Моя любимая Асель

Я больше не боялась смерти, не боялась боли. Я хотела освободится и скинуть из себя все эти жизненные оковы, отправляя душу на пушистые облака. Когда в подвале прозвучал выстрел, первая моя реакция была — испуг, вторая — радость, третья — разочарование. Моё сердце по-прежнему продолжало биться и я не понимала — почему? Если это была репетиция, то мне она пришлась не по нраву. — Неужели ты думала, что я убью тебя? — он словно издевается над моей нервной системой и проверяет её на прочность. — Я на это надеялась, — сиплым голосом отвечаю и мой голос практически переходит на шёпот, когда рука Владислава легла мне на горло, имитируя удушье, прижимая затылком к холодной стене. — Как же я могу убить тебя, милая? Ты — главная приманка, благодаря тебе я заманю твоего сопляка в капкан, — пистолетом ублюдок проводит от виска к подбородку, глядя на избитое лицо. — Извини, красавицей тебя назвать не могу. От твоей красоты осталось лишь название. — Да, с моим видом только полуразложившиеся трупы играть. Спору нет. — Благодаря вам, — мои избитые руки легли на одну его крепкую, намереваясь хоть немного ослабить хватку и дать возможность сделать один вдох. В моих глазах уже читалось безразличие, когда наглая рука бизнесмена стала разрывать на мне рубашку, оголяя девичье тело. — Я думаю, что ты будешь не против повторить нашу великолепную ночь, — нагло усмехнулся подонок, начиная тянуть руку к груди. Я старалась не подавать виду, что сзади на цыпочках подкрадывается Маша, держа в руках антикварную вазу, обрушивая на извращённую голову мерзавца. Голова мужчины упала мне на ноги, а я с отвращением скинула с себя «труп», доставая ключ от наручников из брюк. — Маша, я даже не знаю, как тебя благодарить, — с хрипотцой благодарю эту храбрую девицу, хватая её за кисть. — Если я могу с тобой как-нибудь рассчитаться, ты только скажи. — Будет лучше, если ты немного помолчишь и приложишь все усилия к тому, чтобы быстрее перебирать ногами, — я хотела улыбнуться, но избитые губы были против этой идеей, откликаясь болью и лёгким кровотечением. Я была уверена в том, что Машу мне послал сам Господь Бог, для спасения. Я тяжело дышала и возненавидела себя всеми фибрами души, если бы мы не успели сбежать. Девушка придерживала меня за руки и талию, а я смотрела себе под ноги. Резко подняв голову, мы заметили как в дом через окна запрыгивают незнакомые нам люди, но среди них посредине я увидела Мишу. Мужчина оторопел и не спешил кидаться в мои объятия, не узнавая во мне жену. — Что-то мне подсказывает, что после такого моего вида, ты со мной разведёшься, — откинув пистолет в сторону, супруг подошёл ко мне, трепетно прикасаясь к ранам на лице. — Асель? — удивлённо спрашивает он, сильно прижимая к своему мускулистому телу. Мои зубы заскрипели от боли, но я решила перетерпеть и не прерывать этот момент, который я ждала и представляла в своей голове. Перед глазами стало всё плыть, после чего я потеряла сознание, радуясь тому, что мне удалось сбежать из плена, даже перед смертью.

***

Люди всегда говорили о законе бумеранга, вот так и Владислав оказался на месте своей жертвы. В Михаила словно вселился сам Дьявол, когда он увидел свою любимую в таком смертном состоянии. Мерзавец оказался прав, что от былой красоты Асель не осталось и следа, он приложил все усилия к тому, чтобы молодая кожа покрылась шрамами. Внутри себя кареглазый признался, что не признал в этой изуродованной девушке свою жену, лишь изумрудные глаза выдали, кто сейчас находится перед ним. Какие извращённые мысли нужно иметь, чтобы опуститься так низко и не то, что поднять руку на девушку, а довести её до такого состояния? Ни один нормальный человек не сможет дать ответ на этот вопрос, поскольку такое зверство неподвластно никакой логике. Когда Владислав стал отходить от разбитой о его голову вазы, его конкурент обрадовался. Сейчас произойдёт возмездие, сейчас восторжествует справедливость, сейчас произойдёт то, что должно было произойти много лет назад. — Немедленно развяжи меня! — этого ублюдка Миша приказал привязать под потолком, чтобы причинить ему как можно больше боли, поиздеваться и передать все страдания жертвы своему мучителю. — Бегу и спотыкаюсь, — брюнет был подобен рьяному зверю, расхаживающему по своей клетке, а сырое мясо уже висит перед ним. — Кто тебе, ублюдок, дал право избивать мою жену?! — голос мужчины был полон яда, обиды и лютой ненависти. — Ты хоть видел, до какого состояния её довёл?! — Твоя жена нужна была мне в качестве приманки, и мой план удался, — Миша залился истерическим смехом. Очень жаль, что Владислав даже не предполагает, какие мысли сейчас находятся у него в голове. — План? Ты очень пожалеешь, что встретился со мной, ты — исчадие ада, куда я тебя отправлю, — все были уверены в том, что сейчас финальный выстрел произойдёт в грудную клетку Владислава и на этом всё закончится. — Ты мне ответишь за каждую слезинку Асель, за каждый удар и каждое издевательство. Ты мне ответишь своей кровью, своей жизнью. Смерть за смерть. — Влад считал, что сопляк просто красиво играет словами, а на деле всё обойдётся. — Я не буду марать руки об такую грязь, как ты. Я просто буду ликовать и наслаждаться этим зрелищем. Молодой супруг заметил, как провоняла эта комната болью, зверскими издевательствами, кровью. — Ребята, он ваш, — поудобнее умастившись на старом диване, кареглазый с особым азартом в глазах наблюдал за тем, как все его телохранители поочередно наносят один кровожадный удар за другим. Это продолжалось около пятнадцати минут, после чего в руках Михаила засверкал серебряный кинжал. Мужчина проводил острым лезвием по коже своего врага, оставляя алую дорожку. Первая отметила получилась на груди, в области сердца, вторая в области лёгких, третья на животе. Первое, что хотелось, так это вырвать его сердце голыми руками и скормить акулам, только боюсь, что даже те отравятся. Ноги, руки, лицо, спина — всё было усыпано кровавыми дорожками. — А тебе идёт, — усмехнулся брюнет, продолжая возмездие. Взяв в руки определённую смесь, Михаил стал проводить поверх свежих ран, вызывая ужасный крик, что слегка оглушил всех присутствующих. — Ребята, работаем, а мне нужно отлучиться. — В подвал вошёл Роман и продолжил начатое, а сам кареглазый отправился в больницу. Возле главного входа сидела Маша и курила, стеклянными глазами смотря в одну точку. — Как Асель? Доктора закончили операцию? — Миш, присядь, пожалуйста, — вежливо попросила девушка, усаживая парня на скамью. — Что не так? — встревоженно спросил он, хватая Марию за запястья. — Скажи мне, что с Асель?! — Она умерла, — два слов, которые заставили рухнуть внутри абсолютно всё. Михаил перестал дышать, но всё равно продолжал чувствовать бьющееся сердце внутри себя. — Она просила тебе передать это, — в мужской ладони оказалось то самое ожерелье в виде сердца, подаренное им Асель в первую брачную ночь…