Немного фанат

— Думаешь стоит? — обеспокоенно произнес Ястреб, разминая крылья перед полётом, то раскрывая во всю длину, то собирая воедино, пока холодный воздух проникал в перья и вызывал лёгкий озноб. — Почему бы и нет, я ведь ещё не был у тебя? — спросил Энджи, не понимая излишнего беспокойства со стороны Кейго. — Ха-ха, ну да, наверное, — глупо рассмеявшись ответила пташка, чуть отдаляясь от напарника в сторону. — Тогда встретимся завтра? — крайне тихо, как будто застеснявшись чего-то, прошептал Тодороки. — Да, жду в десятом часу. Адрес скину эсэмэской, — поспешно ответил Таками, взмывая над собеседником и даже не попрощавшись, скоро улетел, оставляя Энджи наедине с шумной улицей и раздумьями о крайне странном поведении Ястреба. Когда Кейго вернулся от героя номер один обратно в квартиру, в его голове вертелась только одна мысль: "Черт, черт! Что мне делать со всем этим барахлом?". Стоит заметить, не у одного Мидории проблемы с фанатизмом. Ястреб так бы не беспокоился, если у него всего лишь была одна незатейливая фигурка или даже несколько, может плакат. Всё было намного хуже. Когда ты герой номер два, у тебя явно есть деньги, много денег, на которые можно позволить себе буквально любой мерч, вне зависимости от ценника, и у Ястреба именно этот случай. С диким бешенством и неистовством в глазах, Кейго живо убирал и прятал все шмотки в шкаф. — Прости, Старатель...— произнес Кейго, бережно чмокая коллекционную фигурку из лимитной серии «Топ-герои» в лоб, и в последний раз насладился всеми рельефами и тонкой работой мастера, который с точностью передал каждый изгиб на теле. Но вечно держать её в руках, к сожалению, нельзя, так что Кейго тяжко вздохнул и запихал фигурку подальше в шкаф. Ястреб привстал и осмотрел состояние комнаты — работы оставалось немного, но шкаф уже был полностью забит игрушками, фигурками и даже случайными, а может и не случайными фото героя номер один. Осталось только деть куда-то журналы, на обложке которых красовался Тодороки. Такая редкость, можно сказать раритет, ведь Энджи не особо любил фотографироваться. Его часто просили улыбнуться или сделать что-то подобное, но все эти попытки заканчивались угрожающим оскалом, а фото получались слишком пафосными или нелепыми, но Ястребу нравится Энджи в любых проявлениях и видах, поэтому он как безумец приобретал почти всё подряд. Время шло, а Ястреб и не замечал, как оно бежало неумолимо быстро. В комнате раздался звонок в домофон. Кейго резко выпал из транса. Пока Таками прибирался, он слегка увлекся и с вниманием осматривал каждую вещицу, вспоминая, каким образом она была получена. Таками быстро засунув последний плакат в уже набухший от вещей шкаф, с силой закрыл его и живо побежал открывать дверь. — Приветик, рад тебя видеть, проходи!— растерянно произнес Ястреб, пряча ключи в руку, так как о брелках и подобных мелочах он совсем позабыл. Энджи тихо зашёл в прихожую и осмотрел просторную прибранную комнату. Сняв обувь и пальто, про-герой аккуратно поправил рубашку, небрежно вылезавшую из брюк и направился дальше исследовать квартиру, пока Ястреб кружил неподалёку, внимательно перепроверяя каждый уголок на наличие того, за что можно его убить или покромсать его бедную тушку. — У тебя здесь уютно, даже чисто. Не ожидал от тебя такого, — с удивлением в голосе подметил Энджи, с любопытством изучая все окружающие его вещи. Нависла неловкая пауза, потому что каждый понимал зачем сюда пришёл, а как подступиться не имели понятия ни тот, ни другой. — Я особо ничего не готовил, не ем дома, — произнес Ястреб, заваривая чай странного содержания. Чай — это буквально всё, что есть у Кейго из съедобного. — Не удивлен, — ответил Тодороки, вспоминая все те разы, когда пташка промышляла каннибализмом и поедала большое количество KFC во время патруля или перебивалась в поместье Энджи, уплетая ужин, приготовленный Фуюми для отца, но, честно сказать, она всегда готовила на одну порцию больше, а то вдруг, какой-нибудь важный гость нагрянет. — Вот ты какого мнения обо мне? — спросил Кейго, тихо подсовывая кухонные перчатки, стилизованные под Старателя в шкаф. Слава богу, он стоял к Энджи спиной, и герой номер один не видит происходящего. — Та-дам! Конечно, это не такой вкусный, как у тебя дома, но хоть что-то. Ещё я заказал суши, — ответил Ястреб, усаживаясь за стол напротив Тодороки. — Гадость какая, я это точно пить и, тем более есть не буду, — в утвердительном тоне заявил Энджи. — Звучит логично, — со скрежетом в зубах признался Ястреб, заметив краем глаза ещё одну фигурку Старателя. "Да сколько же у меня их, как бы незаметно убрать, пока Энджи не увидел? Хм..." — Что-то не так? Ты странно себя ведёшь, — обеспокоенно спросил Энджи, —Куда ты все время смотришь? — договорил Тодороки, внимательно наблюдая за бегающими глазами Таками, который изо всех сил пытался как можно точнее управлять перьями, которые переносили фигурку в верхний, слегка приоткрытый ящик, и всё бы было прекрасно, но раздался хлопок. Дверца шкафчика с шумом закрылась и Ястреб в голове уже начал копать себе могилу. "Как вообще можно настолько сильно облажаться?!" — ругал себя Кейго. — Какого черта здесь происходит! Что у тебя в этом шкафу? — уже чуть разозлившись, ответил Тодороки, поворачивая голову в сторону с намерением встать и наконец посмотреть, что там внутри. — Да так, дверь хлопнула, недозакрыл наверное! — поспешно ответил Ястреб, слегка повышая голос и резко вставая со стула. — Не отвлекайся, ты всё же пришел сюда не за этим, — хитро произнес Кейго, перелезая через стол, попутно роняя чашки, честно говоря, с отвратительным чаем, которого и не жалко. Энджи немного опешил, когда его поцеловали. Это было бесцеремонно, резко, даже слегка грубовато. Тодороки прикрыл глаза и ответил на столь неожиданный поцелуй подавшись вперёд, пока взгляд Ястреба бегал по всей комнате в поисках ещё всякой дребедени, которая точно испортит весь настрой долгожданного вечера. Правая рука обвила чужую крепкую шею, а левой Кейго потянул галстук Энджи, прижимая его ещё ближе к себе. "Пожалуй, стоит свалить из кухни, мало чего здесь ещё есть" — предположил Кейго, уводя Энджи за собой, попутно расстёгивая верхние пуговицы на рубашке Тодороки. — К чему так быстро? — слегка растерянно спросил Энджи, оторвавшись от разгоряченных губ, и чтобы его снова не перебили на половине мысли (а так, между прочим, любили делать наглые птички очень часто), положил свою руку на плечо Ястреба, слегка сжав, отдалился на некоторое расстояние. — Соскучился, пойдем, — произнес Кейго, убирая чужую руку с плеча и обвивая её своей, потянул Энджи, чтоб убраться подальше из этой злополучной комнаты, перемещаясь в спальню, совмещённую с большой комнатой. В ней, кстати, не было кровати и о её присутствии хозяин квартиры не позаботился. Вместо неё был гамак, с которого свисало одеяло и рядом валялось пару подушек. Возникла некая неловкость. Энджи высвободился из чужой хватки и начал расхаживать по просторной комнате с огромным окном почти во всю стену, открывавшим прекрасный вид на шумную и суетливую Японию, каждый человек которой куда-то и зачем-то спешил. Уж больно интересно, насколько по-разному жили герой номер 1 и 2, и насколько их вкусы разнились. Всё это время Кейго маневрировал рядом, дожидаясь нужного момента для воплощения своих коварных мыслишек. Тодороки заинтересовали бумаги на столе и он подошёл ближе, чтобы осмотреть их внимательней, пока Ястреб заметил, как из-под одеяла, лежавшего в гамаке выглядывает краешек дакимакуры с уже небезызвестным героем номер один. Сложно представить, насколько сильно Кейго ждал именно этой посылки с идеальным рисунком с двух сторон, из приятной к телу ткани и мягкого наполнителя, который так и хотелось тискать в объятьях, да и вообще идеальной во всем, но прошло достаточно времени и дакимакура пребывала в потрёпанном состоянии. Пожалуй, подробности о том, что делал с ней владелец мы упустим, но факт того, что если увидев это, Энджи не только сожжёт всё вокруг, но и с шумом выйдет из квартиры, захлопывая дверь, выкрикнет: "Я больше сюда никогда не вернусь" была очень велика. Это могло значить только одно — ни в коем случае не подпускать Энджи во вторую часть комнаты, а как это сделать, Таками не имел ни малейшего понятия. И как назло, этот огненный чудила явно был намерен и дальше продолжить своё удивительное путешествие по комнате, а этого Ястребу совсем не нужно. Стоило Энджи обратно положить бумаги странного содержания в прежнее положение, которые, к слову, были хаотично раскиданы Кейго по столу для имитации работы, Ястреб быстрым движением навалился всем телом, припечатывая Энджи к столу. — Давай сделаем это прямо тут? — произнёс как можно более убедительно Кейго, изображая себя в роли ничем невозмутимого героя. Кейго схватил Энджи за запястья и сильнее прижался грудью к чужой спине настолько близко, что почти полностью ограничивал движения партнёра в какую-либо сторону. — Тебе чай в голову ударил или что покрепче? В голосе читалось раздражение. Тодороки был особо не против, но такие резкие и неожиданные движения смущали его, он не знал куда себя деть и как вести в подобных ситуациях. — Старатель, ну же, соглашайтесь, — настырно прошептал Кейго прямо на ухо собеседнику так, чтобы задеть кончиком языка мочку. Энджи тяжело вздохнул и выгнулся в спине, чуть подаваясь вперед. Положение, в котором он стоял, хотя уже не стоял, а почти лежал, было крайне неудобно и двинуть почти любой частью тела было крайне сложно. Стоило Тодороки чуть попятиться назад, приподнимая бёдра, чтобы хоть как-то освободить себе место в попытках освободиться, Ястреб принял это за символ согласия, и уже начал интенсивно похлопывать своими крыльями, предвкушая продолжение. — Перестань дурачиться и слезь с меня, — грозно возмутился Энджи, хмурясь и косо посматривая на собеседника через плечо. — Зачем вы так жестоки ко мне? Тем более, если бы Вы не хотели, то давно уже оттолкнули меня, — обиженно и все так же тихо бормотал Ястреб, наглея. Таками не спеша начал тереться пахом о чужие брюки, на что услышал тихий, почти еле слышимый стон и предательски мерзкий скрип стола выдавал возбуждение Тодороки. — Вы так яростно отрицаете, а сами издаёте такие похабные звуки, Старатель, — иронично подметил Кейго, вытягивая последнее слово как можно дольше, будто издеваясь. Энджи что-то глухо пробурчал, почти про себя, но не продолжил сопротивляться, только лишь вжался лицом в стол, скрывая стыд от всего происходящего, полностью доверяясь Кейго. Ну а Ястреб, уже чувствуя полноту своей власти, потянулся правой рукой к брюкам Тодороки и медленно начал расстёгивать ширинку, и почувствовал, как Энджи ещё сильнее вжался в стол. — Тише... Энджи-сан, не буяньте, я же всё-таки не кусаюсь. Ястреба забавляли эти издевки над своим кумиром, да и ситуации возбуждала неимоверно сильно. Смотреть сверху на прекрасного Энджи, который не знает куда себя деть и пытается скрыть любой намек на эрекцию — это что-то с чем-то, от этого всё сильнее и сильнее сносило крышу, делая Кейго безумнее. — Раздвинь ноги чуть шире, — прошептал Ястреб и, не дожидаясь ответа, сам протиснул колено между ног. Тодороки сжал стол руками сильнее настолько, что у Кейго возникла мысль, а не с сожгут ли его часом, ведь всё-таки он был не огнеупорный и уж далеко не для того, чтобы на нем занимались подобными вещами. Ястреба начал медленными, поступательными движениями водить рукой по возбуждённому члену, иногда приостанавливался, чтоб понаблюдать и насладиться чужой реакцией. От таких прикосновений да и вообще ситуации у Энджи обострилась чувствительность, каждое движение со стороны Таками казалось таким приятным и желанным. Стоило Ястребу хоть чуть-чуть ослабить темп, Энджи вздрагивал, и не контролируя себя и свои действия приподнимал бедра, сигнализируя Кейго о желаемом. Ястребу уже давно было тесно в штанах и каждым движением он пытался как можно чаще прикасаться к Тодороки. Энджи тяжело дышал, его грудь часто вздымалась, он весь раскраснелся, а Таками нравилось за этим наблюдать и получать от этого максимальное удовольствие. Ястреб не смог удержаться и как только почувствовал, как чужое тело задрожало, наклонился и лизнув шею, сладко произнес, надавливая большим пальцем на головку: "Энджи-сан, ещё рано". Тодороки на это только что-то невнятно простонал, то ли умоляя о большем, то ли наоборот, прося замедлиться; он вздрогнул, резко двигаясь вперед, расшатывая стол так, что тот с силой ударился о стену, и двери рядом стоящего шкафа распахнулись и всё содержимое вывалилось прямо перед глазами Энджи, будто в слоу-мо. Ястреб моментально раскрыл большие алые крылья и накрыл тело Тодороки, сжимая его в объятьях. — Ястреб, черт тебя дери, что это за хрень, выпусти меня!!! — извиваясь в руках Ястреба требовал Энджи, ёрзая на столе. — Нет, вы убьете меня, когда увидите это! — взмолил птенчик, вжимаясь в Тодороки сильнее. — Скорее, я убью тебя, если ты меня не отпустишь! Ястребу пришлось, но он не хотел. Пришлось ослабить хватку, отойти в сторону, и отвести взгляд от стыда, пока Тодороки тихо и безмолвно сидел над всем компроматом, что Таками самолично ему предоставил. — Знаешь, я солгал, — произнёс Энджи, воспламеняя правую руку, пока его любимый в спешке натягивал куртку и вылезал из приоткрытого окна, роняя слезы боли, от осознания того, что после того, как он вернётся обратно домой, ни одной фигурки и плакатика не найдется. Но к превеликому счастью, после пятичасового полета в небе, вернувшись в квартиру, Кейго не увидел пепел, разбросанный по всей комнате, а только игрушки, лежавшие всё в том же положении. Было сложно опять подойти к Тодороки, заговорить и вроде бы начать глупо отшучиваться, когда его партнёр просто отходил в сторону, избегая данную тему. Не прошло и пары дней, как всё устаканилось и Ястреб опять беззаботно летал вокруг Старателя и трапезничал у него в поместье. С того случая Энджи не возвращался к теме большого количества мерча у Ястреба, но раскрою вам маленькую тайну — у про-героя номер один теперь тоже есть маленький, не особо значительный брелок в виде Кейго в геройском костюме, повешенный на запасной ключ к квартире Ястреба, который он взял, когда тот, в свою очередь, вылетел из своей же квартиры, сгорая от стыда.