Не бойся все изменить

Часов в восемь вечера Том услышал, как открывается входная дверь и поморщился, прощай спокойный вечер. Он прислушивался, как Марта шуршит в коридоре и чувствовал, как внутреннее напряжение все нарастает. Наконец, в кухню вошла эффектная высокая блондинка в обтягивающих джинсах и кофточке с большим вырезом. Она была очень красива, какой-то холодной красотой. - Извиниться не надумал? – без приветствия бросила она Тому. Тот только отрицательно покачал головой. Марта открыла холодильник, вытащила оттуда открытую бутылку вина и налила в бокал. - Будешь? Том опять молча покачал головой. - Ты со мной теперь не разговариваешь? - Я просто не знаю, что сказать. Мне кажется, все наши разговоры заканчиваются скандалами, поэтому я лучше помолчу. Не возражаешь, если я пойду в кабинет работать? Марта только махнула рукой с бокалом. - Кстати, Том, чья куртка висит в коридоре? - Это мой друг, у него проблемы и он поживет у меня, он сейчас в гостевой комнате. - У меня, - повторила Марта, - ну-ну. *** Билл проснулся и спросонья не понял, где он находится. Было уже темно, то ли раннее утро, то ли вечер. Включил свет и взглянул на часы – полдевятого, вечер. Осмотрел комнату – большая, светлые стены, двуспальная кровать, шкаф-купе и длинный стол у окна, пара мягких кресел, пушистый белый ковер. Вещей было немного, но было уютно, красивые торшеры, картины на стенах в стиле импрессионизма. Немного гостинично, но тут, похоже, не часто оставались ночевать. Хотелось пить, Билл оглядел себя в зеркало. Мда, вид, прямо скажем, не важный. Бледный, волосы без укладки начали завиваться на концах и падали на лицо и плечи, как хотели. Одежда Тома была ему велика – светлая футболка и широкие серые домашние штаны. Ни косметики, ни утюжка для выпрямления волос у него под рукой не было. А одежда его сейчас сушится. Билл тихо вышел и направился в сторону кухни. На кухне горел свет, Билл остановился на пороге – за столом сидела красивая блондинка и читала какой-то журнал, перед ней стояла пустая бутылка и пустой бокал. - Добрый вечер, - произнес Билл, голос был хриплый после сна. - Кому как, - безразлично отозвалась блондинка. Билл помедлил и подошел к бутылке с водой, огляделся, увидел стаканы. Девушка холодным оценивающим взглядом беззастенчиво рассматривала Билла. Под ее взглядом было неуютно, но Билл умел держать такие взгляды, он невозмутимо налил воду и стал пить, внутренне желая побыстрее уйти с кухни. - Так ты и есть тот друг, с которым Том вчера в клубе был? Билл осторожно кивнул, не зная, что рассказал своей невесте Том. Вид у девушки стал более дружелюбный. - Вы вдвоем были? – продолжала она расспросы. Ревнуешь, - подумал Билл, - хочешь узнать, не был ли Том с другой. - Да, вдвоем, - сказал он вслух. - А чего вернулись так поздно, если из клуба в двенадцать ушли? - она нисколько не стеснялась. - У меня проблемы возникли, - ответил Билл, - Том меня выручил. Девушка кивнула и, казалось, потеряла к нему интерес. Билл отставил стакан и молча ушел из кухни. Надо собраться с мыслями и подумать, как жить дальше. *** Завтра воскресенье и забрать вещи из дома не получится, дома будет вся семья. «Вся семья» - горько подумал Билл, а у меня больше нет семьи. А вот в понедельник в особняке никого обычно нет, кроме Анны и Йозефа, тогда и стоит попытаться забрать хоть что-то из своих вещей. Дальше деньги. Сейчас у него триста евро, возможно, еще сколько-то наберется в карманах сумок и в куртках дома, у Билла была привычка засовывать деньги не в кошелек, а по карманам. Да и денег на расходы у него всегда было достаточно. Но этого все равно мало. Ему нужна работа. С его английским, французским и итальянским он вполне может заняться переводами. Ну и университет. Этот университет придется бросить, он не потянет элитное обучение. Но с его знаниями можно перевестись в любой вуз попроще. Сейчас середина третьего курса, половина обучения позади и хоть какое-то образование он должен получить. Билл вздохнул и вытянулся на кровати, порезанная рука болела и пульсировала. Как же неудачно, правая рука. Он сам не понимал, чего вдруг на него накатила такая волна ненависти, ведь он прекрасно знал, что за человек его отец, и что из себя представляет их «счастливая» семья. Перед Томом неудобно, и так столько хлопот ему доставил. Билл задумался о Томе. Удивительный человек. Такой молодой, но уверенный в себе, чувствуется сила. Рядом с ним спокойно и надежно. Это Билл еще в машине почувствовал, хоть и был напуган. А то, что он вот так просто стал помогать не знакомому человеку с улицы, приютил его в своем доме – на такое не был способен никто из окружения Билла. Там все улыбались в лицо, но готовы были перегрызть друг другу глотки, стоило только дать слабину. А еще он красив. Эту мысль Билл постарался тут же от себя отогнать, хватит с него увлечений. После вчерашнего разговора с Николя, после его предательства, Билл твердо решил больше никого не впускать в свое сердце. Но узнать о Томе больше было интересно. Сколько ему лет, чем занимается – ведь Бил совсем-совсем о нем ничего не знал. Воскресенье прошло тихо, Том несколько раз вытаскивал Билла из комнаты, чтобы напоить и хоть чем-нибудь накормить. Марты нигде не было видно, и было не понятно, ночевала она тут или опять ушла вечером. Том поменял повязку на руке брюнета. И Билл сидел зажмурившись, чтобы опять не упасть в обморок. А Том делал все быстро и очень аккуратно, отвлекая разговорами. Утро понедельника началось опять с криков. Билл открыл глаза, в комнате было еще темно. Раннее утро, а может и не такое уж раннее, светает в декабре поздно. - Ты или импотент, или у тебя кто-то есть, - кричала Марта. Ответа Тома Билл не расслышал. - Да потому что нормальный мужик без секса месяц не сможет, а именно столько мы уже… - А третьего варианта не предусмотрено? - раздался раздраженный голос Тома, похоже, они сейчас шли мимо двери в комнату Билла, - может, я просто тебя не хочу? Постоянные скандалы меня, знаешь ли, не возбуждают… Теперь Билл не расслышал ответа Марты, потом раздался громкий стук входной двери. Билл зажег свет – почти семь утра. Натянув на себя футболку и штаны, он вышел из комнаты, на кухне горел свет. - Привет, - Билл остановился в дверях. - Прости, опять разбудили, - Том курил сигарету, сбрасывая пепел в раковину. - Том, прекрати извиняться, а то мне неудобно. Ты в своем доме и не обращай на меня внимания. - В своем доме, - повторил Том грустно, - не таким я себе свой дом представлял. - Давай я тебе кофе сделаю? – предложил Билл - Я сам, у тебя рука болит. - Том, я не калека, и хочу хоть чем-нибудь полезным быть. Том улыбнулся и кивнул. - У тебя есть корица и перец? Билл колдовал, доставая какие-то специи из шкафчика, на который ему указал Том. По кухне начал распространяться сказочный аромат. - Что это? - Это кофе по рецепту Анны. Так всегда пахло на нашей кухне, - Билл погрустнел. – Из всей семьи мне больше всего не хватает ее и Йозефа. Том, я сегодня домой съезжу, заберу кое-какие вещи и привезу сюда, ты не против? - Нет, конечно, тебя отвезти? - Не надо, я такси возьму, я надеюсь, что никого из родителей не будет и я смогу там побыть немного. Подъезжая к особняку на такси, Билл внутренне весь сжался. Он очень надеялся, что дома никого, кроме Анны и Йозефа нет. Особняк казался большим и неприветливым, впрочем, как всегда. Единственные места в доме, которые Билл любил - его комната и кухня, где было всегда тепло и уютно, где его всегда ждала Анна с чашкой горячего кофе. Анна и Йозеф – люди, чью любовь и заботу он чувствовал с самого детства. Они вытирали ему слезы и обнимали, когда ему было плохо или больно, Йозеф учил его играть в мяч и кататься на велосипеде, а Анна рассказывала сказки и пела колыбельные. Сколько он себя помнил, они всегда были рядом, не мать, не отец, а они. Анна была дальней родственницей его матери, какой-то троюродной тетушкой, она стала с ними жить, когда Биллу исполнилось полгода, и фрау Каулитц вышла снова на работу. Так Анна и жила с ними все последние двадцать лет, помогала по дому и растила Билла. Его сестру Элизу, которая была младше Билла на 9 лет, растила уже мама, когда ушла с работы. Йозеф, муж Анны, работал у них садовником, выполнял всю нехитрую мужскую работу, на которую у отца Билла никогда не было времени, да и желания. Они были уже не молоды, своих детей у них не было, а Билла они любили, как бабушки-дедушки любят своих внучат. Билл огляделся - ни машины отца, ни машины матери не было, значит, он правильно все рассчитал. Анну он нашел как всегда на кухне. Она всплеснула руками и заплакала: - Детка, вернулся, иди, я тебя обниму, милый. От нее пахло детством и сдобой, предательски защипало глаза: - Анна, ну успокойся, пожалуйста, - жалобно сказал Билл, целуя ее в макушку, старушка едва доходила ему до плеча. – Я же сейчас сам расплачусь. - Все-все, - она быстро вытерла глаза. – Билли, ты голодный? Где ты сейчас живешь? Билли, что с рукой? – она засыпала его вопросами. - У друга, - ответил, и подумал, что хоть он Тома совсем не знает, но это единственный человек сейчас, о котором он может сказать «друг». - Я так переживала, родной, а Тэд… - Нет, Анна, я не хочу о нем ничего слышать, не надо, ладно? Я хотел только тебя и Йозефа увидеть. А еще мне нужно забрать вещи. - Пойдем, я с тобой схожу, милый. А Йозефа нет пока, вот он расстроится,- причитала Анна. Они поднялись на второй этаж в комнату Билла, дверь он открывал с опаской - от отца всего можно ожидать. Но все оказалось на месте, все тот же бардак, что он устроил в тот вечер. Все та же уютная комната, которую он когда-то сделал под себя. Но сейчас здесь все чужим. Билл кинулся к шкафу и стал быстро закидывать в большую сумку одежду, косметику, украшения, книги – все в кучу, не пытаясь разобраться. Схватил рюкзак и засунул туда ноутбук и диски. Лихорадочно стал обшаривать карманы сумок, набралось еще около двухсот евро. Потом повернулся к полке с фотографиями – на те, где он с родителями даже не взглянул, взял фото с сестрой и там, где он с Анной и Йозефом. Анна стояла у дверей и тихо вытирала слезы. - Ну вот и все, Анна, пойдем отсюда, я хочу с тобой на кухне еще посидеть. - Билл, ты только не ругайся, у нас с Йозефом есть сбережения, я бы хотела, чтобы ты взял. - Не надо, пожалуйста, у меня все хорошо будет, я почти нашел работу, - соврал Билл. - Детка, пойми, мы уже старые, нам ничего не нужно, живем на всем готовом, а ты молод, столько всего надо, нам же спокойнее будет. - Анна, - у Билла стоял ком в горле, - у меня правда все хорошо. Ну хочешь, я тебе пообещаю, что если мне нужна будет помощь, то я обязательно к тебе обращусь, хочешь? Пока не надо, правда. Анна, кивнула, погладила Билла по волосам. - Билл, я, наверное, лезу не в свое дело, ты прости меня, старую. Ты сейчас живешь у того мальчика, у Николя? Билл сжал зубы, больно, все еще больно. - Нет, мы с ним недопоняли друг друга, нам не по пути оказалось. - Иди сюда, детка. Билл сел на пол и положил голову на колени своей старой няньке – вот так бы и остаться навсегда, там, где тебя любят и понимают. Хлопнула дверь, Билл вздрогнул и поднял голову. На самом деле, ему нечего было бояться тут, на кухне, отец никогда сюда не заходил. - Йозеф… - Билли, сынок, - старик крепко его обнял. Старик был неразговорчив, но его блестевшие за стеклами очков глаза говорили сами за себя. Он похлопал Билла по спине. – Как ты? - Все хорошо, все будет хорошо, я за вещами пришел, - Билл чувствовал, как у него предательски дрожат губы. Как тяжело было уходить от этих стариков, которые так искренне его любят, для которых он свет в окошке. И они единственные, кого любит он. С сестрой у Билла отношения не очень хорошие, Элизе было одиннадцать лет, и воспитана она была матерью. Девочка выросла капризная и своенравная. Билл по-своему любил ее, но общего у них было мало. Пока Элиза была маленькая, Билл с ней часто и с удовольствием играл, но последние пару лет Элиза как будто стеснялась его, его внешнего вида. Билл понимал, что она не виновата, это влияние ее друзей, которые между собой дразнили его и обзывали педиком. Билл просто старался не обращать на это внимание, но они отдалились окончательно. Зазвонил телефон Йозефа. - Тэд звонил, он за какими-то документами минут через двадцать подъедет. Билл встал. - Я пойду, не хочу с ним встречаться. - Билли, останься, пообедаешь, он не придет на кухню, - Анна засуетилась у плиты. - Не могу, я просто не могу быть с ним в одном доме, прости. Я сейчас такси вызову. – Билл посмотрел на свои сумки, вещей как-то много набралось. И в то же время мало. Всего лишь сумка и рюкзак, вот и все, что у него есть.