривала свою мимику, жесты, движения.       Тем временем её друг на другой стороне линии усердно пытался доказать значимость своих слов. Мол, коренные жители города уже сталкивались с подобной проблемой, и одно только произнесение номера телефона уже заставляет всех трепетать от страха.       — Вот сейчас возьму и напишу этот номер. Вот сейчас! — бросила вызов девушка и нажала на клавишу сброса.       Большое зеркало над раковиной покрылось паром от горячей воды. Девушка пальцем вывела цифры на зеркале: «442–42–24». В тот самый миг, когда была написана последняя цифра, раздался удар. Дженнифер посмотрела в сторону, откуда только что донесся звук. На миг повисла тишина. Наверное просто показалось. Глупый миф не мог заставить Дженифер волноваться. Ей была непонятна одержимость, кем-то выдуманной, историей. «Всегда ведь найдутся идиоты, которые поверят в очередную страшилку», — считала она.       Дженифер задумалась об источнике шума. А что если кто-то влез в дом? Она насторожено подошла и распахнула дверь в коридор, ведущий на кухню и другие комнаты. Перед дверным проемом в воздухе, словно в водяной толще, плавал чёрный балахон. Костлявая рука сжимала деревянную рукоять большой косы. Голый череп под мрачным капюшоном смотрел на девушку своими пустыми глазницами. Как же так? Понимание реальности было перечёркнуто увиденной картиной.       Дженнифер стала пробирать мелкая дрожь. Выходит, только что она бросила вызов этому устрашающему существу, отнимающему жизни? Да быть того не может! Разум все еще отчаянно отказывался верить в увиденное, и девушка усиленно вглядывалась в парящего черного призрака, желая прозреть. Смерть взмахом косы сломала кости оцепеневшей Дженифер, не дожидаясь её действий. Девичье тело, хрупкое, как хрусталь, посыпалось на землю. Неужели это конец? Вот так просто? Просто взять и не поверить в городскую сказку, написать какие-то цифры и умереть? Как же глупо обрывается жизнь. Всё закончилось быстро, Дженнифер поглотили тьма и забвение.       Девушка с волнистыми волосами стояла у зеркала и говорила по телефону. Та же девушка, тот же друг, то же зеркало, тот же кран, та же раковина, тот же дом. Всё повторилось: скептичная Дженнифер написала номер, прозвучал грохот, она распахнула дверь. Едва увидев Смерть, в голову ударила мысль: «Кажется, я уже это видела!». В груди словно забегали ледяные мурашки, от которых становилось очень зябко и боязно. Девушка дернула с места в соседнюю комнату и сразу заперлась. Подпирая собой дверь, Дженнифер отчетливо ощущала с какой бешеной скоростью колотилось сердце.       «В эту комнату можно попасть не только через этот коридор», — только девушка это осознала, метнулась закрывать вторую дверь, ведущую в комнату. Пробегая, она с внутренним оцепенением взглянула в окошко в кухню — не наблюдает ли за ней Смерть оттуда. Ведь кухня была рядом, и от коридора её отделяла лишь стена. Дженифер была уверена: ее сердце бы замерло как камень, если бы желтый череп появился за стеклом.       Все входы были закрыты, но отдыхать пришлось недолго. «Оно может разбить окно», – в глазах вдруг потемнело. Девушка круто развернулась и стала судорожно отмыкать окно в сад. В теле пульсировал страх, который больно бил в голову. Казалось, еще один такой удар, и душа выскочит из тела, сбежит, крича в агонии.       Когда Дженнифер открыла первую дверцу окна, за спиной раздался глухой треск. Душа Дженифер ушла в пятки. Оконное стекло ванной треснуло, еще один удар — и Смерть пробьется в убежище.       «Нужно открыть вторую дверцу быстрее! Быстрее! Ну же!»       Похолодевшие пальцы не слушались девушку, руки делали нелепые бестолковые движения.       «Открывайся же!» — в истерике со слезами кричала про себя Дженнифер.       В комнате раздался звон падающего стекла. А вместе со стеклом разбилась вдребезги последняя капля смелости Дженнифер. С уст девушки сорвался крик, и она, обернувшись, прижалась к подоконнику. Из ванной через разбитое окно небрежно лез человек в черном балахоне. Дженнифер стало легче, когда она поняла, что перед ней не чудовище, а живой, уязвимый человек: «Маньяк!».       Лицо его было бледное, заросшее растительностью, как у пещерного человека.       — Не уходи, — сказал мужчина со зловещей усмешкой. Отчего-то он застыл в оконной раме и уронил свою косу. Затем вытащил из черных слоистых одеяний клинок и тоже бросил его на пол.       Дженнифер наблюдала за действиями маньяка, пытаясь вытащить застрявшую щеколду. Маньяк выудил откуда-то обрезанный кусок большой пластиковой бутылки, в которую обычно набирают воду.       — Даже этим можно убить человека, разрезав грудь, — кровожадно произнес незнакомец.       У Дженнифер не было ни малейшего желания выяснять, как можно воплотить сказанное им в реальность. Слова безумного маньяка и без того пугали до смерти. Девушке, наконец, удалось распахнуть окно и варваться наружу. Наконец-то свобода! Хоть и мнимая...       На улице словно был другой мир: влажная зеленая трава, свежий дневной сад, освещенный весенним солнцем. Кто бы мог подумать, что в такой светлый день кому-то вздумается творить кровавые дела. Все это показалось Дженифер злым умыслом Дьявола, словно хорошая погода — издевательская усмешка судьбы. Нельзя предаться наслаждению, иначе оно может стать последним. Дженнифер неслась со всех ног, желая оказаться как можно дальше от этого проклятого места.       — Дженни! — прозвучал знакомый голос, даря надежду на спасение, — Дженни, сюда!       Девушка была безумно рада появлению друга на другом краю сада. Хотелось на лету броситься ему на шею и крепко обнять. Хотелось спрятаться за его спиной, чтобы маньяк не смог найти. Садовые деревья остались позади. Зеленая поляна, освещенная солнечными лучами на мгновение показалась раем. Там, словно герой и спаситель, стоял парень, с которым она недавно говорила по телефону. Всё бы хорошо, если бы не бешеный маньяк-убийца.       Друг держал в руках шланг, из которого на траву бежала струйка воды. Но как это спасет их от маньяка? Наверное, никак. Друг Дженифер совсем спятил... Мерзкий мужчина в черном балахоне нагонит их и начнет разрезать разными приспособлениями. Что же, это конец? Тело девушки похолодело. Да быть того не может! Ведь тогда выходит, что весь этот бег был просто оттягиванием момента неизбежной смерти. Они оба умрут в мучениях. И кто знает, найдут ли когда-нибудь их, растерзанные в клочья, тела родственники.       К большому удивлению, парень, без малейшей растерянности, полностью открыл воду и направил на несущегося к ним безумца. Поток воды был настолько сильным, что человека ударило и подбросило высоко в воздух. Между кронами деревьев раздался отвратительный удар с хрустом и стон маньяка. На траву брызнула кровь, а затем глухо рухнуло его умирающее тело. Девушка едва осознала: вонзившись в грудь, безумца убила, разрезанная пластиковая бутылка, что торчала из травы. Она не стала вглядываться в окровавленное тело и, стараясь о нем не думать, повернулась к спасителю, желая хотя бы поблагодарить, но к своему ужасу обнаружила, что у парня наполовину отрублены пальцы, которыми он сжимал шланг. Мысли о том, каким образом парня лишили пальцев, вызывали тошноту. «Неужели маньяк добрался и до него?..». Выходит, это случилось ещё раньше. После того звонка.