no light

Вот и финишная прямая. Замок Редклиф. Из окна комнаты Зеврана видно те самые холмы, на которых они со Стражем, спрятавшись в высокой траве, целовались. Подумать только, почти год прошел. Сейчас он в этом замке как гость, а не как освободитель. Сейчас Терон носит его серьгу в ухе, а раньше лишь снисходительно смотрел на него. Сейчас Зевран готов умереть за него, а ведь приходил убить. В соседней комнате пол поскрипывал. Терон ходил кругами. За год изменилось многое, но что-то никогда не меняется. — Что тебя беспокоит, аморе? Зевран вошел без стука. Было видно, что Терон готовился ко сну. На нем не было доспехов из драконьей чешуи, а волосы, отросшие за время странствия, были распущены и растрепаны. — Веннан, — брови съехали к переносице. Терон произнес это нараспев, а потом шагнул к Зеврану, закрыв за ним тяжелую дверь, — я тебя так сильно люблю. Кожа у Терона была горячей. А, может, дело было в камине. Терон целовал его непривычно долго, и Зевран не был против, но разум разбойника вопил о том, что это хитроумная ловушка. — Терон, — Зевран отстранился, а Страж продолжал зацеловывать все, до чего мог дотянуться. Щека, висок, ухо, — что происходит? Терон прикрыл глаза и шатко сделал шаг назад. Зевран только сейчас заметил, что выглядит тот болезненно. — Я умру. — Все когда-нибудь умрут. — Зевран, Архидемон… — Никто не даст Архидемону убить тебя. — Боюсь, что не вам выбирать. — Что ты имеешь в виду? Терон выдохнул. Сел на кровать. А потом посмотрел на Зеврана. Создатель, Зеврану показалось, что Терон воткнул стрелу в его сердце. В голубизне глаз было больше слов и эмоций, чем можно было сказать или выразить. — Серый Страж должен убить Архидемона, чтобы его душа не перешла в другое порождение тьмы, а погибла, — Терон замолчал, а Зевран ждал подвоха. В таких историях он всегда есть, вместе с надоедливым «но», которое перечеркивает все, сказанное до него, — вместе со Стражем. — Нет. Терон, нет. Пусть это сделает Риордан или Алистер. Терон вытянул руки, приглашая Зеврана в свои объятья. — Как я уже сказал, это не вам выбирать. Зевран сделал два шага и рухнул, как убитый, к ногам Терона. Пальцы Стража бережно коснулись его волос. — Ты не прав. У меня есть право голоса. Мор не заберет тебя у меня. К черту вашу жертвенность в смерти. К черту Архидемона. К черту Ферелден. — Я люблю тебя, Зевран. — Прекрати говорить это. Это не имеет смысла. Что мне делать с твоими словами? — Жить. Зевран поднял голову. Терон измученно улыбался. Той самой улыбкой, ради которой Зевран был готов убивать и умереть. — Если я спокойно живу с этой мыслью, то и ты сможешь. По щекам Терона покатились слезы. Крупные, почти детские. Зевран опять уткнулся в его колени. — Дело же не в Архидемоне? Пальцы, поглаживающие шею, дрогнули. — Как ты сказал, это все не имеет смысла. Я начал умирать, как только заразился скверной, и сейчас просто хочу закончить это. — Я думал… не знаю. Неужели нет другого пути? Разве мы не заслужили долго и счастливо? — Ты прекрасен. Терон вытер ладонью глаза. — Ты тоже! — вышло громче, чем Зевран рассчитывал, — и я так сильно люблю тебя. Я же поклялся шагнуть в бездну ради тебя! Но прошу, умоляю, я не смогу и не хочу делать это в одиночестве. Терон закрыл лицо руками, его плечи жалко подрагивали. Зевран встал, ноги были дубовыми, как и дверь, за которую он собирался выйти. — Останься со мной. Терон говорил хриплым шепотом. Голос был пронизан тоской, как долийские аравели - золотыми нитями. Зевран замер. Стукнулся лбом о дверь и снял ботинки. — Ненавижу тебя. Это был последний раз, когда они ночевали вместе. Дорогу до Денерима Зевран был рядом, неуловимо касался пальцами ладоней Терона. Терон выглядел, как обычно, словно их разговора не было. Никто в отряде не знал про его планы, и это сводило Зеврана с ума. Терон ошибся, доверив ему такую ношу. — Имеет смысл взять с собой троих, остальные будут защищать ворота. Вокруг горел огонь битвы. Зевран думал о том, что огонь преследует Терона. — Хорошо. Алистер, Винн… — Терон? — Зевран не узнал свой голос, — я пойду с тобой? Зевран не знал, хотел ли он этого, но слова прозвучали не как вопрос. Терон кивнул. — Стэн остается командующим. Битва обжигала. — Сыграем на очки, веннан? Терона хотелось ударить по лицу, затащить в ближайшую каморку и запереть там до конца битвы. И пусть умрет Алистер, пусть сгинет весь Ферелден, они с Тероном останутся на пепелище. Вдвоем. — Как скажешь, аморе. Пробираясь на крышу форта Зевран считал. Один, два, три, шесть, десять. Он сбился со счету. В какой-то момент убитых порождений стало просто очень-очень много. Архидемон изрыгал фиолетовое пламя и это было единственное пламя, которого Терон не избегал. Зевран выпустил кишки очередному генлоку, когда крыша внезапно опустела. Остался лишь Архидемон, жалкая кучка выжившей армии и Терон, поднимающий огромный меч. — Веннан! — Зевран закричал не своими словами и побежал следом, пытаясь сделать…хоть что-то? Терон вскрыл череп дракона, как консервную банку. Свет, превративший ночь в день, и на секунду не был таким же ярким, как Терон. Страж опустил рукоять меча. Повернулся к Зеврану. И протянул мягко, нараспев, шевеля одними губами: — Аморе.