Share And Share Alike

Следующее утро было ужасным. Фрэнк проснулся от криков Джерарда и спокойных, но взволнованных ответов Артура. Со вчерашнего дня его тело немного болело и он был чертовски измотан, так что просыпаться вот так — было совсем не тем, на что он надеялся. — Но это же мой гребаный парень! — сердито воскликнул Джерард. Фрэнк быстро выбрался из постели, накинул довольно потрепанную одежду и, спотыкаясь, вышел из комнаты на кухню. — Честное слово, я, блять, не могу поверить! Мы с Фрэнком впустили тебя в наш дом, и ты ведешь себя как отвратительный подонок? Я серьезно не могу… — Джерард замолчал на полуслове и раздраженно хмыкнул, прежде чем провести рукой по лицу. Фрэнк и раньше видел его сердитым, и он, конечно, не был самым безумным из всех его бойфрендов, но, черт возьми, он был таким же пугающим. И чертовски горячим. — Знаешь что? Просто… просто убирайся нахуй, — сердито выплюнул Джерард, указывая дрожащим пальцем на дверь. На мгновение Фрэнку показалось, что Артур вот-вот потеряет самообладание и закричит в ответ, и лицо его было также напряжено, как у Фрэнка, когда он робко наблюдал за братьями с порога. Но тут Артур просто рассмеялся, пригладил пальцами волосы и направился к двери. Он захлопнул ее за собой так громко, что Фрэнк вздрогнул, и тихий вздох сорвался с его губ. Шум привлек внимание Джерарда, и он обернулся, глядя на Фрэнка с невероятной яростью в глазах. — Ты знаешь, что он делал вчера вечером? — он зарычал, заставив Фрэнка сделать шаг назад и покачать головой. — Представлял, как трахает тебя. А не просто дрочил. А потом кончил, думая об этом. И он рассказал мне об этом, чертовски гордясь собой, как будто он не был каким-то отвратительным маленьким мудаком, я блять… Фрэнк поперхнулся слюной, когда из него вырвалось нечто среднее между удивленным и счастливым вздохом. Он знал, что должен был бы почувствовать отвращение, шок или ужас, но это было просто горячо. Только он не мог позволить Джерарду узнать об этом. — Детка, — он попытался осторожно сделать несколько шагов к своему парню и положить руку ему на плечо. — С тобой все в порядке? Тебе ведь не нужно об этом беспокоиться, понимаешь? Я… я имею в виду, что не собираюсь бросать тебя ради него. Я люблю тебя. Ты ведь это знаешь, не так ли? Джерард глубоко вздохнул и коротко кивнул. — Я знаю, Фрэнки, просто…он меня так чертовски злит. Его гребаное высокомерие, я не могу с этим смириться. — Это всего на несколько дней, — спокойно напомнил Фрэнк, целуя Джерарда в щеку. — И потом мы сможем отдохнуть от всего этого. Мне очень жаль, Джи. — За что? Нет, Фрэнки, нет, — Джерард решительно покачал головой, притягивая Фрэнка ближе и крепко прижимая его к себе. — Тебе не за что извиняться. Прости, я не знаю, что на меня нашло. Я тебя разбудил, да? Прости. Мне не следовало так кричать. — Все в порядке, просто… попытайтесь ужиться, пожалуйста? Это, ну, вроде как здорово, что у тебя есть брат-близнец, и я бы не хотел видеть, как вы, ребята, становитесь заклятыми врагами или что-то такое. Было бы здорово, если бы вы были друзьями? Фрэнк испугался, что он зашел слишком далеко, предположив это, услышав долгий вздох Джерарда. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы снова заговорить, но когда он наконец заговорил, его голос звучал гораздо спокойнее, чем ожидал Фрэнк. — Это не значит, что мы действительно ненавидим друг друга, — объяснил Джерард. — Мы никогда не ссорились так сильно, я думаю, что это просто… из-за тебя. И не пойми меня неправильно, это не твоя вина, серьезно, он просто невероятно бесчувственный. Но это пройдет. Я думаю. — Ну, я тоже на это надеюсь, —пробормотал Фрэнк, нахмурившись. — А куда он вообще пошел? С ним все будет в порядке? — Конечно, он будет в порядке. Скорее всего, он просто немного отдохнет, все будет хорошо. Мне действительно сейчас все равно. — Джерард отстранился от объятий со слегка натянутой улыбкой, коротко поцеловав Фрэнка в губы. — Кофе хочешь? Джерард пребывал в блаженном спокойствии, пока они заканчивали завтрак, состоявший из хлопьев и кофе. Он даже оставался беззаботным, когда они решили немного вздремнуть после взаимной дрочки на диване, и даже когда они проснулись в полдень, а дома еще не было никаких следов его брата. Для Артура это было нормально. Он всегда так делал, исчезая на несколько часов и неожиданно появляясь, в основном под кайфом или пьяный в стельку. И на этот раз Джерард даже объяснил: он был совершенно уверен, что задетая гордость Артура удержит его подальше еще на пару часов. Но ему было некуда больше пойти. Артур скоро поймет это и приползет обратно. Джерард надеялся, что он готов извиниться. Но он заподозрил неладное, когда хотел заплатить за еду, которую они с Фрэнком заказали на обед, и ему пришлось воспользоваться деньгами Фрэнка, потому что двадцатидолларовая купюра исчезла из его бумажника. Он действительно начал беспокоиться о местонахождении своего брата, когда нашел бумажник Фрэнка также совершенно пустым, если не считать нескольких паршивых купюр. Так что в конце концов Джерард обнаружил, что ему не все равно, когда его несносный близнец вернулся через несколько часов после того, как им пришлось заплатить курьеру по счету из своих сбережений на чёрный день. Должно быть, Артур совсем спятил. Потому что внезапно Джерард понял, куда делись все их деньги и чем он занимался. Артур покрасил свои ебаные волосы. В ярко красный цвет пожарного гидранта. Джерард хотел, чтобы в этот момент его брата сбила машина, потому что, черт возьми, это было абсурдно. — Ты что, блядь, шутишь? — выпалил Джерард после того, как посмотрел на своего близнеца в течение добрых десяти секунд, не в силах поверить своим глазам. Артур не выглядел слишком обеспокоенным этим, обычная ехидная ухмылка приклеилась к его лицу, когда он ответил пожатием плеч. — Похоже, что это шутка? Джерард в отчаянии посмотрел на Фрэнка, безмолвно прося его о поддержке, но Фрэнк выглядел чертовски беспомощным, стоя рядом с ним, широко раскрыв глаза от шока, разинув рот. — Ты не можешь просто взять и украсть наши деньги! — воскликнул Джерард, сердито вскинув руки. — Мы, блядь, зарабатываем их, Артур. Это наш дом. Ты не можешь просто так брать наши кошельки и… — Ого, Боже, заткнись нахуй, — перебил Артур Джерарда, закатывая глаза. — Чувак, ты действительно стареешь, а? Я помню, что ты был намного спокойнее, когда мы были моложе. Просто послушай меня, хорошо? Я ничего не крал. Я просто одолжил у тебя денег, вот и все. Очевидно, что сейчас у меня действительно ничего нет, так что извините меня за то, что я делаю очевидное. Разумеется, я все верну. Успокойся, блять. — Это ни хрена не заимствование, когда ты берешь, не спрашивая. Да что с тобой такое, черт возьми? Я думал, что они преподали тебе ебаный урок в тюрьме? Воровство — это неправильно, это незаконно, и ещё хуже, если ты, блять, нарушаешь доверие своей семьи! Артур вздохнул. — Ну ладно, называй как хочешь. Веди себя как сука из-за этого, мне все равно. Но это не было бы воровством, если бы ты научился делиться, — многозначительно протянул Артур, самодовольно глядя на Фрэнка. Джерард проследил за взглядом брата и увидел, что Фрэнк покраснел, зажав нижнюю губу между зубами. Его пульс ускорился еще больше, потому что нет, Артур говорил это не серьезно, это не могло быть правдой. — Возьмем, к примеру, сладкого Фрэнки, — продолжал Артур, то ли не обращая внимания, то ли просто не заботясь о том, что Джерард вот-вот вышвырнет его вон, и направился в сторону Фрэнка, заметно нервничавшего, когда Артур положил ему на плечо свою татуированную руку. — Я уверен, что он знает, что такое делиться. Делиться ведь хорошо, правда, Фрэнк? Это хороший поступок. Разве не так? Джерард заметил, что щеки Фрэнка покраснели еще сильнее, когда он застенчиво кивнул, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. — Д-Да, ну… пока он собирается вернуть деньги, это не большая проблема, Джи. Пожалуйста, не сердись. Он взял не так уж и много. — Именно. Пожалуйста, Джерард. И тебе ведь нравится как это выглядит? Красные волосы? Я думаю, что это очень подходит мне, так что это не похоже на пустую трату ваших денег, не так ли, Фрэнки? Фрэнк заколебался, смущенно глядя на Артура. — Я-я думаю, что это действительно тебе идёт, да, но- — Очень хорошо. Хороший мальчик, — похвалил Артур Фрэнка, отчего у Джерарда закипела кровь. — Ты хорошо поработал с Фрэнком, Джерард. Он такой податливый, совсем как прошлой ночью. — Артур. — О, тебе нечего стыдиться. Мне очень понравилось то, о чем мы говорили сегодня утром. Ты издаешь самые восхитительные звуки, Фрэнки. — Этого вполне достаточно. — Джерард шагнул вперед и выдернул Фрэнка из рук Артура, прижимая его к своему телу крепкой хваткой вокруг запястья. — Я хочу получить деньги обратно в течение двух недель. Тебе повезло, что я больше не звоню в полицию. Ты даже не понимаешь, как тебе повезло, что ты все еще живешь здесь после такого возвращения и даже не извиняясь за все, что ты сделал. Артур поднял брови, игриво ухмыльнувшись. — А? Я не думал, что это необходимо, ты должен был сказать мне об этом раньше. Мне очень жаль, дорогой братик. Закатив глаза от сарказма, Джерард хмыкнул. — Просто…просто попытайся найти работу или еще что-нибудь. Все что угодно, что заставит тебя скорее съехать. Пожалуйста. А теперь извини нас, но мне нужно поговорить с Фрэнком в спальне. — Ох, Джи, я… — начал Фрэнк, удивленно глядя на Джерарда. — В спальне, любимый, — выдавил Джерард так сладко, как только мог, прежде чем бросить последний взгляд на брата и потащить Фрэнка за собой. Фрэнк уже тяжело дышал, когда Джерард прижал его к двери, как только та закрылась, и целовал с такой силой, что у обоих закружилась голова. Джерард запустил руку в волосы Фрэнка, а его рот опустился ниже на шею, чтобы оставить темный засос прямо над Скорпионом, который все смогут увидеть. — Мой, — буркнул он. — Ты мой, Фрэнк. Блядь, запомни это. — Эй, а мы можем… — Фрэнк зашипел, когда Джерард зажал его кожу между зубами и прикусил достаточно сильно, чтобы оставить след. Он скользнул рукой вниз по брюкам Фрэнка, и глаза его потемнели, когда он почувствовал, как сильно тот возбуждён. Фрэнк ответил ему несколько извиняющимся взглядом, приоткрыв рот, когда его неглубокое дыхание заполнило расстояние между ними. — Это ведь был он, не так ли? — вскипел Джерард, заставив Фрэнка съежиться от его прикосновения. Он попытался отвести взгляд, но крепкая хватка в волосах почти полностью парализовала его. Джерард издал мрачное рычание, которое заставило Фрэнка всхлипнуть, когда он сжал кулак в волосах ещё сильнее. — Тебе это понравилось? Тебе понравилось, когда он назвал тебя хорошим мальчиком, не так ли? Тебе нравится, когда он кончает на твои стоны, пока я трахаю тебя, Боже, Фрэнки, ты такая шлюха, не так ли? — Джерард, детка, пожалуйста, — начал Фрэнк, но Джерард крепко сжал его член, заставив замолчать. — Закрой свой грязный рот, — прошептал Джерард на ухо Фрэнку. — Я собираюсь трахнуть тебя прямо у этой двери. Ты хочешь, чтобы он услышал, как ты стонешь на моем члене? Хорошо. Хорошо, Фрэнк, повернись и дай мне трахнуть твою задницу, и будь таким громким, как тебе хочется. Пусть Артур знает, почему ты не сможешь ходить в течение недели. Фрэнк вздрогнул, но кивнул, трясущимися пальцами расстегивая брюки. Он резко обернулся, как только Джерард отпустил его, прижав ладони к прохладному дереву по обе стороны груди. Джерард поцеловал его в затылок и спустил брюки Фрэнка до колен, обнажив его задницу. Несколько синяков покрывали бледную кожу, исчезающие отпечатки ладони Джерарда и даже некоторые следы укусов, и, учитывая обстоятельства, Джерард почувствовал желание добавить еще. Он резко опустил руку на задницу Фрэнка без единого слова предупреждения, заставив своего парня издать громкий пронзительный скулеж, который, как он был уверен, Артур мог услышать. — Вот что получают маленькие шлюхи, — проскрежетал Джерард. — Маленькие шлюхи, которые флиртуют с другими мужчинами. Которые возбуждаются от того, как они дрочат под их стоны. — Джерард… — запротестовал Фрэнк, но Джерард снова ударил его, заставив закрыть рот. Его голос был дрожащим и неконтролируемым, даже хуже и более отчаянным, чем обычно, и Джерард не мог не чувствовать себя безумно возбужденным этим. У него не было ни времени, ни терпения думать о том, что это значит. Единственное, что было важно — это Фрэнк, и то, что он был полностью доволен братом Джерарда, слышащим каждое их слово. — А что, если бы он не только тебя слышал, Фрэнки? — продолжал Джерард. Сценарий разыгрывался у него в голове, совершенно из ниоткуда, но черт возьми, это его заводило. — А что, если бы он мог видеть тебя, что, если бы он действительно был здесь с нами? А что бы ты тогда сделал, а? Фрэнк издал отчаянный звук, который сказал Джерарду, что это было именно то, о чем он думал. И на этот раз, вместо ревности, он почувствовал невероятную волну возбуждения, идущую прямо к его промежности и заставляющую его твердый член дрогнуть в штанах, представляя, как Фрэнк будет выглядеть, когда за ними будет наблюдать Артур. Как он будет возбужден после того, как пройдет первое напряжение, как он устроит шоу, сделает все, чтобы завести Джерарда и Артура, заставит их потерять себя в возбуждении. Фрэнку нравилось вести себя как самая большая шлюха в мире. Ему нравилось внимание, которое он всегда получал, и наказания, которые он получал, когда Джерард думал, что он зашел слишком далеко. И, черт возьми, Джерард даже не мог понять, как сильно он хотел бы, чтобы им восхищались двое мужчин одновременно. Он шлепнул Фрэнка по заднице в последний раз, прежде чем, наконец, вытащил свой пульсирующий член, плюнул на ладонь и смазал себя и Фрэнка так хорошо, как только мог, прежде чем толкнуться в него. —- — Я думаю, нам нужно поговорить. Фрэнк удивленно посмотрел на Джерарда, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять и кивнуть, отложив книгу, которую он только что читал. — Да. Да, это так, детка. Артур жил с ними уже больше недели, и не похоже было, что он собирается переезжать в ближайшее время. По крайней мере, он помирился с Джерардом до того уровня, когда они терпели друг друга и не начинали собачиться, как только оказывались в одной комнате. И все же Артур продолжал пытаться соблазнять Фрэнка, но становилось все более очевидно, что Фрэнк вовсе не был против. Джерард со вздохом опустился на кровать рядом с Фрэнком и положил руку ему на колено. Он выглядел озабоченным и задумчивым только при упоминании этой темы, и это разбило сердце Фрэнка. Поэтому он придвинулся ближе и обнял Джерарда, положив голову ему на плечо. — Ты же знаешь, что я люблю тебя, не так ли? Я очень сильно люблю тебя, Джерард. Только тебя. — Я... я знаю это, — произнёс Джерард. — И я тоже тебя люблю. Но все так странно в последнее время, я действительно не знаю, что делать со всем этим, поэтому, пожалуйста, ты можешь просто объяснить, что ты думаешь? Я клянусь, что не разозлюсь или типа того. Мне просто нужна ясность. — Мне обычно нравится, когда ты становишься немного грубым, — пошутил Фрэнк, чтобы разрядить обстановку. Джерард только нахмурился, поэтому он быстро извинился и слегка фыркнул. — Окей. Слушай, мне очень жаль, правда жаль. Я не хочу все усложнять, и уж точно не хочу видеть, как ты все время страдаешь или злишься. Да и нет причин для этого, я обещаю. Я люблю тебя, и это не изменится. — Тогда почему все так сложно? Почему ты продолжаешь отвечать на попытки Артура? — Это будет звучать так глупо, — простонал Фрэнк. Он закрыл глаза, стараясь делать вид, что не собирается окончательно запутаться и, возможно, разрушить их отношения. — Ну, я имею в виду, просто посмотри на него. Он ведь твоя копия, детка. А ты невероятно красив, так что, конечно, я вроде как... я думаю, что он горяч. И у него также есть это нахальство, которое смехотворно привлекательно, и все эти татуировки, и красные волосы чертовски удивительны, черт возьми. Он тяжело вздохнул. — Прости меня, детка. Но ты хотел, чтобы я был честен, так что я просто говорю правду. — Так почему же вы начали этот разговор со слов: «нет причин обижаться?» Ты хочешь сказать, что он горячий? Конечно, это больно слышать. Фрэнк мягко покачал головой, садясь и умоляюще глядя на Джерарда. — Детка, нет, все совсем не так. Пожалуйста, не пойми меня неправильно, это... это очень трудно объяснить. Я пытаюсь, попробуй понять? Когда Джерард коротко замычал, Фрэнк продолжил: — Типа, он горячий, но я люблю тебя. У него есть только внешность, но я никогда не оставлю тебя ради него или кого-то еще, если уж на то пошло. Пожалуйста, поверь мне. Ты самый удивительный человек, которого я когда-либо встречал. Потому что ты не только невероятно привлекателен, но и чертовски мил, умен и очарователен, и никто не может заставить меня изменить свое мнение об этом. Но да, просто потому что я так сильно тебя люблю, я не могу не найти твоего брата привлекательным, ты можешь это понять? У тебя то же самое, блин, лицо... это имеет какой-то смысл? Джерард выглядел задумчивым, но немного успокоился, услышав все это, что заставило Фрэнка мягко улыбнуться. Он никогда не хотел, чтобы что-то подобное случилось, и, боже, он действительно возненавидит себя, если все это каким-то образом закончится тем, что Джерард порвет с ним. — Но если ты любишь меня, то почему не отталкиваешь его, когда он прикасается к тебе? То есть, я понимаю, что он привлекателен, хорошо, но это как...как будто я касаюсь тебя, да? Разве этого не достаточно? — Ну да, — смущенно сказал Фрэнк. — Мне очень жаль. Я просто ничего не могу поделать, он такой горячий, вы оба, и мне просто нравится эта мысль... — Какая мысль, Фрэнки? — Джерард нервно подтолкнул его, когда Фрэнк долго молчал. Фрэнк встретил его взгляд, нахмурив брови. — Обещаешь не ненавидеть меня после того, как я скажу тебе? Мне очень жаль. — Я же сказал тебе, что на этот раз не рассержусь, — заверил его Джерард, нежно целуя в щеку. — Я рад, что мы говорим об этом. Блять, наконец-то. — Окей. — Фрэнк глубоко вздохнул, прежде чем снова заговорить. — Окей. Мне-мне нравится думать о тебе... и о нем... и обо мне. Э-э, вместе, типа, в сексуальном плане? Фрэнк наблюдал, как выражение лица Джерарда меняется с выжидательного на растерянное, а затем на откровенно шокированное, прежде чем он нашел нужные слова. — Ты...ага, вот так значит. Втроём? С моим братом? — Мне очень жаль, — заныл Фрэнк, съежившись от такого недоверчивого тона, который использовал Джерард. — Послушай, я... я знаю, что это всего лишь фантазия. Я знаю, что мы никогда этого не сделаем. Но брось, кто не фантазирует об этом дерьме, и когда я узнал, что у тебя есть близнец, и когда этот близнец был так же безумно горяч, как и ты, все просто сошло с ума в моей голове. А потом Артуру даже стало нравиться проявлять ко мне интерес, и это... это пиздец. Я знаю, что это так, мне очень жаль. Мне так жаль, детка. После этого Джерард долго молчал. Это безмерно беспокоило Фрэнка, и он тут же пожалел, что сказал ему все это – конечно, быть честным в отношениях было важно и все такое, но некоторые вещи лучше было не говорить. Признание в том, что брат-близнец твоего бойфренда привлекателен, скорее всего, было одной из таких вещей, как запоздало понял Фрэнк. Блять. — Я... я не знаю, что сказать, — наконец пробормотал Джерард, немного напугав Фрэнка. — Ты что, злишься на меня? — робко спросил Фрэнк. Выражение лица Джерарда было непроницаемым, и оно даже не изменилось, когда Фрэнк забрался к нему на колени, спрятав голову в изгибе шеи. — Пожалуйста, не сердись на меня, мне очень жаль. Это так глупо, пожалуйста. — Я не сержусь, — со вздохом ответил Джерард. Он обнял Фрэнка и сразу же успокоил его. — Я просто… не знаю, что сказать. Я вроде как был готов услышать, что ты признаешься в кинке на эксгибиционизм. На самом деле, я понятия не имел, чего я ожидал. Но это же... вау. — Я тебя немного пугаю, да? — Фрэнк вздохнул. — Мне очень жаль. — Нет, ну, не совсем так. Я имею в виду, это имеет смысл... вроде как. Я думаю. Я должен подумать об этом, но я думаю, что смогу принять это. Пока ты действительно не хочешь ничего другого от Арта? У тебя ведь нет никаких романтических чувств к нему, правда? Фрэнк быстро покачал головой. — Нет. Блин, нет, он просто мудак. — Хорошо. Потому что он гигантский придурок, я рад, что мы солидарны в этом.