Глава 15. Шион
16 марта 2014 г., 13:36
Слушать - Bring Me The Horizon – Can You Feel My Heart
Шион, даже будучи маленькой девочкой, обожала папины пистолеты в кобурах из чёрной, приятно пахнущей кожи. На их стволах смешались пот и кровь и ещё скрытый смысл, значение которого девочка поняла, только повзрослев.
А было это вот что: у кого есть ствол - у того и сила. Но кобура с пистолетом по-прежнему висела на отцовском ремне, а с ним и всё, что он давал. Сливки снимали лучшие.
Шион встречала многих людей со властью, со стволом в руках, от кого-то разило только водкой, от кого-то мочёй, и только от немногих силой - кровью, смешанной с потом. Среди её знакомых было множество преступников, у кого-то были ножи, кто-то больше любил дубинки - биты для бейсбола, а кто-то... Везунчик получал пистолет. Шион тоже хотела. Но её желанием было не совсем оружие - всего лишь власть, которой ей от рождения не полагалось.
Сначала она ложилась под самых разных парней, чтобы получить немного денег. Они кидали ей и остатки от своего обеда - Шион могла помыкать мелкими сошками. Но у неё было больше амбиций. Однажды она сдала своего дружка крупной банде - и тут начались разборки. Девчонка даже испугалась... но только сначала. Сделала шаг вперёд - так не сваливай, не отступай, не сбегай до конца.
Она переметнулась к другому, к другой банде, там её приняли... взяли как подстилку. Снова и снова, а Шион получала крошку за крошкой силы, пыталась крутить главарями, но это выходило чертовски плохо. Её посылали, её били, а чаще всего ей пользовались. Девчонка была хороша только в одном - в постели. И откуда взялась эта её способность, а?!
Её отец и мать - добропорядочные, тихие и скучные семейные людишки, после долгих лет быта возненавидевшие даже счастливые воспоминания. Ничего у них не оставалось. Огромный дом, холод, да сквозняки - много? Много, спрашиваю?!
Шион курила, пила, трахалась со всеми подряд, и хоть кто-то это заметил? Хоть что-то сделал? Отец? Мать? Конечно, они были во всеоружии! Сидели в своих комнатах и собирались на кухне перед столом, заваленным жрачкой по вечерам. И на поясе отца Шион иногда видела пистолет, но его ствол никогда не пах порохом. Однажды она стащила его, но он даже не был заряжен, а патронов она не нашла.
Пистолет полетел в реку, и со всплеском, с которым он попал в мутную воду реки и пошёл ко дну, утонуло и последнее уважение к отцу.
Страх наполнял тело Шион, каждую её клеточку, каждый сантиметр, всё было пронизано страхом. Ведь пистолет остался в её руке. А она лишь представляла, как тяжёлый чёрный ствол летит к водяной глади. Но он остался с ней, нужно было только достать патроны.
***
Шион подняла руку с крепко зажатым в ней пистолетом. Знакомый парень не видел её лица из-за тёмного капюшона. Этот человек мешал ей, не здесь и не сейчас... Но он был правой рукой босса. Белым псом, сущим дьяволом, он был на голову выше, он был всегда спокоен, всегда так сдержан, вот только, как псина, кидался на того, кого ему укажут. Босс говорил "фас", и пёс рвал обидчика на части. Взамен этой чудной способности псина открывала пасть и лаяла когда хотела. Он не поливал руганью каждого, его лай был потрясающе избирательным, он говорил редко, но ядовито, холодно, как будто выплевывал слова из своей глотки. Однажды пёс сказал: "Эта сука хочет убить нас всех". Шион замерла от его слов как статуя. Потому что он говорил о ней, потому что он говорил чистую правду. Девчонка прошептала что-то, но слишком тихо, чтобы её услышал хоть кто-нибудь. Она шептала "тварь", и любой мог прочитать это по её губам. Главарь банды ударил её ладонью по лицу, наотмашь. Так били кукол, они должны были повалиться на пол и замолчать, даже если истекали кровью, даже если им было больно... Но "куклами" их называли потому, что кто-то их уже купил; так что нечего жаловаться. Шион лежала на холодном полу и не шевелилась, только слёзы катились по щекам. Она упала на руку, и та затекла; вот бы пошевелиться, хоть чуть-чуть, совсем немного... - Куда это ты собралась... - раздался над её головой голос босса, ну да, он никуда и не уходил... А вот Шион поймала себя на мысли, что ползёт к двери. - Я... - бормотала девчонка, - я ничего не... Её слова задавили, затоптали, босс поставил ногу в вонючем кроссовке прямо на её тонкую шею. Трахеи скрипели, Шион билась под его стопой, но боялась, что любое резкое движение окончится смертью. Боялась, что она сдохнет. Да какого чёрта. Как это и всегда бывает с Шион, она вдруг взбесилась. Сбросить толстую ногу оказалось раз плюнуть, она встала, возвышаясь над толстяком, сидящем на диване, как вулкан над деревенькой у его подножья. Её губы всё ещё шептали "тварь". Она освободилась, но вокруг неё была целая комната вооружённых мужиков и безвольных девчонок - бордель, всюду запах пота, от толстяков несёт смрадом, и только от Белого пса - кровью, смешанной с потом. Шион вышла на центр комнаты, чтобы никто её не достал, но никто и не собирался - всем было наплевать. Да, вот, что ты получила, Шион - всём насрать. Девчонка снова посмотрела на пса - он один сидел без девчонки и повырял своим ножом ногти. Шион бросилась к нему. - Тварь! - заорала она, кидаясь на него сверху, с голыми руками, в её распоряжении были только острые ногти.***
Шион держала в руках пистолет, ногти были обломаны, красный лак почти стёрся, и по этим рукам Белый пёс узнал давнюю знакомую. К таким девкам, как она, он не питал особой любви. - Что надо, подстилка?.. В прошлую их встречу он вышвырнул её за дверь, а после она не вернулась. Готовилась, значит. - А ну не смей! - заорала она, не дав ему договорить. - Я не такая, - добавила Шион, хотя и была именно потаскухой. Не больше и не меньше. Белый пёс склонил голову набок, разглядывая дуло пистолета. - Заряжен хоть? - Шион дёрнулась, руки затряслись ещё сильнее. У неё ничего не получалось, подловить и взять на слабо этого долбанного пса было слишком сложно. - Нет, - Шион опустила пистолет, думала, что псина просто уйдёт и оставит её в покое, да не тут-то было. Он отобрал оружие. Её пистолет, её власть. Её долбанный скипетр, указывающий миру, что делать. - Отдай, ты, тварь!!! - она кричала и орала, но пёс даже не обернулся. Её пистолет он выкинул - в этот раз взаправду выкинул - в реку, и у Шион не осталось больше ничего. За ужином отец скандалил и потрошил карманы, показывая, что долбанный пистолет пропал. И всё поняли это с первого раза, но он тряс над тарелкой чемоданом, раскрывал жилетку, показывая подтяжки - и всё это чтобы каждая тварь в лице его жены и дочери узнала, что чёртов трофей пропал. Потерялся. Скипетр власти... потерялся. Шион засмеялась как сумасшедшая, и ей ничего за это не было. Она валялась в своей комнате на кровати, а рядом болталась простушка Ино. Шион кинула в неё пачку сигарет и попала в затылок. - За что? - обиженным, чёртовым тонким голоском протянула простушка. "Деревенщина, тварь", - думала про себя Шион. Она ухмылялась и насмехалась. И даже заставила девчонку переспать с одним старым мужиком, а деньги забрала себе. Теперь она стала сутенёром. Ха! Шион готова была заорать в лицо Белому псу, если он ещё хоть раз покажется. Но она не засмеялась, даже когда увидела его и его долбанные зализанные назад волосы. Ну ничего... Шион ещё отыграется - как следует - с Ино. Зачем ещё нужны страшные подружки, которые такие послушные - как сбрендившие наркоманы. Шион стала подсовывать подруге в еду и чай наркотики, не заморачивалась с дозами, ведь она просто веселилась, это был аттракцион!***
Эту чёртову Ино выворачивало наизнанку, чёрт возьми! Девчонки, снимающие всё на видео зажимали носы и морщились, их парнишки застёгивали ширинки и сваливали. В душной комнатке-караоке стало невыносимо вонять, и кто был виноват? Шион-то обещала парням из компашки секс с горячей девчонкой, над которой можно поиздеваться, с которой можно утолить любую - Шион подчёркивала - любую свою фантазию. Она надеялась, что кто-нибудь из парней залепит ей пощёчину, наотмашь, наотмашь! Да посильнее, чтоб почувствовала, чтоб грохнулась на пол и рыдала, чтоб её всю облили дрянью, чтобы она почувствовала себя... подстилкой, половой тряпкой. Но не вышло. Ино рвало, и это всех задолбало. К горлу Шион уже начал подкатывать страх - её власть пропадала. И в конце дня те, кто посильнее, делали с Шион всё, что им захочется, и она снова валялась на полу, грязная, плачущая и жалкая, как помойная тряпка. Её рука снова затекла, и когда она уже не чувствовала ни рук, ни ног, ни тела, а ощущала только смрад, который сама на себя и вылила, заявился Белый пёс. Снова. Явился, чтоб снова начать лаять, а потом, может... Он вылил на неё что-то, не разобрался и плеснул прямо в лицо коктейль. Шион завыла и заскулила, глаза дико щипало. Она снова ощутила, как лежит на холодном полу, как её кожа вся покрыта липкой грязью, как она затвердела на коже. Какой же пол холодный... ледяной, чёрт... И тогда пёс снова вылил ей на лицо что-то... теперь воду, но ледяную, холодную как смерть! Он дёргал её за плечо, а Шион не понимала, что ему от неё надо? - Чего надо, т-тварь... - шептала она, облокачиваясь о холодную стену. А потом стало теплее. Она закрывала глаза и пропадала, а потом очнулась на заднем сиденье машины. Хорошо ещё не в багажнике. Глаза Шион снова закрывались, и во второй раз, во второе пробуждение, она снова оказалась на холодном полу. Он был кафельный и ещё холоднее, чем любой ледяной коктейль в баре. Шион всю трясло. Какая-то девчонка пыталась засунуть Шион в ванную, но та начала вырываться. - Не хочу... Не хочу! - голос Шион оборвался, а потом она снова набрала в лёгкие воздуха, снова зашептала что-то, чего никто не слышал, но каждый мог прочитать по её, покусанным до крови губам. "Тварь". Шион говорила себе и о себе. - Не хочу! Холодно! - заорала она, оказавшись в ванной, а потом сверху полилась вода, сначала смешиваясь с грязью на её теле, а потом смывая её в трубу. И Шион плакала.***
На ночь её не оставили - пёс не захотел, чтоб она была в доме. Шион могла бы поручиться, отдав за это руку на отсечение, что это пёс не хочет её видеть. Зато её привезли домой, снова в холод, снова... Она ступала по полам, на которых гуляли и вовсю резвились мерзкие сквозняки. Шион курила в своей комнате, пока её родители орали на кухне. Потом дверь открылась, в комнату вошла мать и занесла было руку над своей дочкой, когда увидела в её руках сигарету. Что остановило эту тупую женщину, Шион не знала. А было это выражение, которому мать на нашла объяснений... Пустое лицо, тупая улыбка. Сумасшедшая... "В нашей уважаемой семье - сумасшедшая!" Вот что с ужасом думала мать. И не смогла ударить. Шион много дней подряд просыпалась в своей комнате, в которой стало по-настоящему душно, лежала под одеялом весь день и там же засыпала. Изо дня в день, изо дня... - Когда ты уже встанешь?! - шипела, каркала, давила её мать. - Когда ты закончишь нас позорить?! - орал отец. Он всегда кричал. Других слов, других интонаций Шион от него не слышала. Через пару месяцев - дома была сплошная ругань, как будто бесконечная - Шион нашла себе нового податливого парня. А, ещё он был при работе - мелкий дилер. Им она могла помыкать как угодно и пользовалась этим вовсю. С неё пока хватало и боссов, и этих долбанных псов... С её парнем ей даже не нужно было спать за дозу. Он даже её жалел, он даже покупал ей сигареты. И Шион сбежала от него, ото всех. Она так... жалела пропавшего отцовского пистолета. Ведь она так его хотела... В новом городе она снова не смогла заполучить её. Власть. Как будто это была не её прерогатива. Хотя вот Мадара в какой-то мере умудрялась крутить таким сукиным сыном как Саске. У неё была сила в руках, во взгляде. И он подчинялся некоторым правилам, не пропадал нигде, спал с ней пару раз в неделю, когда ей хотелось. И не гулял налево, по крайней мере, не на виду. А потом даже убогая официантка умудрилась показать ей, Шион, место - на коврике у двери. Показала характер и перед всеми, да ещё и оказалась чёртовым силачом и уделала пятерых парней, прежде чем ударить Шион. И не просто ударить - вышибить весь дух! Никогда Шион так сильно не били, и впервые девчонка была её противником, наверно поэтому она и не скупилась на расправы, ведь силы у неё было полно! Шион наверно чуть не сдохла в том переулке.. Хотя, что ей будет? Встанет, отряхнётся, подправил злобу в глазах и пойдёт дальше. Но в этот раз почему-то пришлось сложнее. Она сбежала домой к Мадаре, но её не было. Только ублюдок Саске болтался в гостиной на диване. На этом же диване она и переспала с ним. Шион потом орала ему вслед, когда он уходил, когда Мадара его прогоняла. Он нарушил правило, чёртов ублюдок нарушил правило! С чего всё началось... Зачем Шион понадобился этот чёртов пистолет? Здесь, в новом городе, она купила себе новый. От него пахло холодной сталью, в руке он смотрелся как язва на теле - инородным. Пойти, что ли, испробовать его?
