Secret Friend

/flashback/

— Забыл предупредить, — вполголоса проговорил Юй Бинь, склонившись над окном машины. — У Ибо в субботу день рождения, потому настоятельно рекомендую воспользоваться шансом помириться. — В эту субботу? — уточнил Чжань. — Да-а, — подмигнув напоследок, горе-помощник направился в сторону виллы. — Пока-пока, ребятки! Ван Ибо мирно спал на протяжении всего пути. В такие моменты он выглядел как ребенок, милым и совершенно беззащитным. Наверное, только сейчас пришло осознание, чего в действительности лишился парень. Детство – это пора, когда можно позволить себе многое без угрызения совести, без тревоги в сердце. Это тот значимый промежуток времени, когда можно творить безрассудство с улыбкой на лице. Чжань не признается себе, но все еще безумно скучает по дому, по единственному месту, которого у нас не отнять. Там всегда будут ждать, там вопреки всем временным законам — остаешься ребенком. Под монотонный шум капель дождя, невольно постучались воспоминания о далеком прошлом: Неуклюжие дети с любопытством плескались в огромных лужах вместе с маленьким мальчиком, прилично опаздывающим домой. Его определенно будет ругать мать, ведь вся одежда А-Чжаня промокшая и в грязи, а старые поношенные кроссовки сравнимы с аквариумом, где точно поместились бы две крохотные рыбки. Но даже это не стало весомой причиной для отказа от столь веселой забавы — плескаться в лужах. Смех ребят посреди улицы был настолько громким и всепоглощающим, будто вовсе не грозовые тучи сомкнулись над ними, а летнее солнце, вновь вернувшись, щекотало своими лучами. Разве теперь он может позволить себе подобное? Обретя статус взрослой жизни, неизменно зависимой от предрассудков, лишенной душевного безмятежия и палитры ярких красок, а вокруг — мир, где самым страшным являются взрослые, умеющие преобладать над своими чувствами, умеющие зарывать желания и мечты, умеющие смиряться, прикрываясь маской равнодушия. И худшее — быть реалистом, круглосуточно находясь под канвой пессимизма. Обратив внимание на тихое бормотание и надутые губы, Сяо Чжань мягко улыбнулся, притянув парня ближе к себе. «Наверное, опять заставляют быть более дружелюбным» — подумал он. Больше всего ему нравился улыбчивый Ибо. Чжань это понял, когда рассмешил его в первый раз. С тех пор это стало любимым занятием, а самым желанным — глупые потасовки. Видеть яркие, выразительные глаза, в которых беснуются черти, видеть дразнящую, лукавую улыбку, согревающую искренностью, чувствовать уверенные неуверенные прикосновения ребяческих выходок — запрещенный прием для сердца. Внутри все постепенно менялось, что-то ломалось, что-то зарождалось и так же, как повседневность перестала быть тусклой, жизнь с тех пор хотелось проживать. С тех пор, наверное, начался отсчет тому, что спрятано под ребрами, тому, что билось раньше кое-как и потому что надо. С тех пор как удалось рассмешить Ибо впервые. Нехотя оставив разглядывание спящего, Чжань разблокировал телефон, чтобы создать метку в календаре: Суббота 5 августа. «Значит 05.08, а я только сейчас об этом узнаю…» — устало вздохнул он. Всю свою жизнь Сяо Чжань старался не связываться с разного рода обидами, в особенности затрагивающими рабочие моменты. Постоянное общение с огромным количеством людей не всегда оказывается взаимно приятным. Полагая, что если о ком-то мы вспоминаем только хорошее, то мысли о других неудачных знакомствах могут вызывать лишь злость и затаенное чувство обиды, а если эти люди остались в прошлом, нам кажется, что такие чувства больше никак не влияют на нашу жизнь. К сожалению, это не так. Старые обиды продолжают отравлять наше существование, поэтому очень важно научиться забывать и прощать старых врагов. Придерживаться такой позиции не составляло труда до встречи с Ван Ибо. Важное событие, а никто и словом не обмолвился. Как бы Чжань не отрицал, не проигрывал своим убеждениям, а едкая горечь нежеланной обиды имела место быть. Они не чужие люди друг другу, чтобы посторонние уведомляли о таком. «Не чужие ведь?» — надежда на лучшее старалась вытеснить неприятное чувство, прикрыв собой ревнивую натуру. Теперь в машине стало на одно по-детски надутое лицо больше. Тем временем водитель пытался не смотреть в зеркало заднего вида, боясь рассмеяться и утратить свою компетентность. Размышления над подарком заняли почти всю дорогу, зацепившись за одну из волнующих тем: мотоспорт и безопасность не были друзьями, в отличие от Сяо Чжаня и полюбившегося лозунга «безопасность превыше всего». Ибо нравятся экстремальные виды спорта, потому новый шлем наверняка пригодится, как и мнимое спокойствие заботливому другу, который всего неделю назад целовал его мягкие губы. По спине пробежали мурашки, тогда как теплое дыхание Ибо приятно касалось шеи. Когда только успел в нем увязнуть? Экран телефона погас, пока принималось решение с выбором подарка. Поскольку тот сам себя не закажет, Чжань нажал на кнопку блокировки и привычно ввел четыре цифры, не единожды спасшие от назойливого Чжочэна. Вот только на этот раз они не смогли обезопасить владельца. — 0508... — проговорив шепотом, он продолжил неотрывно смотреть на поле для ввода. Растерянно моргая, он все же снял блокировку и открыл чат с лисом. Чжань принялся усердно листать переписку, выискивая в ней весьма знакомое. МП: Хей, мне нужна твоя помощь. ДЛ: Это в моих силах? МП: Да. ДЛ: Весь внимание. МП: Мне нужно придумать пароль на телефон. С тебя 4 цифры. ДЛ: А не боишься? У меня ведь будет доступ к нему. МП: С учетом нашего положения, это вряд ли. Я жду. ДЛ: Лови, 0508. МП: Спасибо, лис. ДЛ: Без проблем, для принца – все, что угодно. МП: И звезду достанешь? ДЛ: Может сразу луну? МП: Ну, цифры ты явно пальцем с неба собрал. ДЛ: Я их от сердца оторвал. МП: Чем же такие особенные? ДЛ: Мной. МП: В смысле? ДЛ: Дата моего рождения. МП: Лис.. ДЛ: Не волнуйся, спрашивать о твоем не стану. Дыхание сбилось, а кое-что ценное вполне могло выскользнуть из дрожащих рук. Одно дело иметь представление о возможной действительности, другое — осознавать ее вероятность. Отрицание, исполняя свой долг, вторило совпадению, а Чжань старательно заучивал любимое слово, веря в его непоколебимость. И у него получалось, пока не ступил на порог дома Ибо.

/end of flashback/

— Как ты понял? — робко спросил Ибо, заваривая еще одну порцию напитков. — Что? — ладони Чжаня, казалось, можно выжимать как губку, впитавшую все волнение. В голове с самого утра ничего не присутствовало, кроме человека напротив и легкой рассеянности, овладевшей им. — Как ты понял, что лис это я? — неловко повторил парень, продолжив перемешивать ложкой сахар в чашке, совершенно забыв о предпочтениях своего дражайшего друга. — Или лучше спросить... Когда? — Вчера, — уверенность постепенно вернулась к владельцу голоса. Стараясь не смутить лиса еще больше, он повернул голову к окну, правдоподобно изобразив заинтересованность видом. — Но я догадывался. Чжань явственно ощущал на себе пару цепких карих глаз, изучающих каждую деталь подобно первой встречи. Глаза — самая заметная часть лица, они могут и призывать, и отталкивать, сбить с толку своей непостижимостью. Сяо Чжань убедился в этом на съемках дорамы. Убедился, что в глазах Ибо можно утонуть. Его взгляд привлекает внимание, концентрирует на себе, словно притягивает к себе, привязывает невидимыми нитями. В этом есть своеобразная магия. Это одновременно и пугает, и привораживает. Порой подталкивает к безумным поступкам, а недавний поцелуй – лучшее тому доказательство. Вот и сейчас они прожигают все его естество. Но Чжань противиться откровенному разглядыванию не стал, как и не стал смыкать ночью собственных глаз.