Чёрный гром Конохи

Я вернулся! Итак... Перейдём сразу к делу. В долгих спорах между мной и друзьями, которые мне помогают, мы решили, что война будет от лица Орочимару. Если вам не нравится это, то... Ну что ж... Уже поздно что-то менять. Надеюсь, вам понравится. Ну, а теперь не буду задерживать... Приятного прочтения!

***

Дождь беспрерывно лил уже около дня. Непогода только усложняла сборы сил трёх скрытых деревень. Планировалось собрать армию из 18 000 человек за две недели, но погода сделала своё дело. Сначала целую неделю беспрерывно лил дождь, потом ненадолго прекратил, а потом опять начал. За неделю беспрерывного дождя большинство дорог было размыто. В итоге армия собралась за три недели. Сейчас недалеко от границ страны Земли, на огромной пустынной местности, стоит 18-тысячная армия шиноби. Это место было выбрано не случайно. Во-первых: место достаточно большое, чтобы вместить немаленькую армию. Во-вторых: возле границ со страной Земли.

***

Орочимару, Джирайя, Раса, Додай - этих четверых опытных шиноби назначали командирами отрядов. Командир первого отряда — Орочимару, второго — Джирайя, третьего — Раса, четвёртого — Додай. Первый отряд состоял из шиноби для ведения боя на средних дистанциях, их целью было обойти противника, дабы напасть со спины. Второй и Третий отряды базировались на ведении боя на ближней дистанции. Они являлись основной ударной силой армии. Четвёртый отряд включал бойцов на дальних дистанциях. Этот отряд должен будет прикрывать второй и третий. Четыре командира стояли на каменном выступе. Каждый рассматривал своих людей. Змеиный Саннин выискивал знакомые лица. Знакомых лиц было немного, но они были. Вообще первый отряд был самым маленьким. Если в остальных трёх было по пять тысяч человек, то в первом отряде было только три тысячи. Интересно... Минато поставил меня в отряд, который нападёт со спины, потому что я скользкий змей или... – из раздумий Орочимару выбил басистый голос Джирайя. – Чего задумался? – Ничего... – Змеиный Саннин встряхнул головой, тем самым прогоняя глупые мысли. – Разведка доложила, что семитысячная армия Камня стоит недалеко отсюда. – Джирайя на мгновение задумался. – Кто знает, может у них ещё армия где-то есть... И если твой отряд напорется на них, то будет проблема... – Это ты так заботишься обо мне? – Змеиный Саннин мягко улыбнулся. – Поверь... Если и напоремся, то мы их победим, а если нет, то умрём героями... или нет. Джирайя ухмыльнулся, Жабий Саннин знал, что убить змея не так-то просто. На каменный выступ, где стояли командиры, вышли Каге. Сровнявшись с Казекаге, Минато начал говорить. Его голос громом раздался в сердцах собравшихся. – Я знаю, что в прошлом мы воевали друг против друга... Каждый защищал свою деревню... Мы губили друг друга... – Минато затих, тем самым давая всем услышать свои слова. – Но сейчас мы собрались, чтобы воевать против страны Земли! У нас один враг, который напал на нас без объявления войны! – У нас в плену Цучикаге. Камень стал намного слабее, но нельзя расслабляться. – продолжил Райкаге. – Мы сможем победить их без особых потерь только вместе. Шиноби один за другим поднимали руки вверх, в знак согласия. Место, где находилась армия, окатил громкий оглушающий крик шиноби. Если бы не война, то можно было бы подумать, что тут проходит какой-то праздник. – Ну тогда... Приступим!

***

Через день. Территория страны Земли. Первый отряд. Первый отряд разбил лагерь возле небольшой реки. Основные силы армии Земли находились в семи километрах от них. Осталось дождаться сигнала от остальных трёх отрядов. Когда Второй и Третий отряды начнут наступление на врага, четвёртый отряд свяжется с первым при помощи клана Яманака. – Через день должна начаться битва. – Акума присел на деревянный стул. Старик-Узумаки настоял на том, чтобы поучаствовать в войне. Его определили в Первый отряд. Из-за этого Орочимару сильно бесился, но виду не подавал. Змеиный Саннин знал, что старик только этого и ждёт. – Битва, в которой решится всё... – философски говорил Акума. – Змей, тебе не кажется, что Камень слишком опрометчив? – У них нет Каге. – Орочимару неохотно оторвался от бумаг, которые он заполнял. – Они сейчас в растерянности. – Тем более, наша армия раза так в два больше. – старик сдунул волос, который упал на лицо. – Камень, скорее всего, отправил на войну детей, так как самые сильные погибли в Конохе. – И вот опять... В войне участвуют дети... – Орочимару вспомнилась жуткая Третья Мировая Война Шиноби, где дети воевали на ряду со взрослыми. – Война — не место для детей... – Тут ты прав... – на прошлой войне Акума потерял своего внука. А ведь старик ненавидит меня после того случая... – грустно подумал Змеиный Саннин. – Тогда погибло два моих генина: брат Цунаде и внук Акумы. Оба хотели на передовую, оба погибли в первый день на этой самой передовой. Судьба — это странная штука. – Змей, у тебя есть план насчёт завтрашней "бойни"? – Акума был уверен, что завтра будет именно "бойня", а не бой. – Ага, есть. В бой пойдёшь один ты, а мы посмотрим в стороне. – съязвил Орочимару. – Был бы я на лет десять моложе, то и один бы справился. – гордо заявил старик. Орочимару в ответ лишь ухмыльнулся.

***

Ивагакуре. Резиденция Цучикаге. Вечер того же дня. Все здания в Ивагакуре сделаны полностью из камня. Деревня окружена горными хребтами, обеспечивающими защиту, с многочисленными водопадами, и состоит из большого числа башен, соединённых между собой мостами. На первый взгляд, деревня неприступная, но это не так. Резиденция Цучикаге выглядит, как высокая каменная башня. В здании сейчас проходило собрание старейшин. Старики спорили, что делать - сдаваться или нет. Семь тысяч шиноби Камня отправились на защиту границ. В основном, это были генины и чунины. В деревне осталось не более пяти тысяч защитников. Это сильно ослабило Ивагакуре. – Надо отозвать войска! – самая молодая из этой компании ударила кулаком по столу. Девушка была невысокого роста. У неё чёрные, короткие волосы и тёмные, как уголь, глаза, которые подчёркивают ресницы, идущие стрелками по углам. На лбу девушка носит протектор с символом родной деревни.  – Куроцучи, это невозможно. – спокойно сказал лысый старик. – Силы трёх деревень уже почти окружили их. – Но там в основном генины и чунины! – куноичи не собиралась сдаваться. – Их в порошок сотрут. Это будет не бой, а бойня! Как вы не понимаете?! – Мы это понимаем, но... – вмешалась старушка, которой были неприятны высказывания Куроцучи. – У нас не было выбора. – Но что вы сделали тем, что отправили на верную смерть детей?! – искренне не понимала Куроцучи (ей сейчас 25 лет). – Выиграть они всё равно не смогут! – Верь в них. – лысого старика раздражала наглость девчонки. – Чёрт! – Куроцучи не выдержала. – Пошли вы все! Девушка вышла из зала громко хлопнув дверью. Куроцучи не надеялась на старейшин, поэтому, ещё до её прихода на собрание, у неё возник единственный способ спасти детей, которых отправили на войну. Внучку Третьего Цучикаге на улице, возле резиденции, ждали сорок шиноби. Каждый из них был полностью верен Куроцучи, каждый был готов умереть за неё. Девушка подошла к командиру своего легиона (так она называла свой отряд). Это был крупный и внушительный мужчина, с тёмными глазами и чёрными, торчащими волосами, которые частично скрывает повязка на лбу, в виде банданы. Кроме того, у него пухлые щеки и большой нос, которые создают внешний эффект постоянной радости на лице. Мужчина носит красную униформу Деревни Скрытого Камня с двумя рукавами под жилетом, выделяемыми жёлтым шарфом, который он оборачивает вокруг шеи. – Ну что? Отказались? – мягко спросил Акацучи. – Акацучи, ты же знаешь, что эти глупые старики отказались бы в любом случае, но попытаться стоило. – девушка громко хрустнула пальцами. – Где Хан и Роуши? – Ждут у выхода из деревни. – ответил мужчина. – Хорошо. Тогда выдвигаемся. – Куроцучи жестом показала "легиону", что пора выдвигаться. – У нас мало времени...

***

Выход из Ивагакуре. Немного позже. Очень высокий мужчина, и самый крупный из всех Джинчурики в физическом плане, сидел на холодном камне и молча смотрел на звёзды. Мужчина был тяжело бронирован, на нём была так называемая "Паровая Броня", на спине которой находится прибор, из которого исходит пар. У Джинчурики были светло-коричневые глаза, однако его броня продлена до носовой части его лица, и поэтому практически закрывает его. Под броней Хан носит белую ткань, которая окружает его голову везде, кроме лица. Помимо своей красной брони, он носит красную касу (коническую соломенную шляпу), состоящую, по-видимому, из того же материала, что и броня, поверх белой ткани. На лбу находится протектор Ивагакуре чёрного цвета. Также Хан носит чёрные перчатки и серо-чёрное ги, с оторванными рукавами. Поверх его брони, на шее, находится кольцо бронзового цвета. Кроме того, броня, покрывающая его руки и торс, платирована. Второй мужчина был красноволосым стариком с тёмными глазами, бородой и усами того же цвета. Старик носит головной убор, похожий на корону, с тремя острыми концами, который состоит из протектора Скрытого Камня, двух золотых колец, чёрной брони на щеках и на носу. Он также носит красную рубашку с длинными рукавами, штаны того же цвета, сетчатую бронемайку и чёрный костюм под ним вместе с длинными сандалиями. Вокруг его талии надет коричневый пояс, который держал бронированные пластины на груди с сумкой впереди, коричневую пластину на спине, которая соединена с передней, при помощи бронемайки, и бронированные отвороты, уходящие в стороны. Его головной убор, волосы и борода, казалось бы, копируют его хвостатого зверя. – Эй, Хан. – Роуши неспешно поднялся с земли. – Командир идёт. Роуши почувствовал чакру Куроцучи ещё задолго до того, как сказал. Просто старому Джинчурики хотелось подольше полежать. Хан медленно оторвал взгляд от прекрасных звёзд и слез с камня. Красные глаза сверкнули в лунном свете. Джинчурики Пятихвостого размял затёкшие кости. Через минуту появились силуэты "легиона", которые приближались к выходу, а ещё через минуту, лунный свет озарил всех, кто выбежал из деревни. Девушка, которая являлась командиром, остановилась возле двух Джинчурики. – Чего так долго, Куроцучи-сама? – Хан сильно уважал молодую девушку. – Пыталась уговорить стариков, но, как и предполагалось, ничего не вышло, поэтому мы будем действовать по плану, который может спасти жизни детям. – спокойно сказала внучка Третьего. – А вы уверены в плане? – Роуши не хотел полагаться на милостыню чужих шиноби. – Уверена? Нет, но у нас нет выбора. – А если они не станут нас слушать и нападут?– громко спросил кто-то из шиноби "легиона". – Тогда, мы скорее всего умрём... – Куроцучи умрёт, но попытается спасти детей. – Разговорчики! – строго сказал Акацучи. – У нас нет другого пути, так что, если кто-то не хочет умирать, то пусть пойдёт домой сейчас. Никто не вышел из строя. Пусть шиноби "легиона" и боялись, но все понимали правильность своего рискового поступка. Акацучи довольно ухмыльнулся. – Ну раз так, то вперёд за командиром! – сказал Акацучи, когда Куроцучи двинулась в путь.

***

Страна Земли. Утро. Лагерь Первого Отряда. Перед Орочимару стояло около трёх тысяч человек. Все они были бойцами на средних дистанциях. Через четыре часа они выступят. Акума подошёл к Орочимару. Пусть Узумаки и был стар, но он был сильнее многих. Старик был одет в чёрный комбинезон с сетчатыми напульсниками и лёгкой зелёной бронёй, которая охватывала большую часть его правой руки. Также он носил шлем с протектором Конохи, к которому были прикреплены две длинные чёрные ленты. – Тут шиноби, которые уже успели понюхать пороха. – тихо сказал Узумаки. – Змей, как думаешь, они поймут твою просьбу? – Если не поймут, то я их заставлю понять. – строго сказал Змеиный Саннин. – Надеюсь, что поймут... – Акума тяжело вздохнул. У нас в противниках простые дети... Мир жесток. – грустно подумал Орочимару. – Итак... – его голос услышали все. – У меня будет к вам просьба, даже скорее приказ... Против нас будут дети... – Орочимару сделал паузу, чтобы все поняли его слова. – Поэтому не убивайте их, а просто вырубайте. По толпе пробежали напряжённые шепотки. Каждый понимал, что дети есть дети, но эти дети им враги. Через несколько минут, кто-то из толпы громко крикнул. – Я согласен с командиром! Дети не виноваты в ошибках взрослых! Его слова подкрепили кивания большинства шиноби. Орочимару был доволен своим отрядом. – Хорошо. Тогда, у вас до сигнала есть часа четыре. Отдохните и соберитесь с мыслями. Свободны. – Змеиный Саннин вернулся к себе в палатку.

***

Четыре часа спустя. Орочимару наслаждался последними часами перед войной. Кто знает, может быть его убьют в бою? Жизнь — непредсказуемая вещь. В этом Змеиный Саннин убедился уже не раз. – Орочимару-сама! – в палатку быстро вбежал джонин с пепельными волосами. – Гонгоро, я прав? – Да, Орочимару-сама! – Чего хотел? – Змеиный Саннин уже догадался, что произошло. – Сигнал пришёл! – Ну, тогда нам остаётся только одно... Выдвигаемся. Весть о сигнале уже обошла весь лагерь, поэтому собирать людей не пришлось. Большинство уже стояли за пределами лагеря, где должны были собраться все, когда придёт сигнал. Через десять минут весь отряд находился в боевой готовности. Каждый шиноби понимал, куда он идёт. Орочимару прокашлялся, тем самым привлекая всё внимание к себе. – Всё, что я хотел сказать, я уже сказал. Надеюсь, что вы меня услышали. Ну что ж... Выдвигаемся!

***

"Бойня" должна была начаться до прибытия Первого отряда, поэтому, по мере приближения к месту "бойни", всё громче и громче становились звуки битвы. Когда оставалось не более пятиста метров, можно было услышать жалобные крики о помощи. Осталось не более ста метров... Теперь можно было увидеть дым, который медленно подымался с мест взрыва. Кое-где валялись мёртвые тела шиноби, которые пытались сбежать. Это ужасное зрелище напомнило Орочимару Третью Мировую Войну Шиноби. Вот и место "бойни"... Шиноби из Первого отряда ворвались в задние ряды противника. Новички были не готовы к этому, поэтому их легко вырубали и отбрасывали в сторону, чтобы их не задавили. После того, как Орочимару со своим отрядом ворвался в задние ряды противника, шиноби Камня начали потихоньку сдавать позиции. На Змеиного Саннина напал четырнадцатилетний мальчик (так, по крайней мере, подумал Орочимару). Мальчик не представлял из себя достойного врага, поэтому уже через несколько секунд пацан валялся в отключке. Правило "выруби и отбрось" распространялось только на детей, поэтому от взрослых шиноби, которые могли доставить серьёзные проблемы, избавлялись. Теперь Орочимару сражался с более опытным противником, но тем не менее победить одного из Саннинов, противнику не удалось. Орочимару всадил кунай в шею шиноби Камня. Парень упал замертво. Потихоньку поле "бойни" разрасталось. Теперь, по большей части, толпы не было. Шиноби разбились на небольшие группы, всё новые, и новые куски земли становились полем битвы. Зарезав двух и вырубив одного, Орочимару начал искать кого-то посерьёзнее. Благо, такой нашёлся. Этим "счастливчиком" оказался мужчина с тёмными колючими волосами и тёмной бородой. Шиноби был одет в стандартную экипировку шиноби Деревни Скрытого Камня, на голове был налобный протектор Скрытого Камня. Противник тоже заметил Орочимару, по его выражению лица можно было понять, что он в глубоком страхе. Через несколько секунд, шиноби взял себя в руки. Конечно, страх никуда не делся, но было видно, что мужчина немного взял себя в руки. – Один из легендарной троицы — Орочимару. – в голосе шиноби чувствовался страх перед Саннином. – Ну, раз ты знаешь моё имя, то я хотел бы узнать твоё перед твоей смертью. – И-Иттан. – Хорошо, Иттан. Теперь пришло время прощаться. Орочимару уже почти сорвался с места, как вдруг почувствовал чакру, которая пугала... Чакру Биджу... Судя по всему, даже двух Биджу. Не один Саннин почувствовал эту чакру. Те шиноби Камня, которые почувствовали чакру Биджу, явно обрадовались. Теперь у них появилась хоть какая-то надежда. – Прости, Иттан, но тебе придётся ещё немного пожить. Сейчас у меня дела поважнее. – Стойте! Хватит! – этот крик словно гром пронёсся по полю битвы. На несколько мгновений все застыли, но и этого хватило, чтобы привлечь внимание к небольшому отряду, который вознёсся над всеми на скале, которая была искусственно сделана. На краю каменной скалы стояла куноичи, а за ней стояли двое мужчин. Судя по чакре, они и являются джинчурики. – Шиноби Камня!!! – обратилась она к своим сородичам. – Мы проиграли эту войну, так что хватит губить свои жизни понапрасну! – Куроцучи, что ты такое говоришь? – крикнул кто-то из шиноби Камня. – Правду... Дедушка был не в себе последние несколько месяцев, поэтому мы думаем, что им управляли. Несколько раз дедушка упомянул про голоса, которым он не может сопротивляться. Тогда мы думали, что это бред, но после того, как он напал на Коноху без согласия старейшин деревни... – Песок тебе верит. – холодно сказал Раса. Тест, который провели над памятью Цучикаге, показал, что там изрядно покопались. – Лист тоже. – Джирайя жестом показал людям убрать оружие, хотя бдительность никто не ослабил. Это могла оказаться уловка Камня, поэтому все были на готове. – Облако тоже. – Чёрт! Чёрт! Чёрт! – громко выругался шиноби в странной маске. – Всё пошло не по плану. Чёртова девчонка! За одно мгновение, шиноби в маске оказался на каменной скале, где стояли Куроцучи и её "легион". Через секунду, все, кто был на скале, валялись внизу, а таинственный шиноби в маске предстал в полной красе перед всеми. Его лицо скрывала оранжевая маска со спиральным узором, сфокусированным вокруг правого глаза. Кроме маски, на нём был плащ с алыми облаками. Джирайя узнал этот плащ. Плащ организации "Акацуки". Жабий Саннин уже около полугода пытался хоть что-то узнать про эту организацию, но к сожалению, особо ничего не узнал. – Думаю, что мне придётся самому разобраться со всеми вами...

***

А вот и конец главы. Надеюсь, что вам понравилось. Давайте наберём 300 ждунов. Вам не сложно, мне приятно.