Мышонок

Он счастлив. Он невероятно счастлив, что она согласилась дать ему второй шанс, согласилась начать всё с чистого листа, не взирая на прошлое. Майкл не мог вымолвить и слова, когда она сказала, что согласна попробовать снова. Он был готов ко всему: к тому, что она накричит и уйдет, что она пошлёт его и убежит, посмеётся над ним, залепит пощечину. Он готовился бежать за ней, в сотый раз признаваться в любви, закидывать её на руки и уносить на своём плече, пока она кричит ругательства. Он был готов ко всему, кроме её согласия. Сердце трепещет, в глазах неподдельное счастье, и он тянется через стол к её рукам, чтоб обхватить её ладони и начать покрывать их поцелуями. В её глазах блестят слёзы, в сердце танцует табун бабочек, а мозг говорит "наплевать на прошлое, нужно быть счастливыми здесь и сейчас". И она счастлива. И он счастлив. — Мышонок, я тебя очень люблю. Спасибо за этот шанс, девочка моя. И мир теряет свои очертания, потому что, кроме его глаз она больше не видит ничего вокруг. И звуки все больше не важны, а только его голос, тихий и бархатный, обволакивающий каждую клеточку её тела. И есть только эти двое дураков, что просто не смогли поговорить тогда, четыре года назад, и решить всё сразу. Что все эти четыре года каждый из них думал о втором, мечтал о нём и мечтал оказаться рядом. Насколько важно иногда просто разговаривать. Даже в тех случаях, когда кто-то ведёт себя, как мудак, есть варианты, что ему пришлось себя так вести, или были какие-либо другие причины. В любом случае, люди, разговаривайте! Не убегайте, не замыкайтесь в себе, не деритесь и не накручивайте себя. Разговаривайте! Они ещё очень долго сидели в ресторане, абсолютно не веря в происходящее. Просто смотрели друг другу в глаза и наслаждались моментом. Потому что слов сейчас не нужно было, всё более чем прекрасно. — Идём? Я тебя отвезу. — Идём. Сара смущённо улыбается, когда Майкл подходит к ней и берет её за руку, направляясь к выходу из ресторана. У них никогда не было свиданий, они никогда не ходили за руку, никогда не показывали свои чувства на людях. А сейчас он не может удержаться, поэтому прямо у выхода ресторана притягивает Сару в свои объятия и целует в висок, прижимая её только ближе к себе. А она улыбается, зарывается носом в его шею и не верит своему счастью, что это всё сейчас с ними происходит. — Люблю, — шепчет Майкл на ухо Саре. — И я. — Поехали? — Да. Они ехали в абсолютной тишине, каждый думал о своём. О том счастье, что наконец они смогли обрести, пройдя множество испытаний. О том, что смогли простить и отпустить, сделать огромный шаг навстречу своей любви. Спустя минут тридцать они подъехали к дому девушки и между парой воцарилось минутное молчание, будто каждый не решался что-то сказать или сделать. Они изредка встречались взглядами, тут же смущённо опуская глаза и улыбаясь. — Спасибо, что подвёз, спасибо за свидание. — Это тебе спасибо. — Ну, я пойду? — Погоди. Он берёт Сару за руку и аккуратно притягивает к себе, и тянется к её губам, но она ловко поворачивает голову в сторону и он чмокает её в щёку. — Эй! — Что? Я девушка приличная, на первом свидании не целуюсь. Мы же начали всё с чистого листа, так? — Я понял тебя, — улыбается. — Ещё раз спасибо, — она тянется к нему и целует его в уголок губ, а после быстро покидает машину и скрывается за дверью своего дома. Он ещё несколько минут сидел в машине улыбаясь, как идиот. Она же эти минуты танцевала и пищала от счастья.

***

— Алло? — произносит Сара сквозь сон и желание убить того, кто посмел её разбудить. — Боже, ты опять спишь? Ты одна или нет? Я могу прийти? — Ох, Кэнди, одна я, приходи. — Встань и умойся, пощади мои глаза, второй раз я такой картины не вынесу. — Стерва. Отложив игрушку в сторону Сара встала, сделала все утренние процедуры, и только успела поставить чайник, как Кэнди уже с силой тарабанила в дверь. — Сара! Я хочу знать всё! — И тебе привет, дорогая. — Зануда! Рассказывай, я же всю ночь не спала, думала о том, как там у вас всё прошло. Как он в постели? Лучше, чем был раньше? — Остановись! У нас не было ничего, мы даже не целовались. — В смысле? Ты что опять сделала? — Кэн! Что это значит? Я дала нам шанс, мы были в ресторане, он снова признавался мне в любви. А в машине, когда он хотел поцеловать, я подставила щеку, потому что мы начали всё заново, а я на первом свидании не целуюсь. — Идиотка. О'Нил, ты идиотка! — Ну спасибо. Мне нужно было его сразу в койку тащить? — В смысле? Да! А как ещё? — Фу, какая же ты... — Сара, почему ты так любишь всё усложнять? Вы трахались целый год, а теперь ты целовать его боишься? Блин, мы ведь живём один раз! Я не говорю тебе ложиться под каждого встречного, но это же Майкл! Твой, которого ты любишь, с которым было чёртову кучу раз. Какая разница, займетесь вы сексом сегодня или через неделю, если в итоге всё равно займетесь? — Не знаю. Просто я же... — Просто дурочка же ты, вот и всё. — Наверное я просто хочу сначала поговорить о том поступке. Спросить, что им двигало, почему он предал меня. — Говорю сразу, если ты заведёшь с ним этот разговор, можешь смело меня вычёркивать из списка своих подруг. Ты дура, что-ли? Сама соглашаешься отпустить прошлое, и тут же хочешь всё обсудить? Ну прекрати быть такой занудой, умоляю тебя. — А что мне делать, по-твоему? — Наслаждаться жизнью, Сара! Целоваться, обниматься, гулять, заниматься сексом, кушать вкусную еду, смеяться, творить чепуху! Быть серьезными — скучно. — Ладно. Ты права. — Сара, а...что дальше? — В смысле? — Через три недели ты уедешь, Майкл живёт в Балтиморе, вам обоим учиться ещё год. — Мы не обсуждали это, если честно. Я и сама не знаю, что дальше. Думаю, как-то можно решить. — Ладно. Майкл: Привет, солнышко ❤️ Пойдем сегодня в кино?

Сара: Доброе утро 💕 Приходи сегодня ко мне, я приготовлю твою любимую рыбу в духовке.

Майкл: Ближе к вечеру буду. Люблю. — Вот, Сара, молодец, моя школа. — Школа, идём в магазин, рыбу покупать. Потратив около часа на поход в магазин, около двух часов на готовку блюда и примерно час на "приготовление" себя, Сара была полностью готова встретить в своем доме Майкла. Она засервировала стол, поставила рыбу, свечи и вино, включила атмосферную музыку и надела красивое атласное платье. Он постучал в дверь и она снова стала волноваться, будто ей пятнадцать, это её первые отношения и она даже не умеет целоваться. Сара перевела дыхание и пошла открывать дверь. Вот он стоит, улыбается, с букетом ромашек в руках, такой родной, красивый и любимый. Такой другой, но абсолютно такой же, как раньше. Права Кэнди, к чему какие-то глупые принципы? Никто не знает, что будет завтра, бери момент и наслаждайся им. — Привет, Мышонок, — он протягивает Саре букет и переступает порог дома, закрывая за собой дверь. — Привет, Майкл, — она улыбается, ставит букет в вазу, пока он снимает обувь, а после подходит к нему совсем близко. Его дыхание опаляет её губы, становится слишком жарко, как в печке, и она всё таки решается плюнуть на всё. — Я приготовила твою любимую рыбу. Ты не будешь против отведать её холодной? Он не сразу улавливает смысл сказанных ею слов и только хмурится в непонимании, а когда она касается своими губами его губ, он и вовсе отстраняется. — Погоди. Ты говорила, что не целуешься на первом свидании. — Сегодня уже второе. Он ухмыляется и целует её, нежно и трепетно. Они оба дрожат, это невыносимо, слишком прекрасно и долгожданно. Она цепляется руками за его шею, чтоб не упасть, и углубляет поцелуй. Они оба понимают, что поцелуем это не закончится, потому что невозможно остановиться, невозможно даже дойти до комнаты. До дивана и то с трудом, хочется здесь и сейчас овладеть друг другом. Страстно, нежно, с дрожью в руках и во всём теле, с тяжёлым дыханием и бешеным стуком сердца они укладываются на диван, и Майкл нависает сверху, покрывая влажными поцелуями шею девушки. И влажные здесь не только поцелуи. Вещи на полу, его губы на её сосках, её пальцы в его волосах, она тихо стонет и выгибается ему навстречу, пока он пытается насытиться её телом. Он целует везде, каждый сантиметр её горячего тела, своими не менее горячими губами. Глаза горят, руки отчаянно блуждают по телам друг друга, возбуждение запредельное. С ней никто никогда такого ещё не творил, поэтому как только он касается языком её половых губ, она готова умереть от стеснения, эйфории и невероятных ощущений. Он целует её там жадно, крепко придерживая её бёдра, размашисто облизывает языком и посасывает клитор. Её стоны лучше любой мелодии, лучше любого музыкального произведения, лучше всего на свете. Она вкусная, она сладкая, она такая любимая и невероятная. Он не может остановиться, всё так же жадно целуя её половые губы, но она притягивает его за волосы к себе и с поцелуем и глухим шлепком он входит в неё. Невыносимо. Прекрасно. Идеально. Слишком хорошо. Она целует его шею и сдавленно стонет, пока он медленно, но резко движется в ней, постоянно говоря о том, как сильно он её любит. Он практически укладывается на неё сверху, она обнимает его за голову, целует в губы и обвивает ногами его талию, двигаясь с ним в одном ритме. Пожалуйста, пусть только это не будет очередным сном этих двоих, пожалуйста! Они так счастливы, они нужны друг другу, они любят друг друга... — Ма-а-айкл, пожалуйста, я....я, Майкл! — Моя девочка... Она кричит ему в губы и прижимается лбом к его лбу, содрагаясь от невероятного оргазма. Он кончает тут же, как только чувствует её сжимающиеся мышцы внутри. Тяжёлое дыхание, глупые улыбки, капельки пота и эйфория от происходящего. И это счастье. Счастье этих двоих.