Share And Share Alike

— Я так чертовски зол на тебя. Джерард был действительно зол. Он злился на Фрэнка, но еще больше на своего близнеца, потому что о чем, черт возьми, думал его брат? Джерард не был агрессивным человеком, но во время той поездки в машине Артур несколько раз игнорировал его требования прекратить прикасаться к его парню, что было совершенно неприемлемо. Теперь у Джерарда появилось сильное желание что-нибудь сломать. Но дело было в том, что Фрэнк даже не оттолкнул его. Фрэнк позволил брату своего парня трогать его прямо рядом с ним. И вот они теперь: раздражённый Джерард, вдавливающий Фрэнка лицом в матрас при каждом движении члена внутри него. Это было напоминанием Фрэнку, кому он принадлежит, и что Джерард не был готов к таким играм. А также демонстрацией того, что Фрэнк упустит, если когда-нибудь решит оставить Джерарда. Потому что, честно говоря, за всем этим гневом, который он чувствовал, Джерард просто чертовски боялся потерять своего парня. И тогда вся его жизнь перевернется с ног на голову, только из-за его гребаного брата, как это случалось раньше, уже много раз. А еще там был Артур, в крошечной свободной комнате напротив них, на матрасе, втиснутом между художественными принадлежностями Джерарда, не собирающийся красть чьего-то парня или разрушать жизнь Джерарда, а просто дроча на нуждающиеся стоны Фрэнка, сжимая свой член в ритме, в котором изголовье кровати ударилось о стену, и представляя себя с Фрэнком. Потому что Фрэнк был, честно, чертовски сексуален. И, конечно же, Артура это возбуждало. Если бы он был нормальным человеком, он бы уважал, что сексуальная жизнь пары не была проклятым порно и, следовательно, не считалась нормальной для мастурбации, особенно учитывая тот факт, что участником этого был его брат. Но Артур не был нормальным человеком. Ему было чертовски наплевать практически на всю мораль. Его член принимал решения за него. Артур тихонько хихикнул, поняв, что их дверь приоткрыта, так что любой звук, который он издаст, будет слышен. Он немного подвинулся, чтобы приподняться на локте, прежде чем плюнуть на руку, подавив смех, когда он ясно услышал, как Фрэнк застонал, как гребаная шлюха. Господи Иисусе, либо его брат был действительно хорош в постели, либо Фрэнк был настоящей шлюхой. Вероятно, и то и другое, подумал он, ухмыльнувшись и проведя рукой по свободным спортивным штанам, которые одолжил ему Джерард, а затем еще ниже по своему напряженному члену. Он издал легкий стон, когда сжал себя, прежде чем отдернуть руку, поднимая бедра с кровати и стягивая штаны вниз. Он даже не потрудился надеть нижнее белье перед тем, как лечь спать. Если быть честным, он часто дрочил. Никакого нижнего белья у него не было. — Твою мать! Артур прикусил нижнюю губу, когда снова услышал голос Фрэнка, и снова поднес руку к своему ноющему члену. Звуки Фрэнка были определенно возбуждающими. — Черт, Фрэнк, — пробормотал он, когда парень его брата издал приглушенный крик. Старший из близнецов провел большим пальцем по головке своего уже набухшего члена, слегка надавив на щель и издав слабый стон. Часть его слюны стекала вниз по члену, заставляя его непроизвольно поднимать бедра вверх и двигать рукой. Он опустил другую руку ниже, бесстыдно вдавливая палец в анус без какой-либо смазки и двигая им вокруг, пока не коснулся простаты. От знакомого ожога, тесноты вокруг пальцев и давления на сладкое местечко он громко застонал – так громко, что другие обитатели дома, вероятно, услышали его, и Боже, конечно же это делало все намного лучше. Больше всего Джерарду нравилось в Фрэнке то, что он полностью терялся в удовольствии всякий раз, когда они занимались сексом подобным образом. Он был чертовски бесстыдным, когда был возбужден; таким чертовски нуждающимся, отчаянным и податливым. Пот покрывал его красивую кожу в чернилах, мышцы так искусно изгибались под ней, когда Джерард толкался в него сзади снова и снова, вызывая сладчайшие звуки в мире. — Джи. О боже, да, да... — бессмысленно бормотал Фрэнк, прерывая себя еще одним гортанным звуком, от которого бедра Джерарда задрожали. Он на мгновение зажмурился, борясь с жаром, который совершенно очевидно нарастал в его животе, заставляя тело покалывать от похоти и возбуждения. Оргазм был так чертовски близок, но он не собирался поддаваться ему прямо сейчас, слишком решительно настроенный заставить Фрэнка кончить первым. — Черт, детка. Ебать. Ты... ты такой чертовски большой, такой большой внутри меня, так потрясающе меня растягиваешь. Не останавливайся, пожалуйста, о боже. Джерард на мгновение позволил себе улыбнуться, подумав о том, как отреагирует Фрэнк, если он когда-нибудь вспомнит за пределами спальни те слова, которые тот только что произнес. Фрэнку было стыдно за свою несдержанность – прошло несколько недель, прежде чем он смог расслабиться настолько, чтобы быть самим собой во время секса, и, черт возьми, Джерарду это нравилось. Он действительно не думал, что Фрэнк должен сдерживаться, потому что это, очевидно, было чертовски горячо. — Ну так что? — ответил он, стараясь не думать о том, каким хриплым и надломленным был его собственный голос. — Хочешь, чтобы я продолжал двигаться? Ты даже не представляешь, как ты хорош вот так, стоя на своих гребаных коленях для меня, принимая мой член так чертовски хорошо... Услышав эти слова, Фрэнк издал пронзительный визг, двигая бедрами, чтобы встретить толчки Джерарда. Он любил грязные разговоры, Джерард знал это, поэтому, конечно же, он был не против говорить такое. Хотя обычно он был более тихим во время секса. — Джерард, блять, блять! — Ты звучишь как настоящая шлюха, — прошептал Джерард, зная, что это сведет Фрэнка с ума. — Такая шлюха для члена папочки, да? Готов сделать все, что угодно, чтобы я продолжил трахать тебя. Разве не так? — Да, — выдохнул Фрэнк, хриплый и нетерпеливый. — Да, Господи, да, Джерард. Продолжай двигаться, пожалуйста, не останавливайся! — Такой чертовски горячий, – прошептал Джерард больше себе, чем Фрэнку, а затем врезался в него еще раз, прежде чем вырваться полностью. Не обращая внимания на всхлипывания Фрэнка, Джерард лег на спину рядом с ним, пригладив рукой потные волосы. — Если тебе нужен мой член, иди и возьми его, детка. Фрэнк снова посмотрел на Джерарда широко раскрытыми потемневшими глазами, прежде чем понял, что тот имел в виду. Он наклонился, чтобы запечатлеть долгий, жадный поцелуй на губах Джерарда, играя с его языком, когда он располагался над его телом, оседлав его бедра. В тот момент, когда он заставил их члены тереться друг о друга, Джерард испустил тихий стон, руки поспешили вниз, чтобы схватить бедра Фрэнка и крепко держать их. — Хочешь, я на тебе прокачусь? — Фрэнк задыхался у его губ, горячий, возбужденный и такой чертовски грязный, что член Джерарда подпрыгнул. — Хочешь, я покажу тебе, какая я на самом деле шлюха? — Черт возьми, да. Фрэнк, давай. Легкая усмешка, которую Фрэнк подарил Джерарду, прежде чем откинулся назад и обвести рукой основание члена своего парня, заставила Джерарда закрыть глаза. Боже, ему так повезло, так чертовски повезло иметь Фрэнка, он был идеален во всех отношениях, так чертовски красив. За секунду до того, как Фрэнк снова опустился на Джерарда, наступила почти магическая тишина. Джерард затаил дыхание, не сводя глаз с сосредоточенного лица Фрэнка, наблюдая за тем, как с его губ срываются неглубокие вздохи, и крепко зажмурившись. Затем раздался звук, который совершенно не соответствовал ситуации – ворчание или стон, но определенно не Фрэнка. Он был глубже и тише, чем стоны Фрэнка, как будто он был из коридора. Что было действительно стремно. — Что это за хуйня была? — Джерард тяжело дышал, пытаясь заставить свой мозг сосредоточиться, когда тепло Фрэнка было вокруг его чувствительного члена, сжимаясь и разжимаясь, когда он опускался. Фрэнк даже не слышал своего любовника, так как был слишком занят, сосредоточившись на предстоящей задаче. Джерард через мгновение повторил свой вопрос, но Фрэнк только хмыкнул и посмотрел на него. — Что это было? Еще один звук пронесся по маленькой квартире, заставив Фрэнка быстро взглянуть в сторону комнаты Артура. Нос Джерарда сморщился, и он тихо пробормотал: — О, он же, блять, не серьезно, — это был не первый раз, когда Джерард слышал, как его брат кончил, в конце концов, они вместе справились с половым созреванием, но это казалось таким неуместным. Артур должен быть счастлив, что ему разрешили остаться с ними, а не дрочить на их секс и портить их постельные принадлежности спермой. Фрэнк нахмурился и просто наклонился, чтобы поцеловать его, так глубоко и требовательно, что Джерард сумел проигнорировать громкие звуки, исходящие от его брата в другой комнате. Они были едва слышны из-за того, как громко Фрэнк начал подпрыгивать вверх и вниз на его члене, находя умопомрачительный ритм, который заставил их обоих ругаться и стонать. Джерард не мог отрицать, что ему было жарко оттого, что Фрэнк так громко застонал. Он прекрасно понимал, что Артур мог все это слышать, учитывая, что они также слышали его звуки. И если он считал их секс достаточно горячим, чтобы дрочить, Джерард был удивительно возбуждён этой мыслью. Вроде как. Потому что это означало, что он заставлял Артура завидовать, фактически занимаясь сексом, в то время как он был просто по соседству, жалко дроча. Это было похоже на то, как Джерард метит свою территорию, потому что трахать Фрэнка означало владеть Фрэнком, что Фрэнк принадлежит Джерарду, и что Артур должен прекратить попытки убедить Фрэнка в чем-либо, кроме этого.