Жёлтые осколки

Два дня я спокойно прожила без приключений. Исключением, разве что, можно было считать попытки избегать одноклассников. Не самые удачные, да. Как выяснилось, компьютер был только у отца, и считался он сокровищем. Кароче говоря, меня к нему не пустят. Осталась лишь библиотека. По-хорошему, конечно, стоит посмотреть мистическую литературу явно не в школьной библиотеке, однако… Было лень. Не особо хотелось париться, ведь, в конце-концов, даже если найду что-то стоящее, то назад вернуться не смогу. Всë, чего я хотела — вернуть девочку на своë законное место. О том, что произойдёт со мной, я не особо думала: не хотелось пугать себя догадками. Хотя кто говорит об этом, да? В любом случае, за эти два дня нашëлся только один сборник весьма сомнительного характера, но попытка — не пытка, да? Открываю вновь незапертую дверь, снимаю туфли, здоровуюсь с матерью девочки. Что удивительно, еë отца за эти дни я не застала. Насколько же рано он уходит и поздно приходит? А приходит ли вообще? — Кэти, или сюда, мне надо кое-что сказать тебе. — подзывает меня женщина, раскладывая по тарелкам салат с овощами и макароны с котлетой. Я кинула лёгкий портфель на кровать, а после пошла на кухню. За столом я чувствовала себя неуютно: о чëм эта женщина могла бы говорить? — Я… вижу, что ты испытываешь некие затруднения… — мать Кейт глубоко вздохнула, видимо, собираясь с силами — И поэтому я думаю записать тебя к психологу. Он просто будет с тобой говорить в какие-то дни, и всë! Это не страшно. Я в ответ только кивнула, прожëвывая помидор. Ну… Логично, наверное? В России как-то это не пользовалось популярностью у родителей, так что я даже не думала о таком. Это проблемно. Мне стоит закатить истерику или что-то ещë такое, но не хочется. Да и сил на это тоже нет. На самом деле, даже интересно, какую терапию мне пропишут, как попытаются помочь адаптироваться… Я хотела пойти на врача, и клиническая психология вызывала у меня большой интерес. В любом случае, сейчас это не имеет значения. Выпиваю воду под внимательный взгляд женщины-подсолнуха. Она действительно беспокоится за свою дочь. Хоть этой малышке повезло. — Хорошо. Я думаю, это будет интересно. Она выглядит удивлëнной. Почему? Из-за того, что я улыбнулась? А… Я же не улыбалась всë это время. Боже, да мне стоит отдать все отрицательные оскары. Так или иначе, я уже собиралась уйти, поблагодарив, как мать Кейт задаëт неожиданный вопрос: — Солнышко, ты пойдëшь на день рождения Фила? Оно будет уже совсем скоро, на следующей неделе. Ох, день рождение.... Это точно стоит того? Нет, понятно, почему мать Кейт так волнуется, но, чëрт, это же дети. – Я не очень хочу ходить... – наблюдая за поникшим видом женщины, я испытала вину. И что-то ещё. Забудь, не время. – Но, я подумаю... Филл вроде хороший. Женщина улыбается. Еë вид всë ещё печальный, с пеплом во воздохах и плитами на плечах. Не хочу отнимать надежд этой женщины – я обязательно верну еë дочку. Не займу чужое место ни за что.

***

В сборнике оказалось много призывов с этакими «призами»: исполнение желание, помощь с каким-то делом, улучшение навыков. Не очень похоже на байки о гномике, дарующим... Что он вообще дарил? Или дарили ему? Во всяком случае, призывы духов были очень нетипичны. Во мне проснулись сомнения: может, здесь кто-нибудь техники психологические издал, но нет, обложка название не меняла – спасибо ей за это – а сеецефика терминов больше подходила типичным мрачным гримуарам. Эту книгу, кстати, не разрешалось выносить из библиотеки. Причины я не совсем поняла: то ли Кейт просто мелкая для такой литературы, то ли это было какое-то редкое издание. Из-за этого приходилось сидеть в библиотеке после школы, пролистывая все призывы и ритуалы. Чего-то, подходящего под мои критерии, почти не нашлось. Только два обряда с невнятными инструкциями. Хотя, признаюсь, невнятными они были почти везде. Оптимизма, которым я и без не страдала, это не прибавляло. Роняю голову с тихим стуком прямо на раскрытую книгу. В нос забирается слабый запах старой бумаги. Я мычу, не представляя, хватит ли мне сил просто найти информацию. Возможностей так много. Никто не следит. Глухие шаги – почему она слышит хуже меня? – я услышала до того, как ко мне наклонился неизвестный человек. – Девочка, могу я одолжить эту книгу? Голос женский, шипящий не пойми как, тихий. Поворачиваю голову в сторону голоса, наблюдая перед собой молодую девушку – на вид ей где-то около четырнадцати лет – с чëрной и пушистой растрëпанной косой, загорелой кожей и с родинками на лице. Глаза ореховые. Выдыхаю слишком уж облегчëнно, цепляясь за это несоответствие. – За-аче-е-ем? – медленно растягиваю, устало моргая. Если эта девчонка разбирается во всей этой фигне, то можно устроить бартер. Но она... – Это очень редкое издание. Мне очень важно кое-что узнать из него. – девчонка улыбается, хитро сощурив глаза – Ты сможешь придти и взять книгу завтра, так что не обижайся. Я просто хочу кое-что оттуда попробовать. – Ты уже призывала призраков? – спрашиваю, всë ещё не поднимая головы от немного пожелтевших страниц книг. – И зачем тебе это знать? – тон чëрной косы быстро стал резким. Где-то внутри я хмыкаю, когда перемещаю руки на стол – они устали висеть вдоль туловища. – Я хочу обменять книгу на... призыв же, да? – лицо девчонки меняется, становясь менее агрессивным. – Нет, знаешь, на несколько призывов. Эм, дух, который отвечает на вопросы и на вызов призрака конкретного. – Не ожидала. Тебе тоже нравится такое? – я киваю, а тон чëрной косы становится снисходительным. – Тогда я тебе прямо сейчас по памяти напишу несколько! Лучше консультируйся со мной, если найдëшь что-то другое, ведь это может навредить тебе! – Обязательно. – поднимаю голову и киваю, говоря искренне. Редко когда что-то получается с первого раза, да и... Я знаю, что многое может пойти не так. – Кейт. Девушка не сразу поняла, что я представилась, на секунду-две зависнув. Это позволило мне, наконец, бегло изучить еë наряд: тëмная кофта с рисунком пентаграммы, длинная юбка чëрного цвета и симпатичные сапожки со шнурками. – А я Франс Уиллоу! Приятно познакомиться! Видимо, Франс увидела во мне своего будущего падавана. Или настоящего. Девушка написала мне три обряда прямо в своей тетради, вырвав мне листочек. Я отдала бесполезную книгу с мыслями о том, что почерк у Франс хрен поймëшь из-за чëртовых «эстетичных» завитушек.