Детки

«Пара подруг друг другу волосы рвут, Из-за того, что их обеих выебал общий друг. Ну, а ему, на самом деле, на обеих плевать!» © Папин Олимпос

      Слава: я не приду сегодня в школу       Ванечка: С тобой все в порядке?       Слава: нет       Ванечка: Понял, классного предупрежу. Пиши если что.       Светло слегка поёжился, поправив сползающий с лица шарф. В школу идти вообще сегодня не хотелось и, если бы он не знал, что Славка действительно плохо себя чувствует, то позавидовал бы возможности остаться дома.       Ваня остановился на светофоре, наблюдая за тем, как по проспекту неспешно ползли автомобили. В голове по-прежнему назойливо прокручивались слова Рудбоя, не давая ему покоя.       «Чтобы о тебе не думать».       Ванечка поймал себя на мысли, что в последнее время и сам слишком много думает о Ване, и от этого становилось как-то не по себе. Разве это возможно? Парню любить парня… это ведь не нормально. Наверное. Или… Ванечка вдруг почувствовал, как кто-то ухватил его под руку. Он едва заметно вздрогнул, вернувшись из своих мыслей обратно в реальность.       — Привет, — улыбнулась Анька, чуть сильнее сжав его предплечье, когда подул ветер.       — Держись, — улыбнулся Светло в ответ и пошёл вперёд, как только загорелся зелёный.       Зайдя в раздевалку, Ванечка лицом к лицу столкнулся с Сегой. Парень руку ему протянул, поздоровался.       — Че? Как? — сжимая тонкие костяшки Светло, спросил старшеклассник.       — Нормально… — Ванечка высвободил руку и неловко переступил с ноги на ногу. Не понимал он всех этих движух пацанских, — ты как? — добавил он из вежливости.       — Покатит. Рудбою привет, — хмыкнул парень и вышел из раздевалки, напоследок тихонько хлопнув Ванечку по плечу.       — А Сегу-то ты откуда знаешь? — поинтересовалась Аня, снимая куртку.       — Да… я его случайно оленем как-то назвал. Вот и познакомились.       Рукосуева посмотрела на него как на сумасшедшего, округлив и без того огромные глаза.       — Ты меня иногда поражаешь.       Светло плечами пожал и, закинув рюкзак на плечо, направился в сторону выхода из раздевалки.       — Не хочешь со мной сесть сегодня? — спросил Ванечка, заходя в кабинет.       — А Слава?       Анька остановилась возле своей парты.       — Он не придёт сегодня, — ответил Ванечка и повесил рюкзак на спинку стула.       — Ну, ладно…       Пока она скроллила ленту, Ванечка вытащил из рюкзака учебник по биологии и тетрадку. Ему сегодня предстояло доклад рассказывать, поэтому времени на ерунду не было, и Светло просто уткнулся в свои записи, повторяя материал. В классе царила какая-то очень странная атмосфера. Будто что-то происходило, но тщательно скрывалось. Ванечка чувствовал на себе взгляды одноклассников, но старательно делал вид, что не замечал этого. Сидящие за первой партой Диляра с Крис что-то бурно обсуждали, хоть и достаточно тихо. В какой-то момент Аня заметила, что на неё смотрит Ди и, вопросительно приподняв бровь, обратилась к ней:       — У тебя какие-то проблемы?       Диляра отрицательно покачала головой и отвернулась, снова прыснув от смеха.       В класс зашёл Евстигнеев. Коротко кивнув девчонкам, он молча упал на своё место рядом с Мироном и уткнулся лбом в парту.       — Слушай, Ань, а ты быстро сориентировалась, — то ли с одобрением, то ли с хорошо скрытой издевкой сказала Кристина, повернувшись к Рукосуевой.       — В каком смысле?       Ванечка оторвался от своего доклада, не понимая к чему Козырева весь этот разговор завела.       — Ну, как? — девчонка закинула ногу на ногу, — от одного Вани сразу под другого. Удобно. Даже имя не надо запоминать. Да, кисуль?       Евстигнеев тут же выпрямился и тяжело посмотрел на Кристину.       — Ты че несёшь?       Анька выдохнула. Медленно поднялась со своего места, села на соседнюю парту, прямо напротив Кристины, уперевшись массивной подошвой кроссовка в ее парту.       — Че ты сказала?       В классе воцарилась полная тишина.       — Ноги убери свои, — возмутилась Крис, отодвигая тетрадь от края.       — Повтори, что ты сейчас сказала.       Ди обернулась, глядя на Мирона, который нахмурившись смотрел на все происходящее. Федоров чуть наклонился к Ване и прошептал:       — Сейчас что-то будет.       — А ты что? С первого раза не слышишь? — ухмыляясь переспросила Крис, а затем поднялась со стула, резким движением всё же скинув ногу Рукосуевой со своей парты, — быстро, говорю, ориентиры меняешь.       — М-м, — промычала Анька, так же встала, выпрямилась во весь свой небольшой рост, — ты это, потом не жалуйся только. Ладно?       — В смысле? — только и успела спросить Козырева, когда Рукосуева схватила ее за волосы.       — Ты. Мерзкая. Отвратительная. Корова. Которая. Суёт. Свой нос. Туда. Куда. Не просят, — членораздельно проговаривала Анька, таская визжащую Кристинку из стороны в сторону.       Ванечка подскочил со своего места и вцепился в Анькины руки.       — Отпусти её, Ань! Да помогите вы! Что вы смотрите?! — Закричал Светло, к которому тут же подлетел Евстигнеев с Мироном.       С трудом расцепив девчонок, парни растащили их по разным углам.       — Больная овца! — выкрикнула Крис, ошарашено ощупывая свою растерзанную прическу и вытаскивая выдранные клочки волос.       — Я ещё с тобой не закончила, стерва! — крикнула Анька из-за Ванечкиного плеча, — а ты! — ткнув пальцем в Рудбоя добавила она, — ты! Не обольщайся, кусок говна! Потому что все это далеко не из-за тебя!       — Я так и не думал, блять! — сказал Евстигнеев.       — Ты и тогда не думал! Урод! И друзья у тебя такие же!       Ванечка бросил быстрый взгляд на Евстигнеева. У него губа нижняя слегка дрогнула, он вроде и рот уже открыл, чтобы что-то ответить, но все-таки промолчал. Лишь рукой махнул и пошёл на своё место. Ванечка решил, что Аня уже достаточно наговорила, поэтому начал осторожно выталкивать ее из кабинета.       — Хватит… перестань говорить такие вещи.       — Я надеюсь, что с тобой поступят так же! — не унималась Аня, — надеюсь, что найдется человек, которого ты будешь любить всем сердцем, а он постоянно будет говорить тебе «нет!». Постоянно будет рвать тебя на куски! Как это сделал со мной ты со своими подружками!       — Хватит, — рявкнул Светло, наконец вытолкнув ее из кабинета и выйдя за ней, закрыл дверь.       Анька тут же замолкла и заплакала. Ванечка молча обнял ее и стал гладить по волосам.       — Оно того не стоит, слышишь? Оно того не стоит.

***

«Искренность давно победила зависимость от мнения других» © Папин Олимпос

      После школы Светло решил навестить Карелина, узнать как он, да и последние новости обсудить. Он неспешно обогнул здание и свернул на улицу Марата. Слава жил неподалёку от «Фонотеки» в центре Питера. Засмотревшись на лепнину на здании, Ванечка споткнулся и выругался, чуть не потеряв равновесие. Подойдя к нужной парадной, Ваня замер, глядя на автомобиль, припаркованный почти под самыми окнами Карелиных. Он конечно не был уверен, но вроде как это была машина Фёдорова. За рулём сидел здоровенный мужик в пиджаке, на зеркале болтались кубики мягкие, ну да. Точно его. Светло приподнял одну бровь и набрал в домофон номер квартиры Славы.       — Кто?       — Ваня.       Тут же раздалась трель, сообщающая о том, что дверь открылась. Светло быстро взбежал по лестнице и практически нос к носу столкнулся с выходящим из квартиры Карелиных Фёдоровым.       — Ты что тут делаешь? — удивлено спросил Ваня.       — Тоже самое что и ты, — проходя мимо ответил Мирон.       Ванечка вот вообще сейчас ничего не понял. Он открыл было рот, чтобы задать ещё тысячу и один вопрос, но в этот момент его окликнули по имени. Светло обернулся, увидев стоящего в дверном проеме Славу. Он многозначительно посмотрел на Карелина, а затем снова обернулся вслед уже скрывшемуся из виду Федорову.       — Какого хрена?       Славик махнул рукой и скрылся в дверном проёме. Вопросов стало ещё больше, но Ванечка всё-таки решил, что для начала нужно зайти внутрь квартиры, а уже потом разбираться.       — Ты ничего рассказать не хочешь? — спросил Ванечка, стягивая мокрые насквозь кроссовки.       Слава молча направился на кухню.       — Будешь чай?       Светло проследовал вслед за ним и уселся за стол, кинув рядом сумку.       — Слав…       — Что? — резко спросил Карелин, не оборачиваясь.       Ваня опешил от такого тона, словно язык проглотил. Ничего больше спрашивать не хотелось.       — Да, чай буду.       Слава нажал кнопку на электрическом чайнике и достал кружку со спайдерменом. Уж больно она нравилась Светло. Ваня же все это время наблюдал, как Карелин сосредоточено мыл посуду, молча раскладывал на тарелке печенье и пару раз неловко уронил чайные пакетики. В воздухе так и веяло напряжением, недосказанностью и чужим одеколоном. И Ваня прекрасно знал чьим.       — Послушай… — вдруг сказал Слава, — ты не можешь меня осуждать.       Ванечка плечами пожал.       — Я даже не пытался.       — Просто ты так смотришь на меня…       — Я просто пытаюсь понять, что не так.       — А что не так?       Слава поставил на стол две кружки и сел напротив друга.       — Мы с тобой стали меньше общаться после лета. Ты стал каким-то скрытным…       Карелин молча размешивал сахар в чашке и слушал, что говорил ему друг. А ведь Ванечка был прав. Слава и правда отдалился от него. Перестал как раньше доверять без видимых причин. Произошедшие за это лето события немного подкосили его и… внутри был какой-то страх. А что, если он расскажет Ване, а тот посмеётся над ним. Как все те люди, просто ткнёт в него пальцем. С другой стороны, ведь Ваня не такой. Ваня всегда был рядом, даже в самые сложные времена. Слава и сам не понимал, почему его так переклинило.       — Просто… летом кое-что произошло, — начал Слава, не в силах поднять взгляд, так и сидел, уткнувшись в кружку свою, делая вид, что ему интересно наблюдать за белым кружочком, скопившемся на поверхности чая.       — Если ты не готов рассказывать, ты можешь этого не делать, — честно сказал Ваня.       Карелин шумно сглотнул, ощущая, как на него снова накатывала паника. Достав из кармана пузырёк, он закинул в рот пару таблеток и запил их чаем.       — Успокойся.       Светло поднялся из-за стола и, подойдя к другу со спины, обнял его, тихонько гладя по голове. Когда он так делал, Славе становилось легче, как от маминого объятия.       — Не думай о плохом. Я в любом случае рядом с тобой, всегда.       Слава сделал глубокий вдох, выдохнул и выпалил как на духу.       — Этим летом я отдыхал с Мироном в одном лагере.       Ванечку эта информация ввела в ступор, но он сделал вид, что ничего такого сверхстрашного и шокирующего он не услышал.       — Понятно.       — Это не все. Мы… мы подружились даже и он… он оказался хорошим парнем. Весёлым и…       Ванечка чуть крепче прижал Славу к себе, чувствуя как у того грудная клетка ходуном ходит.       — Он говорил, что не встречал никогда таких людей как я и… Мы много общались, многим делились. Даже когда я вернулся в Питер, в ночь на первое сентября он писал мне. Мы поругались немного…       Слава молча уткнулся лицом в ладони. Щеки растер, волосы назад убрал и добавил:       — А потом я написал ему, хотел помириться, но он просто сказал, что не понимает, о чем я. Будто ничего и не было. Он не отвечал мне в соцсетях и…       — Зачем он приходил сегодня? — перебил его Ваня.       — Не знаю. Просто привёз сладостей и сказал, чтобы я выздоравливал. И как только ты позвонил в домофон, собрался и ушёл.       Ванечка нахмурился, слегка губу закусив, а когда Слава поднял на него взгляд, слегка развернувшись на стуле, тут же сделал максимально непринужденное выражение лица и спросил:       — И это всё?       Слава кивнул и снова уткнулся в свою кружку.       — М-да, Слава… а я думал, ты убил там кого или ещё что поинтереснее, — хохотнул Ванечка, теребя друга по волосам.       — Ты не обижаешься? — спросил Слава, обхватив ладонью запястье Светло.       — Знаешь, — присев на корточки рядом с ним, сказал Ваня, — я бы обиделся только в одном случае…       Слава с любопытством глянул на него, нахмурился.       — Если бы ты реально кого-то убил, а меня труп прятать не позвал… — ответил Ванечка сквозь улыбку и обнял Карелина.