29 февраля

      — Истинный?!       — Д-да.       — Он знает об этом?       — Нет. Конечно нет. Из-за того, что он не чувствует мой запах, и не узнает.       — Ты-то как это понял?       — Он рассказал, что его тянет ко мне, типа, чувствует меня. Он спас меня от Богома. Пак начал приставать ко мне… Короче, Чонгук как никогда вовремя пришёл. А главное, что я тоже чувствую его… И если мне плохо, страшно, ещё что, у меня сразу всплывает в голове его образ и становится легче. Мне с ним так хорошо, Чимин…       — Тогда перестань прятаться от него. Покажи ему свой запах, чтобы он понял, что вы с ним истинные.       — Наверное, ты прав…       — Точно-точно прав!       — Ну запах пока что точно не восстановится, ещё неделю.       — Тэ, это для нас он не восстановится ещё неделю, а Чонгук почувствует его ещё раньше, раз истинный.       — Угу…       — Я так рад за тебя.       — Я просто уже вижу, как он выберет Тэёна, а не меня.       — М-да, ты хреновый экстрасенс. Я бы к тебе не ходил.       — Почему ты считаешь, что я не прав?       — Как минимум потому, что если истинные встретились, то друг без друга уже не смогут.       — Здесь, пока что, другая ситуация…       — ЭЙ! Во-первых, ты же сам не хотел за него замуж, а?       — Я поменял своё мнение, доволен? Да, я не против быть его мужем. Тем более, он сказал, что не бросит меня. Так… А во-вторых?       — А во-вторых, они вчера с Ли поссорились. Причём серьёзно.       — Чонгук что-то такое говорил. А почему?       — Тэён сказал, что жалеет, что не приказал убить тебя. Естественно это всех натолкнуло на мысль, что это Ли.       — Даже если это не он — точно его семья. Решили устранить проблему в виде меня.       — Что же будет, когда они узнают, что вы с Чоном истинные?       — Нельзя этого допустить… Мне нужно скрывать запах, но… Я не могу.       — Эй, думаю, Чонгуку можно доверять.       — Да… Когда врач снимал повязку, я передоговорился, и теперь с сегодняшнего дня ко мне никто не зайдёт, кроме родителей, тебя и Чона.       — Это замечательно.       — Скажи, только честно, на сколько я выгляжу по десятибалльной шкале?       — На плюс бесконечность.       — Дурак… Я серьёзно!       — Так и я!       — Ты так говоришь, потому что ты мой друг.       — Я так говорю, потому что это правда!       — Лаааадно.       — А к чему вопрос?       — Так, забей… Давай что-нибудь посмотрим?       — Отличная идея!

***

      Теперь, когда Тэхён более-менее восстановился, дни стали проходить более быстро. Чимин чередовался с родителями омеги каждый день, не давая парню заскучать. В тайне от всех Ким уговорил врача дать ему блокаторов, чтобы Чонгук не смог почувствовать его запах для избежания ненужных проблем. И когда Чимин об этом узнал, то жутко разозлился на друга, потому что он был уверен, что после того, как Чон и Ким признают друг в друге истинную пару — то смогут без лишних вопросов избавиться от Тэёна. Но омега так не считал. Хотя, на самом деле, он просто боялся получить отказ, уверял себя, что не нужен альфе, что у них разные сферы бизнеса, а значит, что и вместе они быть не могут. Да и сам Чонгук приходил не часто, что огорчало парня, который ждал его каждый день.       Спустя неделю Ким уже был готов лезть на стену от скуки. Гипс не снимают, домой не отпускают, двигаться много не разрешают, особенно вставать… Хорошо, что хотя бы приборы сняли, от которых уже конкретно начинала болеть голова. Но так хочется отсюда сбежать…       Тэхён лежит овощем и смотрит на белый потолок. Он даже смог запомнить ритм, с которым мигает вторая лампочка слева от окна. Обычно омега размышляет о своей жизни, но сегодня и это было лень. И как назло не хотелось спать, чтобы убить время до прихода друга.       Парень, погруженный в пустоту своих мыслей, даже не заметил, что дверь в палату скрипнула.       — Ну привет, дорогой друг.       Тэхён от неожиданности дернулся в сторону, но сразу перевёл взгляд на нарушителя спокойствия.       — Что ты тут забыл? Как ты вообще вошёл?       Прямо перед ним стоит Ли Тэён собственной персоной. Максимально незаметно омега смог разблокировать свой телефон и включить диктофон, так, на всякий случай. И радовался, что «друг» не заметил его.       — Небольшая взятка. Не обращай внимание. Я, вообще-то, поговорить хотел.       — Я не желаю, чтобы ты находился здесь. Будь так добр, как с Чонгуком, свали в закат.       — Мне похуй на твои желания. Слушай меня внимательно и запоминай. Ты перестаёшь общаться с Чонгуком, больше не лезешь в наши отношения и, так уж и быть, останешься целым и невредимым.       — Это угрозы?       — Это факты. В следующий раз ты можешь уже не выжить.       — А что, если нет? Допустим, мне всё равно на мою жизнь?       — Не переживай, потому что пострадаешь не только ты, я не настолько дурак. Ты ой как подставишь своих родителей, бизнес отца, я запросто могу навредить твоему дружку Чимину…       — Блефуешь!       — Хах, думай как хочешь, но я тебя предупредил. У тебя больше врагов, чем ты думаешь. Отстань от Чонгука, и никто не пострадает.       — Я не боюсь твоих пустых угроз. Ты никогда не получишь бизнес Чона.       — Ещё как получу, просто это будет быстрее, если ты не будешь мешать. Менее жертвенно, знаешь ли.       — Я не боюсь тебя, Ли.       — Зато боишься Богома. Он уж точно устроит тебе сладкую смерть. Ещё и спасибо мне скажет. Сегодня же порви с Чонгуком. Я предупредил.       Как только дверь в палату захлопнулась, омега сорвался. Слёзы покатились по его щекам с бешеной скоростью, и тихие всхлипы заполнили помещение. Ли не блефует, Ким боится Богома. И как раз его и он отшил, и Чон избил, из-за него, это просто комбо. Омегу утешает лишь тот факт, что всё записано на диктофон. Проблема лишь в том, что даже когда он это покажет и Чимину, и Чонгуку, и альфа бросит Тэёна… Тот ему отомстит. С помощью того же Богома. И тут его никто не защитит. Нужно разрушить планы его семьи, чтобы омега ничего никому не смог сделать, но как?..       — Хён?       И тут до Тэхёна доходит, что сегодня он ещё не выпил блокаторы и всё ещё слаб, чтобы контролировать свой запах, а значит…       — Хён! Мы… Истинные?       — Чонгук…       — Ты знал, что мы истинные? Знал и молчал? Скрывал запах, чтобы я не узнал, да?       — У меня есть на то причины, Чонгук-а…       — Какие к чёрту причины? Ты мой истинный! Понимаешь? Вот почему меня так тянет к тебе, вот почему я тебя чувствую, и реагирую на тебя. Твоя смола сводит меня с ума. Но пока я её не чувствовал, как раз это и было чем-то не тем, что не давало мне покоя! Почему ты скрывал?       — Так надо. Пожалуйста, забудь про мой запах, забудь, что…       — Что мы с тобой истинные, хён? Ты предлагаешь, просто забыть?       — Послушай, это может навредить мне.       — Не может, потому что теперь ты точно от меня никуда не денешься. Я сейчас же пошлю Ли далеко и надолго и…       — НЕТ! Не смей, прошу. Ты всё испортишь!       — Почему?!       — Я не могу пока что тебе рассказать…       — Не доверяешь мне? После всего, что произошло?       — Чонгук… Пожалуйста, прошу тебя, не дави. Нужно немного времени…       — Кому?       — М-мне… Я должен всё обдумать.       — А… Понятно. Как я сразу не понял… Ты просто не принимаешь меня. Я тебе противен, да? Или ты любишь альф постарше? А может, я зря тебя спас от Богома?       — Что ты такое говоришь?!       — То, что вижу, хён.       — Но это не так! Пожалуйста, просто дай мне время. Я должен, обязан всё обдумать, чтобы ничего не произошло. И никому не говори, что я твой истинный.       — Стыдишься меня…       — Да нет же! Так нужно. Просто поверь мне.       — Хорошо. И… Сколько тебе нужно времени?       — Я не знаю… Но постараюсь всё сделать как можно быстрее.       — Не торопись, хён. Я дам тебе время. Но пока ты думаешь — не буду беспокоить тебя.       — В смысле?       — Найди меня, когда поймёшь, что я тебе нужен.       — Ты уходишь?       — Да. Быть рядом с истинным и не иметь возможности прикасаться к нему, как к паре, очень больно. Тем более, что я только тебя нашёл, а уже теряю.       — Ты не теряешь меня. И я могу сказать уже сейчас, что ты нужен мне, просто…       — Теряю, но, надеюсь, что только на время твоих раздумий.       — Пожалуйста, только дождись моего ответа.       — Обещаю, хён.       — Чонгук!       — Что?       — П-пожалуйста, поцелуй меня.       Альфа медленно приблизился к кровати и посмотрел омеге в глаза, из которых текут слезы. Оказывается, это так больно смотреть на страдания своей пары. Чонгук осторожно, словно боясь спугнуть, наклоняется к лицу Тэхёна, дышит тому в губы, отчего у старшего сбивается дыхание, и накрывает его губы своими. Сначала так невинно, но после всё настойчивее сжимая их, слегка покусывая, заставляя парня приоткрыть рот. И вот уже язык скользит по верхнему ряду зубов, по верхнему небу, обводит чужой язык, сплетая их в единое целое, а когда чувствует, что омега начинает задыхаться — отстраняется, растягивая между губами тонкую ниточку слюны. У обоих затуманен взгляд, оба хотят продолжения, но понимают, что не могут, пока нельзя. Тэхёну нужно как минимум поправиться, как максимум — принять решение.       Чонгук стирает слёзы своими пальцами, дарит улыбку омеге и одними губами шепчет: «я дождусь тебя». Тэхён кивает ему в ответ и поворачивает голову на бок, зажимая тёплую ладонь младшего между подушкой и щекой — обнимает.       Но ничего не может длиться вечно. Нехотя Чонгук отстраняется от Тэхёна, после чего и вовсе выходит из палаты, и парень понимает, что теперь их судьба лишь в его руках.