Моя любимая Асель

После нашего полёта на воздушном шаре, прошло четыре дня. Миша решил объявить мне бойкот и настойчиво игнорировал. Мне было больно, ведь за это время мы отдалились друг от друга, если не сказать — стали чужими друг другу людьми. Я не видела и не чувствовала своей вины, поскольку это сугубо моё мнение, а идти против себя, я не хочу. Штамп в паспорте — это единственная разница между отношениями, которые сейчас и которые будут после того, как мы выйдем из ЗАГСа. Жизнь от этого не поменяется, а брак меня не остановит, если я захочу порвать эти отношения, почувствовав, что мои права ущемляют. Миша не хотел меня понимать, а я не хотела первой идти на примирение. Очередное раннее и молчаливое утро. Из шкафа я достала белый костюм, состоящий из пиджака и юбки выше колен, небольшой каблучок подчеркнул длину стройных ног, волнистые волосы были завязаны на затылке в хвост, а лёгкий макияж замаскировал мои следы бессонных ночей и заплаканный глаз. — Ты куда собралась? — я ликовала, ведь Миша первый нарушил обет молчания и заговорил со мной. — А тебе какая разница? — я, поправив пиджак, обернулась и увидела удивлённого и ничего не понимающего возлюбленного. — Ты, кажется, не разговаривал со мной? Продолжай в том же духе. — Я спросил: куда ты собралась? — чуть повысив голос и отдельно выделив каждое слово, процедил мужчина. — На работу. Здесь меня ничего не держит, а весь свой гнев ты можешь выплеснуть в стену. — Гордой походкой развернувшись и, поправив волосы, я покинула особняк с тяжёлым сердцем. Моя душа разрывалась, ведь часть меня любила Михаила и хотела быть рядом, поддерживать и пережить рядом каждый период его жизни, а другая была гордая и отказывалась подчиняться собственнику. Я села в машину со слезами на глазах, отправляясь в офис. Я была уверенна, что работа — это мой шанс забыть о домашних проблемах и отвлечься. Я слышала, что по фирме уже стали ползти слухи о романе между мной и бывшим супругом, только я не горела желанием к каждому подходить и объяснять на пальцах элементарные вещи. Я не хотела отчитываться за каждый свой шаг и доказывать свою невиновность. Моя личная жизнь никак не должна касаться сотрудников фирмы. — Что вы себе позволяете?! — я возмутилась, когда один из самых неприятных для меня личностей, в наглую ворвались в мой кабинет, прежде чем осведомив меня о приходе. Антон являлся одним из моих главных конкурентов, но Бог свидетель тому, как сильно я не любила этого человека. Он позволял себе слишком многое и неприличное. — Ты — маленькая дрянь, — мои глаза расширились от удивления и этой наглости. Я уже схватила телефон и хотела вызвать охрану, ведь сердце подсказывало, что ссора добром не кончиться. Антон перехватил меня за руку, до боли и крика в горле сжимая запястье, что кисть приобрела лиловый оттенок, ведь кровь перестала поступать. — Что вы себе позволяете?! Немедленно отпустите мою руку и покиньте кабинет, иначе я вызову охрану! — Антон смотрел на меня лютой ненавистью, мне стало страшно, а дрожь пробралась холодком под кожу. — Давай, — его глаза блестели ненавистью и яростью. Мне казалось, что на меня сейчас смотрит сам Люцифер… — Кто вы? — шепотом спрашиваю, пытаясь освободить свою руку, что находилась в плену у этого безумца. — Я брат Влада, — я выпучила глаза, и по ухмылке осознала — он не лукавит. — Я знаю по чьей вине он погиб, и я жажду мести. — Ваш брат получил по заслугам! Он пытал и насиловал меня около четырёх-пяти дней и получил вполне заслуженное наказание, — болезненная пощёчина заставила меня замолкнуть и мужественно сдержать слёзы. — Жизнь за жизнь, Марго. Око за око, — я знала эту великую цитату и какой скрытый смысл она за собой несёт. — Нет, — когтями я вцепилась в его руку мёртвой хваткой, оставляя кровоточащие шрамы. — Я не для этого воскресла, чтобы снова умереть! — Со стола я схватила тяжёлую шкатулку, что стояла для красоты и стукнула по голове, получая свободу. Выбежав из кабинета я велела секретарше вызвать охрану, пока этот ненормальный не пришёл в себя. Пусть с ним разбираются в полиции, но была моя воля, я его засунула в психушку. С его психикой явно что-то не так. Охрана вывела Антона в коридор, а я обняла себя руками, держа в руке стакан с водой. — Асель? — я удивилась, когда в кабинет влетел Миша и первое, что сделал, так это обнял и спросил «Как ты?». Я обняла в ответ любимого мужчину и пробубнила ему в грудь, что-то типа «Всё хорошо». Я была перепугана, но рада, что удача стала на мою сторону. — Хватит с меня, — я не совсем поняла, что супруг хотел сказать этой фразой. — Ты должна сделать выбор: либо ты сидишь дома и моё сердце будет спокойно за тебя, либо ты выбираешь карьеру и мы расстаёмся. Я не могу каждую секунду думать о тебе и гадать: жива ли ты? В порядке ли ты? Подумай хорошенько и скажи мне позднее ответ. — Миш, — я готова была прям сейчас вынести своё решение, но кареглазый положил мне руку на губы, говоря о том, что не стоит спешить. — Подготовься, пожалуйста, вечером я познакомлю тебя со своим отцом в нашем любимом ресторане, — я замялась и у меня появился логичный вопрос «А где его мать?». Почему знакомство пройдёт лишь с одним родителем? — Асель, моя мать умерла, когда мне было шесть, — я видела, как открылась вновь старая рана и решила не расспрашивать подробности, чтобы не доставить ещё больше боли любимому человеку.