; our egoism.

- юнги в коротких шортиках, качели, жара и небольшое помешательство тэхена.

***

gorillaz - humility солнце нещадно палит, горячий воздух размывает все перед глазами. - слушай, может перестанешь... обычные же ноги... - заткнись, блять, хосок, не мешай. хосок закатывает глаза и утыкается обратно в свой телефон, покачивая ногой, пока тэхен ни на секунду не изменяет своему занятию. они сидят на скамейке во дворе прямо напротив площадки, где находятся качели, и тэхен, облокотившись на колени, уже минут пятнадцать непрерывно смотрит в упор на юнги. конкретно на его ноги. юнги словно не замечает. или и правда не замечает. тэхену, впрочем, плевать. /// - ни. за. что. - агрх, ладно, сам пойду! тоже мне... "друг". тэхен на последнем слове показательно кривится и отворачивается, чтобы уже уйти. хосок вскипает: - да ты не охуел ли? по-твоему я с тобой выхожу, чтобы смотреть на ноги юнги часами? тэхен оборачивается слегка и виновато улыбается. потому что знает, что, как идиот, помешан. /// тэхен жутко не любит, когда что-то встает у него на пути. сейчас это что-то зовут чонгук. а чонгук, кажется, зовет юнги на аттракционы покататься. потом тэхен позовет чонгука подраться. ладно, нет, он ненавидит драки, но мысль о том, что чонгук после нескольких таких свиданий, возможно, получит доступ к ножкам юнги жарит ему мозги. хотя это солнце скорее. тэхену юнги... не нравится даже. он, конечно, красив безумно, но именно лишь внешность тэхена привлекает в нем. за ним интересно следить, когда он выходит кормить несколько раз в неделю всех бездомных кошек во дворе, качается на детских качелях. и еще, когда он надевает шорты. особенно, когда он надевает шорты. у юнги белая кожа, но тэхен обожает, как с каждым летним днем она, пусть и мизерно, но становится темнее и тогда можно увидеть, как она контрастирует с незагоревшей, которая иногда проглядывает из-под подвернутых рукавов и шорт. тэхен бы сказал, что юнги делает лето горячее, но на деле только освежает в эту безбожную жару. так что чонгуку определенно нельзя позволять уводить его. /// - ну так что ты там хотел рассказать? - хосок оттягивает ворот футболки и оттирает с шеи пот. - чонгук, этот мудак, представляешь, к юнги подкатывает! хосок удивленно смотрит на тэхена, а потом громко смеется, откинув голову назад. - они встречаются, придурок. - нет... - неверяще выкатывает глаза тэхен. - почему ты мне не сказал-то, блять? - а ты разве собирался что-то делать? досада на хосока переходит на самого себя, и он злится. он ведь и правда ничего не делает. /// isaac dunbar - cologne тэхен думает, что вечеринки это весело. алкоголь, громкая музыка и куча ребят. весело же. опустошена лишь бутылка чего-то несверхкрепкого, поэтому голова ясная и все разговоры проходят на уровне разумного. хосок уже клеится к девушке, которая ему нравится, и тэхен рад, что тот наконец нашел в себе силы. что нельзя сказать о нем самом. он проходит через прихожую на кухню, когда открывается дверь и впускает того, из-за кого у тэхена сердце в ноги падает. он не понимает почему это так волнительно, и улыбка юнги, и его блестящий взгляд, и его аккуратные движения так сильно отзываются дрожью в нем. тот словно ангел, бог, дьявол - тэхен не знает, кто именно, но он знает, что кто-то невообразимо великий и властный. у юнги румяные щеки и тихое сбившееся дыхание, спутанные на виске каштановые пряди. он сияет ярче луны в эту ночь, и тэхену как-то невыносимо жаль себя становится. во что же он вляпался. юнги едва поднимает на него взгляд, застывшего посреди комнаты и потерянного, улыбается и сжимает руку зашедшего вслед за ним парня. тэхену и гадать не нужно. злоба черной смолой протекает, когда он видит чонгука и его самодовольную улыбку, когда они встречаются взглядами. потому что юнги, может, и не замечает, но чонгук все прекрасно понимает. пожалуй, он понимает даже больше, чем сам тэхен. они слабо кивают друг другу в знак приветствия, и юнги с чонгуком проходят в комнату к остальным ребятам. очнувшись, тэхен идет на кухню. он не помнит, что хотел, поэтому выходит на балкон и дышит освежающим ночным воздухом. несмотря на жару и невозможность дышать днем, ночи здесь бывают прохладными и свободными. по возвращению в комнату ко всем, взгляд тэхена сразу цепляется за юнги, он как-то безнадежно сам к нему тянется. увидев, что одно из нескольких свободных мест рядом с ним, тэхен движется туда. не настолько близко, чтобы юнги взглянул на него, но достаточно, чтобы без всяких помех видеть его. хосок замечает тэхена и, лавируя среди толпы, подходит к нему и тянет ярко-красный холодный коктейль. - это просто... вАу хосок говорит, запинаясь, и этим довольно быстро выдает свою нетрезвость. тэхен удивленно посмеивается, но стакан принимает, подносит к лицу и нюхает. терпкий слащавый клубничный запах бьет в нос. он отстраняется. - блять, хосок, это хоть пить возможно? тот улыбается хитро и довольно. - о, забей хуй на запах. ты ничего такого крутого не пробовал. - дай угадаю: ты готовил эту хуйню? - наполовину. с намджуном. тэхен закатывает глаза, но все же немного отпивает. он шокировано смотрит на друга, пока у того улыбка на все лицо. - признаю, это классно. хосок уходит с криком "намджун, бро", тэхен допивает коктейль. он чувствует как с каждым глотком пьянеет, лица слегка размазываются и на душе как-то легче. из толпы ему машет высокая девушка в жутко коротком синем платье, тэхен прикидывает, кто именно из его знакомых это может быть. - оппа! тиен. могло быть и хуже. но расслабленная голова и этому рада. девушка целует его в щеку и садится ему на колени, расспрашивая о делах, случайно задевая недалеко сидящего юнги. - о, прости. юнги оборачивается и быстрым поверхностным взглядом проходится по ней, останавливаясь на низе платья, которое мало что прикрывает. он смотрит пару секунд, хмурится, а затем возвращает внимание к чонгуку, который смеется, рассказывая собравшейся в этой части комнаты компании какую-то историю, и сам улыбается, глядя на него. тэхен, уловивший этот короткий взгляд, вмиг трезвеет и, извинившись и аккуратно спихнув с коленей девушку, подходит к одиноко пьющему бутылку пива джину. - хен! - радостно восклицает тэхен и обнимает, распростершего руки парня. - тэхени, давненько мы не виделись. я хотел подойти к тебе, но тиен тебя захватила, я даже не посмел. они смеются вместе, а джин предлагает пойти на кухню, где можно будет нормально поговорить. на кухне никого не оказывается, исключая парочку, смеющуюся на балконе. джин протягивает ему нетронутую бутылку пива со стола и садится на стул, толкая ногой тэхену такой же. - ну что, как жизнь, парень? что-то ты сегодня рассеянный и тихий, не привык тебя такого видеть. тэхен откидывает лохматую челку с глаз, присаживаясь на стул. ему кажется, что джин его заметил намного раньше, чем признается, и, наверное, видел все его взгляды на юнги. в любой другой раз он бы не был смущен, чтобы поговорить о том, что юнги ему интересен, но сейчас он и сам не уверен. потому что говорить о миленьких мальчиках и девочках, с которыми ты не прочь переспать - одно, и совсем другое - о тех, которые что-то в тебе задевают. тэхену не нравится эта мысль, он даже не знает юнги на деле и не разговаривал с ним никогда. да, они были в одних и тех же компаниях иногда, да, часто пересекались во дворе - в конце концов, они живут в одном доме. но чувства тэхен не признает. он убежден, что нужно знать человека, чтобы испытывать к нему какие-то чувства. а он юнги не знает. и жалеет об этом почему-то. - да так, хен, устал просто немного. жизнь - дерьмо, ты же знаешь. как у тебя все? в университет все еще ходишь? - а куда я денусь, - смеется джин. - кстати, чимин здесь. - серьезно? вот же, псина, не написал мне даже. он придет на вечеринку? - да я не знаю, если честно, - джин поднимается и движется к выходу из кухни. - но он с неделю примерно пробудет, так что успеете увидеться. я скоро. blessed tears ft. nothoforma - doves он скрывается в темноте проема, и тэхен остается в одиночестве. ну, не считая парочки на балконе, да. те, к слову, начинают разговаривать громче и смеяться, или тэхену кажется, - в любом случае, он уже отчетливо слышит заигрывания и высоким голосом смешки девушки. голос парня кажется очень знакомым, но прежде, чем тэхен успевает задуматься об этом, парочка вываливается в обнимку с балкона. и тэхен - как минимум - удивлен. чонгук, видимо, тоже. он стоит, прижимая к себе за талию девушку, и застывает, когда замечает тэхена. тот думает, когда он успел оказаться здесь, ведь сидел там, когда он выходил, с юнги. юнги. этот уебок ведь встречается с юнги. так почему, блять, на нем виснет какая-то пьяная девушка, которая сканирует тэхена с недовольным видом с ног до головы, но сразу возвращается к чонгуку, что не прерывает зрительного контакта. - чонгуки-оппа, ну так, мы едем ко мне? мы с тобой давно договаривались. тэхен вскидывает бровями и, улыбаясь, ведет головой. - да, чонгуки, ты поедешь к ней? он встает, когда девушка, оттолкнутая чонгуком, возмущается и уходит из комнаты, а парень зло шикает в сторону. - если ты, блять, хоть слово юнги скажешь... - я не скажу. чонгук не успевает уловить момент, когда тэхен бьет его в правую челюсть, тяжело дыша и стиснув зубы. у него горит все внутри. тэхен ненавидит драки, видит господь - ненавидит, но это не значит, что он не станет. нет, он не будет драться: он не даст чонгуку и шанса. тот уже заносит кулак для ответного удара, когда тэхен хватает его за воротник и прикладывает головой к столешнице позади. он бьет его в лицо со всей силы, совсем не обращая внимания на свои окровавленные кулаки и хрип парня в его руках. чонгук сползает на пол, и тэхен, сев на него сверху, продолжает избивать его. ему страшно сносит крышу. он думает, пытается представить, найти в юнги хотя бы один-единственный изъян, за который можно было бы с ним так поступить. и, дьявол, ничего, абсолютно ничего не находит. оттого злится сильнее и бьет рьяно. в груди словно термоядерные взрывы, ему глотку разрывает будто, и он рычит, не чувствуя рук. он не чувствует, не видит ничего, когда его оттаскивают от тяжело втягивающего воздух парня. все собираются вокруг, восклицают и спрашивают, что произошло. перед глазами все мутнеет и уши закладывает, но, когда он поднимает голову и встречает этот взгляд, вся его ярость стихает, поскуливает и в угол забивается. потому что юнги смотрит с неописуемым ужасом в своих ясных светлых глазах, там буря, дрожащая гладь воды, там пламя синее, яркое, и ненависть. такая лютая ненависть. и жутко. тэхену жутко, ведь вся она ему адресована. а он - он не знает, что с ним. он не знает почему дрожит до кончиков пальцев. юнги подбегает к чонгуку и берет его лицо в свои руки, едва сдерживая слезы. - скорую, черт... скорую, вызвать ? чонгук с трудом разлепляет губы и хрипит не вызывать никого. ему не больно. ведь юнги рядом. тэхену невообразимого труда стоит не встать и не размазать его по этому полу. он скидывает с плеч руки джина и хосока, удерживающих его, и встает, намереваясь уйти. он проходит мимо чонгука и, остановившись на секунду, плюет тому в лицо и идет к двери. уже выйдя за порог, он чувствует, как кто-то прибивает его к стене в подъезде. его берет тремор, когда он глядит снова в эти глаза. - ты... я тебя уничтожу... у юнги дергается уголок рта, и руки сжимают с болью тэхеновы плечи. тэхен слабо усмехается. - неужели так сильно любишь своего ненаглядного? надо отдать должное: у юнги отличный удар. разительный с его хрупкостью. - неважно - как сильно, важно - что мой, - шипит, пригвоздив к стенке. тэхен нагибается к уху и шепчет: - тогда, может, и меня себе оставишь? он касается носом виска юнги и улыбается, как смертник, когда тот резко отстраняется. - мудак. юнги возвращается в квартиру, оглушительно хлопая дверью, а тэхен плетется по ступенькам вниз. на воздух. почему так жарко и дышится тяжко? он болен? господи, как же он устал.