Blind Message

Я остановился на светофоре. Над головой раздался противный скрежет, постепенно переходящий в ультразвук. Я инстинктивно закрыл руками уши. Глянул наверх. Скрежет начал постепенно удаляться, а через какое-то время и вовсе исчез. Я не придал этому огромного значения. Мне оставалось совсем немного дойти до дома, но, когда я перешел дорогу, раздражающий звук снова вернулся. Ничего не понимая, я резко остановился и взглянул в сторону своего дома, увидев то, что заставило меня широко раскрыть глаза от ужаса. Люди кричали, а я мог лишь стоять столбом и наблюдать за тем, как разбивались стекла в моей высотке и из окна какой-то квартиры вылетал человек. Я бы развернулся, убегая дальше — естественные мысли, которые были в голове в тот момент. А когда до меня дошло, что окно, из которого вылетал человек, — мое, я бросил все свои планы. Скрежет больше не утихал. Я сорвался с места. Со всех ног бросился домой. Все происходило как в тумане, и краем глаза, пока взбирался по ступенькам, я заметил, как из квартир выбегают люди. Дверь моей же квартиры оказалась незапертой, и ручка легко поддалась мне. Сердце бешено колотилось. В доме оказалось пусто. Пройдя чуть дальше, я заметил простирающуюся от самого начала коридора лужу крови. Неужели я не… успел?.. Тихо. Слишком тихо. И эта тишина действительно убивала все живое, что было во мне. Осторожно перебравшись в ванную, я обнаружил там лишь размазанную по стене кровь и разбитое вдребезги окно. На чудом уцелевшем зеркале — едва различимые буквы, написанные чем-то красным. Кровь. Я подошел ближе, читая странное послание.

Спаси меня.

В гостиную до одури боялся заходить. Боялся, что мои самые страшные догадки могут подтвердиться, а поверить в реальность происходящего в тот момент было довольно сложно. Но как бы мне ни хотелось не сталкиваться с этим, видеть это, самое страшное, что могло произойти, случилось уже до меня. На полу лежала моя мертвая семья. Отчетливо помню, как хотел закричать, но почему-то не смог. Только в тот момент я еще не понимал, что самое худшее было впереди. Я не сразу заметил тебя. Ты лежал на полу так, будто больше никогда не проснешься. Темные волосы пропитались кровью. Этот переход казался бы красивым, если бы не тот факт, что на самом деле произошло. Неживой статуей распласталась по полу вся моя жизнь. Я тут же кинулся к тебе, позабыв об остальном мире вокруг нас. Упал на колени рядом, всей своей прогнившей душой надеясь, что ты жив, хоть и понимал, что это уже невозможно. Мертвая рука бережно прикрывала огромную рану в груди с торчащей толстой пулей. Я просто смотрел на твое бледное лицо не в силах отвести взгляд. Казалось, одно движение — и все исчезнет. Ты исчезнешь вместе с моими счастливыми воспоминаниями о тебе. О нас. Аккуратно взял тебя за руку — непривычно холодная для парня, который был самым теплым человеком в моей жизни и согревал меня вечерами. Положил вторую руку на грудь — тихо. Ни одного удара. Лишь настойчиво лезущие в голову мысли о нашей любви. Когда я утыкался носом тебе в грудь, чувствуя бешеные удары сердечка. Тук-тук-тук… Надеясь, что сердце под моей рукой снова начнет биться. Тук-тук-тук… Пытаясь возродить в памяти его сильные удары. Тук-тук… Ничего не было. Руки тряслись. Я в бреду шептал любимое имя и судорожно целовал твое лицо, боясь, что в один миг тебя больше не станет. Что-то громко кричал. Лег рядом, прижавшись головой к твоей груди. Зажмуривал глаза, заставляя себя проснуться — ничего не происходило. Снова положил руку на твое сердце, не чувствуя ничего. Ни одного удара. Лишь холодная, сжимавшая в тиски реальность. Очнись. Очнись. Открой глаза, ну же. Пожалуйста, не оставляй меня одного. Не уходи. Вернись. Вернись. Вернись. Ничего не происходило. — Можно я тоже умру? — шепот в пустоту. Никто не услышит. Я не понимал, как же так. А жить? Как я буду жить? Без тебя. Без любимой половинки себя же. Без самого дорогого человека. Мертвый наполовину. Ты — мой близнец. Ты — часть меня. Мой любимый... мой парень, мой брат, мой друг, моя жизнь. Как я могу жить дальше? Ведь тебя… тебя… нет… Звук разбивающегося вдребезги стекла возвращал в реальность. А я так и продолжал сжимать оледеневшую ладонь, мягко поглаживая шершавые пальчики. Провел своим пальцем по ногтевым пластинам, покрытым черным лаком. Потом осторожно передвинул на холодное запястье. Слегка сжал. Стекло все еще разбивалось. Я не хотел отдавать тебя кому бы то ни было. Кто я без тебя? Существую ли? Вряд ли. Нет тебя — нет меня, ты помнишь? Мерзкий голос шептал, что если я снова оступлюсь — пощады не будет и я последую за остальными. А может, и не шептал. Не знаю. Я ничего не желал слышать. Противный звон. Удар за ударом. И безумная боль в сердце. Никогда прежде не ощущал такую. Вот и все.